22 глава
Хёнсу давно перестал вздрагивать и всхлипывать, но ты всё ещё держала его.
Не отпускала. Потому что не знала, что делать дальше. Что говорить, куда деть руки, как смотреть ему в глаза после всего. И ещё потому, что он сам не спешил отстраняться. Просто сидел, прижавшись лицом к твоей футболке, и молчал.
Тишина становилась неловкой.
- Эй, Хёнсу, - прошептала ты.
Он коротко дёрнул головой, вопросительно.
- Посмотри на меня.
Медленно, очень медленно он поднял голову.
Глаза у него были красные, опухшие, мокрые. Ресницы слиплись, под глазами размазалась влага, а на щеках остались влажные дорожки. Он смотрел на тебя снизу вверх, и в этом взгляде было столько стыда, что у тебя внутри всё перевернулось.
Ему было невыносимо стыдно. Ты чувствовала это каждой клеткой. Сидеть перед девушкой, позволить себе сломаться, позволить увидеть себя таким... Для него это было хуже любой раны.
Но это был первый раз, когда он не смог совладать с собой. Первый раз, когда чувств стало так много, что они выплеснулись наружу.
Ты опустила руки. Холодные пальцы легли на его мокрые, горячие щёки. Большими пальцами ты осторожно стёрла влагу под глазами, провела по скулам.
Внутри всё замерло.
Ты смотрела на него, на его лицо, на его глаза, на то, как он замер под твоими руками, и чувствовала что-то странное. То, что заставляло сердце биться быстрее, а мысли путаться.
Ты испугалась. Готова была отдёрнуть руки, отскочить, сделать вид, что ничего не было. Лишь бы прогнать это чувство. Лишь бы снова стать просто Т/и и просто Хёнсу.
Но не могла.
Оставить его сейчас, когда он смотрел на тебя так беззащитно, было страшнее. Страшнее, чем признаться себе в том, что это чувство вообще существует.
Ты убрала руки. Медленно и осторожно.
- Всё хорошо, - тихо сказала ты. - Всё нормально.
Он отвёл взгляд. Уткнулся куда-то в пол, спрятал лицо, снова стал собой - замкнутым, тихим, далёким.
Ты села рядом. Просто на пол, прислонившись спиной к стене. Не касаясь его, но рядом.
И вы сидели так долго. Молча. Каждый думал о своём.
Хёнсу глубоко вдохнул и так же тяжело выдохнул. Воздух вырвался из лёгких с лёгким свистом, он сам не знал, что ему теперь делать. Говорить о том, что случилось, не хотелось. Совсем. Хотя внутри стало легко. Странно, но легко. Будто он сбросил груз, который тащил слишком долго.
Он боялся признаться даже себе, но когда твои руки медленно касались его волос, спускались к шее, гладили по спине... ему было приятно. Очень. До мурашек. Он слишком много думал об этом, от чего щёки мгновенно вспыхнули жаром.
- Как давно ты умеешь водить байк? - спросил он наконец. Голос прозвучал слабо.
- Этот? - ты удивлённо подняла брови. - Сегодня.
И коротко рассмеялась.
Хёнсу посмотрел на тебя. В уголках его губ дрогнула робкая улыбка.
- Иногда мне кажется, что ты всё умеешь, - сказал он.
- Я просто не боюсь пробовать, - ты пожала плечами и вдруг встала, отряхивая штаны. - Хочешь, прокачу?
- Сейчас? - он удивлённо моргнул.
- Вдруг больше не будет такой возможности.
Ты толкнула дверь гаража, шагнула наружу. Холодный воздух ударил в лицо, но ты уже не замечала. Подошла к байку, провела ладонью по рулю, довольно улыбнулась.
- Вставай.
Вы вышли на улицу, когда небо уже начинало темнеть. Солнце пряталось за домами, окрашивая край неба в тёмно-оранжевый, почти багровый цвет. Было ещё достаточно света, чтобы прокатиться, и достаточно сумерек, чтобы чувствовать себя смелее.
Ты села за руль, поправила куртку и кивнула назад.
- Садись!
Хёнсу подошёл неуверенно, остановился в шаге.
- Поместимся?
- Ага.
Он сел. Сзади было тесно, но терпимо. Его руки неуверенно легли тебе на спину, просто прикосновение, почти невесомое.
- Держись крепче, - усмехнулась ты и повернула ключ.
Байк взревел. Звук разнёсся по пустырю, отразился от стен гаражей, улетел в темнеющее небо.
Ты резко нажала на газ, со всей дури.
Байк рванул вперёд.
Хёнсу дёрнулся, его пальцы впились в твою талию, прижимая тебя к себе. Он обхватил так крепко, будто боялся упасть, будто ты была единственным, что держало его в этом мире. Подбородок коснулся твоего плеча, дыхание обожгло шею через воротник куртки.
Ветер хлестал по лицу, трепал волосы. Ты широко улыбалась.
А Хёнсу сидел сзади, прижавшись к тебе всем телом, и боялся дышать.