Half blood

* Зов крови

Эрен отвлеченно напевал себе под нос придуманную в порыве хорошего расположения духа незамысловатую мелодию из нескольких нот и любовно пересаживал цветочные ростки из горшочков в землю. Радостное настроение хорошо способствовало продуктивности работы — энергия для заклинаний текла спокойно и для ее высвобождения совершенно не приходилось прилагать никаких усилий.

Опустив очередной росток в заранее выкопанную ямку, он осторожно примял землю и, положив ладони по обе стороны от тоненького серебристо-зеленого стебелька, принялся нараспев читать заклинание — маленькая, однажды случайно придуманная хитрость, которая поможет росткам прижиться и цвести до самых холодов.

Вообще, Эрен не планировал заниматься садоводством, но утром Армин обрадовал друга необходимостью общественно полезных работ. Сказано это было безапелляционным тоном, в принципе не предполагающим саму возможность возражения, так что Йегеру ничего не оставалось, кроме как послушно кивать. В конце концов, не то чтобы он был сильно против покопаться в земле.

Получив краткую, но емкую инструкцию и много непонятных взглядов от Армина (видимо, всему виной была то и дело растекающаяся на лице глупая улыбка, которую совсем не получалось сдерживать, как бы сильно он ни старался), парень, дождавшись, пока Арлерт все же соберется и уйдет, лениво потянулся и продолжил неторопливый завтрак. Поручения — это хорошо, но еда важнее.

Обыскав весь дом и с трудом найдя деда Эйтана в мастерской, Эрен, предупредив старика о том, что окопается на заднем дворе, с чистой совестью пошел переносить ящики с недавно приобретенной рассадой в сад. Нежные белые цветы ясколки радовали глаз, и Эрен не мог дождаться того момента, когда они разрастутся и станут сплошным зелено-белым ароматным ковром.

Самостоятельно придуманный мотивчик в какой-то момент сменили невероятно прилипчивые гномьи частушки, которые в большинстве своем носили откровенно похабный характер, а затем репертуар ненавязчиво перетек в проникновенные эльфийские баллады о доблести и любви. Йегер исполнял песни так, словно выступал перед огромной толпой зрителей, взгляды которой прикованы только к нему. Увы, в реальности зрителей не наблюдалось и вряд ли бы их удалось собрать так много, что получилась бы толпа, — исполнителем Эрен был весьма посредственным — так что эту роль благородно взяли на себя цветы.

Присыпав землей очередной росток и укрепив его заклинанием, парень потянулся и взял в руки сапку, намереваясь сделать еще одну грядку — немного рассады осталось, и Йегеру очень не хотелось, чтобы цветы погибли от рук Армина. Друг, хоть и любил растения, но обращаться с ними не умел совершенно и, пожалуй, в разрушительной мощи мог посостязаться с кем угодно. Кроме приобретенной недавно на ярмарке рассады ясколки, Эрен, поддавшись внутреннему порыву, обзавелся еще и ростками бруннеры. К этому растению он с самого детства питал слабость, ему безумно нравилось рассматривать небольшие соцветия мелких голубых цветочков, напоминающих незабудку, его это умиротворяло.

Увидев ее у торговки, он был порядком удивлен, ведь мало кто захочет садить у себя в саду столь невзрачные цветы. Практической пользы от них не было никакой, но Эрен решил, что он просто обязан купить несколько кустиков бруннеры и посадить на обратке. Парень не сомневался в том, что Леви этот порыв вряд ли одобрит и не упустит случая поворчать по этому поводу. Ну и пусть. Эрен не мог избавиться от глупой улыбки, представляя, как развалится звездой среди этих цветов вместе с Леви и они будут смотреть в небо и лениво перекидываться репликами. И поцелуями. Последняя мысль заставила густо покраснеть, и Йегер несказанно обрадовался тому, что рядом только деревья и некому будет вспоминать ему этот случай.

После того разговора на крыше, они с лордом стали гораздо ближе. Раньше это было почти подсознательное, интуитивное знание того, что Леви можно доверять, приправленное изрядной долей привязанности, что с каждым днем набирала все более глобальные обороты, с поражающей воображение парня скоростью трансформируясь в серьезную влюбленность. Теперь же это было нечто большее.

Тогда, лежа на коленях лорда, Эрену было страшно открывать ему свое прошлое, открывать себя. Он колебался, но теперь понимал, что зря. Ему до сих пор было немного стыдно за то, что так позорно разрыдался и долго не мог успокоиться, но вместе с этой неловкостью пришло частичное облегчение. Больше не зарождалось тех ярких вспышек ярости, которые преследовали его, стоило только вспомнить о прошлом. Оно до сих пор висело над Эреном, наверняка еще не раз вернется в кошмарах, но теперь он был уверен, что сможет с этим справиться. И клеймо больше так не жгло кожу. Словно прикосновение губ Леви подарило грязной метке очищение.

Эрен плюхнулся задом на траву, скрестив ноги и опершись руками о землю, и задрал голову к небу. Мог ли он представить, что тот доходяга, которого он нашел в лесу и которого чудом удалось вылечить, станет ему настолько близок. Вот уж действительно не знаешь, где найдешь...

Наплевав на чистоту рук, Эрен крепко сжал болтающийся под тканью рубашки латунный ключ, который Леви отдал ему как символ обещания отплатить за спасение собственной жизни. Раньше он оттягивал шею, теперь же Йегер обзавелся привычкой так себя успокаивать — прикосновение к ключу каким-то непостижимым образом придавало уверенности.

Как же хотелось снова увидеть Леви…

— Куда проход роешь? — внезапно послышался из-за спины насмешливый вопрос.

Йегер резко обернулся, про себя порадовавшись, что уже сидит, иначе непременно упал бы, не удержав равновесие.

— Микаса? — выдавил сдавленно, одновременно борясь с изумлением и желанием ответить таким же едким тоном. Последнее было не иначе как тлетворным влиянием одного небезызвестного лорда.

Микаса издевательски приподняла вверх тонкую бровь, но, к удивлению Йегера, даже ехидничать не стала, вместо этого спросив:

— Армин в доме?

— Нет, — отрицательно мотнул лохматой головой Эрен, пристально вглядываясь в лицо девушки.

— Не знаешь, где он? — Микаса определенно чувствовала себя не в своей тарелке, и это приводило парня в недоумение — она ведь так уверенно держалась во время их совместных прогулок в лесу. — Он обещал зайти вчера утром, но, как понимаешь, этого не сделал, — она немного поморщилась, выражая недовольство.

— Так он в пом… — Эрен запнулся, поняв, что не знает о том, рассказал ли Армин ей о своих тренировках с Ханджи и планирует ли это делать вообще. — Занят, в общем, — выкрутился он неловко. — У тебя что-то срочное?

Микаса недовольно поджала губы, словно размышляя над тем, делиться с Йегером или все же не стоит. Судя по глазам, которые она упрямо отводила и в которые Эрен так же упрямо пытался заглянуть, чаша весов попеременно склонялась то в одну, то в другую сторону.

— Тогда я лучше пойду, — она резко развернулась, намереваясь покинуть сад и больше сюда не приходить, но мягкий оклик Эрена остановил ее.

— Да брось, со мной тоже можно поговорить, а еще мой чай вкуснее, чем у Армина, — парень солнечно улыбнулся, в один момент вскакивая на ноги, и принялся подталкивать вяло протестующую Микасу к дому, полностью игнорируя казавшиеся ему не особо убедительными угрозы.

В кухню Микаса зашла уже без помощи Эрена, быстро оглянулась, а затем мягко опустилась на край лавочки, прямо напротив входа. Йегер удовлетворенно кивнул, набрал и поставил греться воду, и полез шарить на полках. Каждый раз для него был как первый — у него совершенно не получалось запомнить, где что лежит и что вообще есть в наличии. Скорее всего, это было вызвано тем, что большую часть времени он проводил на обратке и вообще не задумывался о том, чтобы отслеживать состав и движение в доме продуктов. В конце концов, этого от него не требовалось, а самому Эрену даже нравилось копаться во всяких коробках и свертках. Иногда он пытался наперед угадать, что же будет в следующем, и порой ему это даже удавалось.

— Так... — начал Йегер, усердно пересыпая в чайник листья заварки из слишком быстро найденного мешочка с чаем, — зачем тебе так срочно Армин?

Микаса не торопилась с ответом. Эрен спиной чувствовал ее цепкий изучающий взгляд, но никак на него не реагировал. Покончив с заварником и убедившись, что вода в котле греется, спокойно опустился на лавочку напротив, опершись руками о столешницу и подперев ладонью подбородок, уставился на Мику. Все это время девушка хранила отстраненное, задумчивое молчание.

— Неужели такая великая тайна? — не выдержал Эрен. — Или это что-то, что связано... — и он, выразительно подвигав бровями, красноречиво взглянул на девушку, намекая на их с Армином отношения. Микаса не дрогнула, но щеки покрылись едва заметным румянцем. Это было странно и обаятельно одновременно. Эрен по-доброму ухмыльнулся, радуясь за взаимность чувств друга.

— Нет, — мотнула Микаса головой, — мне просто нужна его помощь... с магией.

— А ты разве не одаренная? — недоуменно нахмурился Йегер, будучи уверенным в обратном и даже не подвергая сомнению этот факт.

— Нет.

— Если честно, то я был уверен в обратном, — парень криво улыбнулся, играя с травинкой, которая прилипла к штанам. — У тебя просто аура такая... — он затих, не в состоянии подобрать нужных слов, просто открывая и закрывая рот как рыба.

— Да, — девушка едва заметно дернула уголком губ, словно это было то, чем она гордилась. — Дядя говорит, что таких, как я, очень мало и что мы очень полезны.

— Полезны?

— Ну, — замялась Микаса, — например, в разведке. К волшебникам никто не посмеет полезть просто так — их слишком боятся, и наоборот, некоторые их не переносят, а потому обязательно прицепятся. У меня же будет преимущество с любой стороны.

— Да твой дядя душка, — растерянно хмыкнул Йегер.

— Он — единственный, кто остался со мной, — просто пожала плечами она. Выражение лица неуловимо изменилось, и парень безошибочно уловил смесь грусти и чего-то еще, не менее сильного.

— Вы остались вдвоем?

— Он не дает умереть мне, а я не даю умереть ему.

— То есть умереть? Вам что-то угрожает? — нахмурился Эрен. С характером и поведением Мики было не сложно представить, что она может нажить себе врагов, но чтобы те хотели убить... Неужели кому-то она настолько мешала?

— А что насчет вас с Армином? — увильнула от ответа Микаса, выдвинув встречный вопрос.

— Он тебе не рассказывал?

Девушка поджала губы.

— Он молчит. Ему тяжело рассказывать, а я не хочу его допрашивать.

Йегер понимающе кивнул — Армин до сих пор не смирился со смертью родной деревни и своего дедушки, каждый раз умело переводя тему, если кто-то что-то спрашивал. Он даже Эрену не открывался, хотя в этом они были похожи.

— Его мать погибла при рождении, а отец через год — от тоски по ней, так что Армин не помнит своих родителей. У него был только дедушка, — Микаса молчала, внимательно слушая. Йегер откинулся на спинку лавочки и запустил пальцы в волосы. Отчасти он был способен понять чувства друга, ведь его тоже не оказалось рядом, когда это произошло.

— Что с ним произошло? — парень не мог не признать, что проницательности у Мики было не занимать.

— На деревню напали гули. Никого не осталось в живых, — он постарался звучать как обычно, но голос предательски дрогнул и конец реплики почти невозможно было различить. Но все и так было понятно. — Мне повезло, я выжил, просто потому, что был тогда далеко, — едва ли он действительно считал это стечение обстоятельств везением, скорее даже совсем наоборот, но Небеса никогда не интересовались чьим-либо мнением, так что Эрену оставалось только продолжать жить, бережно храня память о тех, кого потерял. Парень раздраженно мотнул головой, не желая поддаваться гнетущему настроению и продолжать поддерживать эту мрачную атмосферу.

Похоже, совладать со своими эмоциями у него не получилось, потому что Микаса протянула руку и взяла Эрена за ладонь, некрепко сжав прохладными пальцами. Йегер прекрасно понял, что она хотела сказать, хотя девушка даже звука не проронила. Он осторожно накрыл ее ладонь второй рукой, благодаря за участливость, и резко встал, принявшись суетиться с заваркой чая — вода как раз закипела, весело булькая в котле.

— Может, я смогу тебе помочь? — внезапно предложил Эрен, желая поскорее сменить тему и развеять задумчивую тоску, укутавшую обоих. — Ну, вместо Армина, — добавил, подметив, что резкой сменой темы сбил девушку с толку.

— Не думаю, — разочаровала его Микаса, — разве что ты умеешь работать с драгоценными камнями.

— Армин так Армин, — покладисто согласился Йегер, признавая свою полную некомпетентность в данном вопросе. Микаса слабо улыбнулась, хотя парню казалось, что иначе она просто не умела. — Если хочешь, — вдруг предложил он, — мы можем его встретить. У тебя есть время?

Микаса изумленно приподняла брови, словно не понимая, с чего вдруг такая перемена в поведении, но все же утвердительно кивнула. Эрен просиял, отложив придумывание оправдания для Армина на потом. В конце концов, Микаса его девушка, хуже ведь не будет.

— Значит, решено. Сейчас ты убедишься в том, что мой чай куда лучше, чем у Армина, и мы пойдем, — девушка тихо фыркнула, насмехаясь с ребячества Йегера, но тот был совершенно не против.

Рука сама собой нащупала под рубашкой ключ и крепко сжала его.

***

Дорога хорошо ложилась под ноги, виляя слишком лениво для того, чтобы испытывать из-за этого дискомфорт. Иногда ветер доносил обрывки разговоров и яркие ароматы с ярмарки, располагавшейся слишком близко от черты Города, вдоль которой шли Микаса и Эрен. Воздух был влажным от недавно прошедшего легкого дождя, и пах прибитой дорожной пылью.

После краткой, но эмоциональной беседы на кухне у Йегера словно открылось второе дыхание, и он без умолку травил разные шуточки, рассказывал истории их с Армином совместного детства, заставляя спокойно шагающую рядом Микасу улыбаться. Девушка наконец-то расслабилась и вполне спокойно чувствовала себя рядом с Эреном, даже позволяя себе комментарии и рассказывая собственные коротенькие истории. Тогда уже была очередь Йегера превращаться в примерного слушателя и внимательно ловить каждое слово. Он прекрасно понимал, что такая откровенность является скорее исключением и совершенно не в характере Мики, а потому ценил оказанное доверие.

Когда они только начали дорогу, между ними висело неудобное молчание, когда вроде бы и надо что-то сказать, но в голову как на зло ничего не лезет. Парень переживал касательно того, что это затянется на все путешествие, ведь они давно не оставались только вдвоем, рядом всегда был Армин, который всегда мастерски находил темы для разговоров и с невозмутимым профессионализмом обходил острые углы. Эрен мог только поражаться ловкости друга, ведь для всего остального мира эта его черта оставалась легендой — вроде и было, но это не доказано. Но, как это часто бывает, беседа завязалась сама собой, и спустя с дюжину щепок ни о каком напряжении даже речи не шло.

В этой беседе раскрывался не только Эрен, беззастенчиво делившийся веселыми воспоминаниями, но и Микаса. Из ее историй Йегер узнал, что Мика — единственный ребенок в семье, что она, вопреки всеобщим ожиданиям, не владеет магией, зато очень хороша в рукопашном бою и вообще всем, что как-либо связано с силой и ловкостью. Выяснил, что у нее были немалые трудности с прислугой, которая откровенно не любила девочку, а та охотно отвечала тем же, приучившись жить сама по себе настолько, что выстроить с кем-либо отношения для нее было неимоверно сложной задачей, которую она до сего времени успешно избегала. С улыбкой выслушал ее рассказы об Эйстеме и о том, как ей всегда нравилась верховая езда. Разделил негодование по поводу поистине отвратительного учителя истории — этот предмет Мика, судя по эмоциональности высказывания, ненавидела тихой ненавистью, но все равно знала на отлично, ведь на изучении настоял дядя, самостоятельно проверяя уроки племянницы.

Этот дядя так или иначе постоянно появлялся в историях, но чувства вызывал противоречивые. Без сомнений, он любил и заботился о Мике, хоть и делал это довольно своеобразно, и девушка отвечала ему взаимностью. Но было в этом мужчине что-то такое, что кололо неприязнью каждый раз, как Микаса его упоминала. Эрен не мог объяснить это ощущение, потому что по всему получалось, что дядя Мики хороший, хоть и очень сложный, требовательный и бескомпромиссный человек с твердым характером.

Время за беседой пролетело незаметно, Йегер даже не успел отметить тот момент, когда на горизонте в окружении деревьев показалось знакомое здание, обнесенное на первый взгляд ненадежным забором. Но только на первый взгляд. Судя по слегка растерянному выражению лица Микасы, она этот момент тоже упустила. Эрен весело ей улыбнулся, подбадривая, хоть у самого внутри против воли завязался тревожный узел.

Он уже несколько раз провожал Армина до поместья, но так ни разу и не решился пересечь порог и заглянуть туда, откуда не так давно сбежал. Даже понимание того, что никто его не вернет назад и не отберет свободу, не спасало. У него просто не получалось перешагнуть через себя. Сердце каждый раз протестующе ускоряло ритм, а что-то внутри толкало прочь и убежать куда глаза глядят, лишь бы подальше. Кроме того, неуютно было и от мысли, что на него будут смотреть, как на воскресший мятежный дух все, даже камни — о том, что Йегер не кормил собой волков в лесу, знали только Леви и Ханджи, остальных, насколько было известно парню, не посвящали за ненадобностью.

А еще, и Эрен не осмеливался признаться в этом даже самому себе, ему было страшно увидеть реакцию Леви на его появление в поместье. Йегер был уверен в том, что они обязаны непременно встретиться, но что если лорд не будет этому рад? Глупо, но неуместно весомо.

— Можем подождать где-то здесь, — предложил он Микасе, остановившись на достаточном расстоянии от главных ворот, — достаточно, чтобы не показываться на глаза стражникам и не пропустить Армина, когда тот будет покидать территорию — указывая на тенек под разлапистой короной дуба, словно специально созданный для того, чтобы кого-то ждать.

Девушка ничего не ответила. Йегер обернулся к ней, собираясь повторить вопрос, но, увидев, как она настороженно прислушивается, решил последовать ее примеру. Чуткий слух уловил неистовый топот копыт и какие-то выкрики, разобрать которые было очень трудно.

«О...те...та!»

— Ты слышала? — встревоженно уточнил Эрен у Мики. Та молча кивнула, продолжая вслушиваться.

«От...те...во...та!»

Йегер нахмурился, пытаясь подобрать слова. Получалась какая-то откровенная нелепица — парень был уверен, что никто в здравом уме не будет галопировать и вопить «Отстаньте, рвота!».

— Откройте ворота, — полушепотом произнесла Микаса себе под нос. — Откройте ворота, — резко обернувшись к Йегеру, повторила она уже громче с видом человека, на которого снизошло озарение.

Эрен не стал терять время и бросился к воротам, заколотив по ним всем, чем только мог, и громко крича стражникам. Те не торопились открывать, вместо этого начав недовольные попытки выяснить, кто такой Йегер и почему ему приспичило вести себя таким неподобающим образом. Естественно, все это было в более доступном простым людям варианте изложения.

Эрен то и дело оглядывался, чтобы не пропустить появления всадника, и когда тот показался, рявкнул на стражников, жестко поставил перед выбором: либо они открывают ворота, либо неизвестный в них врезается, а они потом оттирают его останки. Что-то в голосе парня заставило тех подчиниться, и они принялись сноровисто распахивать ворота. Йегер тоже не остался в стороне, помогая ускорить процесс.

На все не ушло и доли щепки — всадник вихрем пронесся мимо, чуть не сбив Эрена с ног, и затормозил только на середине двора, буквально валясь с коня. То ли он споткнулся, то ли его ноги не держали, но он кулем рухнул на землю и подниматься не торопился. Вокруг начали толпиться все, кто был во дворе, некоторые окликали всадника, но тот молчал.

Йегер застыл, инстинктивно чувствуя, что всадника покидает жизнь. Он не мог объяснить, откуда знал это, но эта способность была с ним с самого детства, его мама называла это "зовом крови". Дриады в силу своей природы обязаны были заботиться о лесе и его обитателях, они могли ощущать течение энергии в живых созданиях, а поскольку в Эрене частично текла кровь дриад, то он тоже мог делать нечто подобное, правда, его зов крови распространялся лишь на животных и разумные расы, он не мог чувствовать растения.

Эрен знал, что обязан что-то сделать, обязан помочь.

Он вскочил на ноги и хотел броситься к всаднику, но ему преградили дорогу двое внушительных стражника с не менее внушительными мечами наперевес.

— Ты кто таков будешь? Куда собрался? — поинтересовался один из них настороженно.

— Разве это важно сейчас? — отмахнулся Йегер. — Я могу его спасти.

— Лекарь, значится, — подозрительно прищурился второй стражник.

— Да.

— Удивительное совпадение, что ты тут так вовремя оказался, — снова высказался первый. У Йегера зачесались кулаки.

— Настолько, что дадите ему умереть? — разозлился парень.

Стражники хотели было что-то ответить, но тут случилась Микаса. Она пронеслась мимо них, неуловимым движением опрокинув стражников на землю и тем самым временно дезориентировав, и, ухватив Эрена за рукав, потащила к всаднику, полностью игнорируя несущиеся им в спины проклятия.

Они со скоростью ветра пересекли двор, сбавив ход только перед толпой, окружившей всадника. Нормально затормозить у Йегера почему-то не получилось, он запнулся и чуть не пропахал носом путь до существа, которое намеревался спасти. Окружение изумленно-возмущенно зашумело и принялось пытаться убрать парня от всадника. Но тут снова вмешалась Микаса, холодно заверив:

— Он может его спасти.

Почему-то после такой констатации сомнений ни у кого не возникло, что было Йегеру только на руку. Он опустился на колени перед всадником и принялся его внимательно осматривать. Причина падения была незаметной, но Эрен все же заметил ее — это была тонкая игла дротика, выпущенного из духового ружья. Довольно необычный выбор оружия, особенно учитывая, что они находятся в Городе, где его можно встретить лишь у кочующих племен и больших оригиналов среди наемников. Дротик был смазан ядом, что подтверждало состояние всадника — слишком поверхностное и медленное дыхание, прерывистые вдохи и сиплые выдохи. Отрава быстро делала свое дело.

Эрен закусил губу, пытаясь придумать, чем может помочь. Заявить-то о себе заявил, вот только теперь был отнюдь не уверен, что не подведет. На распознание яда и приготовление противоядия нужно время и нужные ингредиенты, но у этого существа времени оставалось слишком мало.

Внезапно Йегера посетила идея. Совсем недавно он экспериментировал с одним заклинанием, матрицу которого подсмотрел в свитке на обратке, но совершенно не был уверен в его безопасности. Суть была в том, чтобы наложить на предмет состояние стазиса, остановить для него время, в то время как для остального мира оно будет продолжать течь в том же темпе. Яблоки, на которых тренировался Йегер, не жаловались на успехи парня, вот только сейчас перед ним были совсем не яблоки. Любая ошибка, и жизнь всадника оборвется.

Пульс, прерывисто бьющийся под кожей и считываемый прикасанием чутких пальцев, с каждым моментом промедления становился все тоньше, а покрытая испариной кожа — все бледнее. Помянув Бездну и пригрозив Небесам, Эрен решительно поднял руки, намереваясь начать плетение заклинания.

Резкий рывок за ворот перекрыл воздух, заставив вцепиться пальцами в затрещавшую ткань в попытках вернуть доступ кислорода.

— Ты что творишь, щенок! — разъяренно прошипел стражник, оттаскивая Эрена от всадника.

— Пусти, кретин! — сдавленно зашипел парень, пытаясь вывернуться. — Я его спасти пытаюсь.

— Так я тебе и поверил, засра... — договорить стражник не успел.

Хватка на вороте ослабла, и Эрен принялся судорожно хватать ртом воздух, потирая шею. Позади послышалась какая-то возня, и парень обернулся, чтобы в следующее мгновение застыть с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. Микаса и вправду великолепно владела оружием и боевыми навыками. Без особых усилий она скрутила двух здоровых мужиков, и теперь они лежали рядом на земле, не в силах подняться. Девушка стояла рядом, направив на них короткий охотничий нож с целью предупредить о последствиях дальнейшего вмешательства.

— Делай, что нужно, — кинула она парню, — они тебя больше не потревожат, — и она сверкнула глазами на стражников.

Йегер послушно подполз обратно к всаднику, вскидывая руки и прикрывая глаза, сосредотачиваясь для накладывания заклинания.

— Что здесь, Бездна вас раздери, происходит?! — послышался громогласный рокот, который Йегер не мог не узнать. — Йегер?! — изумленно нахмурился Шадис.

Эрен чуть не застонал — все происходящее напоминало дурацкую шутку, итог которой мог получиться слишком невеселым.

— Не мешайте, иначе он умрет, — резко оборвал дальнейшую беседу Йегер. Еще хоть щепка промедления, и спасать уже будет некого, время слишком быстро утекало сквозь пальцы.

Шадиса такая дерзость внезапно ожившего подчиненного сбила с толку, но он сдержался, подходя ближе и грозно окидывая собравшуюся толпу тяжелым взглядом. Когда он увидел не сводящую со стражников глаз Микасу, то на лице отразилось неподдельное изумление, а затем даже уважение — хоть он и тренировал элитный отряд, но такое встречал довольно редко.

Йегер же был занят тем, что сосредоточенно выстраивал матрицу стазисного заклинания, водя руками над телом всадника и как бы укутывая его в кокон из энергии. Весь мир вокруг него замедлил свой бег, словно его кто-то поставил на паузу. Он не слышал ничего, кроме отчетливо бьющегося в ушах пульса и собственного размеренного дыхания, не чувствовал ничего, кроме текущих сквозь кончики пальцев, покалывающих потоков энергии. Эрен ощущал, как всадника окутывает заклинание, знал, когда замедлила бег кровь, когда остановилось сердце, когда замерло дыхание. Обманчивое, но такое пьянящее ощущение власти над другим живым существом заставило что-то глубоко внутри парня затрепетать.

Когда Йегер закончил накладывать заклинание, то еще щепку просидел без движения, никак не реагируя на окружающий мир. Никто не решался его трогать и задавать какие-либо вопросы, хотя таковых, несомненно, накопилось очень много.

Наконец он моргнул и шумно выдохнул, приходя в себя. Его снова поглотили звуки, запахи и цвета, закрутив в водоворот, дезориентируя и путая. На плечо легла чья-то крепкая рука, мягко стиснув пальцы. Эрен обернулся, встречаясь взглядом с почти прозрачными серыми глазами, которые с хорошо замаскированной заботливой тревогой вглядывались в лицо парня, но тот слишком хорошо успел выучить Леви, чтобы этого не заметить. Вот и встретились...

— Привет, — почему-то прошептал Йегер, улыбнувшись.

— Почему ты с ним? — вместо ответа спросил лорд. В любой другой ситуации это, пожалуй, задело бы Эрена, но не сейчас.

— Ему нужна помощь лекаря, — парень кивнул на всадника. — Его отравили, яд быстродействующий, думаю, что-то растительное. Я тоже могу помочь, но это займет какое-то время.

— Как знаешь, что именно растительный? — встрял оказавшийся рядом Эрвин, подойдя ближе. Видимо, он пришел сюда вместе с лордом. Мужчина выглядел очень заинтересованным и отнюдь не тем фактом, что перед ним сейчас оживший труп.

— Просто знаю, — Смит со странным спокойствием кивнул, словно этого объяснения для него было более чем достаточно. Это вызвало у Йегера недоумение, но не более того.

Лорд Аккерман, не теряя времени, принялся раздавать распоряжения. Несколько человек занялись транспортировкой всадника, кого-то отправили на поиски Ханджи, еще один занялся загнанной лошадью. Все действовали четко и уверенно, без лишних споров и проволочек. Эрен невольно восхитился, залюбовавшись Леви и тем, как тот себя держал. Зрелище было завораживающим.

— Эй, — окликнула Йегера опустившаяся рядом Микаса, — ты как, нормально?

— А? Да, все хорошо, — застигнутый врасплох, Эрен слегка покраснел, но быстро взял себя в руки. — Спасибо, что помогла пройти, — Мика едва заметно улыбнулась, принимая благодарность. Кажется, она хотела спросить что-то еще, но ее прервали.

— Йегер, — окликнул Эрена лорд, вызвав у окружающих легкое недоумение, ведь те, кто помнил Эрена, прекрасно знали о том, что с лордом Аккерманом ему встретиться так и не довелось, он сбежал раньше, чем тот вернулся, — какое заклинание ты использовал?

— М-м... что-то вроде заклинания стазиса.

— Что-то вроде? Что это значит?

— Ну, я его немного переиначил, изменил вплетение некоторых потоков и вливание энергии на некоторых этапах. Проблем возникнуть не должно, — Йегер с детским любопытством наблюдал за повытягивавшимися лицами лорда, Эрвина, Шадиса и даже Микасы. Он был уверен в том, что все сделал как надо, но они, по всей видимости, имели сомнения.

— Не должно? — подозрительно уточнил Эрвин. — Ты испытывал это заклинание ранее?

— Ага, — кивнул парень, поднимаясь с колен и отряхивая штаны от пыли.

— И на ком же, позволь узнать? — прищурился лорд Аккерман, который, кажется, сообразил, где Эрен умудрился найти заклинание.

— На яблоках.

— Срочно найдите Ханджи, откопайте ее хоть из-под земли, мне тут не нужен труп, — распорядился Леви. — Йегер, ты со мной, приготовься объяснять, что и как сделал. Будем верить, что у Гергера остались шансы выжить.

Эрен изумленно приподнял брови, не ожидая, что и ему прилетит приказ — властная сторона лорда не то чтобы была для него в новинку, но напрямую он с ней слишком давно не сталкивался, успел позабыть, каково это.

— А Мика... — вдруг вспомнил Йегер, оборачиваясь к неподвижно застывшей в шаге от него девушке. — Ей нужно найти Арлерта.

— Ее проводят, — быстро сориентировался Леви, кивнув одному из подчиненных. Цепкий взгляд быстро оценил Мику, а сам лорд сделал для себя какие-то выводы. — Пошли, Йегер.

— Не переживай, — парень, подмигнув, весело улыбнулся нахмурившейся Микасе. — Передавай Армину привет и что список последних желаний лежит у меня в тумбочке.

Девушка закатила глаза и последовала за высоким парнем, имя которого Эрен не очень хорошо помнил, в отличие от задиристого характера.

Проводив Мику взглядом, парень в кои-то веки молча двинулся за Аккерманом и Смитом, пытаясь на ходу сочинить достойное объяснение своим действиям — если с Эрвином можно было что-то утаить, то с Леви этот номер точно не прокатит.

Обреченно выдохнув в предчувствии настоящего допроса с пристрастием, Йегер ускорил шаг. В конце концов, надо же брать на себя ответственность за собственные решения.