13 глава
Время шло. Словно песок в огромных, неумолимых часах. Первый год после его отъезда ещё был наполнен его присутствием. Звонки, которые затягивались далеко за полночь, когда он, уставший после съёмок или репетиций, делился каждой мелочью. Его голос в трубке стал моим самым желанным звуком. Он приезжал урывками — на каникулы, на выходные, выкраивая время между бесконечными прослушиваниями. Каждая такая встреча была как глоток воздуха, стремительный и головокружительный, оставляющий после себя ещё более горькую пустоту.
А потом звонки стали реже. Сообщения — короче. «Очень занят», «На площадке», «Позже перезвоню». Перезванивал через день. Потом через два. Потом... перестал.
Я писала. Сначала с упрёками, потом с беспокойством, потом просто с вопросом: «Ты жив?». В ответ — тишина. Глухая, абсолютная. Его страницы в соцсетях замерли, а потом и вовсе стали недоступны. Он исчез. Растворился в московской жизни, как будто нашего с ним и не было. Как будто те полгода и всё, что было после, были лишь моей выдумкой.
Я закончила десятый, потом одиннадцатый класс. Школа, которая раньше была наполнена его отсветом, стала просто школой. Я научилась не ждать звонка. Научилась не всматриваться в лица на улице. Научилась, как мне казалось, жить без этой привычки к нему.
Мне часто говорили, что у меня модельная внешность. Высокая, худая, чёткие скулы, большой рот. Я отмахивалась, пока однажды подруга не затащила меня на кастинг в местное агентство «для прикола». Меня взяли. Потом было ещё несколько проб. А потом — ошеломительное, невероятное приглашение из Москвы. В одно из топовых агентств. С первого раза.
Ирония судьбы была горькой и совершенной. Он уехал в Москву за мечтой и исчез. Я, не ища этого, получила шанс оказаться там же. Но уже не для того, чтобы найти его. А чтобы найти себя.
Перед отъездом я в последний раз перебрала ту самую коробку с «залогом». Чёрные и бордовые кружева лежали там же, где он их оставил. Я не выбросила их. Не смогла. Они были уже не болью, а странным артефактом из другой жизни. Из жизни девочки, которая верила в слово мальчика, уехавшего в большой город.
Я положила коробку на верхнюю полку шкафа, взяла готовый чемодан и билет на самолёт. В Москву. Туда, где когда-то, возможно, ещё существовал Егор Булаткин. Но теперь это не имело значения. Я летела не к нему. Я летела от всего прошлого. От ожидания. От надежды. От Юли, которая плакала у него на плече в последний школьный день.
Самолёт оторвался от земли, и я смотрела в иллюминатор на уменьшающийся родной город. Внутри не было ни паники, ни радости. Была спокойная, холодная решимость. Если его город поглотил его, не оставив и следа, то почему бы не попытаться покорить этот город самой? Не ради него. Ради той самой сильной девчонки, которая, как он и просил, не сидела у телефона. Она просто пошла вперёд. Пусть и с до сих пор не зажившей трещиной внутри.