Глава 7.
Запись из дневника Майи.
"К нам в компанию вчера присоединились двое. Ученый эколог Уильям Андерсон и его дочь Шелли. Какой же этот Андерсон странный. Не могу понять, почему Джия от него в таком восторге. Это все его биологические сказки, да и по ее рассказам, она всего любила мужчин постарше. Но не на тридцать же лет! Мерзость. Ну, зато Сайман счастлив. Быть ребенком в мире взрослых очень тяжело. Но теперь их две, и ему больше не так одиноко. Шелли — чудесная девочка, но со своими странностями. У нее есть воображаемый друг Лойд. Она периодически рассказывает какие-то истории про него и что он живет в лесу. Уилл сказал, что это у нее началось после убийства ее братьев. Как-никак она видела тела. Спустя неделю после трагедии у нее и появился этот Лойд. Андерсон поддакивает ей, что тоже периодически видит его. Якобы видел его в лесу, и этот друг передал ей привет. Она так радостно бегала. Не думаю, что это правильный подход как отца, но это не мое дело. Благо Сайман сохраняет рассудок и смеется над Шелли из-за ее выдумок, естественно, за ее спиной на пару со мной. Запасы еды истощаются, но, говорят, тут рядом есть пруд с пресной водой и со здоровой рыбой. Думаю, всё будет хорошо".
Идти до хижины мистера Андерсона было примерно два часа. Погода была на удивление хорошая. Температура показывала 24 градуса в тени. Облака были белые, без кислотных тонов. Кругом стояла тишина. В такие дни я любила представлять, что всё стало нормальным. Что климатические волны, как мы их называли, перестали обрушиваться на нас, сея за собой разрушения. Что можно будет, как раньше, выйти в город, увидеть толпы бегущих по своим делам людей. Очереди в пекарне на моей улице. Да я бы сейчас была готова простоять в этой очереди целый день, но только бы откусить хоть кусочек этих прекрасных булок с корицей и кремом. Я не думала, что когда-либо буду скучать по городской суете и толпе незнакомых мне людей. Мне всегда хотелось сбежать оттуда куда-нибудь за город, в тихую глушь. Запереться с книгами и сериалами дома, просто наслаждаться тишиной, без всех этих орущих и суетливых людей на улицах и на работе. А сейчас я готова отдать что угодно, чтобы увидеть хотя бы, как бабушки ссорятся с продавщицей на кассе универмага за то, что им пробили товар не по акции. Сколько же нас вообще осталось? Интересно, хоть кто-то рад жить в таком мире? Люди из сферы обслуживания выдохнули с облегчением? Жёны миллионеров живут спокойно без салонов красоты и торговых центров?
- И, как я уже говорил, насекомые сейчас таят куда большую опасность. Они развиваются и приспосабливаются гораздо быстрее любого млекопитающего. - У Уилла и Джии продолжались учебные лекции. Я решила, что будет неплохо увести разговор в другое русло, пока он не начал вещать о том, что пауки вырастут до размера собаки.
- Ей, профессор. Как вы думаете, что произошло? Почему всё изменилось так быстро? Уверена, у вас есть какая-нибудь научная теория, которая способна всё это объяснить. - Быстрыми шагами я догнала идущих впереди меня.
- О да, Майя. Всё это дело рук человека разумного. Годами люди уничтожали природные ресурсы, которые обеспечивали жизнь их самих же. Человек за столько лет не научился чувству меры. Ему хотелось больше и больше. Новый век давал разумному еще больше искушений. Люди окисляли океаны своей вечно разливающейся нефтью. Увеличивали парниковый эффект, строя тысячи одинаковых заводов. Топили ледники, повышали норму углекислого газа, вырубали леса, отравляли и убивали всё, что могло принести им заветные зеленые купюры, и всё никак не могли наесться досыта. В какой-то момент, ослепленные своим господством на земле и гордо назвав себя вершиной эволюции, они забыли, что по природе своей они просто набор бесконечно делящихся клеток. И тогда природа решила напомнила им о том, кто они. Флора и фауна была на этой планете и до нас, и будет после. Всё, что мы сейчас видим, — это плод вековой работы человечества, которое могло только брать и ничего не давать взамен. Природа поставила хомо сапиенса на место. Кто же теперь такой человек разумный без своих гаджетов, интернета, телевизора и без любимых заводов чего-либо? Разумный ли он теперь вообще? - Он, не сбавляя шага, покосился в мою сторону.
- Ну, человек - засранец ненасытный в своих желаниях - это факт. Однако всё же мы не знаем, что произошло конкретно. Я помню, как в первую волну пропал интернет. ТВ тоже не показывало ни одного канала. Работало только радио. Связи с миром не было никакой. По радио было слишком много разных волн. Кто-то умудрялся спамить даже по радио. Сотовая связь тоже не работала. Мы все тогда понимали, что что-то надвигается. На третий день началась паника. Люди собирались толпами у мэрии и требовали ответа от правительства. Но я думаю, что правительства уже не было в этот момент в городах, не знаю, куда они сбежали. В бункеры? Улетели на Марс? Они наверняка знали, что грядёт, и, чтобы не сеять панику и не устраивать беспорядки раньше времени, они укрылись в безопасном месте. Думаю, они сами всё отключили, чтобы выиграть себе время. В апокалипсис каждый сам за себя.
- Я уверен, они все знали еще задолго до этого климатического скачка. Природа дала последние сигналы предупреждения всем людям на этой планете, но кто из них читал новости про экологию и хоть как-то этим интересовался? Все лайкали эти гениталии друг друга в соц.сетях. - Он забавно потыкал пальцами перед собой. - И следили за всеми этими знаменитостями, кто из них что поел на завтрак. Никто не обратил внимания, что киты всплывали брюхом вверх, планктон очень странно мигрировал, куча метровой рыбы на берегах океана. Эти новости стали обыденностью. Они тогда уже не были редкими, да и не набирали миллион лайков в этих тиктоках. Мы бились за то, чтобы привлечь внимание людей к этой проблеме. Нас не слушали, уровень углекислого газа в океане бил все рекорды, и уровень воды в прибрежных зонах тоже. Перелетные птицы мигрировали на север в начале осени. Всем было абсолютно плевать. Мы связывались с экологами по всему миру, никто не понимал, что происходит. Природная фауна будто сходила с ума. Поэтому, когда в первый же день пропала связь с внешним миром, то я уже был готов к этому времени, и в первый же час мы с семьей уехали на ферму в очень отдалённом месте, который я купил накануне.
- Да какая уже, к черту, разница. Мы можем лишь гадать, что там произошло. Мы не знаем, что сейчас происходит на других континентах. Сколько осталось нас и как нам жить дальше. Это единственное, что должно волновать наши умы, остальное неважно.- Джии явно не нравились разговоры о прошлом. У нее вообще жёсткий подход ко всему, что хоть как-то связано с прошедшим временем. Она всегда говорила мне: «Забывай то, что мы изменить не в силах, и искореняй то, что мешает тебе концентрироваться на твоих целях».
- Ладно, Джи. Мы просто размышляли, и все такое. Не будем отвлекаться от поставленной задачи и падать духом. Что было, то было. Зато нет этих вечных очередей в супермаркетах, да? - Я посмеялась. Джия тоже оценила шутку, а Уилл просто вел нас вперед за собой. Дальше мы шли в тишине.
Спустя какое-то время, что показалось мне вечностью. Мы пришли к развалинам Андерсонов. Окна не были заколочены досками, да и дверь представляла собой кусок фанеры. Да как они тут вообще выживали?! Летние сутки, хорошо, я поверю, но буквально через неделю мог выпасть снег. Мне захотелось подойти к мистеру Андерсону и попросить его быть менее подозрительным.
- Дамы, добро пожаловать в наше с Шелли убежище! — радостно произнес Уилл. Чувствуйте себя как дома и забирайте все, что сочтете нужным.
- А я жаловалась на наш дом. Ну и дыра! - Джия посмотрела на меня и закатила глаза, явно не оценив мое восхищение.
Внутри было еще хуже, чем снаружи. Пол почти весь прогнил, и от него осталась одна труха, а на стенах местами присутствовал какой-то желтый мох. Пахло в помещении явно не розами и лавандой, стоял какой-то кислотный мерзкий запах. По Джии было видно, что она хочет закрыть нос рукой, но не делает этого, чтобы не смущать Уилла.
- Дамы, я соберу все лекарства. Тут можно отыскать разного рода консервы, и я куда-то спрятал патроны. Они были в железной банке. Если найдете, то скажите мне об этом. - Приветливая улыбка все не сходила с лица Уилла. Он поднял с пола самодельную деревянную лестницу, приставил ее к дыре в потолке и полез наверх. Мы переглянулись и тоже направились на поиски чего-либо.
Хоть дом был в ужасном состоянии, комнат все же было больше, чем у нас. Я забрела в одну из них. Судя по куче грязных одеял, паре штук пыльных детских книжек и частично растерзанному плюшевому зайцу, я решила, что это комната Шелли. Из всех других она была самой опрятной, хоть опять же окно, которое было в этой комнате, было разбито и не заделано досками. Немного потоптавшись там и осмотрев каждый угол, я поняла, что брать там нечего, и уже хотела уходить из комнаты, но мой взгляд опять примкнул к этому подранному зайцу. Мне вспомнился маленький Сайман и тот день, когда он трепетно сжимал в руке плюшевого Стива. А вдруг этот заяц тоже что-то значит для Шелли. Открыв рюкзак, я сунула туда этого изувеченного без одной лапы и правого уха. Я вышла из комнаты, не найдя ничего полезного, но с мягким трофеем в рюкзаке. Не теряя надежды, я зашла в следующую комнату.
Эта комната была в разы хуже, да и, судя по всему, она использовалась жильцами как складская мусорка? Там лежали пустые бутылки, какие-то обертки, коробки и банки. Капаться там не особо хотелось, но все же я начала осматривать больше железные банки.
Моя интуиция меня не подвела. В одной из банок я нашла небольшой револьвер с пулями. У Андерсона, видимо, начался маразм, он сам забыл, что в банке лежит пистолет, и выкинул ее в мусор. Но как же, черт возьми, я сейчас была этому рада! Говорить Уиллу об этой находке я, конечно же, не буду. Мне самой сейчас очень пригодится.
Спустя двадцать минут мы собрались на крыльце дома и отчитались за наши находки.
- И подытожим: набор инструментов, маток медной проволоки и чайник. Тоже немного потрепанный жизнью, но в лучшем состоянии, чем наш. - Джия держала железный чайник перед собой, вертя в разные стороны.
- У меня наверху был запас антисептиков и антибиотиков. Скотч, изолента, два куска мыла и карамельные конфеты. Прятал их Шелли, выдавал по одной в день, думаю, дети обрадуются.
В отличие от всех остальных, моим трофеем так и оставался плевый заяц Шелли. Таким достижением хвастаться совсем не хотелось, но я уже минуту как гипнотизирую небольшой ржавый лом, что стоял, прислонившись к тому, что когда-то было забором.
- А я нашла лом. Подойдя к нему и осмотрев со всех сторон, убеждая свою мнительность, что на нем нет засохшей крови, остатков какой-нибудь плоти и что я не заражусь ничем сразу после того, как возьму его в руки. Увидев на нем лишь слой ржавчины, я со спокойной душой взяла его.
- Что ж, дамы, я говорил, что брать тут особо нечего. Но всё же, мы теперь располагаем хорошим запасом медикаментов, и давайте поспешим вернуться. Джон сейчас остро нуждается в антибиотиках.
- Вы согласны с нами поделиться? - Удивленно спросила я.
- Что за глупые вопросы?! Я шел сюда, чтобы в первую очередь предоставить необходимую помощь Джону. - Мистер Андерсон обиделся.
- Простите ее, Уилл. Просто она не привыкла получать помощь. Мы все всегда надеялись только друг на друга, и спасибо вам, что делитесь с нами припасами и помогаете Джо.
- Пожалуйста, Джия. Только это не обмен услугами - это теперь наша обязанность. Заботиться друг о друге. Мы объединились и образуем одну «стаю», как бы это ни звучало. Нет теперь слова «делиться», у нас всё общее.
Я молча кивнула. Джия стояла, улыбаясь. Мы отправились обратно в путь, не оставляя времени на отдых.