Глава 1
Хах.
Это уже не смешно. Какого Мордреда?! Нет, серьёзно, когда Гарри понял, что снова переродился, он хотел рассмеяться. Это было слишком похоже на шутку. Совсем не смешную шутку, повторяющуюся из раза в раз.
Первая жизнь не принесла ничего, кроме боли. Поэтому в других он старался всеми силами сделать себя счастливым. А в последней даже никому не доверял! Когда всё снова пошло в ебеня?! Что он опять сделал не так?!
Он дарил свою любовь своим дорогим алиурам, защищал их как мог, хоть они и не отвечали ему взаимностью, а людей убивал только тогда, когда они нападали на него. Ответом ему стала кровавая бойня, закончившаяся его смертью. Снова...
Про первую жизнь и говорить нечего. Один старый бородатый урод пришёл, изгадил ему жизнь и ушёл, помахивая белым платочком с розовыми рюшами. Интересно, чем он теперь собирается махать, когда сами Магия и Смерть показали ему все четыре средних пальца и отправили Гарри в прошлое?
Вот так мальчик-который-выжил умер, перерождался бесчисленное количество раз, снова умирал, и в конечном счёте переродился в своём теле. Весело? Очень. Да так, что хотелось в кого-нибудь кинуть Аваду, на труп смачно плюнуть и скормить его русалкам в Чёрном озере. Жаловаться особо не на что, всё-таки сами Магия и Смерть даровали ему эту жизнь, взяв с него обещание красиво жить. Будто он хотел страдать. Хватит, настрадался за столько лет.
Великие после последней смерти заявили, что он вернётся в прошлое. Ну, отлично! Ещё до главных событий. Просто великолепно! Но, твою мать...
Ему никто не сказал, что родится заново!
Вот что точно было неожиданным, так это счастливые лица Лили и Джеймса Поттеров, когда он впервые открыл глаза после возрождения. Он даже сначала не понял, кто они такие. В конце концов, лица, которые он увидел на первом курсе в фотоальбоме и зеркале Еиналеж, затем на кладбище после возрождения Волдеморта, парочку раз на колдографиях, а потом и перед финальной битвой забылись со временем. Он только знал, что у его матери были зелёные глаза и рыжие волосы, а он сам похож на отца. И то потому, что многие об этом говорили. Всё.
А они крутились вокруг него, словно пчёлы вокруг цветка, ахая и охая. Джеймс даже тихо повизгивал, иногда протягивая руки к ребёнку, но не смея прикасаться — слишком хрупким казалось его дитя. Гарри от такого отношения только впадал в ступор и не знал, как реагировать. Всё же он много прожил, чтобы как-либо воспринимать сюсюканье родителей.
— Почему он не плачет? Дети же плачут? — сияющими зенками смотрел Джеймс на любимую. Лили только пожала плечами и взяла ребёнка на руки.
— Просто наш Гарри очень умный, — она поцеловала мальчика в тёмный пушок волос на макушке и стала укачивать. Сам Гарри только хлопал большими зелёными глазёнками, рассматривая родную маму, стараясь запомнить каждую деталь.
Было... непривычно. Из детства первой жизни он помнил только издевательства Петунии, Вернона и их поросёнка по кличке Дадли. А почувствовал, что жизнь катится по наклонной на самое дно, когда ощутил неприятный укол в сердце после смерти Северуса Снейпа. Разум говорил, что ненавистный профессор заслужил такую смерть, но внутренний голос, который юноша часто старался не слушать, взвыл волком, потерявшим пару. Ему тогда хотелось разорвать себе грудь и вырвать сердце, лишь бы наконец избавиться от противного, жалящего чувства.
В груди стало больнее, когда от Тёмного Лорда осталась одна оболочка, словно старая кожа змеи. Вид его лица перед смертью навсегда отпечатался в памяти Гарри Поттера. Тогда он понял, что жизнь не просто катится — она летит со скоростью взбесившегося бладжера и грозит разлететься о землю.
Гарри до сих пор винил себя за то, что не смог уберечь Люциуса от Азкабана. Не смог спасти Драко от покушения и его дальнейшего самоубийства. Последующие события были полны страданий, крови, боли, отчаяния, пыток и несчастий, которые привели Гарри к смерти.
А следующие жизни... Они с самого начала выдались не такими радушными, как он себе представлял. Вторая жизнь была проще и он даже смог встретиться с Основателями «Хогвартса». Они многому научили Золотого мальчика, помнящего все грехи и потери прошлого. Однако и тогда он погиб в бою. А в следующие перерождения он был вконец сломленным, измученным и желающим только одного — своего окончательного финала.
Последняя жизнь была недолгой, и Гарри немного жалел, что не умер сразу. Он стал собой в десять лет, правда, отправленный в приют Дурслями, где его забрали в многодетную семью. Что действительно было удивительным, так это светлые метки соулмейтов на его теле, окружённые различными цветами: на предплечьях павлин и хорёк, на спине огромный змей, на правой ключице и плече — лань. Пусть он и сомневался, но похоже Магия решила сразу отдать ему соулмейтов, без ожидания четырнадцатилетия и всяких касаний.
Поняв, что может многое сделать в параллельной вселенной, он старался делать всё идеально и без ошибок, не полагаясь на чью-либо помощь. Здесь он не был Избранным — им стал Невилл. Друзей так и не нашёл: во-первых, Рон и Гермиона даже не взглянули на него, предпочтя одаривать вниманием Невилла. Он мог их понять, учитывая, что они сделали в его первой жизни. А во-вторых, каким-то образом ученики «Хогвартса» узнали о его старшем алиуре, и началось активное гонение мальчишки, чьих родителей запытали до смерти Пожиратели. Гарри тогда не смог сдержать истеричного хохота. А спустя много лет, когда он занял место Тёмного Лорда, Гарри... просто хотел умереть. Исчезнуть и никогда больше не появляться на свет.
Джеймс не позволил уйти Гарри дальше в свои воспоминания и взял малыша на руки... Нет, правда, мальчик не хотел этого делать и даже не думал об этом. Тем не менее, взрослый разум находился в детском теле... Гарри закатил такую истерику, что напугал отца. И только тогда, когда Лили объяснила, как держать малыша, последний успокоился, шмыгая носом и вытирая маленькими ладошками мокрые пухлые щечки, стыдясь своей реакции. Разреветься из-за того, что его неправильно взяли на руки! Стыд какой...
— Лили, посмотри, — Джеймс аккуратно взял ребёнка за правую ручку и повернул тыльной стороной. На ней красовался бугристый, словно выжженный, треугольник с окружностью внутри и линией, разделяющей фигуры на две равные части.
— Что это за символ? — взволнованно прошептала она, всматриваясь в знак.
— Это... Не знаю, — Гарри понял, что отец соврал.
— Нужно узнать у Дамблдора, — уверенно произнесла Лили. — Вдруг его... прокляли?
— Лили, нет. Сейчас опасно выходить из дома, — малыш согласно кивнул, прикрыв глаза. Насколько он помнил, в это время Лорд Волдеморт активно собирал армию жополизов. — Хочешь, чтобы у Дамблдора были проблемы ещё и с нами? — тем более не надо обращаться к этому мерзкому старику, из-за которого и произошёл весь этот фарс с бесконечными перерождениями.
— Хорошо, — вздохнула женщина и забрала ребёнка. — Тогда что нам делать?
— Я поговорю с Бродягой. У него Род тёмный и в библиотеке может заваляться книга об этом знаке.
— Ты уверен? Сириус уже много лет не был дома. Может лучше в библиотеке Поттеров?
— Давай так, — Джеймс подбадривающе улыбнулся и положил широкие ладони на хрупкие плечи жены. В этот момент Гарри заметил полосу из имени своей матери на его предплечье — знак соулмейтов. В груди потеплело от знания, что он родился от большой любви, а не по случайному стечению обстоятельств, как бывало в предыдущих жизнях. — Ты посмотришь в загородном доме моих родителей, а я узнаю у Сириуса. Идёт?
— Будь осторожен. Его родители очень...
— Злющие и противные, знаю.
— Джеймс! Я не это хотела сказать!
Малыш тяжело вздохнул. Он думал, что его отец будет слишком глуп, чтобы додуматься искать информацию в библиотеке, и побежит к старому уроду, но Джеймс превзошёл все ожидания. Однако только Гарри знал, откуда у него этот знак — последствия прошлого всегда шли за ним по пятам из мира в мир. А вот как они отразятся в этом... Гарри чувствовал, что его новая жизнь будет очень весёлой.