Глава 28
В павильон вошли волки: Кадзи, как всегда, уверенный и сдержанно приветствующий всех. Рядом с ним держался второй альфа — тихий, наблюдательный. Чуть позади шёл ещё один из охраны, почти не привлекавший к себе внимания. Сяо, уже без капюшона, выглядел собранным, словно вечерней неловкости не было вовсе. Он сидел молча, с прямой спиной и ни разу не посмотрел в сторону Каэлина.
Сугуру, конечно же, рядом с Каэлином. Он пришёл с ним, рядом, и сел так же: без объяснений, словно это было совершенно естественно. Между их коленей не было зазора. Тепло от его бедра касалось Каэлина сквозь тонкую ткань, и Каэлин не сдвинулся. Справа — Дэхви. Сэйна заняла место рядом с ним, кивнув Кадзи и остальным. Рэй сидел чуть ниже по столу, наблюдая за всем с привычной внимательностью.
Блюда подавались быстро: паровые лепёшки, рис, тушёные бобы, рыба, настоянная на цитрусовых листьях. Всё было просто, но изысканно в своей сдержанности. Разговоры были спокойными. Сугуру ел неспешно, глаза опускались к пиале, то скользили по лицам, не задерживаясь ни на ком. Только иногда поглядывал на Каэлина. И Каэлин отвечал ему лёгким, почти незаметным движением подбородка. Завтрак завершался так же спокойно, как и начался. И всё-таки... каждый в зале понимал: всё изменилось. Просто никто больше не говорил это вслух.
Когда завтрак подошёл к концу, Каэлин поднялся.
—Продолжим в соседнем павильоне.
Дэхви и Рэй без лишних слов последовали за ним. Кадзи посмотрел на своих спутников, затем едва заметно кивнул одному из альф. Тот поднялся со своего места и пошёл следом.
Помещение было меньше и располагало к более закрытому разговору. Все расселись за небольшим столом. Рэй остался стоять чуть в стороне и внимательно наблюдал. Кадзи начал:
— Позвольте представить моего племянника и заместителя — Лоран Сэнхо. Альфа. Его тотем — Рыжая Росомаха.
Лоран склонил голову чуть ниже, чем требовал этикет.
— Для меня честь, — сказал он.
Кадзи чуть повернул голову к Каэлину, его голос стал серьёзнее:
— Ему я доверяю как себе.
Слова прозвучали просто, но в них чувствовался вес, который Кадзи не раздавал направо и налево. Он редко открыто говорил о доверии и если уж сказал, значит, это действительно так. Лоран не шелохнулся, лишь слегка кивнул, будто подтверждая: он знает, какую ответственность несёт за эти слова. Выражение лица Каэлина смягчилось едва заметно.
— Тогда и я буду относиться к нему с тем же уважением, что и к тебе.
Каэлин откинулся чуть назад, голос его оставался ровным, но в нём прозвучала лёгкая сталь напоминающая раздражение.
— Что вам нужно на самом деле? — заговорил Каэлин.
Кадзи чуть усмехнулся.
— Убедиться, что у тебя есть глаза. И ты ими смотришь не только на журавля.
Каэлин повернул голову.
— Значит, это не о нём?
— Это вообще не о нём, — ответил Кадзи. — Он просто повод. Удобный, шумный, слишком редкий, чтобы его не уцепили. Но главное — не он. Главное — Таррок и изгои.
Дэхви нахмурился.
— Он давно шевелится?
— Он не шевелится. Он копает, — сказал Кадзи. — Медленно, глубоко. Словами, обещаниями, страхом. Он предлагает тем, у кого нет силы, силу. И те, у кого нет выбора — соглашаются.
Он бросил взгляд на Каэлина:
— Изгнанники. Бесплеменные. Отщепенцы. Они ищут крышу. Он — даёт. А что получает взамен — пока неясно. Но пахнет грязно.
После слов Кадзи в комнате повисла пауза. Все присутствующие осмысливали сказанное.
— Откуда у тебя эта информация? — спросил Каэлин.
Кадзи чуть улыбнулся с горечью и усталостью.
— Это на ваши земли, лорд С'Найт, куда легко не попасть, — ответил он. — Духи и змеи... Но вот к Таррокам... туда проникнуть не сложно. Особенно если знать, где лазейки.
Лоран добавил:
— Мои люди уже несколько месяцев собирают информацию на территории Таррока.
Каэлин слегка наклонил голову набок, прикрыв глаза.
— Таррок всегда хотел большего. Даже тогда, когда ему всего хватало.
— Именно, — сказал Кадзи. — Но всё упирается в то, кем он себя не считает. Он — бык. Не орёл, не лев, не змея и не журавль. Средний тотем, средняя сила. И слишком много тех, кто не говорил это вслух, но громко думал.
— Теперь он хочет, чтобы склоняли головы. Даже если придётся сломать их, — мрачно добавил Дэхви.
— Вот поэтому мы здесь, — сказал Кадзи. — Я пока не прошу союзов. Я хочу знать: если начнётся буря, ты будешь думать как мы? Или останешься один, пока тебя не обойдут?
Каэлин медленно открыл глаза. В них не было враждебности, только ясность.
— Если начнётся, — сказал он, — я не буду стоять в стороне. Но и напролом не пойду. Защита моих земель в приоритете для меня. Как и для тебя — земли клана Сэнхо.
Каэлин чуть поднял бровь.
— Но ты ведь это и так знаешь, Кадзи.
Тот усмехнулся.
— Конечно. Я рад что мы движемся в одном направлении.
Каэлин уставился в точку перед собой, словно рассматривая пылинки витавшие в воздухе и заговорил:
— Син'и-Кай тоже замешан.
Кадзи не удивился.
— Тенгара?
— Не вся. Совет. Теперь у них появился шанс закрепиться рядом с тем, кто обещает влияние и силу. Они хотят пойти с Тарроком. Не ради идеологии. Ради контроля. Ради выгоды и безопасности.
— Значит, павлин и лев — под вопросом, — произнёс Кадзи, больше утверждая, чем спрашивая.
— Павлин, — сказал Каэлин, — примкнёт к тем, у кого на чаше больше золота и громче слава. Он будет ждать до последнего. И выберет сторону не сердцем, а счётом. Лев... Аширо не дурак. Но и не смелый. Иронично для льва. Он не рискнёт. Он выждет. Закроется в своих стенах, скажет, что не вмешивается. Но если к нему придут — сдастся первым.
Кадзи вздохнул.
— Значит, остаёмся мы. Волки и змеи.
— Выходит, что да, — отозвался Каэлин. — Они не взяли нас в свою игру. Даже не знаю, воспринимать это как оскорбление или комплимент.
Кадзи кивнул в знак того, что услышал всё. И понял.
— Тогда, может, и есть смысл в том, что мы пришли.
Каэлин посмотрел на него.
— Есть.
Молчание задержалось на вдох. Затем Каэлин заговорил, будто слова выкладывались на весы, а не в воздух:
— Останьтесь.
Кадзи чуть приподнял бровь. Каэлин не отводил глаз.
— Через несколько дней на этих землях пройдёт Ритуал Пробуждения. Он проводится ежегодно. Но в этот раз... духи будут особенно внимательны.
Он выпрямился, ладони сцепил на столе. Говорил просто:
— Вы можете остаться и принять участие. Не как гости. Не как наблюдатели. А как те, кто готов встать рядом, если духи примут.
Дэхви не вмешивался. Его лицо было спокойным, но он уловил, как напряжение в комнате стало другим. Смысловая пауза, не угроза. Каэлин продолжил:
— Духи смотрят. Духи слышат.
Он чуть наклонил голову.
— Если ваши помыслы чисты, если вы пришли с уважением — они это узнают. И тогда мы сможем заключить союз. Не бумажный. Не сделку. Настоящую связь.
Кадзи смотрел на него долго. Потом перевёл взгляд на Лорана. Тот слегка кивнул, не говоря ни слова. Понимание между ними было мгновенным.
— Мы останемся, — сказал Кадзи. — И если ваши духи всё ещё слышат, как раньше... Тогда пусть услышат и нас.
Каэлин принял этот ответ. На мгновение лицо Кадзи дрогнуло, будто он вспомнил что-то важное.
— Есть один... слух, — осторожно начал Кадзи.
Каэлин внимательно слушал, не торопя.
— Говорят, изгнанники не просто собираются. У них появился кто-то, кто держит структуру. Кто-то, кто умеет заставлять слушать. Лидер.
Он сделал паузу.
— Есть те, кто шепчут, что это он. Кровавый Тигр.
Дэхви коротко взглянул на Каэлина. Тот не сдвинулся ни на дюйм.
— Было бы удобно, — ответил Каэлин. — Его давно не было видно. Он исчез и теперь можно приписать ему всё, что угодно.
— Ты не веришь? — спросил Кадзи.
— Нет. Это не он. Не его стиль. Тигр не собирает стаи. Он не объединяет. Он не ведет за собой. Он разрушает. Быстро, ярко, в одиночку .
Он снова посмотрел на Кадзи.
— Он не выстраивает сеть. Он сжигает её.
Кадзи кивнул. Небольшое, но важное понимание легло между ними. Даже если имя упоминали, оно не объясняло происходящее.
— Значит, кто-то другой. Или что-то хуже, — пробормотал Кадзи.
— Или умнее, — добавил Дэхви.
Каэлин выпрямился, расправляя плечи. Его голос снова стал спокойным, чуть холоднее, как у хозяина, устанавливающего правила:
— Вы можете свободно передвигаться по поместью. Храмы, сады, тренировочные дворы, восточное крыло — всё доступно. За исключением северного и западного крыла. Эти части поместья закрыты для гостей.
Лицо Кадзи смягчилось.
— Это мой знак доверия, — продолжил Каэлин. — Вы пришли как гости, и я встречаю вас, как союзников. Но если что-то пойдёт не так... если вы решите проверить, где проходит граница... то знайте: от укуса крайта не спасётся даже тот, кто умеет быстро бежать.
Кадзи усмехнулся, одними уголками губ.
— Тогда мы не будем бегать. Чтобы не искушать судьбу.
— Мудрое решение, — отозвался Дэхви со своей кошачьей улыбкой.
Больше слов не понадобилось: намёк был ясен. Он не угрожал, просто обозначил границу, за которой начинались последствия, о которых лучше не узнавать.
Когда волки покинули павильон, Рэй вскинул брови.
— Свободно по поместью? — уточнил он, тихо, но с тем тоном, в котором сквозило: серьёзно?
Каэлин чуть наклонил голову, встретился с ним взглядом.
— Не глупи, Рэй. Конечно, охрана остаётся на местах. Пусть ходят, куда хотят — под наблюдением. Издалека.
Рэй кивнул, чуть расслабился, но всё равно остался настороженным.
— Понял. Значит, наблюдаем. Я всё запротоколировал. Включу их в список рассадки для ритуала.
Каэлин добавил:
— Сугуру поведёт ритуал. В этом году он читает тексты. Всё должно быть подготовлено для него. Никаких отклонений. Ты знаешь.
Рэй чуть склонил голову.
— Разумеется.
Он сделал шаг назад, но Каэлин остановил его жестом.
— И... будь рядом с ним. Не дави. Просто помоги. Он справится. Но это его первое участие на этих землях. И не просто участие.
Рэй слегка закатил глаза.
— Ну честно говоря, Сугуру выглядит как тот, кто мог бы вести ритуал даже с закрытыми глазами. Но да, я прослежу, чтобы у него были все материалы и никто из храмовых не начал вести себя слишком ревностно.
— Хорошо, — коротко отозвался Каэлин.
Рэй уже почти вышел, но обернулся:
— Тогда это будет... сильный ритуал. Если духи действительно смотрят — в этом году они точно отзовутся.
Каэлин ничего не ответил. Только смотрел в окно. Там ветер медленно шевелил травы на склоне. А тени начинали собираться к дню, который станет решающим.