6
Очередная пробежка. Ноги Тэхёна еле тащатся по земле. Он не спал всю ночь. Синяки под глазами. «Мы — всего лишь мусор, которым воспользуются на войне...». Ким бежит сегодня слишком медленно, слишком, чтобы обогнать других. Прилично отстаёт.
— Тэхён!
Не хочет оборачиваться, бежит.
— Тэхён, постой!
Замедляется. Оборачивается. Хосок.
— Тэхён...
— Да, мистер Чон, — Ким не знает, как теперь реагировать на этого человека. Никогда не знал, но сейчас особенно.
— Тэхён, я хотел спросить... Ты вчера не приходил туда...я говорил тебе придти, но...
— Да, приходил, — у Тэ ровный тон голоса.
— Тэхён, что ты там увидел?
— Я увидел там вас и...
— И?
— Вы смотрели на звёзды.
— Просто смотрел на звёзды?
— А я должен был увидеть что-то другое?
Хосок замер, на пару мгновений, не найдя, что сказать.
— Если у вас всё...- Тэ развернулся, чтобы бежать дальше.
— Тэхён, — пальцы Чона железной хваткой вцепились чуть выше локтя Кима и развернули к себе, — Я слышал вчера ночью небольшой шум прямо за спиной. Я уверен, что это был ты. Мне не хотелось, чтобы ты становился свидетелем подобного... А теперь, глядя мне в глаза, задай вопрос. Спроси то, что хочешь узнать.
Сердцебиение Кима ускорялось, кажется, лоб даже покрылся испариной, губы дрогнули, взгляд устремился в непроглядную тьму под ресницами наставника. Ему нужно было задать вопрос. Хосок ждал. Ждал. Он ответит. На всё. На любой вопрос. Он готов.
— У вас есть девушка или жена? — этот вопрос вырвался сам собой. Это волновало больше всего. Это не давало покоя больше, чем тот ужас, который пришлось услышать прошлой ночью.
— Что? — пальцы слегка ослабили хватку, — Почему ты спрашиваешь?
— Вы сказали, чтобы я спросил о том, что хочу узнать.
Хосок оторвал руку от Тэ, отступил на пару шагов, запрокинул голову, глядя в небо и, проведя пальцами по лицу, стал массировать переносицу, словно пытаясь придти в себя.
— Тэхён. Я не буду ничего скрывать, если ты спросишь прямо, — он вновь взглянул на Кима, словно находился в отчаянии, — Можешь спросить, кто он, можешь спросить, о чём он говорил. Спроси об этом.
— Эти вопросы... именно вы хотите, чтобы я сейчас у вас об этом спросил. Но я не хочу. Я спросил то, что хотел.
— Нет, — судорожно Хосок провёл рукой по волосам и начал ходить из стороны в сторону, изредка поглядывая на следившего за ним Тэ.
— Что «нет»?
— У меня нет ни жены, ни девушки.
— Тогда с кем вы говорили тогда... помните, когда мы ходили по канату. Вы сказали, что обещали к ней придти. И что уйдёте к ней и что...
— Тэхён! — Чон вмиг оказался прямо перед Кимом, — Остановись, Тэхён. Зачем тебе это?
— Значит, это была девушка?
— Тэхён!
— Ответьте.
— Сестра.
В глазах студента заиграли победные огоньки, а на губах скользнула улыбка.
— Тэхён? Что-то не так?
— Если честно, у меня есть вопросы и по поводу вчерашней встречи.
Хосок коротко отвёл глаза и, шумно выдохнув, сказал:
— Дождись меня сегодня после ужина. Тогда поговорим.
***
После вечерней трапезы Хосок кивнул Тэ, чтобы тот следовал за ним. Они прошли мимо основного здания штаба. Там были небольшие постройки. В одной из них располагалось лагерное жилище Чона. Он открыл дверь, включил свет (довольно тусклый, прямо скажем) и отошёл, впуская Кима.
— Садись, я налью чай.
— Хосок, — вдруг схватил Тэхён наставника за рукав, на что получил удивлённый взгляд, полный замешательства, — То есть, мистер Чон...а у вас есть, что покрепче...выпить.
— Ты хочешь выпить?
Тэ не отвечал, лишь продолжал смотреть в глаза преподавателя.
— Если только немного. Отпусти, я принесу.
Ким разжал пальцы и смущённо уставился в пол, а затем, когда Хосок куда-то отошёл, расположился на небольшом диванчике.
Чон вернулся с двумя бокалами и бутылкой вина.
— Это всё, что у меня есть, — констатировал он, откупоривая стеклянный сосуд.
Тэхён самозабвенно наблюдал, как бордовая жидкость стекала по прозрачному стеклу, оседая на дне кроваво-красной массой. Хосок протянул бокал Киму, а сам расположился на диване, закинув одну ногу на кожаную обивку и развернувшись к студенту. Он наблюдал, как Тэ, припав губами к острой каёмке и прикрыв глаза, сделал несколько глотков. Сам же Чон пить не стал и лишь поставил бокал обратно на стол.
— Знаешь, — мягким голосом начал наставник, обратив внимание Тэ с бокала на себя, — это ведь не первый подобный лагерь. Но близится война. Поэтому нашему руководству было предложено переписать всех подопечных в ряды добровольцев. Но добровольного тут ничего нет. Я знаю, что такое война и... Ваш отряд находится под моим крылом, поэтому я не дам разрешения отдать вас на войну.
— Северная Корея? — прошептал Тэ.
— Северная Корея, — ответил Хосок.
Небольшая пауза. Оба смотрят куда-то в пустоту перед собой.
— Какого это...быть на войне?
— ...поначалу страшно, но потом... Потом привыкаешь к мысли, что каждый день может стать последним. И больше не думаешь о том, что можешь потерять.
— ...вы жалеете, что пошли этим путём?
— ... не знаю, Тэхён. Просто иногда думаю, что не смогу жить нормальной жизнью, жить как все. Ты спросил меня, есть ли у меня жена или девушка...
Вновь услышав это, Тэ вновь глотнул вина, продолжив пялиться в полумрак перед собой.
— ...разве у меня может быть девушка или жена? Кому нужен человек, с которым каждый день может что-то произойти?
Ким точно знал, кому он был нужен, но как он мог сказать...
— ...обрекаете себя на одиночество?
— ...это не по моей воле. Так уж вышло. Это жизнь.
Тэ вновь глотнул вина.
— ...что с вами сделают, если вы не отдадите нас в ряды добровольцев?
Тишина в помещении была слишком...тихая? Ким слышал размеренное дыхание Чона, даже слышал взгляд, устремившийся на него. Слишком тихо...
— Они попытаются заставить меня сделать это. И, если я не сдамся...
— ...если вы не сдадитесь...
— ...они примут иные меры.
Вновь глоток.
— Так жарко, — выдохнул Тэ, приложив одну ладонь к своей щеке.
— Ты много пьёшь, — мягко улыбнулся Чон.- Почему ты захотел выпить?
Вновь глоток. Опустошён. Тэ тянется к бутылке и вновь заполняет бокал.
— Ну так, почему ты решил выпить?
— Я...- Тэ ставит оба локтя на свои колени и вглядывается в переливающуюся и искрящуюся жидкость, — чтобы успокоиться...
— Тебя что-то беспокоит?
Глоток.
— Тогда, когда мы с тобой занимались хождением по ленте, ты заплакал... Это связано с этим?
Глоток.
— Я уже говорил тебе, и сейчас повторюсь: если есть что-то, что ты хочешь рассказать...если что-то тебя беспокоит, просто скажи мне об этом. Поверь, тебе станет намного легче.
Глоток. Тихий от алкоголя голос:
— ...я просто хочу напиться...
— Алкоголем душу не вылечишь... не бойся, посмотри мне в глаза и скажи.
Тэхён уже ощущает, как его мысли затуманиваются. Он причмокивает губами, пытаясь что-то ответить, но не может, потому что слишком плохо и слишком хорошо одновременно.
Чон придвигается ближе, хочет забрать у Тэ бокал, но тот снова припадает губами и допивает всё до дна. Его организм не привык к алкоголю вообще, и эта неустойчивость даёт о себе знать слабостью и вялостью.
— Тэхён, — Хосоку всё же удаётся забрать бокал и поставить его на стол. Он берёт Тэ за плечи и разворачивает его к себе лицом, — Тэхён, расскажи мне, что случилось? Мне больно видеть, как ты страдаешь.
Ким видел перед собой аккуратные острые скулы преподавателя, видел, как мягко двигаются губы, как тёмный взгляд из-под ресниц испепеляет его, как полумрак окутывает бархатную кожу. Тэ вдруг захотелось проверить, правда ли его кожа такая, и он вдруг поднимает руку и касается кончиками дрожащих пальцев щеки Хосока. «И правда, словно бархат», — проносится в мыслях.
Чон замер, словно его сковали наручниками, словно ему заклеили скотчем рот. Он боялся сделать лишнее движение, чтобы спугнуть парня, затуманенный взгляд которого изучал его лицо, шею, волосы.
— Мистер Чон...- Тэ буквально выдохнул это, словно боясь потерять звуки, которые один за другим выстаивались в слова.
— Да...- шепнул Хосок, готовый услышать всё, что будет сейчас сказано пьяным студентом.
— ...мне так жарко...
— Тебе жарко? Мне открыть окно?
— Нет...- пальцы соскользнули с щеки и, задевая кадык, спустились ниже, ухватившись за воротник, — внутри так жарко...
— Тэхён, ты в порядке?
— Как вы думаете... я в порядке? — лихорадочный взгляд встретился с острым проникновенным взглядом наставника.
— Тэхён, ты быстро опьянел, тебе...
— Мистер Чон...
— Да, Тэхён, — Хосок всё надеялся, что парень откроется ему, что расскажет о своих проблемах, что удастся ему помочь, — расскажи мне...
Голова Кима обессилено упала на плечо Чона, носом он ударился в шею, и тело его окончательно обмякло, прильнув к груди Хосока.
— ...как я могу...- шепнул Тэ, а глаза закрылись, погружая организм в крепкий сон.