32 глава
Ты открыла глаза.
Свечение исчезло, словно его и не было, только что оно заливало мир ослепительным голубым светом, а теперь осталась лишь серая, пыльная реальность. Ты лежала на холодном полу холла, прижимаясь щекой к бетонной крошке. Вокруг никого. Тишина. Только хаос, оставшийся после визита бандитов, напоминал о том, что произошло здесь несколько часов - или минут? - назад.
Перевёрнутая мебель. Осколки стекла на полу. Тёмные пятна, которые лучше было не рассматривать. В воздухе всё ещё висела пыль, медленно оседающая на лица забытых вещей.
Ты медленно села, прислушиваясь к себе. Щупальца исчезли. Спина больше не болела, только ныла глухой, отдалённой болью, будто всё случившееся было страшным сном. Да и сам момент... ты плохо помнила, что произошло после того, как пуля вошла в голову. Обрывки. Вспышки. Ледяной лес. Водопад из света. А потом - пустота.
Где все? Где Джису? Где Хёнсу, Игён, остальные?
Ты с трудом поднялась на ноги, пошатнулась, схватилась за стену. Холл был пуст, но где-то в глубине здания, кажется, слышались голоса. Или просто показалось?
Ты сделала шаг вперёд, не зная, что найдёшь за ближайшим поворотом.
Ты шла вперёд, опираясь на стену, каждый шаг давался с трудом, ноги всё ещё казались чужими, ватными. У лифта, полукругом, застыли выжившие. Они сжимали в руках кто что: ржавые трубы, заточенные палки, обломки арматуры, всё это оружие было направлено в одну точку, на закрытые двери лифта. В воздухе висело напряжение, густое, как смола.
Ты подошла ближе, стараясь не покачнуться.
- Вы что делаете? - голос прозвучал хрипло, но в тишине его услышали все.
- Кто-то спускается к нам на лифте, - Ыню отделилась от группы, подошла к тебе и осторожно взяла за руку, помогая удержаться на ногах. Её ладонь была тёплой и надёжной.
- Ты в порядке? - спросила ты, заглядывая ей в лицо. Ыню коротко кивнула, но в глазах мелькнула тень.
Твой взгляд упал на Бёниля. Он стоял чуть поодаль и нервно теребил в руках цветную бумажку, яркую и неестественную в этом сером, пыльном мире. На ней что то было напечатано.
- Что это такое? - ты шагнула к нему, вырвала листок из ослабевших пальцев. Бумага приятно холодила кожу, слишком чистая, слишком новая для этого места.
Ты прочитала вслух, про себя, одними губами: "Мы гарантируем убежище всем, кто передаст нам особенных зараженных".
Слова повисли в воздухе тяжёлым грузом. Ты медленно подняла глаза и посмотрела на остальных. Они молчали. Они хотели уверить тебя, что не сделают ничего подобного, что это просто бумажка, просто провокация. Но их глаза говорили другое. В них читался страх. И надежда. И эта страшная, липкая мысль: "А что, если?"
Ты сжала листок в кулаке, чувствуя, как хрустит бумага. Двери лифта всё ещё были закрыты. Но за ними уже кто-то был. И ты не знала, кто страшнее: те, кто спускаются сверху, или те, кто стоят рядом с тобой.
Двери лифта медленно стали открываться, сперва ты увидела Хёнсу, а потом и рядом стоящего парня - Юмен. Ты была готова напасть на него в случае чего, как и все остальные, Игён направляла на парней дуло ружья.
- Расслабьтесь, - Юмен выглянул из за спины Хёнсу и опустил дуло вниз.
Последующее время все разбрелись по своим делам, словно ничего особенного не произошло. Бёниль и Сынван нашли себе развлечение, они издевались над пленным бандитом в дурацкой шляпе и с красной банданой, и их смех эхом разносился по коридорам. Ынхёк хлопотал возле Джису, за которую ты так и не успела заступиться, и мысль об этом сидела занозой глубоко внутри. Санук носился с Юри, словно пытаясь защитить её от всего мира сразу. А Хёнсу о чём-то тихо беседовал с Юменом в углу холла.
Ты же сидела на лестнице в полном одиночестве.
Перед тобой раскинулся хаос: перевёрнутая мебель, осколки, тёмные пятна на полу, следы чужой крови. Всё это было результатом того, что случилось. Результатом тех, кто пришёл и кто остался. В голове роились мысли, но ни за одну из них ты не могла уцепиться, они скользили, переплетались, ускользали, оставляя после себя только тяжёлую, очень тяжелую пустоту.
Твой мир рушился. С каждым днём, с каждым часом. Дорогие люди уходили навсегда и безвозвратно. А те, кто оставались, менялись на глазах, становились чужими, словно их подменили. Всё, чего тебе сейчас хотелось - закрыть глаза и провалиться в сон. Навсегда. Замёрзнуть в том лесу, из которого ты каким то чудом выбралась. Там было тихо. Там ничего не менялось - ни люди, ни время, ни боль. Только белый снег и ледяное спокойствие.
- Т/и.
Ты вздрогнула, распахнув глаза. Оказывается, ты их прикрыла, погрузившись в свои мысли. Рядом, на той же ступеньке, сидел Хёнсу. Его большие, тёплые глаза смотрели на тебя с тревогой.
- Как ты себя чувствуешь? - тихо спросил он.
Ты опустила взгляд на свои руки. Они показались чужими, бледными, исцарапанными, с чёрной каймой под ногтями.
- Не так плохо, - ответила ты, и в голосе проскользнула горечь, - Думаю, во мне проявилась... сила монстра. Или как там называют эту ерунду.
- Что ты имеешь в виду? Какую силу? - в его голосе вспыхнул живой интерес, он подался ближе, заглядывая в твоё лицо.
- Да так. Мерзкие голубые щупальца, - ты пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. Но безразличия не было. Была только усталость.
- Как это вышло? Ты сама управляла ими? - Хёнсу смотрел на тебя своими щенячьими глазами, такими искренними, такими живыми, что на миг стало больно от того, сколько тепла в них ещё оставалось.
- Не знаю, - ты выдохнула, чувствуя, как внутри поднимается знакомая тяжесть, - Мало что помню. Запомнила только пулю, прилетевшую в лоб.
Хёнсу замолчал, опустив голову. А потом тихо произнёс:
- Прости. Я хотел бы помочь, но...
- Забудь, - ты горько усмехнулась, отворачиваясь и вытирая одну скатившуюся слезу, - Забудь.
Повисла тишина. Где-то вдалеке всё ещё слышались голоса, смех, шаги, жизнь продолжалась. А ты сидела на холодной лестнице и чувствовала, как внутри разрастается тот самый ледяной лес, из которого ты так и не смогла выбраться по настоящему.