Falling ¦ Падение.

Это не могло быть игрой моего воображения, как я сказала Дину. Как продолжаю убеждать себя саму. Я не хотела, чтобы он беспокоился еще больше. Как только я услышала той ночью шаги Дина по лестнице - я открыла глаза, но за окном было пусто, так, словно мгновение назад никого и правда не было и свет луны снова ярко освещал комнату. Полнолуние. Но я уверена в том, что видела. Это была не иллюзия и не обман моего сонного сознания - кто-то действительно наблюдал за мной. Всю ночь. Выжидал у дома. И в неудачный момент появилась я. Это был не грабитель и не убийца, иначе он заткнул бы меня, выбил окно или сразу прикончил. Но он лишь взглянул на меня. Не удивился, не испугался, не спрятался. Просто смотрел.

Я помню, как колотилось сердце Дина, когда он прижимал меня к свой груди и шептал что-то на ухо, что-то успокаивающее, не давая вздохнуть или взглянуть в сторону. Но будет лучше, если он будет думать и успокаивать себя, что галлюцинации это лишь побочный эффект от отказа от нейролептиков. Я не схожу с ума - или что хуже и реально, за нами не следят - а лишь сложно слезаю с лекарств.

Но чтобы я не сказала, он все равно не будет переживать меньше. И все из-за моей глупости! Ведь это я в порыве эмоций тогда сказала, что начинаю во всем разбираться. меня до сих пор сводит с ума его волнение и реакция в тот момент. Я хотела бы повернуть время вспять, только бы избавить его от этого чувства настороженности и страха, беспокойства за меня. Я не могу ему позволить пострадать из-за меня. Я просто не имею права втягивать его во все это, но теперь он начинает понимать насколько я решительно настроена и какие обороты принимает мой «проект по истории города.»
Даже ослеплённая жаждой, даже не смотря на азарт, который охватывает меня с каждой новой находкой статьи связанной с похищением или жестоким насилием - я понимаю, что то, куда я лезу, опасно. Я знаю и понимаю это, как никто другой. Я не спятила и каждый вечер меня посещают мысли оставить все неразгаданным именно там, где он должно быть - в прошлом. Но в чем смысл? Мне сложно и так, не смотря на то, что все идет как никогда лучше. Но что я поняла слишком хорошо, так это то, что все заканчивается тогда, когда расставлены все точки и нет тех темных пятен, что окружают меня сейчас.

Глупо. Безрассудно. Но так просто.. необходимо.

***

Стол пошатнулся от моего кулака, который решительно приземлился на него с громким характерным звуком. Дин оторвал глаза от телефона и взглянул на меня. Когда выражение моего лица изменилось с решительно-грубого на лестно-виноватое, он закатил глаза и глубоко вздохнул, блокируя телефон. Позади была включена плита с кастрюлей на ней. Внутри меня шевельнулся мерзкий червячок подозрения. Чтобы Дин и начал готовить? Ему не надо было это двадцать лет, а сейчас вдруг решил научиться?

- Ты решил отправить меня обратно?

Дин опешил и поднял брови в немом вопросе.

- В отчий дом. - я закатила глаза и слабо усмехнулась, играя так, словно меня это не волнует. Что меня не ранит, если он отправит меня куда подальше. Даже не куда подальше, а обратно, в пекло, в самом буквальном смысле. Все поледенело внутри и сковало грудь, но я лишь подняла брови в ожидании ответа, не торопясь, словно не отгоняя мысли об этом последние сутки.

Он открыл рот и с его лица ушли все эмоции, кроме сожаления. Его глаза распахнулись и это сделало мне больно почти физически. Значит, права.

- Ты рехнулась? Ты серьезно так думаешь? Да что бы ты не делала, я не выставлю тебя.

Я рассмеялась. Давай, тебе же смешно. На глаза накатились слезы.

- Посмотрим как ты заговоришь, когда я снова добавлю слишком много соли в соус.

Он встал и пересел на диван, беря мою ладонь.

- Какой-то соус не заменит тебя. Понимаешь ты или нет, но тогда, когда тебя сюда привезли, ты выглядела хуже побитый собаки. Я могу понять, когда люди идут на трудные решения, когда что-то "отравляет им жизнь". Но чтобы родители отказались от дочери? Просто потому, что устали?

Я кивнула и опустила голову, закрывая лицо волосами. Я не хотела, чтобы он видел, как сильно на меня действую эти слова. Я словно почувствовала, как загорелись мои глаза, как если бы я в них смотрела.

- Но я действительно отравила им жизнь.

- За что мы платили доктору? Она должна была вдолбить в твою светлую голову, что все это не твоя вина. Мира, не то, как ты накрашена, не то, как ты одета не должно быть поводом для того, чтобы ранить. Это не твоя вина.

Я издала полу-всхлип, полу-вздох и мои плечи стали немного сотрясаться.

- Знаешь, я просто не смогла справиться. Я не смогла быть такой сильной, как обещала.

- Но ты сильная сейчас, разве нет? Ты справляешься. Но все же..

Я подняла на него глаза и почувствовала, как высыхают и стягивают лицо слезы.

-.. Если ты еще раз пересолишь мой любимый соус, - Он сделал зловещую паузу, а потом сузил глаза - я выпью все твое кофе.

Я замерла, в притворно ужасе открыла рот и прикрыла его ладошкой.

- Ты не посмеешь.

Мы выдержали паузу, грозно смотря друг на друга, но затем прыснули со смеха. Я не сводила с него глаз пока он смеялся и в моей груди защемило с новой силой.

- Но вообще, всем этим я хотел сказать тебе, что неважно какое дерьмо происходит с тобой, ты не должна углубляться в него дальше. Не факт, что ты сможешь оправиться от того, куда лезешь. Ты ведь даже не знаешь, что делаешь, на что или на кого роешь.

Я застонала и закатила глаза к потолку, вытирая слезы с щек. Он снова начал свой мега серьезный разговор. Внутри я качала головой и ехидно улыбалась.

- Тебе не о чем волноваться.

Я встала с дивана и как только наступила на пол, сморщилась от жжение в ноге. Конечность затекла и меня прокололи тысячи иголочек. Я шла к выходу, как всегда, пытаясь уйти от разговора прежде, чем ляпну что-то лишнее и о чем буду жалеть. Оставляя позади поникшего Дина, я не чувствовала сожаления. Зачем? Я делаю правильно, что не втягиваю его. Лучше пострадаю лишь я, если придется.

- Я не говорил раньше, но так как ты, похоже, забыла.. тебе все равно придется вернуться к родителям на неопределенное время.

Я остановилась, как вкопанная. Что?

- Что? Ты о чем, черт возьми?

- Какое сегодня число?

- Двадцать седьмое.

- А месяц?

- Ноябрь, идиот. Ты дату забыл и поэтому меня до инфаркта довел?

- Сейчас не я идиот. День Благодарения.

- Не-е-е-ет.

Дин поднял брови и пожал плечами, показывая, что он здесь бессилен.

- Это семейный праздник. Смекаешь? Моя семья это ты! А они так, законные опекуны.

- Которые не дают нам подохнуть с голода.

-Ну нет, пожалуйста, Дин, давай отпразднуем его дома. Просто, втроем.

- А кто третий, по-твоему?

- Доминика.

- Ну.. Она и так будет, когда мы поедем к родителям. Я буду ее знакомить. И, возможно, будут ее родители, если успеют вернуться из Албании.

- Господи, ты серьезно? Ты, должно быть, шутишь. Так вот, прекрати. Уже не смешно.

Дин лишь покачал головой и понимающе уставился на меня своими ореховыми глазами. Он поджал губы и сначала я подумала, что ему жаль, Но потом заметила, что старается сдержать улыбку.

Я застонала и выругалась всеми самыми лесными словами, которые знала.

***

Я сидела за столом и листала однотипные фото бывших подруг с моего родного города. Некоторые стали встречаться с теми, с кем я никогда бы не подумала. Многие изменились, повзрослели.

Каждый раз, когда я видела общее фото всех, с кем я дружила, во мне что-то переворачивалось и сводило живот. Я не пыталась отрицать, что завидую. Что скучаю по ним. Я усмехнулась - не по ним. По тем временам, когда все было спокойно и ясно. Когда я знала, что будет завтра и что я хочу от жизни. Я скучаю по тому, как с этим чернокожим парнем, Саймоном, мы задумывались как грамотнее пролить пиво на парня, который нам не понравился. Как с девочкой с тремя розовыми прядями я списывала алгебру у самого строго учителя, засовывая ответы в лифчик, который был на меня тогда велик.

Но сейчас остались лишь воспоминания и пару фоток в хранилище телефона, которые я никогда не открывала.

Я больше не злюсь. Бесполезно злиться на тех, кто лишил меня этого. Бесполезно злиться на этих друзей, что кинули меня при первых реальных проблемах. Они не достойны даже моей обиды.

Мои размышления прервал звонок. На телефоне высветилось фото собаки, которая мне очень сильно напомнила Веронику, поэтому я поставила это на ее вызов. Мы не разговаривали с ней уже более двух недель. И делать это после того, что я увидела, мне хотелось меньше всего. Я не утрирую, сказав, что после той ночи на трассе вся моя жизнь переломилась на "до" и "после". Может, инстинкт самосохранения сработал слишком бурно, но я стала жестче. Стала яснее мыслить и понимать, что происходит гораздо четче. Стала немного прежней. Мне и в голову не пришло почему она может мне звонить. Я почистила горло и спокойным, милым голосом ответила:

- Вероника! Какими судьбами?

- Он очнулся. - ее голос был радостным и на фоне было несколько низких голосов.

- Что?

- Не что, а кто. Ричард прекрасно себя чувствует и уже вовсю истерит, как маленькая сучка. Хоть и есть некоторые изъяны...

- Не может быть! Когда это произошло?

- Вчера вечером, но я и сама об этом не знала. Медсестра проверяла его и он очнулся. На утро нам сообщили, прости, что не позвонила раньше. Разбирались с копами и бумагами.

- Почему это делаешь ты? А где вообще его семья?

В трубке стало тихо, не слышно было даже ее учащенного дыхания. Словно она прикрыла ладонью телефон. На фоне я услышала мужские голоса, а затем словно что-то выкрикнула целая компания. Оно что там, вечеринку устроили? Ему покой нужен! Они действительно вынуждают меня прийти туда и надрать им задницы.

- Вероника!

- Мира, сейчас не самое подходящее время. Давай я наберу тебя позже. И.. Мм.. Ты хочешь сюда приезжать?

- Хочу, но не могу, ты же знаешь. И не говори, что звонила мне, я думаю.

Она вздохнула и я почти услышала, как она улыбнулась.

- Поверь, мы умеем держать обещания.

***

Lo-Fi - Shannon Saunders

Да, я мазохист. Абсолютная и неисправимая. Раз стою перед входом в больницу и на полном серьезе собираюсь туда зайти. Вчера, когда звонила Вероника, я уже прекрасно понимала, что не смогу так легко исчезнуть из его жизни. Может, это значит, что у меня нет гордости. Но я просто проведаю его. Меня бросает то в жар, то в холод. И пока я шла сюда, а доехать даже не пыталась, ведь понимала, что от волнения может даже сильно укачать, меня изрядно потряхивало. Мои руки потеют и я вытираю их об джинсы уже в сотый раз. Поправив белую шифоновую блузку, я толкнула двери больницы и повернулась к медсестре за голубой стойкой.

- Ох, ты снова к тому красавчику. Уже сообщили, что он очнулся, да? Как мы и предполагали, на язык он не так же хорош, как внешне. - Я усмехнулась.

- Он такой.

- Пойдем, я тебя проведу. - Женщина вышла из-за стола и улыбнулась, протягивая руку. Прося следовать за ней.

- Но я знаю куда идти.

- Его друзья настоял на том, чтобы его переместили в другую палату. Там есть девочка, примерно твоего возраста. Дерзкая такая же, как и мистер Нилсон. На переполненных этажах выбила для него место. Постоянно к нему приходила, кстати. - она скосила на меня взгляд.

Если мы ходим к одному и тому же человеку, не понимает ли она, что мы знакомы? Или это вообще даже не смущает ее обсуждать со мной?

Мы пришли к палате на втором этаже, в противоположной стороне от его прошлой, но все же на одном этаже. Понятия не имею, зачем им понадобилось переводить его.

Я кивнула медсестре и она ушла, оставив меня одну в пустом, подряпаном коридоре. С этажей повсюду эхом отдавались голоса и смех. А я не могла сконцентрироваться на своих мыслях и просто отвлекалась на построение звуки. Отдернув себя, я вздохнула и по мне прошла дрожь. Я сейчас увижу его. Я даже не думала, что скажу ему. Так тщательно просить всех скрывать мое присутствие здесь и самой прийти сюда? Что за идиотка. Но разве я могла успокоиться и остаться в стороне? Нет, поэтому я дотрагиваюсь до ручки двери и меня ударяет волна тока по телу.

Я вздохнула и толкнула дверь после щелчка.

Первое, что я заметила - слишком много солнца. Слишком ярко и повсюду. Каждое окно в палате было полностью открыто и солнце было прямо напротив них. Я прищурилась, но затем привыкла. И сразу же наткнулась на него.

Ричард стоял спиной ко мне, гладя в окно и потирая руками перед собой. Его спина напряглась и он выпрямился, все еще не поворачиваясь.

А я не смогла дышать. Он выглядит таким свежим, таким здоровым, что мне захотелось плакать. Меня переполняли эмоции от счастья, потому что он жив и он рядом, всего в нескольких шагах, до обиды, потому что это единственное, что я позволю себе - лишь один визит. Сказать, что рада. Сказать, что волновалась. Рассказать, как запуталась и устала и что не знаю, что делать и кому верить. Сказать, что мне его не хватало. Что не смотря на ту небольшую часть вечности, что мы провели вместе, я не жалею. Что я вернула бы все назад и повторила сотни раз, столько, на сколько меня хватит.

Он слегка повернул голову вправо и искривил уголок рта в снисходительной усмешке. Я видела четкий контур его челюсти и скулу, которая, казалось, стала острее.

- Я же сказал, мне ничего не нужно. Еще долго будете нервировать?

Я опешила. Догадалась, что он не заметил меня и подумал, что я медсестра или кто-то из персонала.

- Я тебя нервирую? Мне даже приятно.

Он застыл и я захотела подойти ближе к кнопке вызова врача, потому что у меня ощущение, будто сейчас отключусь. Он повернулся, все еще с опущенной головой. Я сделала шаг вперед и зашла за дверь, прикрывая ее. Палата была небольшая, поэтому между нами стало слишком мало места. Сейчас он был всего в трех шагах от меня. Я была настолько возбуждена и каждый мой нерв был накален до предела, что мне показалось, я почувствовала его запах.

Ох, этот запах преследовал и мучал меня слишком долго до этого момента. Смесь древесины и острой перчинки пробудили воспоминания о нашей первой встрече. Тогда я чуть не потеряла голову от этого аромата.

- И что же здесь делаешь? - тихо спросил он, поднимая голову. На его лице не было и тени усмешки.

Его глаза. Боже, эти самые глаза, которые я так долго не видела и за которыми так сильно успела соскучиться. Синий океан во время бури. И сейчас они сузились и смотрели с презрением. Они были переполнены ядом, который он намеревался на меня выплеснуть. Я сжалась под этим взглядом, потому что буквально могла чувствовать эти волны, исходящие от него в воздухе. Он не моргал, не отводил глаз, он зацепил мой взгляд и не отпускал. На его лице не дрогнуло ни одного мускула, но в глазах был огромный вихрь эмоций. Я глубоко вздохнула, готовясь к выпаду. Но он лишь слегка приподнял верхнюю губу и опустил голову, смотря на руку, застегивая запонки на рубашке. Давай, взорви меня. Давай, скажи что-нибудь. Потому что я не в силах. У меня было ощущение, что он прочитал мои мысли, потому что все его эмоции скрылись за маской непроницаемости и это немного оттолкнуло меня. Он осмотрел меня сверху до низу и я ожидала, что он что-то скажет. Но взмах ресниц - и он опалил меня пронзительным взглядом.

- Я все еще жду ответа. Или я тебя нервирую?

Моими же словами! Я усмехнулась и опустила глаза на два стаканчика в моих руках. Еще как нервируешь. Не видно, что я сейчас пролью напиток от того, как трясутся руки?

- Принесла тебе кофе. - Он сузил глаза и наклонил голову влево. Я заметила эту искру в его глазах. Ох, он ждет иного ответа. - И яблоки.

- Яблоки, значит.

- Да-а. Знаешь, как долго я их искала? Не выращенные на химии, нормальные.

Он отвел глаза и усмехнулся, на мгновение смягчая суровую маску безразличия. Я перекинула волосы на другое плечо.

- Нет, я имел ввиду.. зачем ты приходила?

Мое сердце пропустило удар. Он знает?

- И что ты хочешь услышать?

- Твой мотив. Ты есть в базе данных, иначе бы тебя не пропустила медсестра. Тебя должны были внести в список посетителей и сделали это при моем сюда поступлении. Ты не являешься близким мне человеком, поэтому врачи тебе не сообщали о том, что я в сознании, а соответственно тебе сообщили Сэм или Вероника, при чем сразу же. Ты явно попросила об этом. А сейчас я повторяю вопрос: зачем?

Я смотрела на него во все глаза - вот это наблюдательность. Слова выплеснулись прежде, чем я их остановила.

- Потому что не могла не приходить.

Он смотрел на меня и его челюсть сжалась. Он хотел правду, но когда получил ее - это словно разочаровало его. Глубокие глаза осматривал каждый дюйм моего лица и остановились на глазах. Он о чем-то думал и в тот момент, когда пришел к чему-то, произнес:

- Это последнее, в чем я нуждаюсь - одержимая девочка с высоким самомнением, уж изволь.

Ауч. Было больно. Но это было ошибкой с его стороны, я слишком четко поняла, что он делает. Пытается оттолкнуть меня. Но я вижу, как напряжены его плечи. Как внимательно за моими эмоциями следят его глаза и как медленно он уводит взгляд от моих губ, когда невольно смотрит на них.

- Что ты, я просто угощаю тебя кофе, не более. Чувствовала некую вину. Что это ты из-за меня так убивался, что решил угробить себя в собственной машине. Чушь, а?

- Абсолютная.

Мы оба чувствовали эти искры. Меня всегда бесило упоминание некого электричества между людьми, но, святые кофейные зерна, я чувствую, как он поглощает меня. Меня выматывает рядом с ним, как слабую батарейку. Сейчас мы невольно начали словесную баталию. Слишком многое скрывались в незначительных фразах.

Я приподняла голову и протянула один из стаканчиков Ричарду. Его скептически взгляд с примесью веселья - взрывная смесь. Он взял стаканчик и я постралась не прикоснуться к нему, потому что такое количество вольт мое сердце точно не выдержит. Я поставила пакет с фруктами на кровать. И потерла ладони. Наш разговор зашел в тупик. Компромисса быть не может.

- Уже уходишь?

Его голос напомнил мне бархат. С хрипотцой, но мягкий, низкий. Он поднял глаза и я слабо улыбнулась.

- Мне пора. - на этих словах он поднес стаканчик к губам, не сводя с меня глаз. Прожигая.

Он сделал глоток и задумчиво посмотрел на меня, улыбнувшись. У меня скрутило живот от такой маленькой, но мягкой улыбки.

- Откуда ты узнала?

Я широко улыбнулась. Я прекрасно поняла о чем он. Не зря же я именно шла сюда.

- Тогда, в кофейне, я заметила, что ты брал, чтобы потом подать тебе твой любимый кофе с ядом.

Он смотрел на меня и в уголках его глаз появились небольшие морщинки. Я склонила голову и осмотрела его напоследок, собираясь открыть дверь и выйти отсюда поскорее, к свежему воздуху. Просто потому что не могу вздохнуть. Потому что от наплыва эмоций могу перед ним расплакаться и выглядеть от этого еще более жалко. Я хотела резко открыть дверь и просто убежать.

Кто-то сделал это за меня и дернул на себя дверь палаты. Я резко повернулась и увидела в проходе застывших с улыбками на лицах и в процессе разговора, группу людей. Сэм, Вероника, Том, близнецы и две незнакомых мне девушек лет двадцати. Я посмотрела на Веронику, но не смогла встретить ее взгляд. Я пока просто не знала, как себя вести и что с ней делать. Я вспыхнула. Что за барышни? Повернувшись к Ричарду со сладкой улыбкой на лице, я почувствовала, как она превращается в оскал.

- Мы тут.. Ну.

Сэм что-то начал бормотать позади, а мы все еще смотрели друг на друга и я ничего не могла понять по его глазам. В моих же он смог заметить сначала облегчение, а потом огонь. Пламя, которое я просто сейчас не сдержу и обрушу на этих девиц.

- Она уже уходит.

И когда я повернулась, направившись к двери, клянусь, услышала, как он тяжело выдохнул. Я прошла за дверь и чья-то рука, взяла мою ладонь, но я забрала ее, вытирая небольшую слезу.