Хрупкие души

Освльда вывели из медицинской части и повели куда-то вглубь блока, грубо пихая в спину. В этой части дома милосердия он никогда не был прежде, ведь здесь начинался отсек для преступников, осужденных и приговоренных к заключению. Для тех, кого никто не должен был видеть. Комнаты здесь было бы правильнее называть камерами: деревянная койка с тонким матрасом, стул, стол и уборная — вот все, что смог разглядеть мужчина.

— Куда его? - спросил охранник вслух.

— Дальше иди, камера номер двести сорок три пуста, - из ниоткуда раздался механический голос Киары.

Освальд шел. Просто шагал вперед, не задумываясь о том, что будет дальше. Ядовитые слова брата, встречи с которым он ждал уже так давно, разъедали его сердце. Больно, больно, как же ему было невыносимо больно! Кай прав. Только эти слова сейчас звучали в его голове. Кай прав во всем. 

Когда же охранявший его мужик дернул парня за локоть, Ос остановился и поднял глаза. Перед ним стояла Эллен, а рядом с хозяйкой чуть прозрачная зависла система. На лице у хищника была маска. Маска бессердечия и праведности, та самая, которую носит каждый чертов воин. Киара выглядела расстроенной, она с грустью вглядывалась в мутные глаза номера четыреста сорок четыре, но даже и она, сверхразум с душой человека, не могла понять, что сейчас он чувствует.

— Киара вернула меня, как только у вас все пошло под откос, - низко проговорила хозяйка, - я все слышала. И я хочу тебе сказать одну очень интересную вещь. Меня никто еще не осмеливался использовать в своих целях, потому что я убийца. Я хищник, Освальд. Я могу лишить жизни человека одним взмахом, я рублю головы и вырываю сердца, а ты вообразил себе, что я тупая девчонка с огромным сердцем и открытой для всех душой? Моя доброта к твоему брату объясняется чувством вины за то, что я натворила, я понимаю себя лучше, чем простые люди. Потому что я не человек вовсе. А ты ничего не значишь. Ты ничего не изменишь. Пора бы уже привыкнуть, друг. Я сочувствую тебе, но такова жизнь. Ты сам ее выбрал, вот и живи по правилам.

— Хватит, - прохрипел Освальд, - хватит тешить свое самолюбие, госпожа. Мне плевать на ваши пустые слова.

— Надеюсь, у тебя все будет хорошо, - криво улыбнулась Эллен, - но я больше не вмешаюсь. Это плохо кончается. 

— У меня ничего уже не будет, - отвечал Ос, смотря сквозь девушку. - Мои руки связаны, на шее туго затянут ошейник. Сейчас система выдаст свой приговор, и я сгнию здесь заживо. 

Как же Эллен жалела, что сердце ее не каменное. Как можно испытывать такие противоречивые чувства, смотря в глаза незнакомцу? Почему только секунду назад она ощущала вибрирующую злобу, что заставляла колебаться самые тонкие струны души, а теперь не может отвести взгляда от этого человека? От человека, который просто хотел вернуть свою потерянную жизнь назад. 

— В глаза смотри, - делая глубокий вдох, приказала Эллен, подходя ближе. 

Освальд отшатнулся, но его тюремщик грубо сжал предплечье парня, и тот опустил свой взгляд на девушку. И опять боль. Только она и ничего более. Сильный хищник уже задыхалась в этой атмосфере страдания и самоуничтожения. Словно под огромной, непреодолимо тяжелой толщей воды, она задыхалась от неимоверного давления той тоски, что впитали в себя чертовы стеклянные стены. 

— Смотришь? - прошептала Эллен, впиваясь взглядом в глаза мужчины. - Ты должен смотреть на меня. Вглядываться в меня. Понимаешь? Кого ты видишь? Монстра? Или гребаную садистку? А может быть...

— Ты слабая, - одними губами констатировал парень, - ты ничего здесь не исправишь. Я понял. Я вижу это. 

— Я тоже.

Эллен тряхнула головой и тяжело вздохнула. Только недавно она пообещала себе, что не станет вмешиваться, что все должны получать то, что заслужили, но теперь хищник была в отчаянии. Ее инстинкты, заложенные самой природой, принесенные великим светом в ее душу, кричали о том, что ее миссия в этом мире — спасать людей от Тьмы. И тьма жила глубоко внутри Освальда, поглощая остатки его хрупкой души, словно агрессивная болезнь. 

И Эллен понимала, что никакое из ее возможных действий не сможет облегчить жизнь Каю и Освальду. Морфия для души не существует. Они обречены. Хищник медленно, тяжело переставляя ноги, зашла за спину Освальда. Девушка встала на носочки и дотянулась до уха мужчины.

— Если я скажу тебе, что могу отпустить тебя домой, уйдешь ли ты? - холодно шептала Эллен. - Я вижу людей насквозь, Ос, я не знаю, чем тебе помочь, ведь ты не оставишь брата здесь, ты не бросишь его. Нет. У сложившейся ситуации нет выхода. Мне некого убивать, я не смогу разрушить эту систему, я не смогу вернуть время назад, я не смогу вас спасти. Прости.

— Не за что извиняться, госпожа. Я сам... виноват. 

Освальд сжал побелевшие от хомутов руки в кулаки и слабо задрожал. Опустив голову вниз, он рвано вздохнул.

— Знал бы ты, как мне сейчас больно, - монотонно и медленно выговорила хищник, аккуратно разжимая кулаки раба. - Невыносимо. 

Освальд вздрогнул. Тепло рук Эллен словно ударило его током. В одно мгновение он испытал тысячу чарующих сердце чувств. И он понял, почему Кай так полюбил эту девушку, он понял, почему брат видел в ней спасение, и он понял, почему рядом с ней боль притупляется.

— Ты несешь свет, - уверенно сказал Освальд, сжимая ладонь Эллен. - Почему ты такая теплая? 

— Ос, скажи, ты сможешь жить здесь дальше, хотя бы до тех пор, пока я не вернусь? - аккуратно спросила девушка, игнорируя слова мужчины. 

— Смогу, - коротко ответил парень.

Через мгновение в руке хищника сверкнул клинок, и пластиковые хомуты упали на пол. Эллен по-прежнему стояла за спиной Освальда, не решаясь взглянуть ему в глаза.

— Оставьте нас, - бросила девушка, и охранник тут же зашагал прочь, а система растаяла в воздухе.

— Кай говорил, что ты не вернешься, госпожа, - не поворачиваясь, выдавил мужчина.

— Я не вернусь только в одном случае, - понизила голос девушка, - если погибну. Я не брошу Кая, слышишь?

— И что будет дальше?

— Я не знаю.

Эллен нерешительно коснулась плеча мужчины, поворачивая его к себе лицом. Как же страшно смотреть этим людям в глаза и знать, что они уже и не люди вовсе. Без будущего. Без настоящего. Без свободы и смысла жизни. Но зато в безопасности, в тепле. Как можно променять себя на эти вещи? Как можно отдать свой голос за теплую кровать? Хищник, свободная и гордая, этого не могла понять. И сами души тоже. В их взглядах то и дело проскакивал один простой вопрос. Что я наделал?

— Это я во всем виноват, - сверкнув глазами, выпалил Освальд.

— Всех нас терзает чувство вины. Каждый тянет за собой груз ошибок, и чем больше этот груз, тем сложнее двигаться дальше. Я не скажу , чтобы ты отпустил все, что натворил. Я говорю тебе посмотреть в глаза самому себе и понять, что можно начать заново. Можно разорвать те канаты, который обвивают тебя за шею и тянут вниз, можно разрушить те оковы, которые не дают тебе вздохнуть, но кровоточащие раны от них останутся навсегда. Поэтому терпи и стань сильнее, чем ты был вчера. Больше нет способа победить чувство вины. Я знаю, о чем говорю. 

Эллен медленно произносила каждое слово, и взгляд ее был расфокусирован. Она не смотрела на опустившего голову Освальда, она вглядывалась внутрь себя, и эти слова исходили из самых глубин ее покрытого глубокими шрамами сердца.

— Ты тоже кого-то предала? - поднимая блестящие искрами глаза, тихо спросил Ос.

— Вряд ли они об этом догадываются, - протянула Эллен. - Это сейчас уже не важно.

Освальд замолчал. Он сейчас видел не госпожу дома милосердия, я обычную девушку. Хрупкую девушку, на плечах которой лежал невероятно тяжелый груз. Но Эллен была достаточна сильна, чтобы пробежать с ним многокилометровый марафон.

— Иди к себе, - пряча глаза, попросила девушка, - и перестань пялиться на меня так. Очень прошу. 

— Береги себя, госпожа Маэрто, - протянул Освальд, не зная, что сказать.

— Пожалуйста, - нахмурилась хищник, - называй меня по имени.

— Я надеюсь, мы еще встретимся, Эллен.

— Я тоже, - неоднозначно пробурчала девушка и, кивнув на прощание, зашагала прочь.

Хищник хотела уехать до темноты, но время улетало так быстро, что Эллен и не заметила, как стрелка часов убежала далеко за шесть. На поверхности уже смеркалось, серый туман, должно быть, только начинал окутывать вечерние улицы брошенных городов. Монстры готовились отправиться на охоту. Время до восхода луны — самое опасное. Но девушка решила, что ждать больше никак нельзя. Ее родители идут к мертвому городу, а возможно, они уже там. Нужно спешить, нужно торопиться. Прошлое итак слишком долго оставалось безмолвной историей, пора встретиться с ним и поговорить по душам.

Все необходимые вещи, оружие и одежду Эллен сложила в черный изношенный бесформенный рюкзак. Лекарства, перевязочные материалы, мази отправились в небольшую набедренную сумочку, которую девушка всегда держала при себе.

— Киара, - торопливо позвала Эллен, - какой транспорт есть в гараже?

— Бронированная машина класса В, грузовик, фургон для перевоза гражданских, старенький вертолет и байк с пустым баком. Если что, топливо найдем, хозяйка. 

— А на чем уехали Хант? - задумавшись, спросила девушка.

— Они забрали хозяйственную машину, одну из тех, что продукты возит.

— Вот ведь, - усмехнулась Эллен, - таких же тысячи на поверхности.

Киара промолчала.

— Слушай, а ты можешь быть со мной вне форта Шеры? - вдруг резко и громко спросила хищник.

— Если будет, куда вставить чип-носитель, то да, - кажется, с улыбкой отозвалась система. - Я никогда не была за пределам дома милосердия.

— А ты помнишь себя? - немного понизив тон, вновь задала вопрос Эллен.

— Отрывками, - коротко ответила программа, и девушка поняла, что эту тему лучше не трогать.

— Так, - вздохнула хищник, застегивая куртку, - Киара, пусть приготовят мне бронемашину, я, вроде бы, собралась.

— От бронемашины там одно название, - пробурчала система, - она тесная и глохнет иногда. А еще там нет компьютера, мне там не поместиться.

— А здесь? - с улыбкой спросила Эллен, указывая на маленький браслет на своей руке. - Это устройство мощнее, чем многие здесь, отец подарил. Вот, смотри.

Девушка коснулась прибора легким движением руки, и в ту же секунду перед ее лицом возник синеватый экран. Хищник достала чип с программой Киары и поднесла к устройству. Раздался короткий сигнал.

— Вот так, - протянула Эллен, закрывая экран, - теперь ты можешь быть рядом со мной. Гораздо удобнее будет иметь помощника. Хоть кто-то рядом.

— Машина будет готова к девяти часам, - отрапортовала система через несколько минут тишины, - под задними сидениями есть место, я туда попросила уложить теплые вещи, еду на несколько дней, воду. В багажнике все оружие, что у нас было. Да, я знаю, что у тебя все свое, но никогда не знаешь, что пригодиться в пути.

— Спасибо, - немного оторопев, поблагодарила девушка, - вот поэтому я и хочу, чтобы ты была рядом.

— Ты не видишь, конечно, но я сейчас красная, как помидор, - хихикая, отозвалась Киара.

— Ну, кажется, все, - вздохнула Эллен, - только к Адаму забегу и в дорогу.

Наконец-то она уходила отсюда. Из этого места, которое напоминало временную петлю, хищник желала убежать, причем немедленно. Ее стихия — свобода. Шум ветра в ушах, капли ядовитого дождя на старой куртке, громкие звуки, крики, движение — это Эллен. С самого начала она знала, что самая сложная часть поисков ее родителей будет здесь, в доме милосердия. А дальше все будет так, как было всегда. Выследить, найти, поговорить. А всех, кто попадется на пути, уничтожить. Скорее бы ввязаться в бой, прикончить монстра, выпустить пар. Это необходимо. Действительно необходимо.

— Киара, - на бегу опомнилась девушка, - с Освальдом все хорошо?

— Я отлично понимаю намеки, - гулко с ноткой обиды отозвалась система. - Про эту ситуацию никто не узнает, завтра же он выйдет на свое рабочее место, и все будет так, как раньше.

Улыбнувшись сообразительности своего нового помощника, Эллен пошла дальше. Когда же она добралась до медотдела, то сразу же направилась в кабинет главного врача.

— Адам, можно? - девушка вбежала, быстро постучавшись.

— А я уже хотел тебя искать, - озадаченно протянул доктор.

— Что-то опять произошло? - напряглась хищник.

— Кай просит позвать тебя, - тихо ответил Элиас.

Эллен переменилась в лице, помрачнела и медленно села на стул.

— Я не пойду, - не поднимая глаз, произнесла она.

— Почему? - на автомате спросил доктор и в ту же секунду понял, что не стоило этого спрашивать.

— Я не могу на него смотреть, Адам. Меня до костей пробирает.  Я не могу на них смотреть. На всех. Вся моя сущность отторгает этот порядок. Мне тяжело представить, что пережили все эти люди. Поэтому давай мне то, что хотел, и я уйду, - быстро протараторила хищник и вскинула голову, впившись взглядом в белый халат доктора.

— Эллен, - как-то странно протянул Адам, - тебе просто не повезло встретить здесь этих братьев.

— В каком смысле? - удивилась девушка.

— К ним жизнь повернулась спиной, они, действительно, сломаны, - отозвался доктор. - Но многие здесь просто счастливы иметь дом...

— Стеклянную клетку с однотонными стенами, - усмехнулась хищник.

— ...иметь работу и что-то значить в этом мире, - продолжал Адам.

— Служить богам нового мира и быть просто вещью в их глазах, - отстраненно отвечала девушка.

— Быть в безопасности, в конце концов, - понизил голос Элиас.

— Не иметь свободы, подчиняться, потерять себя, - расстроено перечислила Эллен. - Адам, находиться здесь невыносимо в любых случаях. Это же не люди вокруг нас, это — бесцельно живущие тела, которые радуются теплому месту. Они же больше не хозяева себя, они потеряли власть над своей судьбой.

Доктор промолчал. Тишина длилась несколько секунд, но казалась слишком затяжной. Эллен перевела взгляд на Адама и поняла, что что-то в нем не так.

— Вот ведь! - прорычал мужчина и с такой силой пнул стол, что лампа и лежавшие на краю книги полетели вниз. - Ты не права... Не права, слышишь меня?!

Последние слова доктор прокричал в лицо девушке, а после упал в кресло. Его тело слабо задрожало, а с губ сорвался тихий стон. Эллен же не могла сообразить, что здесь происходит. Она отказывалась понимать и только повторяла про себя одну фразу.

Скорее бы сбежать.

— Вот же черт, - тихо выругался Элиас, тяжело дыша, - я уже и забыл, каково это.

Доктор быстро стянул с себя галстук и бросил его на пол.

— На тумбе около двери твоя аптечка, и еще я нашел одну вещь, звезду Шарона, думаю, что ты знаешь, что это такое, - быстро проговорил доктор, вскочив на ноги и направившись к выходу.

— Адам! - опомнившись, окликнула его хищник.

Мужчина остановился и опустил глаза в пол, стараясь не смотреть на Эллен, которая медленно подходила к нему со спины. Когда девушка потянулась к пуговицам на воротнике рубашки, доктор напряженно вздохнул.

— Как-то так, - едва заметно улыбнувшись, сказал Элиас, поймав на себе ошеломленный взгляд хозяйки.

На шее у главного врача дома милосердия Эллен увидела тонкую ленту ошейника с маленькой красной лампочкой.

— Адам, - одними губами выговорила девушка, - прости, что я тебе столько всего наговорила.

— Действительно, мало приятного, - с усмешкой ответил доктор.

Эллен замялась и покраснела. Она только что до крови расковыряла раны Элиаса, и сказать, что ей было стыдно и неловко, значит не сказать ничего.

— Но я же видела, что ты куда-то уходил, - все еще не веря своим глазам, звонким голосом произнесла девушка. - У тебя нет этой уродливой белой формы... 

— Я же главный врач, а не абы кто, - продолжая улыбаться, пояснил Адам. - У меня чуть больше возможностей, чем у всех остальных.

— Как так вышло? - медленно спросила Эллен, через секунду пожалев об этом.

— Да все просто, - уже слишком возбужденно сказал доктор, - я трус, Эллен. Я хотел сбежать со службы, но не смог. Меня вернули, и мой командир, проявив невероятную сообразительность, решил не оставлять меня в форте Эйры, а продать сюда, не создавая шумиху и насмехаясь над моим неудавшимся побегом.

— Тише, не кричи, - схватив Адама за плечи, прошептала девушка. - Я не хочу, чтобы тебе было больно.

— Слушай, Эллен, я каждое утро убеждаю себя, что живу не зря, что помогаю людям, что я на своем месте. И это так, я нужен этому месту, правда ведь?

Хищник кивнула.

— Теперь ты узнала, кто я, - протянул Элиас.

— Мне не важно, свободен ты или нет, думаю, это и так было понятно.

— Я не про это, - отмахнулся доктор. - Я же сбежал, испугался, бросил своих.  Я предатель. Тебе не противно от этого?

В голове у хищника что-то щелкнуло. Она только что уяснила для себя одну очень важную вещь. На душе стало горько, но Эллен только усмехнулась и, подойдя ближе, тихо произнесла:

— А я тоже сбежала. И ты понял это, так?

Доктор переменился в лице. Он был напугал последним вопросом девушки и не знал, что и сказать. Адам понимал, к чему клонит хищник, но отказывался в это верить.

— Сколько тебе дали? - спокойно произнесла Эллен. - Не молчи, отвечай на вопрос. Какой приговор вынес суд?

— Не было суда, - выдавил из себя доктор.

— А как же тогда ты сюда попал? - с легкой улыбкой спросила хищник. - Наверное, кто-то влиятельный подсуетился, так?

— Я плохой хищник, но хороший врач, - начал было Адам.

— Ты — один из спецотряда медиков командующих? - перебила его девушка. - И у кого ты служил? А нет. Не говори. У маршала, так?

Доктор кивнул, понимая, что его загоняют в угол.

— Я сбежал, потому что Оберг начал собирать отряд для одной операции. Он хотел идти в город Тьмы, понимаешь? - повысил голос доктор. - Слушай, маршал — страшный человек, он силой привел меня сюда и заставил подписать документы на продажу души, потому что ему показалось это очень забавным.

— И ты решил, что если скажешь ему, что у тебя здесь сбежавший хищник? - с искренним удивлением спросила Эллен. - Оберг не мог знать,что я здесь.

— Я ничего не говорил... - начал отпираться доктор.

— Киара, - быстро позвала девушка, - он лжет?

Адам нервно сглотнул и прикрыл глаза в ожидании неизбежного.

— Да, Эллен, он лжет, - с сожалением отозвалась система. - Доктор покидал дом милосердия третьего октября и совершал звонок. Содержание разговора записано устройством, если нужно могу воспроизвести.

— Да, Адам, - протянула хищник, подходя ближе, - ты разве не знал, что маршал больше всего презирает предателей? Думаю, теперь ты здесь застрял до конца своих дней.

— Все, - глухо отозвался Элиас, - мы выяснили, какое я дерьмо. А теперь мне пора работать, покиньте мой кабинет, госпожа Маэрто.

Эллен звонко рассмеялась. Это место точно сведет ее с ума. 

— Вот как заговорил. Нет, доктор, - девушка толкнула Адама в кресло, - теперь ты расскажешь мне все, что знаете о миссии маршала в мертвом городе. Он привел человека. Кто это?

— Понятия не имею, - отмахнулся Адам, - могу только сказать, что он хищник.

— Это-то я и без тебя поняла. Мне нужно знать, зачем маршал отправился в город теней. Он был здесь до того, как уехал? Может быть, говорил с хозяином? Что-то просил?

— Я ничего не знаю! - испугавшись напора хищника, вскрикнул Элиас.

— Ладно, - вздохнула девушка, - и когда Оберг начал строить этот план? Сколько ты уже здесь?

— Три месяца, - ответил доктор.

— И как же ты так быстро стал главным врачом? - удивилась Эллен.

— Я знал госпожу Хант, мы пересекались раньше. Она устроила меня здесь.

— Что? - растерянно спросила хищник. - Где ты мог видеть Лизу? Подожди, а сколько тебе лет?

— Сорок один.

— Вот же черт, - опустившись на диванчик, прошипела Эллен, - ты знал не Лизу Хант, а Александру, так? И сбегать тебе не в первый раз.

— Откуда ты знаешь ее имя? - с непониманием проговорил мужчина и задумался. - Я все время ловил себя на мысли, что ты мне кого-то напоминаешь. Теперь я понял, почему ты здесь. Ты их дочь.

— Говори все, что знаешь про них, - холодно приказала девушка, - иначе я буду пытать тебя, пока не вытяну все.

— Полегче, госпожа, - замахал руками Адам, - мы не были так близки. Я знаю только то, что они хотели узнать правду. Лиза, то есть Саша, плохо спала по ночам. Она кричала во сне, ее мучали кошмары. Незнание того, что случилось двадцать лет назад, грызло их обоих изнутри, я видел это. Я-то просто сбежал с той битвы, а они нет. Их что-то спасло. 

— Так, - Эллен резко встала, - проясним ситуацию. Ты знаешь, кто я и мои родители. Ты знаешь, что они считаются мертвыми, и если хоть кто-то наверху узнает, что это не так, то их найдут и убьют, как предателей. А я прирожденный хищник, об этом ты тоже знаешь. Слушай, доктор, ты слишком много знаешь, а доверять тебе я не могу. Что же делать?

— Я сам являюсь хищником первой крови, какой смысл мне сдавать тебя и твою семью? Тогда мне придется и свою историю рассказать, иначе мне никто не поверит. Но тогда меня вздернут на площади посреди форта. Так что можешь не переживать, - с волнением оправдывался доктор.

— Я не могу рисковать, - ответила Эллен и, взяв сумку с медикаментами, направилась к выходу. - Спасибо за проделанную работу, доктор Элиас, но мне кажется нам нужен новый главный врач.

— Стой! Что это значит? - вслед девушке выкрикнул Адам.

— Ни шагу больше, - хлопнув дверью, приказала Эллен.

Хищник быстро зашагала по коридору дома милосердия. Доктор Элиас нравился ей; приятный, открытый, забавный и улыбчивый — таким он был. Может быть, не стоит винить Адама в том, что он доложил командующему о том, что в доме милосердия завелся хищник?

— Эллен, - тихо позвала Киара, - что ты хочешь сделать с Адамом?

— Я и не думала, что есть кто-то, кто знает так много, - шепотом отозвалась девушка, - меня это пугает. Сильно. Если доктор еще раз свяжется с фортом Эйры, то ему уже будет, что рассказать маршалу. Вдруг он посчитает, что эта информация стоит его свободы... Теперь док знает, что я не просто так здесь, может догадаться, куда я иду. Он не должен покидать пределы дома милосердия, поняла?

— Я не думаю, что Элиас предатель. Может, не стоит смещать его с должности? Я могу просто проследить, чтобы он не звонил, например, - вкрадчиво говорила система. - Адам — хороший врач.

— И мои родители доверяли ему, - задумавшись, протянула Эллен, - скорее всего, он не сразу догадался, что я связана с семьей Хант. Жаль, что я впутала его в эту историю, но теперь он должен молчать.

— То есть?

— Переведи его в обычную комнату, пусть он делает то же, что и все. Разносит вино, например. И самое главное, - понизила голос девушка, - следи, чтобы он молчал. Можешь передать ему, что я сожалею, что так вышло.

— Эллен, так нельзя, он же загнется в стеклянной клетке да еще и молча ходить и подносить этим жирным ублюдкам вино!  Он ведь хищник! Он как ты! Это слишком жестоко, - эмоционально возразила Киара.

Если бы у системы было лицо, то на нем бы отразилась искренняя злость.

— Я не могу рисковать, - напряженно повторила хищник. - Если бы мы были на поверхности, я бы убила его. Это самый надежный способ сохранить тайну.

— Почему бы просто не довериться Адаму? Он же обещал никому не говорить...

— Да ты только представь, что будет, если командование узнает обо мне! По моим венам течет кровь истинного хищника, мои родители — последние выжившие в бойне мертвого города. И кто будет разбираться, что случилось? Нас объявят предателями и повесят. Или отправят на исследования в лабораторию, или заберутся в мозг и будут долго ковыряться в памяти! А теперь еще раз. Я не могу рисковать.

— Я поняла, - коротко ответила Киара. - А если я попаду в руки маршала? Не боишься?

— Не боюсь, - усмехнулась хищник, - мой отец не дурак. Ты обладаешь всеми знаниями, которыми обладали мои родители. Я видела это, пока копалась в компьютере в его кабинете. Там есть и мои детские фото, и записи о том где могут быть ключи от города Тьмы. Поэтому, я уверена, в твоей системе целая куча защитных протоколов.

— Какая ты умная, - буркнула Киара. - Я выполнила твой приказ. Сейчас номер триста двадцать пять поведут в камеру по тому залу, мы можем их встретить. Думаю, ты бы этого не хотела, поэтому или поторопись, или притормози.

— Потороплюсь, - быстро ответила Эллен и прибавила шаг.

Девушка опустила глаза в пол и старалась не смотреть вокруг. Она почти всегда старалась не встречаться взглядом с кем-либо здесь. За несколько минут хищник добежала до гаража, который находился на уровне земли и представлял из себя небольшой ангар. Найдя нужную машину, Эллен запрыгнула внутрь, бросив сумку на заднее сидение, повернула ключ и без промедлений помчалась прочь из этого места.

Прочь.