Глава 21
Ворота поместья С'Найт распахнулись, пропуская делегацию Тенгара. Четыре всадника и крытая повозка въехали во двор. Каэлин и Дэхви стояли у главного входа в ожидании. С одной из лошадей спешился омега с тёмной кожей, обернулся к повозке, как будто проверяя, всё ли в порядке, а затем направился вверх по ступеням, к Каэлину и Дэхви.
— Мы прибыли по поручению Син'и-Кай, — сказал он, кланяясь. — Для обсуждения происшествия на последнем Совете кланов.
Дэхви поднял бровь и лениво скрестил руки на груди.
— И ради этого вы пришли лично? Что, птиц с письмами у вас больше нет?
В этот момент из повозки вышли ещё трое, судя по одежде и манере держаться, те самые представители Син'и-Кай.
— От лица Син'и-Кай, — произнёс старший, делая шаг вперёд, — приветствую лорда С'Найта. Моё имя — Тарин Аджар.
Он чуть повернул голову, обозначая стоящих позади.
— Это Мэйра Селхат. И Назир Этхан.
Каэлин глядел на них с холодным, пронизывающим вниманием, считывая глубже, чем требовал этикет. Тарин оказался альфой с тотемом Пустынного Грифа, Мэйра — альфой с тотемом Серого Сокола, а от Назира сразу потянуло омегой; за ним чувствовался тотем Песочного Фенека. Этого хватило, чтобы быстро расставить их для себя по местам. Каэлин чуть наклонил голову.
— Добро пожаловать. Вас разместят. Поговорим за обедом.
Он сделал лёгкий жест рукой, и Рэй шагнул вперёд, чтобы проводить гостей внутрь. Делегация подчинилась, хоть и с внутренним напряжением: все семеро последовали за Рэем вглубь поместья, а лошадей вместе с повозкой сразу увели в конюшни. Каэлин не спускал глаз с их спин, пока они не скрылись за поворотом галереи.
— Держать под наблюдением, — негромко сказал он Дэхви. — Ни одного лишнего шага.
— Уже организовано, — коротко кивнул ягуар.
Шаги стихли, и воздух пропитался электричеством и ожиданием, как перед грозой.
Обед был подан в центральном павильоне для приёма гостей. Слуги двигались почти незаметно, оставляя на низких столах блюда, дымящиеся ароматами специй и трав.
Каэлин сидел на возвышении, в своей обычной сдержанной позе, но даже его расслабленные плечи не могли скрыть настороженность. Справа от него сидел Дэхви и, абсолютно не стесняясь, уже уплетал за обе щеки тушёное мясо. Разговор начался с традиционных фраз.
— Мы благодарны за гостеприимство, лорд С'Найт, — Тарин слегка наклонил голову. — И за возможность обсудить произошедшее в более... личной обстановке.
Каэлин скользнул по нему взглядом, откидывая прядь волос за плечо.
— Разумеется. Мы все потеряли слишком много. Будет правильно понять, что происходит.
Следовало молчание и звук разливаемого чая. Затем Мэйра вступила.
— Выживших в столице немного. Многие считают, что взрыв был организован изнутри. Некоторые предполагают, что это дело рук изгоев.
— А вы что думаете? — Дэхви смотрел открыто, с лёгкой насмешкой, крутя палочки между пальцев.
— Мы думаем, что те, кто выжил и покинул столицу... могли видеть или слышать то, что остальным недоступно. Особенно если эти люди обладали доступом, скажем... к ключевым залам.
Каэлин хмыкнул. Его взгляд стал холоднее.
— Вы хотите знать что-то конкретное?
— Мы лишь хотим знать: что вы видели. Вы ведь покинули столицу сразу после, поэтому, возможно, кого-то встретили на пути? — мягко уточнил Тарин.
Тонкие щупальца ядовитых вопросов. Дэхви вздохнул, отпивая чай из чаши.
— Никого мы не видели. Лес пуст. Следов минимум. Нам повезло, что сами живы.
— Да, — подтвердил Каэлин. — Мы больше беспокоились о возвращении домой, чем о поисках улик.
Дэхви переложил палочки в другую руку, как будто просто менял хват, но при этом чуть наклонился вперёд.
— Проясните, прошу. Вы ищете кого-то определённого? Мы ведь не хотим недопонимания.
Делегаты переглянулись. Затем Тарин продолжил.
— Син'и-Кай обеспокоен судьбой двух своих представителей, — начал он ровно. — Командующая Сэйна... и сопровождающий её омега. Молодой человек с редким, высоким тотемом.
Он говорил осторожно, выбирая слова с ювелирной точностью. Возможно, слишком осторожно. Это заметил и Каэлин.
— Редкий тотем, — повторил он негромко. — Насколько редкий?
— Насколько бывает Чёрный Журавль, — вставил Назир. Его перебивающий тон был почти невежливым, но скорее по неопытности, чем по дерзости. На мгновение за столом повисла пауза.
— Син'и-Кай обеспокоен, — вновь вступил Тарин, мягко одёргивая собрата жестом. — Такой омега не может быть... без присмотра. Это вопрос безопасности.
— И вы приехали выяснять их местоположение? Не часто Син'и-Кай направляет делегации без предупреждения, — заметил Дэхви, опуская палочки в рис. — Обычно, по таким вопросам приходят письма.
Мягко, почти лениво сказано. Но глаза его оставались внимательными.
— Мы не были уверены, уцелел ли кто-то из представителей С'Найт, — отозвался Тарин. —Решили действовать лично. Не хотелось бы, чтобы информация об исчезновении наших представителей попала не в те руки.
— Лично, но неофициально, — подал голос Каэлин. Он не поднимал глаз, но тон стал холоднее. — Интересно.
Наступила пауза. И тут заговорил Назир:
— Просто... если командующая и... омега, который был с ней, действительно пережили взрыв, их возвращение важно. Для баланса. Для репутации. И... у совета были договорённости.
Дэхви поднял бровь.
— Договорённости?
Назир осёкся, кашлянул.
— Омега должен был быть представлен другому клану. Обсуждались возможные союзы. Ещё до Совета.
— Представлен? — переспросил Каэлин, слегка склоняя голову набок. — Как дар? Или как товар?
Слова тяжело ударили по столу.
— Конечно нет, — поспешил вмешаться Тарин. — Но он особенный. И редкий. Ему подобает... соответствующее место.
— Место, — повторил Дэхви. — На цепи, или в золотой клетке?
— Слова ваши опасны, ягуар, — резко сказал Тарин, его голос зазвенел металлом. — Не вам судить о делах Син'и-Кай.
— А кто будет? — Дэхви не шелохнулся, но в его голосе звучала едва заметная усмешка. — Совет, которого больше нет? Или те, кто сбежал, когда запахло дымом?
— Ты...
— Довольно, — спокойно произнёс Каэлин. Он не повысил голос, но остановил всех.
Тишина сгустилась, и даже чай в пиалах остыл.
— Вам предоставили стол, отдых, безопасность. Это уже щедрость. Не злоупотребляйте. — Он откинулся назад, тень упала на его лицо, и глаза заискрились сталью. — Вы прибыли без предупреждения. Мы терпим, но терпение не бесконечно.
— Мы... — Мэйра склонила голову. — Лишь хотим прояснить судьбу наших представителей. У нас есть основания считать, что кто-то из них мог направиться в эту сторону.
— Тогда вам следовало отправить письмо, а не делегацию, — заметил Дэхви, разглядывая содержимое своей чаши.
Именно в этот момент Каэлин, не меняя тона, добавил:
— Если ваши представители находятся в безопасности, то они сами решат, когда вернуться. Или не решат. Син'и-Кай не хозяин каждому дыханию в клане. Не стоит забывать об этом.
После слов Каэлина за столом повисла напряжённая пауза. Тарин бросил на Каэлина долгий взгляд, будто пытаясь угадать, скрывается ли что-то за спокойствием его голоса.
— Мы понимаем, — наконец отозвался он. — В такое время... многое может быть не так, как кажется.
Дэхви, сидящий чуть поодаль, потянулся за чашей и медленно заговорил:
— Мир и правда стал... многослойным. И не всем удобно в нём ориентироваться. Даже тем, кто обычно держится в высоте.
Посланники Тенгары не ответили, лишь вновь склонились над чашами с едой. В зале повисло временное перемирие, тонкая пауза, натянутая между дипломатией и подозрением.
Каэлин откинулся немного назад, будто давая понять, что вопросы на сегодня исчерпаны. Еда ещё оставалась на столе, но аппетит, казалось, утратил свою власть. Теперь слово было за гостями.
Тарин переглянулся с остальными, и, будто решившись, сказал:
— В Син'и-Кай считают, что возможно... кто-то использует трагедию в столице, чтобы укрыть тех, кто не должен исчезнуть. Мы, разумеется, не обвиняем никого из присутствующих. Но вы понимаете, почему мы решили проверить лично.
Дэхви мягко выдохнул, склонив голову набок:
— Проверить или забрать?
— Мы лишь ищем ответы, — отозвалась Мэйра. — Как и вы, полагаю.
Каэлин, не меняя выражения лица, произнёс:
— И всё же вы пришли сюда, а не к Мурен, не к Эдхара. Почему?
Тарин отложил палочки и заговорил:
— Потому что слухи. Потому что в вашей тени всегда слишком много молчания. Потому что мы знаем, как вы умеете прятать то, что хотите сохранить.
Он не повышал голос, но каждое слово было отчётливым, как шаг по хрупкому льду. Каэлин усмехнулся едва заметно.
— Приятно знать, что наш клан вызывает такое доверие.
Дэхви, сделав глоток из чаши, добавил с показным равнодушием:
— Но жаль, что ваш визит омрачён недоверием. Мы ведь могли бы просто выпить за здоровье кланов.
Наступило молчание. И в этом молчании было куда больше смысла, чем в десятке слов. Тенгара пришли искать ответы. Но получили отражение своих же вопросов.
— Куда отправитесь дальше? — спросил Каэлин.
Гости переглянулись. Первый голос подал Тарин, осторожно, с долей дипломатической сдержанности:
— Следующей остановкой, вероятно, станет клан Мурен. Там могли оказаться другие выжившие. Или... те, кто многое видел.
Каэлин кивнул, будто это решение не вызвало у него ни удивления, ни особого интереса. Он медленно поставил чашу обратно на стол и произнёс ровным голосом:
— Будьте осторожны со львами. Их гордость не терпит вторжения. Особенно, если приходят с вопросами, а не с дарами.
Назир кашлянул, будто хотел что-то добавить, но не решился. Тогда заговорил Тарин:
— Мы будем... тактичны. Как и здесь. — Легкий поклон в сторону Каэлина. — Благодарим за обед и за беседу, лорд С'Найт.
— Надеюсь, вы нашли в ней хоть что-то полезное, — коротко отозвался Каэлин.
Дэхви лениво махнул рукой:
— А если нет — у вас будет целая дорога до Мурен, чтобы всё как следует обдумать.
Когда последний из гостей отложил чашу, в зале воцарилось молчание. Каэлин медленно поднялся, не глядя ни на кого конкретно.
— Путь сюда неблизкий, — произнёс он спокойно. — Вы можете остаться на ночь. Южное крыло будет подготовлено.
Он не ждал благодарности. Это было не гостеприимство — это был контроль. Принять, чтобы наблюдать. Дать отдых, чтобы не упустить ни единого движения.
Рэй, стоявший в стороне, сделал лёгкий кивок и, получив еле уловимый взгляд от Каэлина, покинул зал. Каэлин, медленно повернувшись к делегации, добавил:
— Отдохните. Завтра будет новый день. Возможно, с новыми ответами.
Он не сказал «доброй ночи», не поклонился, просто развернулся и вышел. Дэхви последовал за ним, бросив короткую улыбку гостям: вежливо, но без теплоты.
Тем временем Рэй уже отдавал короткие, чёткие приказы.
— Южное крыло. Чистые постели, еда, охрана вдоль всего периметра. Никто не входит и не выходит без меня.
Слуги закивали, спеша исполнять.
Тонкие стены южного крыла пропускали звук и казалось, даже дыхание можно было услышать в соседнем помещении. Трое представителей Син'и-Кай сидели за низким столом, над почти нетронутым чаем. Тарин первым нарушил молчание:
— Он знал. С самого начала.
— Конечно, знал, — тихо бросила Мэйра. — Ты видел, как он смотрел, когда мы только вошли? Ни капли удивления. Ни одной случайной реакции.
Назир, тот самый, что случайно проговорился за ужином, сжал руки в кулаки.
— Простите. Я... не должен был упоминать о договорённости. Это было глупо.
Тарин откинулся назад.
— Уже поздно об этом жалеть. Если журавль у них... мы не сможем просто потребовать его назад. Не от этого клана.
— Но мы не знаем наверняка, — Мэйра наклонилась вперёд. — Здесь нет тревоги. Всё под контролем. Пугающе под контролем.
— Как раз это и тревожит, — сухо отметил Тарин. — У Каэлина лицо того, кто готов ждать. Хоть месяц, хоть год. А если он действительно укрыл Сугуру... значит, у него есть на то веские причины.
— Что будем делать?
— Пока — ничего. Уедем утром, как и планировали. Но если журавль действительно там, то мы его вернём. С силой, с переговорами, через совет — не важно.
Назир сжал зубы.
— Он принадлежит Тенгара...
— Ошибаешься, — с ледяной улыбкой ответила Мэйра. — Он принадлежит Син'и-кай.
Наступила тишина, которую снаружи нарушал шелест шагов охраны и завывание вечернего ветра над горами.