Хрупкие души

Брезгливо оглядев зал, образ которого так и не закрепился в памяти после вчерашнего приключения, Эллен выцепила глазами душу, что теперь заменяла брата Кая, и быстрыми шагами двинулась к мужчине. 

— Ты не знаешь, где тот парень, что вчера стоял на твоем месте? - обратилась девушка к охраннику, что без движения стоял у входа.

— Нет, госпожа, не знаю, - басисто проговорил крепкий мужчина, - система направила меня сегодня утром на этот пост.

— Система? - переспросила хищник. - Кто ей управляет?

— Это программа с заложенными в нее установками и правилами, она автономна, - быстро выговорил охранник. - Возможно, за вчерашнее нарушении вашего личного пространства система наказала провинившегося.

— Вот блин! - в сердцах вскрикнула Эллен. - Это жуть, а не дом милосердия!

— Наш дом душ самый гуманный из всех в форте Шеры, - улыбнувшись, прокомментировал мужчина. - В некоторых местах люди просто сидят за решеткой и ждут своей участи, а мы можем жить и работать, быть хоть как-то полезными.

— Я рада, что тебе здесь нравится, - фыркнула Эллен, - но мне — нет! Боже, скорее бы уже оставить это адовое местечко, - прошипела она тише.

Резко отвернувшись, девушка быстро зашагала к диванчику. Усевшись поудобнее, она достала ключ-карту и вставила ее в небольшой адаптер, встроенный в металлический подлокотник. Послышался неприятный электронный сигнал, и из устройства раздался женский голос.

— Здравствуй, меня зовут Киара, - представилась программа, - я готова к работе.

— Ответь мне, Киара, - недоверчиво протянула хозяйка в пустоту, - где душа, номер которой три четверки?

— В своем блоке, - лаконично ответила программа.

— И? - ожидая продолжения, протянула Эллен.

— Я предполагаю, что ты сама не найдешь, поэтому молчу.

— Ого, - оторопела девушка, - как ты свободно разговариваешь.

— А что? Меня ты не сможешь нигде закрыть или наказать, - усмехнулась Киара, - ведь у меня есть разум, а тела нет.

— Обалдеть можно, - продолжала восхищаться Эллен.

— Ну что ты глаза выпучила, хозяйка? - возмутилась программа. - Никогда не видела подобных систем?

— Ты как живая, - восторженно вздохнула хищник.

— Если смотреть с материальной точки зрения, то я, конечно мертва. Мое тело уже с десяток лет гниет в земле. Но если разобраться, то я единственная и неповторимая Киара, компьютерная программа, основанная на живой душе человека, - гордо объяснила девушка.

— То есть, ты являешься разумом, заключенном в компьютерном коде?

— Мне не нравится слово "заключенном", - пробурчала Киара. - Я, скорее, расшифрованный и воссозданный аналог души человека.

— Ты прекрасна! - воскликнула Эллен, не переставая восхищаться системой.

— Ой, не смущай меня, хозяйка, - сконфузилась программа, - прекрати, а то я сейчас вырублюсь от умиления.

— Ладно, так как мне найти Освальда? - вернулась к делу хищник.

— Сделай одолжение, нажми вон ту кнопочку, - на пульте тут же замигал маленький огонек.

Не задумываясь, Эллен быстро нажала на кнопку. И абсолютно неожиданно перед хищником возникла очень реалистичная голограмма, только слегка бликующая зеленым.

— Привет, - вежливо улыбнулась Киара.

— Ты была здесь душой? - разглядывая белые одежды девушки, спросила Эллен.

— Было дело, - отмахнулась голограмма. - Ну что? Идем, я покажу, где номер три четверки живет.

Киара повела Эллен вглубь дома милосердия, минуя зал за залом. Хищник старалась не смотреть по сторонам. Она не хотела видеть ни богатые морды покупателей, ни бездушные маски рабов. Эллен понимала, что единственное, что ей остается, это игнорировать все свои порывы, чтобы опять не совершить того, о чем она будет жалеть каждое утро перед рассветом. Поэтому хищник стиснула зубы и рассматривала такой прекрасный тошнотно белый пол.

— Мы пришли, хозяйка, - ровно выговорила система, выводя Эллен из своеобразного транса.

Девушка с трудом подняла глаза и тут же их прищурила. Внутри блока было слишком ярко, все освещение, казалось, работало на пределе. Освальд же лежал на кровати, отвернувшись к стене и не двигаясь.

— Что там происходит, Киара? - не понимая, спросила Эллен.

— У нас здесь с самого начала существует целая куча правил, установленных целой кучей документов, - начала нудно объяснять система, - и одно из них — это запрет на прикосновения к господам и посетителям, второе — запрет обращаться к ними без моего направления, и еще одно — запрет покидать свое место без команды. Вот как-то так. И все это он нарушил. Четыре дня изоляции и лишения сна, вот такое наказание за эти проступки.

Эллен встрепенулась. Ее передернуло от отвращения. И она никак не могла понять, было ли это отвращение к родителям или же к себе самой.

— И как ты можешь так с ними поступать? - с презрением в голосе спросила хозяйка.

— У меня выбора нет, - печально ответила Киара, - я так запрограммирована, у меня есть свои алгоритмы и инструкции, которые я, даже имея чувства, не в силах нарушить.

— Убавь свет, пожалуйста, - приказала Эллен. - Кошмар какой-то. 

— Конечно, - улыбнулась система, и свет тут же приглушился.

Эллен приложила карту к замку, и камера открылась. Молодой мужчина даже не пошевелился. Аккуратно пройдя внутрь, девушка присела на край кровати и осторожно положила руку на спину Освальда. Он вздрогнул.

— Как ты? - тихо спросила Эллен.

— Нормально, - слабо отозвался парень.

— Я хотела поблагодарить тебя за вчерашнее, - все так же тихо продолжила девушка.

— Не за что, госпожа, - устало пробурчал Освальд, еще больше закрывая лицо.

Эллен встала и тихонько прошлась по комнате, присев на стул. Она чувствовала, что ей здесь отнюдь не рады. Парень не шевелился. Он дышал глубоко и быстро и в какой-то момент сильно вздрогнул и слабо застонал.

— Что с тобой? - взволнованно спросила Эллен.

— Я наказан, - рвано прошипел мужчина. - За то, что позволил себе слишком много вчера.

— При погружении в состояние сна устройство производит небольшой разряд, чтобы не дать ему уснуть, - пояснила система механическим голосом.

— Киара, ты можешь это прекратить? - спросила у пустоты Эллен.

— Если прикажете, - кратко ответила система.

— Приказываю.

Система довольно улыбнулась и выполнила приказ госпожи. Киара была довольна решениями Эллен и всем своим призрачным видом показывала это.

— Послушайте, госпожа, - Освальд неожиданно развернулся и сел, уставившись на девушку своими уставшими глазами, - что вы вообще делаете?

— Пытаюсь тебя отблагодарить, - развела руками хищник.

— А я не особенный, госпожа, - зло выплюнул Освальд, - я такой же, как все остальные, не нужно мне от вас ничего, ясно?

— Почему ты так со мной разговариваешь? - распахнув глаза, спросила Эллен.

— А почему вы вообще со мной разговариваете? - ответил вопросом на вопрос он.

Хищник ничего не отвечала, она только пристально разглядывала мужчину. Освальд был определенно старше Кая. И они совершенно не похожи. Да, ни сколько. Может быть, внешне и было сходство, но того выражения лица, того взгляда, той тонкости не было у Освальда. Поняв это, Эллен с горечью вздохнула. Но самое жуткое было то, что в темных пурпурно-синих глазах мужчины горел яркий, живой огонь. Это была ненависть. Всепоглощающая и ранящая одновременно. 

— Ты ненавидишь меня, - с улыбкой констатировала девушка.

Освальд молча опустил глаза в пол и усмехнулся.

— А вы, госпожа, думали, что спасете пару невинных душ, и все остальные будут смотреть на вас с великой любовью? - неожиданно резко высказался мужчина. - И как, получилось? Мой брат теперь убийца. По вашей милости, госпожа, по вашей глупости или легкомыслию. Для вас, свободных людей, наши души — просто вещи. Использовали и забыли.

— Аккуратнее, - вклинилась Киара, - не забывай про меня, номер четыреста сорок четыре.

Молодой мужчина так знакомо мотнул головой и инстинктивно поправил свой ошейник.

— Я вовсе не госпожа, Освальд, - коротко бросила хищник.

— А кто? - снова нервно рассмеявшись, спросил парень.

— Я — просто Эллен, - с грустью в голосе протянула девушка, - обыкновенный человек с обыкновенной душой.

— Из-за тебя, идиотка, Кай снова там! - вскрикнул Освальд и тут же получил удар током.

Парень схватился за шею и захрипел. Он дернулся и согнулся пополам. А Эллен словно застыла на месте, немо наблюдая за содрогающимися от боли плечами Освальда. Только краем глаза она улавливала его гневный, переполненный болью, скорбью и презрением взгляд, упрямо сверлящий девушку-хищника своим обжигающим холодом. 

— Может быть, нам пора заканчивать этот разговор? - аккуратно спросила система, пока мужчина корчился от боли.

— Может быть, - согласилась Эллен, - иначе этот пылкий парень еще пару разрядов заработает.

— И включите эти чертовы лампы! - прохрипел Освальд. - Мне ничего от вас всех не нужно, идите к черту! Ты — еще одно чудовище!

Закусив губу от злости Эллен подскочила на ноги и одним толчком прижала мужчину к стене. Сейчас Освальд отхватит еще разряды тока от системы и так и будет чувствовать себя беспомощной жертвой, но так не пойдет, так несправедливо! Его рабское положение словно придавало сил, но сможет ли разгневанный мужчина повторить эти слова, на равных глядя на свою хозяйку?

— Пытаешься быть сильным, да? Гордый? - выплюнула хищник. - А я тоже!

В глазах девушки сияла ярость, свойственная только для хищников. Ни одному обычному человеку не почувствовать эту вибрирующую злобу и возмущение внутри своей груди. Скалясь в жуткой улыбки, Эллен достала карту и в один момент отключила устройство Освальда.

— А вот теперь поговорим, - заглянув в глаза мужчину, прорычала хищник. - Все говори, все, что на уме есть, Киара тебя не тронет. Выговорись, давай! Обвини меня, ну, давай же!

Освальд застыл. Немое непонимание отпечаталось на его лице. Губы парня задрожали то ли от напряжения, то ли от гнева.  

— Я ненавижу вас, - в лицо Эллен выдохнул Освальд, - но это не ваша вина, госпожа.

—А что это ты обороты своего гнева сбавил? - с иронией спросила хищник, сильнее прижимая его к стене. - Продолжай проклинать меня, я только настроилась.

— Госпожа, - с еле заметным страхом в глазах протянул он, - я вспылил. Прошу меня простить.

— Ну, скажи, что я последнее чудовище во всем мире, скажи, что я во всем виновата, скажи, что это я сломала Кая, и не забудь про тех троих, чьи жизни на моей совести! - вскрикнула Эллен и, ударив Освальда в плечо, шарахнулась прочь. - Мне не привыкать к чувству вины, это не первая кровь на моих руках, а ты можешь сбросить камень с шее. Ну, давай!

Ноги Эллен подкосились. Вспыхнувшая еще минуту назад ярость также быстро испарилась, оставляя место чернющей пустоте. В груди заболело. И невольная госпожа пожалела, что пришла сюда. Устало присев на край кровати, девушка перевела дыхание и уставилась в стену, ей было необходимо прийти в себя, чтобы снова не потерять контроль над звериными эмоциями, которыми наделяла ее кровь первых хищников. 

— Я не буду, - присев рядом, проговорил парень. - Госпожа, я... Я не думал, что говорил. Когда я увидел моего брата свободным, то думал, что теперь у него все будет хорошо, мне было все равно, что он меня не узнает, что я останусь здесь. Я люблю его. Я был рад. Но в следующий раз мне довелось видеть Кая, когда санитары тащили его почти без сознания в медблок. И он посмотрел на меня, прямо мне в глаза. Можете думать все, что хотите, но мне показалось, что он произнес мое имя, одними губами прошептал. А я, черт возьми, даже с места не мог сойти.

Эллен слушала Освальда молча. И в конце его объяснений девушка вдруг поймала себя на мысли, что в последние несколько дней она пролила слез больше, чем за всю жизнь. Это место ее уничтожало. 

— Освальд, - ком подступал к горлу девушки, - я правда не хотела, я не хотела...

С этими словами хищник уткнулась в грудь мужчины и застонала. Опять эта ноющая боль скреблась у нее в сердце. Почему же оно не каменное? Как же тогда было бы просто жить и не чувствовать ничего. Ничего.

— Отведите меня к нему, - тихо попросил Освальд.

Мужчина не шелохнулся. Он чувствовал, как горячие слезы пропитывали его рубаху, но найти в себе силы, чтобы утешить ту девушку, которая уничтожила его брата, не мог. Освальд лишь незаметно брезгливо поморщился и перевел взгляд с растрепанных волос хозяйки на белую стену. 

— Хорошо, - после паузы ответила девушка и тут же быстро приложила ключ к устройству, огонек загорелся красным. - На всякий случай, - пояснила Эллен.

До медблока они шли молча. Хищник вдруг задумалась о том, что она сильно расклеилась здесь. В форте Эйры все люди крепкие, скупые на эмоции и лишние слова. Эллен редко позволяла себе слезы. Никогда в жизни она не говорила своим товарищам, как они дороги для нее, никогда она не делилась с ними своими переживаниями, а боли, которая уже несколько дней терзает девушку, и вовсе не было. Что-то страшное и гнетущее было под землей, и пора бы уже выбираться наружу и убить парочку монстров для того, чтобы привести мысли в порядок. 

— Сначала спросим разрешения у Адама, потом только зайдем, - холодно произнесла хищник, когда они подошли к медблоку. 

Освальд молчал. Ему было страшно видеть брата, но дороги назад уже не было.

— Если нам не разрешат, я не буду настаивать, - продолжала Эллен.

Краем глаза девушка заметила, что мужчина неуверенно кивнул. С каждым следующим шагом сердце обоих билось все быстрее и быстрее. И объяснить это можно было только одним: страхом. Эллен было невыносимо вновь видеть Кая. Перед ее глазами вновь всплывали недавние события, картинки которых будут преследовать хищника во снах.

— О, что-то ты рановато, - удивился доктор Элиас при виде хозяйки, - я еще только побежал за одной очень интересной вещью, которая, надеюсь, тебе все же не пригодиться.

— Адам, можно нам к Каю? - быстро, словно смущаясь, протараторила Эллен.

— Я бы сказал, что нет, - продолжая что-то искать в кармане коричневого пальто, ответил мужчина.

— Пожалуйста, - тише добавила девушка.

— Идите к профессору... Черт, как ее там, официально-то звать? - почесал голову Адам. - Короче, по коридору до упора, направо, третья дверь. Я видел, она уже пришла.  Линда объяснит тебе что к чему. Я вернусь через пару часов.

С этими словами доктор выбежал за двери, попутно приказывая медсестре поставить кому-то капельницу.

— Хорошо, - себе под нос пробурчала девушка.

Проходя жуткий коридор, Эллен напевала какую-то надоедливую мелодию, лишь бы не слышать звуков, доносящихся из палат. Но полностью игнорировать стоны и смех, вой и бредовые монологи было невозможно. Дойдя до нужного кабинета, хозяйка громко постучала, забыв даже прочитать фамилию врача. ОТвета не последовало, и Эллен толкнула дверь. 

— Чем могу помочь? - не поднимая голову, скрипящим голосом спросила Линда.

— Мы хотели поговорить насчет Кая, - ровным тоном объяснила Эллен. - И нам нужно его увидеть.

Женщина за столом напряглась. Она сглотнула и медленно сняла очки. Когда она подняла голову, то настольная лампа осветила ее лицо. Оно было обезображено ужасным рваным шрамом, проходящим по правой щеке и заканчивающимся под глазом.

— Зачем? - уставившись на Освальда, спросила доктор. - Вам это правда нужно?

— Да, - кивнул мужчина.

— Почему вы так решили? - не унималась женщина. - Назовите мне объективные причины, по которым я должна подвергать риску состояние моего пациента снова, - Линда перевела свой немного косой взгляд на хищника.

— Освальд думает, что Кай его вспомнил, - уверенно ответила Эллен.

— Госпожа Маэрто, да? - нахмурив брови, уточнила женщина.

Эллен кивнула.

— Так вот, моя дорогая госпожа, у Кая целая куча взаимосвязанных заболеваний, в историю которых я даже и углубляться не буду, все равно не поймете, - махнула рукой психиатр, - и тревожить его сейчас нельзя. Это может обернуться новым приступом. Лично мне не доставляет никакого удовольствия держать моих пациентов прикованными к кроватям или в рубашках, поэтому поймите и уходите.

Эллен услышала, как участилось дыхание Освальда. Но он все еще молчал.

— Тогда вы пойдете с нами и проконтролируете все сами, - стальным голосом приказала девушка.

— Я уже сказала все, что хотела, - зло прошипела Линда. - До свидания, госпожа Эллен Маэрто. Можете меня уволить, но во всем форте Шеры не найдется специалиста лучше. 

— Дайте мне увидеть брата, - тяжело, выдавливая каждое слово, выговорил Освальд.

— А с твоим мнением здесь никто не считается, - закатывая глаза, пропела женщина, - знай свое место.

Освальд только лишь сильнее сжал кулаки, потому что понимал, что Линда права.

— Немедленно отведи нас к Каю, - забыв о своем обещании не настаивать, прорычала хищник. - Ты работаешь на меня, знай свое место! - едко улыбнулась Эллен и с грохотом распахнула двери.

— Вот же! - взвизгнула врач. - Упрямая дура, - одними губами выговорила она и побежала за госпожой Маэрто. 

Когда все дошли до палаты Кая, профессор остановила Эллен, схватив ее за руку.

— Не ходи туда, - убедительно сказала женщина.

— Я и не собиралась, - бросила хищник. - Освальд пойдет.

Линда молча окинула его взглядом и достала связку ключей.

— Если что-нибудь произойдет, то я предупреждала вас, - открывая двери, открестилась профессор. - Ждите здесь.

— Я ухожу, у меня дела, - коротко объявила хищник и, развернувшись, быстро пошла прочь.

— Освальд, аккуратнее, - шепотом произнесла Линда, - ты же помнишь, мы уже пытались и ничего не вышло...

— Что-то изменилось, профессор, - мрачно ответил парень и вошел внутрь. 

Дверь закрылась. На этот раз в помещении было достаточно светло, еле заметно пахло какими-то цветами, тихо играла заедающая классическая мелодия. Кай лежал на кровати и, кажется, спал, отвернувшись к стене. Освальд стоял у порога и никак не мог найти в себе силы сделать шаг.

— Доктор? - не поворачиваясь, спросил Кай.

— Нет, - ровным тоном отозвался Освальд, - это я.

Услышав знакомый голос, парень, быстро развернувшись, уставился на брата потерянным взглядом.

— Привет, - слегка улыбнувшись, приветливо произнес Кай.

— Привет, - растерявшись, ответил Освальд, - как ты?

— Эта чертова музыка сведет меня с ума. Еще раз, - усмехнувшись, проговорил парень. - А ты что здесь делаешь, Ос?

— Я к тебе пришел, - сделав шаг, ответил мужчина, расплывшись в довольной улыбке.

Он его узнал, Кай произнес его имя...

— Тебе ведь не положено здесь находиться, - испуганно встрепенулся Кай. - Уходи немедленно, - будто опомнившись, замахал руками парень.

— Почему я должен уйти? - нахмурился Освальд.

— Потому что ты умер, - коротко бросил Кай и отвернулся к стене.

Старший брат сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.

— Я живой, Кай, смотри на меня, - быстро подходя к брату, выпалил мужчина, - ну же! Вот он я, перед тобой.

— Так, - вскочив на ноги, громко вскрикнул Кай, - у меня уже пару дней не было приступов и всяких галлюцинаций! Давай, исчезай быстрее!

— Ты серьезно? - подняв одну бровь, переспросил Освальд. - Ты считаешь меня видением? Молодец, братец! - со злостью в голосе выплюнул он.

— А ты утверждаешь обратное? - серьезно спросил Кай.

— Слушай, может быть, уже хватит? - схватив брата за плечи, вскрикнул Освальд. - Я не буду больше с тобой возиться. Поэтому слушай внимательно и выкарабкивайся из руин своего воздушного замка. Шесть лет назад мы с тобой, два благородных идиота, пришли сюда. Чтобы продать свои души. Нашей младшей сестре сейчас должно быть пятнадцать. Она родилась сразу после смерти отца. Ты помнишь его? Он был солдатом в форте Эйры до тех пор, пока в бою не потерял руку. А потом все пошло по наклонной: его уволили, выплатили последнюю зарплату и забыли. Он начал пить, и через три месяца нам пришлось переехать в форт Шеры. За два дня до моего дня рождения отец повесился. Денег не было на оплату жилья и, чтобы обеспечить благополучную жизнь сестре мы пришли сюда. А дальше ты сам все знаешь.

— Серьезно? - изумленно прошептал парень.

— Да, - кивнул Освальд.

— Но мы же были... - Кай замялся и опустил глаза в пол.

— Кем мы были?! - встряхнул брата Ос.

— Мы были воинами, - твердо произнес парень, - отец нас учил. Я помню.

— Ты веришь мне? - шепотом спросил Освальд. - Я живой, я не умер, я здесь, Кай, я рядом.

— Это все был не сон, - резко прижав брата к себе, еле слышно ответил Кай. - У меня была семья. Ос, что мы наделали? Что я наделал, Освальд? Я ведь убил людей, ты знаешь?

Кай сжал белую рубашку брата, а Освальд до крови прикусил губу. Сил сопротивляться накрывающей с головой боли уже почти не оставалось, но Освальд держался ради брата. 

— Слушай меня, - не ослабляя объятий, вкрадчиво начал говорить Освальд, - прости себя за все, что ты сделал. Ничего уже не изменить. Но ты можешь жить дальше, слышишь?

— Я не хочу, - опустив руки, вскрикнул Кай, - я не хочу такой жизни!

— Тише, - Освальд хлопнул брата по спине, - ты же не хочешь снова быть укутанным в рубашку. Тише. Слушай меня. Ты изменился. Что-то с тобой произошло, я это вижу, ты не сумасшедший. Больше нет. Так давай выбираться отсюда. Когда тебя выпустят из палаты, нужно найти Эллен. Эта наивная девчонка сделает для тебя все, что угодно. Мы можем использовать ее, чтобы раз и навсегда покинуть это место. Я видел, как она просто так освободила парня из третьего зала, - шепотом, чтобы не было слышно наблюдающей за всем действием профессору, проговорил Освальд

— Она была настоящей, - радостно рассмеялся Кай, - представляешь?

— Эй, смотри на меня, - отстранился старший брат, - мы вернемся домой, Кай, только выбирайся отсюда. Ведь ты не больной. А дальше все будет зависеть от этой новой хозяйки. Добрая душа. Дура. 

— Эллен уйдет и не вернется, Освальд, - уверенно высказался Кай.

— Почему?

— Я видел это в ее глазах, в движении уголков ее губ, во взмахах руками. Она говорила, что должна найти супругов Хант, но Эллен не вернется сюда ни за что на свете. Это место кажется ей адом, - оттолкнув брата, прорычал Кай. - Это и есть ад. Нам не выбраться, брат. И жить здесь невозможно. Я не хочу, чтобы ты страдал, Освальд. Поэтому ты должен умереть. И я тоже.

Кай с силой толкнул брата, тот упал на спину. В следующий же миг погас свет. Все звуки утихли. Братья могли видеть друг друга только по красным огонькам на ошейниках.

— Ты же узнал меня, Кай! - обессилено прошептал Освальд, отползая к стене.

— Я в здравом рассудке, Ос, - подходя ближе, медленно выговорил парень. - И я никогда не был болен. Я здоров. Я помню мать, отца, сестру, тебя, госпожу Фриду, Бьерна, Эллен. И, знаешь, я пытался сдерживаться. Я пытался принять эту жизнь. Но ты... Ты серьезно думаешь, что я сейчас растаю и дам волю братским чувствам? - горько рассмеялся Кай. - Я восхищался тобой всю свою жизнь, и когда ты предложил нам пойти сюда, то согласился, не задумываясь. А теперь включи голову, брат. Мы были сыновьями храброго солдата из форта Эйры, мы могли защитить нашу семью, а ты просто испугался и сбежал. Сбежал от жизни на поверхности, от крови и монстров. Сбежал от ответственности за семью, - с каждым словом Каю становилось все сложнее говорить, ему жутко хотелось спать.

— Прости меня, Кай, - не зная, что еще сказать, выпалил Освальд.

— Да ты даже представить себе не можешь, что я пережил, брат. Она была хуже любого монстра. Каждую ночь я мечтал о жизни на поверхности. Я хотел убивать. Убивать всех вокруг. Но эту женщину я убить не мог, у меня не было ружья, мои руки были связаны. В прямом смысле, - Кай упал на колени. - А вот вампира я бы мог убить. И даже дракона мог бы, и фею тоже, и принцессу страны Оз, если она существует....

Кай затих и упал на пол. Освальд сидел в углу и молча смотрел на красную лампочку на ошейнике своего родного брата. Казалось, что сердце старшего брата вот-вот разорвется на части, вот-вот не выдержит и остановится. Яркий свет мгновенно залил все помещение. Дверь открылась.

— Я же предупреждала, - строго и сдержанно прозвучал голос профессора над головой Освальда. - И я все слышала, все до последнего слова. Но это меня не касается. Пусть в этих делах с побегом разбирается Киара и новая госпожа. 

— Мне все равно, что вы со мной сделаете, - не отводя глаз от тела брата, слабо отозвался Освальд.

Его бесцветный голос, пропитанный едкой виной заставил даже Линду, повидавшую огромное множество несчастных душ, вздрогнуть. Доктор кляла себя за то, что не остановила Освальда. Никто не мог себе вообразить, что он чувствовал. Он, обвиненный братом во всех несчастьях, он, закованный в кандалы беспомощности, он, потерявший остатки надежды на лучший исход. 

— Номер четыреста сорок четыре, - грубый мужской голос прозвучал над головой парня, - встать, руки за спину.

Освальд с большим трудом поднялся на ватных ногах и развернулся к стене. Охранник затянул наручники-стяжки и уже собирался вывести его из палаты, но профессор остановила его.

— Освальд, - учтиво обратилась она, - я хочу, чтобы ты знал, что ты сейчас разговаривал не с тем Каем, которого ты знал. Я думаю, что, анализируя ваш разговор, ты поймешь, в какой именно момент возникла вторая личность, и не станешь принимать его слова близко к сердцу. Но то, что мой пациент все-таки признал в тебе брата — это правда какой-то сдвиг. Ты был прав, что-то изменилось.