Глава 8
Тяжёлая поступь за спиной привлекла внимание Томаса. Мужчина медленно обернулся на шаги, выхватив из темноты — ещё до того, как два зверя выступили на лунную дорожку — мерцающие, словно факелы, глаза. По телу пробежался холодок от вида мощных челюстей, усеянных несколькими рядами острых клыков.
Кровь внутри похолодела от мучительно долгого ожидания, а дыхание замерло на одно маленькое мгновение. Два громадных волка резко подались вперёд. Томас пригнулся, защищая голову, но в следующую секунду ощутил лишь небольшой поток тёплого ветерка где-то высоко над собой. Открыв глаза, он увидел капли крови на своём пиджаке, а после до него донесся скрежет когтей об пол первого этажа архива.
Два зверя перелетели через перила, исчезая в ночных коридорах отдела. Ещё немного, и их увидят остальные работники. Они поднимут панику, но будет уже слишком поздно. Томас с ужасом и непониманием одновременно осмотрел все вокруг. Все то, что он клялся когда-то защищать, было разграблено или уничтожено. Оборотни слишком серьёзные противники, но эти были не уязвимы. Их не взяло ни одно оружие жнецов, а многие из последних были мертвы. Случилось именно то, о чем предупреждал архив, но Томас его намеренно проигнорировал.
Мужчина спускался по лестнице, ему казалось, что он шёл сквозь туман, хотя последний был в его голове. Томас еле удержался на ногах, схватившись за перила. Он несколько раз вдохнул и выдохнул воздух, пытаясь прийти в себя, разогнать смуту в голове. Но перед глазами вновь и вновь представали картины сегодняшней резни, как челюсти волков неумолимо смыкаются на шеях его коллег. А он ничем не мог им помочь, и, пожалуй, собственная беспомощность причинила ему намного больше боли, чем душераздирающие крики раненных товарищей.
Мужчина с трудом добрался до главных дверей, служивших выходом из архива в основную часть здания. Томас ещё раз осмотрелся в темноте, заметив дорожку из крови, мужчина отвернулся. Всем тем, кто погиб этой ночью, он уже не поможет, нужно было позаботиться о себе. Из раны на ноге вытекала алая жидкость, но Томас почти не чувствовал боли из-за шока. Можно сказать, что он обнаружил глубокий укус только сейчас, хотя помнил, что совсем недавно один из волков попытался его убить. Что-то остановило зверя, и жнец точно знал, что сегодняшняя ночь не была для него последней.
Он попытался прижать рану, перекрывая рукой вытекающую кровь. Алая жидкость с ещё большим азартом забилась меж пальцев, лужицами растекаясь по полу. Томас обессиленно сполз вниз, прикрыв свинцовые веки, мужчина прислушался к ночной тишине. И последняя была не долгой. По направлению к архиву приближались остальные его коллеги, их суетливые шаги глухим эхом отскакивали от стен длинных коридоров.
Последнее, что запомнил Томас, перед тем, как погрузиться во мрак, это нечёткие силуэты людей и такие же размытые голоса, что неясно доносились до его разума. Мужчина с замиранием сердца смог хорошо разглядеть только одну пару глаз из всех присутствующих. Эти глаза, как два огонька, тут же врезались ему в память, стали последним, что он увидел этой ночью...
...Прийти в себя было намного сложнее, чем погрузиться во тьму. Спустя какое-то время Томас стал различать звуки вокруг себя, но все ещё не переставал воспринимать их, как будто бы из-за завесы. Разум плавал в тумане, словно качался в лодке на спокойных волнах. Только лишь одно прикосновение ледяных пальцев, сидящего рядом человека, заставило мужчину резко распахнуть глаза. Ему пришлось тут же зажмуриться, когда яркий свет чуть его не ослепил.
Последнее воспоминание из этой страшной ночи и холодное прикосновение к руке легко очистили разум смотрителя архива. Томас обернулся, чтобы увидеть человека, сидящего около его больничной кровати. Как он и ожидал, в глазах хвойного цвета бушевал настоящий пожар, но лицо молодого парня не выражало ни одной эмоции.
Гаральд Ван Сатен часто был не в духе, но этой ночью он был просто в ярости.
— Скажите мне, Томас, — вкрадчиво начал говорить начальник отдела, заставляя кровь собеседника похолодеть, — как так получилось, что мы не знали об этой трагедии?
Томас сразу заметил, что Гаральду сложно сдерживать бурю эмоций, которая буквально разрушала его изнутри. Именно поэтому начальник лондонского отдела пытался говорить чётко и сдержанно, медленно проговаривая каждое слово. Он просто пытался удержаться от того, чтобы не вонзить в Томаса нож прямо здесь и сейчас.
— У меня есть предположение на этот счёт, — собравшись с силами произнёс мужчина, — впервые за много лет архив дал сбой.
— Вы утверждаете, что с самого основания Лондона архив работал, как швейцарские часы, но вдруг именно в наши дни он дал сбой? Я правильно понимаю вас, Томас? — Гаральд пронзил подчинённого взглядом, последний суетливо отвёл глаза.
— Да, — дрожащим голосом выдавил мужчина, желая провалиться под землю.
Гаральд медленно кивнул, при этом парень продолжал сверлить пострадавшего взглядом зеленых глаз. В палату незаметно вошёл робкий на вид молодой человек - Уильям Ганс. Последний тихо подкрался к начальнику отдела, но Гаральд резко обернулся с давно приготовленным вопросом:
— Вы уже подготовили материалы для будущего отчёта?
— Так точно, сэр, — с готовностью отчеканил Уильям, протягивая лист бумаги желтоватого цвета с коричневой окантовкой, — не хватает лишь вашей подписи, после этот документ можно отправлять в Палату Лордов.
Гаральд несколько раз покрутил документ в руках. Через несколько мгновений послышался звук рвущейся бумаги, и две половинки листа уже валялись в его ногах. Уильям не смог скрыть своего удивления, наблюдая за абсолютно спокойным лицом начальника.
— Но...
— Так нужно, Уильям. Созывай комиссию, — резко произнёс Гаральд, с подозрением осматривая Томаса, — мы должны хотя бы попытаться разобраться в этом странном происшествии без вмешательства сверху. И первым делом мы допросим вас, — парень уже обращался к пострадавшему мужчине. — Как вы понимаете, у меня есть основания, чтобы вам не доверять.
— Допрашивайте, — Гаральд впервые почувствовал твёрдость во взгляде Тома, — мне нечего скрывать.
Обладатель зеленых глаз еле заметно кивнул, покидая больничную палату. Уильям медленно потянулся к выходу следом за начальством, и Томас вновь остался в одиночестве.
Решительность исчезла также же внезапно, как и появилась. Он снова ощутил небольшую слабость во всем теле, что не позволяла ему думать трезво и сосредоточенно. Пару минут назад Томас солгал своему начальнику о том, что у него нет скелетов в шкафу, но ведь реальность была далека от сказки.
Мужчина смежил веки, желая провалиться в спасительный от ужасной действительности сон. Дверь в палату тихо скрипнула, но в тишине комнаты этот противный звук прозвучал достаточно отчётливо, чтобы заставить пострадавшего распахнуть глаза. Перед кроватью Томаса село несколько серьёзных мужчин, выглядевших старше него самого лет на десять. Старейшие жнецы - члены комиссии - внимательно осмотрели пациента.
— Ваш врач утверждает, что вы уже пришли в себя, — деловым тоном проговорил один из мужчин, поправляя очки на цепочке. — Поэтому мы вправе задать вам всего лишь несколько вопросов.
— На этом настаивает сэр Гаральд Ван Сатен, — вежливым голосом вставил другой мужчина, носивший причудливую шляпку дерби.
— Я готов ответить на любые ваши вопросы.
Томас осторожно присел на кровати, держась за голову. Туман снова подступил к его разуму, но мужчина быстро пришёл в себя, встряхнув головой.
— Скажите, Томас, чем вы занимались весь вчерашний день? — начал тот, у которого очки постоянно сползали на переносицу.
— Как всегда... работал в архиве. Я уже пытался объяснить, что не видел ничего необычного и сделаю это ещё раз.
— Вы всё продолжаете настаивать на том, что архив дал сбой? Забыл предупредить о трагедии?
— Именно это и произошло, — попытался как можно увереннее произнести Томас.
— Ваша версия не вызывает доверия. Я могу привести всего лишь один аргумент, который докажет, что вы лжёте, — мужчина снова с лёгким раздражением поправил очки. — Архивы были созданы самим Богом и поддерживаются его безграничной силой. Они никогда не совершают ошибок, и лондонская библиотека душ не исключение.
— Позвольте, — Томас мысленно собрался с силами, хотя внутри царил целый ураган, сносивший все на своём пути, — Бога, как вы выразились, давно уже нет на нашей земле, точно также, как и его безграничной силы, что поддерживала почти все основы мироздания. Весь мир рушится прямо на наших глазах, а архангелы ничего не делают для его сохранения. В их интересах лишь оставаться на верхушке и чувствовать себя Богами, не позволяя полукровкам появляться на свет. Как вы думаете, готовы ли они тратить много сил на поддержание наших архивов?
— В данный момент вы пытаетесь отвлечь нас от реальной проблемы. — В разговор вмешался третий член комиссии, все это время хранивший молчание.
— А вы пытаетесь уйти от ответа, зная, что я говорю правду, — решительным тоном проговорил Томас.
— И все же, — мужчина снял шляпку дерби, приглаживая тёмные короткие волосы, — у комиссии есть повод вам не доверять. Точно так же, как и у сэра Гаральда Ван Сатена. Надеюсь, вы понимаете, что на этом наш разговор не закончился. Впереди вас ждёт судебное разбирательство, поэтому мы советуем вам, Томас, как можно лучше к нему подготовиться. Ведь фразы "архив дал сбой" явно будет не достаточно, чтобы защитить свою честь.
Мужчины синхронно поднялись со стульев. Тот, который держал шляпку дерби, приложил головной убор к груди, слегка склоняя голову.
— От лица всей комиссии желаем вам скорейшего выздоровления.
— Благодарю, — сквозь зубы проговорил Том.
Мужчина смог спокойно прикрыть веки только когда в палате воцарилась тишина. И снова он подумал о той трагедии, которую должен был предотвратить. Томас только успел подумать о том, что ещё не поздно сознаться. Ему даже захотелось подняться в кабинет начальника и сообщить тому все лично, но резкая боль тут же привела его в чувства, пронзая руку от кисти до локтя. Быстрым движением Томас закатал рукав рубашки, чтобы увидеть как светится змеевидный шрам, оставленный ангелом.
Он был удивлён. Ведь ему пришла всего лишь мысль о нарушении клятвы. Томас глубоко вдохнул воздух, пытаясь хоть немного успокоиться. Его тело постепенно расслабилось, и вместе с напряжением ушла и пульсирующая боль.
Резкая пульсирующая боль пронзила руку Грея. Падший ангел обессиленно упал на грязный пол, по губам снова потекла струйка крови. Помутневшими глазами Грей осмотрел заброшенное помещение в ожидание Корнелия. Последний все не появлялся, а силы падшего ангела таяли с каждой минутой.
Этой ночью Грей потратил слишком много ангельского света, что сильно истощал его организм. Когда он был ангелом, то спокойно мог питаться жизненной энергией Джоан, потеря которой нисколько ей не вредила. Ангел-хранитель навечно связан со своим подопечным, вплоть до естественной смерти последнего. К сожалению, смерть Джо была слишком преждевременной.
От противных, разъедающих изнутри мыслей Грея отвлекли торопливые шаги на первом этаже заброшенного здания. Эту суетливую походку ангел узнает из тысячи. Корнелий быстро оказался на нужном этаже. Радостная улыбка исчезла с лица демона стоило ему только увидеть измученного падшего ангела. Белые кончики перьев на крыльях совсем потемнели, впитали в себя всю грязь этого мира. В серых глазах с трудом проскакивали искры жизни, а с подбородка на пол капала алая жидкость.
— Достал то, что нужно? — бодрым голосом спросил Грей, делая вид, что его состояние сейчас не стоит чужого внимания.
— Прости, что попросил тебя использовать свою благодать. — Корнелий приблизился к ангелу, с каким-то неизведанным страхом осматривая его крылья. — Ты становишься демоном? — с детской наивностью полюбопытствовал рыжий парень.
— Это невозможно. Я не могу стать демоном, и не буду больше ангелом. Когда крылья окончательно потемнеют, то я просто стану никем, лишь жалкой тенью самого себя, — Грей ненадолго замолчал. — Если только источник мне не поможет... Мы отвлеклись. Ты нашёл нужные души?
— Я думаю, что эти подойдут, — Корнелий достал из сумки несколько потрёпанных книг-хранилищ, демонстративно раскладывая их перед ангелом. — Их обладатели были известными философами и учёными в узких кругах. Больше мне разузнать не удалось, жнецы подняли тревогу.
— А те два вервольфа¹? Что случилось с ними, когда мои силы перестали на них действовать?
— Лежат без сознания возле заброшенной ветки метро... Грей, они правда ничего не вспомнят к утру?
— Я приложил все усилия, чтобы этого не произошло. Точно так же, как и скрыл их от посторонних глаз.
— Скажи, как часто ангелы используют свою благодать, чтобы управлять другими? — почти шёпотом спросил Корнелий.
Грей отвёл взгляд, не желая давать прямого ответа на этот вопрос. Демон сразу уловил напряжение повисшее в воздухе. Птичий крик разразился в пустом помещении, гулким эхом отскакивая от кирпичных стен. Падшему ангелу удалось ускользнуть от ответа, ибо чёрная птица, внезапно появившаяся в окне, стала единственным, кто полностью завладел вниманием двух компаньонов.
— Люцифер? — с недоверием спросил Корнелий.
Ворон внимательно уставился на демона, показывая свой красный глаз.
— Передай своему хозяину, что мы нашли нужные души, а жнецы ничего не подозревают.
— С каких это пор ты понимаешь язык этих птиц? — слегка усмехнулся Грей, смотря на напряжённого приятеля.
— Я его не понимаю, но он способен понять меня, — договорив, демон указал туда, где ещё секунду назад сидел Люцифер.
Птица бесшумно упорхнула в ночь. Корнелий какое-то время всматривался в темноту, будто бы хотел увидеть ещё и Михаила. Последнего и быть здесь не могло. Демон встряхнул головой, помог Грею подняться на ноги. Ангел спрятал крылья. Он был больше не в силах использовать свою благодать для перемещений в пространстве, но Корнелий все ещё был на это способен.
Понадобился всего один щелчок пальцев, чтобы оставить заброшенное здание пустовать ещё какое-то время.
___
¹Вервольф — волк-оборотень.