Глава 31
— Соблазняешь? — спросил он, усадив меня к себе на колени.
— Нет! — выдохнула я таким эротичным голосом, будто готова согласиться на любое его предложение.
— А мне кажется, ты бессовестно покушаешься на мою невинность, — хохотнул Тэхён, прижимая меня к своей обнаженной груди.
Сегодняшний день явно проходит под лозунгом «Почувствуй себя пиявкой», ничем иным я не могу объяснить свою повышенную липучесть к этому мужчине. Вот и сейчас я вцепилась в его плечи, хотя прекрасно понимала, что нужно строго его отчитать и пересесть подальше, желательно на другую сторону парной. Если там есть лавки, конечно. А если нет — скромно постоять в уголке и сбежать одеваться!
— Даже не стану это комментировать, — произнесла чопорно, хотя руки уже вовсю поглаживали напряженные мужские плечи, наслаждаясь каждым миллиметром его гладкой и влажной от ароматного пара кожи.
— Хочу тебя, — выдохнул в мое ушко Тэхён, сжал сильнее, — поцеловать.
— Я тоже много чего хочу, но терплю. И ты терпи. Ты мужчина сдержанный, сильный, благородный и не позволишь себе лишнего, — уверенно бормотала я, прижимаясь к его груди, касаясь губами шеи, и перешла на шепот: — Такой красивый, умный, восхитительный...
Все происходит словно не со мной, не здесь, не сейчас. Это лишь фантазия. Безумная фантазия. Яркая. Волнительная.
— Издеваешься, — сдавленно произнес Тэхён, обхватив меня лапищами за талию. — Дженни, ты уже не по острию ножа ходишь, нет.
— Ты дал слово и ничего мне не сделаешь, — дерзко заявила я и спрыгнула с его колен.
Что-то меня действительно занесло. Бежать! Бежать подальше от него!
— Я тебя отшлепаю! — прорычал он, безошибочно найдя меня в мерцающем дыму. Но, разумеется, не отшлепал, а сжал в объятиях и поцеловал, сдернув мешающую ему простыню.
И это... не отрезвляет, нет.
Я сгораю от страсти и совершенно теряю способность думать. Руки ласкают его тело, гладят, сдавливают, царапают.
Я целую его до умопомрачения, до трясучки, и мне так невозможно хорошо, что слезы чертят дорожки, тяжелыми каплями падают на грудь, скользят по коже.
Поверить не могу, что решилась. Что он решился. Что мы.
— Мы должны остановиться, — произнес Тэхён. Я готова отлупить его со всей силы за это гадкое предложение!
И вместе с тем понимаю, что да, он прав. Как всегда и во всем прав. Мы зашли слишком далеко. У нас миссия, мы не можем решать личные вопросы в рабочее время. Нас ждут. Я вообще здесь по воле случая и должна хотя бы не мешать.
— Должны, — прошептала, рыдая уже совсем по другому поводу — от обиды и злости. Ну почему все так не вовремя?
— Дженни...
— Я пойду первой, да? — выдала спокойно, словно не со мной только что едва не случилась истерика.
— Да. И не подглядывай.
В его голосе слышна улыбка. Пытается меня отвлечь, рассмешить. Спасибо тебе за это, Тэхён, но любые ужимки совершенно бесполезны. Я уже в шаге от того, чтобы признать: связь меня победила. Не пройдет и недели, как я соглашусь надеть твой брачный браслет и, возможно, окажусь замужем за человеком, которого на самом деле не люблю. А я не смогу жить в браке без любви, узнав, что это такое. Как это. Ведь связь — идеальная имитация настоящей любви.
Воспоминание о клятве богине смерти, об обещании Залиусу отрезвило. Мне и нельзя замуж. И чего я, собственно, об этом начала думать? Буду жить по плану — и точка. Отучусь в Санторе, договорюсь с Залиусом и продолжу стажировку у него. Сымитировать пару раз потерю контроля, чтобы мне не помешали, — не проблема. Отец не станет выдавать замуж опасную недоучку.
Еще бы узнать, почему Тэхён так уверен, что отец откажет Юнги. Вечно поманит информацией, а ответов не даст! Хорошо, хоть пообещал, что Гарр мне все объяснит. Скорее бы!
Как только мы оделись, двери разошлись в стороны. В наш уютный дворик проникли посторонние — несколько весьма несимпатичных женщин среднего возраста. Они в два счета застегнули на мне драгоценности, заплели волосы в косы, украсили их множеством драгоценных камней и цепочек, соединяющихся с моим многокилограммовым «ошейником», золотой краской нарисовали узоры на пальцах и удалились.
— Ну что, дворец нас ждет. Только, Дженни, я тебя умоляю, молчи. Женщинам запрещено вести светские беседы за столом и обращаться к чужим мужчинам без разрешения двух сторон. Если тебя пригласят на женскую половину дома — соглашайся, внимательно смотри, слушай, потом нам расскажешь.
— Хорошо. Я постараюсь.
— Не постарайся. Сделай. Это страшное неуважение, и я буду вынужден наказать тебя по законам Зармы за их нарушение, все семь царей проконтролируют это лично. Не думаю, что тебе понравится получить десяток плетей на главной площади.
— Что?!
— Не кипятись, а сделай все, чтобы не оплошать и не подвести свою страну. Зарма нам нужна, Дженни. Это сильный союзник, у которого сохранились технологии и заклинания первых магов нашего мира. Возможно, они помогут нам снять проклятие с Темных Земель. Цель достойная, согласись.
— Ну ладно. Ради Софи постараюсь.
— Ох уж эти женщины. Вы слишком практичны. Вам предлагают спасти мир, вы беспокоитесь о родных и близких. И о шипастых драконицах, конечно.
Беседа помогла отвлечься от личных проблем и восстановить душевное равновесие, и во дворец мы прибыли как вполне приличная семейная пара. Отстояли в очереди добрую четверть часа, не меньше, а затем приблизились наконец к двери-артефакту.
— Что она проверяет? — забеспокоилась я.
— Соответствие. В широком смысле слова. На нас не должно быть оружия, опасных заклинаний, проклятий, мы не должны таить злые умыслы и тому подобное. Классика для любого дворца.
— Тэхён, а дверь не вычислит, что мы не женаты официально? — забеспокоилась я, прикрывшись щитом.
— Не волнуйся, все будет хорошо, — спокойно ответил Тэхён, развеяв защиту.
Вот я простофиля, нельзя ведь магичить во дворце! Хорошо, обошлось. Если не считать пары охранников, что дернулись в нашу сторону, но тут же вновь превратились в каменные статуи.
— Точно?
— Точно.
— Ты уверен? Точно уверен?
— Если бы у меня было хоть какое-то сомнение, я бы тебя сюда не привел.
— Ладно. Смотри мне.
Решила не нервничать — все равно бесполезно, — и принялась рассматривать убранство дворца. Удивительно, как много драгоценных камней, они буквально повсюду! Я такое только у архов видела, но там даже стены были из изумрудов. Хороший такой строительный материал, ничего не скажешь.
— А почему ты так уверен, что нас не вычислят?
— Дженни.
— Что? У меня, можно сказать, последняя возможность наговориться вволю, я пытаюсь все успеть.
— Давай побеседуем о чем-нибудь другом.
— Давай. Что такое «карамея»? Меня так продавец назвал в магазине.
— Э... — замялся Тэхён, явно не испытывая облегчения от смены темы, — чужая женщина, занятая, но не жена.
— Предначертанная небом, — произнес мужчина, стоящий за нами в очереди и бессовестно подслушивающий. Рядом с ним застыла миниатюрная темноволосая красавица. Глаза в пол — не смотрит на чужого мужчину, как положено.
Нет, ну от меня такого поведения никто не дождется. Разве что перед царями потерплю — буду исподлобья подсматривать. А здесь он сам первый ко мне обратился.
— А предначертанная небом — это что-то вроде суженой? — заинтересовалась я не на шутку.
— Это что-то вроде истинной пары, — пояснил мужчина любезно. — Откуда вы? Я вижу, что не местные, потому, думаю, можно не придерживаться строгих правил.
— Из Арратора, — со вздохом произнес Тэхён и недовольно посмотрел на меня.
— Дженни, пожалуйста.
— Истинная пара! Тэхён!
Я недобро уставилась на него, позабыв о собеседнике, но тот не был столь невежливым. Хотя нет, был. Влез ведь в наш разговор. За что ему огромное такое человеческое спасибо! И еще сверху отдельная женская благодарность!
— Неужели вы не знали? — удивился мужчина. — Разве не почувствовали? Карамея — это женщина, которая притягивает сильнее магнита, заставляет мужчину терять голову, делать глупости или свершать подвиги.
Если бы я была огнедышащим драконом, от одного наглого блондина остались бы рожки да ножки. Или, что куда вероятнее, горстка пепла. Но нельзя терять ни секунды, наша очередь стремительно приближается.
Святая Эйри, пусть там дверь заклинит, что ли?
Сейчас не до этикета, нужно быстро узнать максимум информации. Скрытный Тэхён, наверное, меня придушит, но...
— Вы знаете, так вышло, что один дракон посмел околдовать меня, — доверительно начала я шептать мужчине. И наконец увидела реакцию со стороны спутницы — она удивленно распахнула глаза и дернула мужа за локоть.
— Да, дорогая? Позвольте представиться, я Эйсаан кар Мун, а это моя любимая жена, Аесаль.
Тэхён последовал протоколу и представил нас, только любимой меня не называл — ведь я у него единственная жена, а не как принято в Зарме: любимая, пятая, десятая.
Аесаль говорила так быстро, что я едва успевала разбирать слова, но смысл был ясен — она в восторге от драконов и мечтает их увидеть, а про связанных много читала и находит этот обычай восхитительно романтичным.
— ...но ты — карамея своего мужа, значит, дракон не мог тебя связать, это невозможно, — заверила Аесаль под конец.
— Я перенес связь на себя, — включился в разговор Тэхён, но обращался исключительно к Эйсаану, как положено. — Думал, спасаю ее. Выходит, драконья связь трансформировалась в полноценную связь истинной пары?
— Нет. Карамея — это предначертанная небом в момент рождения, — уточнил Эйсаан. — Вы были связаны изначально. Есть древняя легенда, но ее нужно рассказывать не спеша.
— Как это романтично! Как восхитительно! Милый, давай пригласим их в гости и подарим им книгу легенд и сказок. Пожалуйста! — запричитала Аесаль, поглаживая плечо мужа и стреляя глазами. — Я все-все-все сделаю, чтобы ты улыбался.
Надо же, как интересно. Наша Джису умеет так же. Тоже, что ли, научиться работающему инструменту? Хотя я, наверное, пристрелю кого-нибудь насмерть, опасно.
Моим надеждам было не суждено сбыться — нас ничто не задержало. Дверь оказалась не просто артефактом, но еще и телепортом: оказались мы не где-нибудь, а на крыше самой высокой башни дворца. Вместо накрытого праздничного стола я увидела множество небольших крытых беседок, к одной из которых мы прошли.
— Добро пожаловать в Зарму, сестренка, — радостно поприветствовал меня развалившийся на белоснежных подушках Гарр. — Наша очередь еще не подошла, так что садись, побеседуем, пока есть возможность.
— Оставлю вас наедине, — вежливо произнес Тэхён, однако я невольно ухватила его за руку. — Не уходить? Ты ведь хотела поговорить с братом.
— Нет-нет, иди, я случайно. Просто Гарр на меня смотрит так, словно я в чем-то провинилась. Но я ведь была хорошей девочкой, меня не за что отчитывать.
— Не за что? — удивился Тэхён, ехидно ухмыльнувшись.
— Не за что! — настойчиво повторила я, послав ему самый строгий взгляд из своего арсенала.
— У нас мало времени, так что вынужден согласиться.
Белобрысая зараза! Нет, ну как так можно? Сделал то, что я хотела, но как!
— Не прожигай его взглядом, садись, у нас действительно всего пара мгновений. Рассказывай быстро все, что я должен знать, и сразу спрашивай совета, где он нужен, — поторопил брат, растеряв всякую вальяжность. — И давай не стесняйся, мне как лекарю можно и нужно говорить все.
Я подсела ближе и заглянула в родное лицо. До чего он, оказывается, напряжен.
Видимо, не все так просто в этой Зарме... или... или у меня?
— На практике познакомилась с Юнги Третьим, он узнал, что я сильный некромант, еще и нашла контакт с хранителем Темных Земель, Софи, решил заполучить мои руку и сердце, хотя нет, только руку...
— Без отступлений и лишних экивоков, — велел Гарр.
Не стала извиняться — сам ведь сказал, что не до вежливости и скромности.
— На меня он действовал, как любой дракон действует на девушку, но совсем головы я не теряла, меня вытаскивал своим голосом Тэхён. Когда дракон связал меня древней рабской связью, Тэхён перенес связь на себя и дал мне слово.
— Знаю. Он благородный. Дальше.
— Юнги разъярился и предупредил, что добьется меня любым способом.
— Мы уже получили предложение, изыскиваем варианты отказать малой кровью.
— Спасибо. Я инициировалась во второй раз, могу создавать зомби вроде нашего библиотекаря Зорга, ты его должен помнить. Залиус официально сообщил в Сантор, что я теперь опасна для окружающих, планируем пару раз организовать показательные выступления, чтобы никто не сомневался — до третьей инициации я должна жить под его контролем.
— Отлично. Что с вашей связью? Как. Тэхён держится, это видно. А ты?
— Залиус навесил на меня золотую печать, — все-таки покраснев, призналась я, — но мы... держимся.
— Он или забыл, что такое быть молодым, или за что-то мстит Тэхёну, — неожиданно хохотнул брат. — Издевательство знатное. Дженни, не красней. Дальше что?
— Я случайно подцепила тень, она заперта в моем браслете, Тэхён рекомендует отселить ее подальше и передать по наследству.
— Он прав. Отдашь мне, спрячу в сокровищницу. Дженни, обязательно расскажи подругам, что тень у тебя забрала тайная канцелярия и не вернула.
Брат выглядит напряженно и переживает, кажется, даже больше Тэхёна. Неужели тень — такой ужас и кошмар? Сами-то они являются носителями и не жалуются, а мне не дают. И я чувствую — они недоговаривают что-то очень важное, нужное.
— Гарр, тень представляет опасность? — спросила и плотно сжала губы, чтобы не выдать ничего лишнего.
— Он тебе не рассказал, да? Ясно.
— Сказал, что на твое усмотрение. Только что?
— Это настолько секретно, что никому, поняла?
— Да. Клянусь!
— Кадтангов уничтожили драконы, Дженни. И продолжают уничтожать по сей день. Это давняя война, тайная.
— Но ведь...
— Фурии развалили все, что могли, но защита кадтангов им оказалась не по зубам. Однако в ту войну были случаи прямых стычек, где против фурий единым фронтом выступали кадтанги с драконами, и в случае гибели кадтангов, что происходило очень редко, но происходило, тени в боевом запале внедрялись в тела драконов, где и оставались.
— Драконы тоже умеют ходить тенями? — удивилась я не на шутку.
— Нет, саали не пускает драконов. Тени не любят ящеров и вряд ли бы воспользовались такими носителями, будь иные варианты под рукой, ну и в горячке боя они пойдут на что угодно ради победы. Драконы быстро смекнули, что тени можно сковать артефактами, запереть в своем теле, и пытались заставить их сотрудничать. Но тени практически вечны и плевать хотели на их планы.
— Ты хочешь сказать, драконы уничтожили и продолжают уничтожать кадтангов и их потомков, чтобы в мире не осталось ни одного?
— Да. Похоже на то. Род кадтангов не возродить, но можно снять заклятие Темных Земель и вернуть их на историческую родину, или же освободить тени, чтобы они сами выбрали своих носителей.
— Какой кошмар! Драконы упали в моих глазах ниже плинтуса. Я и так их в последнее время недолюбливаю, но это как-то совсем чересчур.
— Это не все драконы, Дженни, только малая горстка избранных. У нас бы их назвали сектой и расформировали, но в Дааярде другие законы: мы предполагаем, что о происходящем неизвестно даже правящему дому. Это козырь в руках оппозиции действующей власти. У нас есть несколько подтвержденных имен, за всеми ведется слежка, но драконы — это драконы, сама понимаешь. Следим по мере сил и способностей, а они на воздушное пространство не распространяются.
— Я в ужасе.
От признаний брата волосы на голове зашевелились, и я отчетливо почувствовала спрятанные в них артефакты и амулеты. Тэхён защитил меня как императорскую сокровищницу.
— Отдашь тень?
— Подумаю. Может, она мне еще пригодится.
— Дженни...
— Возможно, я никогда не выйду замуж, ты ведь понимаешь это? Я дала клятву богине смерти и буду служить ей верой и правдой, пока она не отпустит меня.
— А где у тебя отметка на теле?
Брат выглядит подозрительно весело, что никак не вязалось с темой беседы, и это интригует. Выходит, Тэхён рассказал ему все и даже больше, но Гарр, по своему обыкновению, хочет услышать мою версию событий, сверить данные и сделать выводы.
— Ее нет или я пока не нашла.
— Прости, сестричка, но ты такая заноза в... сама знаешь где, что уверен, богиня сделала вид, будто тебя не услышала.
— Очень смешно.
— В любом случае, нам нечего предъявить драконам. Была бы отметка. Нестабильный дар смерти не так ужасен, они могут пригласить хорошего некроманта на службу во дворец, чтобы присматривать за тобой. Ладно, будем думать. Что еще?
— Еще я узнала, что я — карамея Тэхёна.
— Любовница? — поперхнулся Гарр. — Ты же сказала, что вы сдерживаетесь!
Мой хладнокровный, уравновешенный братец разъярился так, что глаза засверкали. Огромная сильная рука схватила мою бедную нежную ладонь и сжала так, что едва кости не захрустели.
— Отпусти, — пискнула я несчастно.
В ту же секунду рядом появился Тэхён, выглядящий так, словно готов испепелить Гарра на месте. Но сперва убить голыми руками. Пару раз.
— Ей больно! — произнес он, сдерживаясь из последних сил.
Оказаться между двумя разъяренными мужчинами — не то, о чем я мечтала. Вырвала пострадавшую конечность из жесткого захвата и осторожно ее растерла.
— Совсем сдурел, Гарр? Карамея — это предначертанная небом в момент рождения!
— Но у нас другая информация, — пришел в себя брат. — Карамея — это чужая женщина, любовница, соблазнительница, против которой невозможно устоять. В любом случае, извини, мне нужно привыкнуть к мысли, что ты уже взрослая девушка, а мне рано или поздно придется передать тебя в чужие руки.
Гарр тут же собрался и вновь превратился в сдержанного молодого человека с прекрасными манерами. Будто я не знаю, какие демоны водятся в этом тихом омуте, да-да. В нашей семье все — не подарки. И если я веду себя немного вызывающе, то Гарр всегда был спокойным и хладнокровным, но только с виду. По факту же даже отец его побаивается и старается не дергать тигра за усы.
Тэхён сел рядом и притянул меня к себе.
— Привыкай скорее, потому что нас скоро пригласят за стол, и Дженни почти все время будет в моих объятиях, — сообщил он интересный факт о застольях в Зарме.
— Дженни, я тебя прошу, только не кипятись там, хорошо? Дамы Зармы ведут себя...
Он не успел договорить. К нам подошел молодой человек, с ног до головы закутанный в небесно-голубые ткани, и пригласил пройти к столу.
— Тишина, Дженни, иначе тебя выпорют дважды, — прошептал Гарр.
— Дважды?
— Сперва от семьи мужа, затем — от твоей. За плохое воспитание.
— Хочу уже поскорее сбежать отсюда, — пробубнила себе под нос. Выпрямив спину и задрав подбородок, последовала за своим «мужем».
— Глаза в пол, — прошипел брат.
— Помоги мне, святая Эйри!
— Да, Великая, помоги всем нам, особенно Зарме, когда она узнает...
Что имел в виду Гарр я поняла, только когда попала на праздничный пир. Завитые, заплетенные в косы волосы, даже несмотря на тяжелые украшения, встали дыбом, и я вцепилась в руку Тэхёна.
Главное — никого сегодня не убить.