Half blood

*На один шаг ближе

Вот уже около луны Йегер вел ночной образ жизни. Просыпался за несколько свечей до заката, брал еду и шел в лес, откуда переносился на обратку, к Аккерману. Тот больше не ворчал на неподобающий вид парня, ограничиваясь красноречивым взглядом, а затем они расходились по разным этажам библиотеки искать и изучать. Сведений было крайне мало, кроме того, Аккерман явно о чем-то догадывался, но не спешил делиться мыслями. Йегера это откровенно бесило, ведь происходящее касалось и его тоже. Но вывести мужчину на чистую воду оказалось не так-то просто. Он был непрошибаем, чаще всего отмалчиваясь или обрывая дальнейшие расспросы короткой едкой фразой. Книжки тоже молчали, не желая выдавать свои секреты и вводить в курс дела. Буквы раздражали, танцуя перед глазами дикие пляски и никак не способствуя ускорению поисков.

Парень запрокинул голову, глядя на сосредоточенно читающего Аккермана. Тот, казалось, не замечает ничего вокруг, но парень знал, что стоит ему в полголоса позвать, как в него тут же вопьется холодный прозрачный взгляд. Вот уже около свечи внутри Йегера проходила яростная схватка между потребностями организма и инстинктом самосохранения. Так вышло, что позавтракать у него не получилось, и теперь желудок во всю вопил, требуя справедливости и еды. Вот только чего ожидать от мужчины было непонятно. Предположения колебались между «съязвит, но поймет» и «намагичит что-то ужасное или превратит в кого». Дилемма приобрела поистине грандиозные обороты, но длилась ровно до следующего воя оскорбленного мировым несовершенством органа.

- Ты умираешь и этот звук - предсмертные конвульсии? - Аккерман прикрыл книгу, заложив в нее палец, и раздраженно посмотрел на Йегера сверху вниз. Последний смутился, закусив губу.

- Просто я не успел поесть, - буркнул он себе под нос, отворачиваясь к окну.

- Забыли покормить? - ядовито поинтересовался мужчина. Шатен предпочел игнорировать провокацию, пытаясь скрыться от пристального насмешливого взгляда за кожаной обложкой и несколькими сотнями страниц.

Аккерман встал, отряхиваясь и поправляя одежду, а затем направился к лестнице.

- Ты куда? - недоуменно поинтересовался Йегер, все же отвернувшись от книжки, просматривать которую еще даже не начал.

Мужчина не ответил. Спустившись, подошел к подоконнику, где на кипе подушек расселся пацан, и протянул ему руку. Тот посмотрел вначале на конечность, затем на ее хмурого обладателя, а затем снова на конечность. Аккуратная кисть с, несомненно, сильными пальцами была протянута в требовательном жесте, вот только пока было непонятно, чего именно требовали и с какой целью.

- Бездна, - Аккерман закатил глаза, - да хватайся ты уже.

- Но куда мы?

- Кормить тебя, понятное дело. Добровольно подвергать себя пыткам и слушать это я не намерен, а у нас еще большая часть ночи впереди, - разъяснил свое поведение мужчина, скучающе, с ноткой раздражения глядя на Йегера. Тот неуверенно кивнул и ухватился за протянутую руку.

***

Когда мужчина сказал, что они отправляются кормить голодного Йегера, последний не поверил. И не верил до того самого момента, пока перед его носом не опустили тарелку, на которой скромно лежала куриная нога, ожидая своей участи в компании запеченных овощей. Парень посмотрел на блюдо, затем на скучающе сидящего напротив Аккермана, задумчиво следящего глазами за поднимающимся из кружки паром. Для себя еду он не заказывал, ограничившись чем-то горячим. Наверное, напитку полагалось быть чаем, но получилось что-то совершенно невообразимое, судя по запаху. Нет, он был довольно приятным, но скорее напоминало горячий морс, чем чай. Мысли энергично прыгали в голове, относительно соблюдая последовательность, пока рот и руки были заняты уничтожением пищи. Здраво рассудив, что ждать приглашения глупо, а конкретно от этого человека можно и не дождаться, Йегер приступил к одинокой трапезе.

Несколько щепок хватило, чтобы блюдо исчезло в желудке, и теперь сытый парень довольно потягивался, развалившись на стуле.

- Спасибо, - с блаженной улыбкой проговорил он, вспомнив о правилах приличия.

Ответа не послышалось, мужчина ограничился лишь спокойным кивком. Видимо, его сознание по-прежнему находилось где-то не здесь.

Йегер скучающе перевел взгляд на улицу. На обратку возвращаться не особо хотелось, точнее не хотелось от слова совсем, а вот послоняться по булыжным мостовым, провожая взглядом редких прохожих, куда более привлекательная перспектива. Вот только Аккерман...

Обернувшись, шатен заметил, что мужчина так и сидит, не отрывая взгляда от дна огромной чашки. Видимо, в темное время суток у владельца заведения шевелилось в душе все то доброе, что осталось, несмотря на долгие упорные попытки искоренить его, и он совершал такие вот странные, но приятные мелочи типа увеличения ночным посетителям размера порции и ее содержимого. Над таким вот жестом щедрости и застыл сейчас мужчина.

Хмыкнув и бросив негромкое «Я скоро», парень встал и направился вверх по улице, спрятав руки в карманы. Здесь он еще не бывал, так что просто обязан был хотя бы немного побродить по новому месту. Брусчатка гладко ложилась под ноги, а желтый свет от волшебных фонарей дарил улице неповторимую атмосферу. Дома мало напоминали друг друга, и вообще, складывалось впечатление, что каждый соревновался в архитектурном искусстве, пытаясь перещеголять соседа причудливостью и оригинальностью. Результатом стали музейные экспонаты, не слишком пригодные для комфортного жилья, но однозначно притягивающие к себе взгляды прохожих. Йегера так точно. Привыкший с детства к обыкновенным деревянным домам с каменной кладкой понизу, для него прихоть горожан выглядела несколько дико. Зачем тратить столько сил и денег на то, что не сможешь нормально использовать? Ради чужого внимания? Но ведь это глупо. Не прохожим здесь жить.

Но мысли едва ли мешали идти с широко распахнутыми глазами и приоткрытым от удивления ртом, жадно впитывая новые впечатления. Самым большим потрясением стал двухэтажный дом с причудливо изогнутым балконом. На его торце была хитро размещена металлическая конструкция, закрепляющая горшки с вьющимися цветами, яркой ароматной шторой свисающими книзу. Йегер даже не отказал себе в любопытстве и потрогал. Цветы оказались самыми настоящими и радовали прохожих тонким сладковатым ароматом. Хмыкнув, он отправился дальше, глазея по сторонам, пока не влился в толпу.

Оказалось, на небольшой площади устроили представление уличные гимнасты. Под веселую ненавязчивую мелодию, исполняемую ловко перебирающим пальцами по струнам какого-то инструмента полуэльфом, несколько девушек и юноша в цветастых костюмах творили немыслимое. Даже Йегеру, от природы наделенному гибкостью, не удалось бы повторить и половины того, что показывали эти ребята.

Заинтересованный, парень совсем забыл о том, что обещал Аккерману вскоре вернуться. Опомнился он лишь тогда, когда выступление закончилось, а усталые, но довольные гимнасты тройкой побрели в ближайший кабак. Оглянувшись, он растерянно закусил губу, пытаясь вспомнить, откуда пришел. Люди расходились кто куда, все, кроме одного мужика, не спускающего глаз с Йегера. Как только обнаружил знакомую улочку парень направился было к ней, но его остановил грубый мужской голос:

- Ты потерялся. Помочь? - вкрадчиво осведомился человек, внешний вид которого просто кричал о том, что перед глазами явно преступный элемент и довериться ему - смертный приговор. Дело было даже не в одежде, весьма потрепанной жизненными обстоятельствами, а в лице. Глубокие морщины распахали кожу, придавая и без того неприятному лицу неприветливый вид, а хитрые, глубоко посаженные глаза, цепко наблюдающие из-под мохнатых бровей, заставляли покрыться холодным потом и молить Небеса о том, чтобы обладатель прошел мимо, желательно не оборачиваясь.

- Нет, сам справлюсь, - отмахнулся Йегер, сделав несколько шагов в нужном направлении.

- Ты не понял, - мужик осклабился, демонстрируя неполную желтую улыбку, - ты идешь со мной.

- Еще чего, - не согласился парень, окинув презрительным взглядом вкрай обнаглевшего мужика.

Улыбка стала еще шире и вот уже сильные грубые пальцы впиваются в запястье юноши, заставляя тихо зашипеть от боли. Йегер попытался вырваться, резко дернув руку, но попытка с треском провалилась, а пальцы сжались еще сильнее, оставляя на коже полукруглые кровавые следы от обломанных ногтей. Недолго думая, парень замахнулся и со всей силы впечатал кулак в массивную челюсть мужика. Тот явно не ожидал такого ярого сопротивления, видимо, надеясь на покладистость натуры, но прогадал.

Результатом ошибки стала выбитая челюсть. Пришло время бандита шипеть от боли, перемежая их с заковыристыми, но с часто повторяющимися ругательствами. Хватка на руке Йегера ослабла, и тот дернул еще раз, сильнее, чем предыдущий, вырывая конечность из лап недоброжелателя. Но радоваться было рано, надо было драпать во все лопатки куда подальше. Парень не питал иллюзий касательно своей силы и скорости, прекрасно понимая, что проиграет в неравной схватке, и тогда уже неизвестно, чем все обернется.

Йегер сорвался с места, стараясь как можно быстрее добраться до нужной улочки, но, почти добежав, с силой впечатался в силовой барьер. Его отбросило назад локтей на пять-семь, приложив о твердый камень брусчатки. Острая боль пронзила затылок и правую руку, заставляя тихонько застонать.

Собравшись с силами и частично убедив себя в том, что это только мелкие царапины, которые он без труда потом залечит, парень разлепил глаза, поднимаясь.

Мужик приближался неторопливым шагом хищника, загнавшего жертву в тупик, и поигрывал выуженным из складок плаща кинжалом. Йегер окинул взглядом неприветливую картину. Перспективы не радовали, если не сказать угнетали. Шансов уйти с уже обретенным ущербом без надбавки был ничтожно мал. Парень решительно сверкнул глазами - так просто сдаться это не про него.

Мужик лишь насмешливо крякнул, заметив изменившееся выражение на лице своей жертвы. Он был уверен, что она уже никуда от него не денется. Не насторожили его и сверкнувшие янтарем изумрудные глаза. Зато иглозубый кот с шерстью в подпалинах, ошивавшийся недалеко, смог привлечь внимание, впившись острыми зубами и когтями прям в ногу и заставляя глухо зарычать от боли. Мужик схватил внезапно решившего стать агрессивным кота за шкирку и попытался отцепить того от своей ноги, но сделал только хуже - загнутые коготки лишь глубже вошли под кожу.

Отвлекшись на кота, мужик совсем потерял из виду парня. Йегер же внимательно наблюдал за происходящим, выжидая момент, когда можно будет начать расплетать магическое плетение заклинания. Ему даже почти удалось завершить, но знакомство с брусчаткой и силовым барьером не прошло мимо. Голова закружилась, мешая ровно стоять, а силы разом покинули тело, заставляя руки безвольно опуститься вдоль тела, а колени подогнуться. Парень грудой рухнул на мостовую, растянувшись на холодном камне. Все-таки не стоило пытаться колдовать в таком состоянии.

***

Пришел в себя Йегер лежа на полу библиотеки - ее выдавал характерный запах книг и полевых трав. Слух уловил чьи-то тихие перешептывания, иногда грозящие перейти на громкость в полную мощь. Парень откуда-то знал, что один из них непременно Аккерман. Наверное, это было логично, но ему сейчас не было особого дела до логики - все тело болело, а в особенности раскалывалась голова.

Ему было страшно открывать глаза, ведь от света она грозила вообще разорваться, оставив после себя довольно непритязательный вид. Такого парень никак не мог допустить, так что послушно лежал с плотно сомкнутыми веками.

В голове было удивительно пусто, словно при столкновении с землей все мысли выпали и остались разбросанными по каменной брусчатке мостовой.

Голоса затихли, и голова перестала так противно ныть. Она все еще болела, а в определенном месте еще и саднила, но лежать стало проще. Затем раздался стук каблуков, и через пол щепки на лоб опустилась чья-то горячая ладошка. Это точно был не Аккерман, у того руки всегда были прохладными. Любопытство оказалось сильнее боли, и парень усилием воли разлепил глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на обладателе горячих рук. То, что он увидел, ему очень не понравилось.

- Смотри, очнулся, - удивленно заметил женский голос, к кому-то обращаясь. Этим кем-то был, надо полагать, Аккерман.

Йегер снова закрыл глаза, желая вернуть время вспять и дальше продолжать блистательно исполнять роль бессознательного куска мяса.

- Нет, дорогой, - обратились к нему, похлопывая по щекам, - так не пойдет, открывай глаза.

Пришлось нехотя подчиниться. Перед глазами снова возникло лицо Ханджи в странного вида очках и ехидной улыбочкой. Захотелось позорно застонать, но он сдержался, и лишь Небеса знают, чего ему это стоило.

- Как себя чувствуешь? - тон был скорее радостным, чем сочувствующим, и это порядком напрягало, но выбора все равно не было никакого, надо было отвечать.

Йегер честно попытался это сделать, но из горла донеслись какие-то непонятные звуки, воскрешающие в памяти сеанс спиритизма, посещенный однажды исключительно ради любопытства, - люди без признаков магического дара пытались доказать окружающим, что он у них есть, с помощью находчивости. Получилось, надо сказать, довольно убедительно, но сложно верить в реальность происходящего, когда не чувствуешь даже малейших магических колебаний.

Йегеру тогда было очень любопытно, кто вообще придумал зарабатывать подобным образом, ведь призраки редко отличались покладистостью и тем более доброжелательностью, а к желающим иметь с ними какое-то дело причислялись разве что ученые и студенты-практиканты, которым не повезло вытянуть для темы своего доклада этих самых призраков. Во всяком случае, так считал один из завсегдатаев заведения, в котором парень отсиживался после сеанса, сообщая о своей точке зрения всем желающим и не очень - голос у мужика был на редкость громким и звучным.

Так как выговориться не получилось, Йегер ограничился красноречивым взглядом. Ханджи хмыкнула и посмотрела куда-то в сторону. Парню было откровенно невмоготу банально задрать голову, чтобы посмотреть на подпирающего стеллажи с книгами мужчину, скрестившего руки на груди, и молча наблюдавшего за происходящим.

- Ладно, - потерла руки Ханджи, - свою часть я выполнила - он живой, даже взглядом прожигать может. Ты найди ему воды, а то ведь так и будет хрипеть.

Йегер смерил женщину изумленным взглядом, но не заметил короткого кивка мужчины.

- Возвращайте меня, лорд Аккерман, мне предстоит много работы, - Ханджи явно находилась в предвкушении чего-то, о чем Йегер не знал и мог лишь догадываться. Но куда больше его позабавило словосочетание «лорд Аккерман» - звучало нереально пафосно.

Немного покатав в голове звание, Йегер пришел к выводу, что мужчине оно, пожалуй, подходит. Он был таким же отстраненным, холодным, гордым - истинный лорд, в полной мере осознающий свое превосходство, довольно сомнительное, надо сказать. Хотя в его защиту нужно было заметить, что при парне он крайне редко показывал эту свою сторону.

Снова раздались шаги, отдающиеся практически неслышным эхом от стен, и Йегер остался один. Он снова прикрыл веки, чтобы цвета, внезапно ставшие такими яркими, не резали глаза. А затем его поразило очевидным - Аккерман ушел вместе с Ханджи, а он по-прежнему лежит на обратке. Мозг принялся лихорадочно думать, пытаясь сопоставить между собой обрывки информации и происходящее здесь и сейчас.

По всему выходило, что обратка каким-то образом признала его. Считай она парня чужеродным телом, ни за что бы не позволила остаться, его бы выбросило в какую-нибудь произвольно взятую точку и дело с концом. Но он здесь, несмотря на то, что хозяина нет.

Продолжать спокойно лежать при такой активной работе извилин дальше не представлялось возможным, и Йегер попытался встать. Он рывком заставил себя сесть, но перед глазами заплясали черные пятна, а нахлынувшая слабость уронила его обратно на пол. Под головой, оказывается, была подушка, чему парень сейчас несказанно обрадовался, не заметив ее раньше. В очередной раз бодаться с твердой поверхностью не хотелось совершенно.

Рыкнув от накатившего бессилия, Йегер уперся взглядом в сваи под потолком. Оттуда блестели причудливыми изгибами куда более ярко проступившие руны. Парень недоуменно нахмурился, прикидывая, может ли это быть связанно с тем, что он сейчас здесь лежит.

Ответить себе на этот вопрос он не успел - в поле зрения парня возник Аккерман с кувшином в одной руке и стаканом - в другой. Будь его состояние немного лучше, точно не преминул бы съязвить, ведь лорд смотрелся донельзя абсурдно. Роль заботливого человека ему шла ровно настолько, насколько самому парню роль придворного Высшего.

Перед тем, как подойти к Йегеру ближе, Аккерман молча наполнил стакан и только тогда приблизился, опустившись на корточки. Отобрав у мужчины посудину дрожащими пальцами, парень жадно присосался к стакану, глоток за глотком пуская по пищеводу живительную влагу. Когда тот опустел, он молча протянул его мужчине, и тот понятливо наполнил его из графина. Когда кончился третий стакан, он был отобран из едва удерживающих его от падения рук и отставлен в сторону вместе с графином.

- Говорить можешь? - по-деловому поинтересовался мужчина, наконец нарушив тишину.

- Вроде, - нерешительно ответил парень, пробуя собственный голос еще раз. К счастью, тот перестал хрипеть, подражая старой рассохшейся двери с несмазанными петлями.

- Тогда объясни мне какого черта произошло, - закономерно потребовал мужчина. По его виду сложно было сказать, злится он или нет, хотя то, что хорошим расположением духа не пахло, было ясно как день. Лицо - бледная застывшая маска с нечитаемым выражением, а по глазам ничего не понять и подавно - холодный прозрачный взгляд практически всегда успешно скрывал, что творится в душе.

Йегер глубоко вздохнул, поморщившись от боли и прикидывая, хватит ли ему сил для беседы. Сомнительно, что Аккерман ограничится одним лишь вопросом, и еще сомнительнее, что парню хватит одного-двух слов, чтобы на них ответить. Необходимость объясняться убивала сама по себе, а неизвестность добивала коротким четким под дых. Еще раз вздохнув, хрипло попросил:

- Давай ты меня перенесешь в лес, а там поговорим.

Лорд сначала недоуменно нахмурился, растерявшись от такой просьбы, а потом словно вспомнил, с кем имеет дело. Он приблизился чуть ближе, и, упираясь коленом в пол, с таким же каменным выражением лица взял парня за руку. Прохладные пальцы сжали сухую горячую ладонь. Йегер вздрогнул, поспешно закрыв глаза и боясь рассмеяться.

Лес их встретил мелодичным пением птиц и спокойным шелестом деревьев. Они оказались в самой чаще, где расстояние между деревьями и кустами едва ли можно было измерить несколькими локтями. Солнце было высоко, но уже потихоньку клонилось к закату, по пути раскидывая краски и делясь цветом с миром. В кронах деревьев запутался ветер, разнося по лесу мелодичные трели птиц, едва слышно хрустели под копытами ветки и иголки - неподалеку бродил кабан.

Удивительно, но в этот раз все сработало с идеальной точностью. Йегер закономерно задался вопросом «как?», но мысли текли слишком вяло, а терпения и так по жизни было слишком мало, не хватало еще подвергать себя добровольным пыткам, когда и так Бездна мысленно поминается через каждое слово. Придя к подобным выводам, новая задачка была закинута парнем подальше в ящик с таймером на возвращение, когда соображать будет не так проблематично.

Йегер из лежащего положения попытался медленно и осторожно перетечь в сидячее, выбрав точкой опоры толстенный ствол дуба. Сесть получилось раза с третьего, а легкие уже раздирало отдышкой, словно весь день носился. Похрипев немного и восстановив дыхание, Йегер поудобней устроился в корнях, спиной чувствуя каждую неровность поверхности дерева.

Аккерман наблюдал за действиями парня издалека, скрестив руки на груди. В самом начале проскользнула быстро смывшаяся мысль о том, что надо бы помочь, но что-то подсказывало, что если он предложит помощь, то ее отвергнут. Философски рассудив, что каждый сам себе хозяин, мужчина молча продолжил наблюдать за стараниями парня.

Йегер же тем временем успел удобно устроить ладони на корнях дерева и прикрыл глаза, концентрируясь. Пальцы закололо, а затем приятно щекочущее тепло поплыло вверх по рукам.

Вначале Аккерман скучающе разглядывал бледное, хищно заострившееся лицо парня, пытаясь понять, что тот делает. На медитацию это походило весьма отдаленно. А через щепку-две невольно отметил, что смуглая кожа приобрела куда более здоровый оттенок, а сам парень словно налился силой.

Нахмурившись, мужчина переключился на магическое зрение. Увиденное заставило растеряться: аура Йегера полностью слилась с дубом, более того, он, похоже, еще и качал у того энергию, желая поскорее исцелиться. Йегер словно был частью этого огромного организма, на время отлучившейся, но вернувшейся на положенное место.

Когда блеклый силуэт парня обрел ясность, мужчина вернул обычное зрение и подошел немного ближе, устраиваясь напротив. Плащ был добровольно принесен в жертву и стал импровизированным покрывалом, защищая остальную одежду от всех прелестей лесной почвы.

- Ты, наверное, помнишь, что я сказал тебе, что ненадолго отойду, - после щепки молчания негромко начал Йегер. Аккерман слегка кивнул, приглашая продолжать. - Мне очень хотелось прогуляться по улицам, что я и делал, пока не набрел на уличных артистов, - парень смотрел куда-то немного выше головы Аккермана, видимо, воскрешая в голове воспоминания. - Там и простоял большую часть времени, уж больно хорошо выступали. А потом нарвался на какого-то приставучего мужика противной наружности. Ему жизненно необходимо было забрать меня с собой, а мне не хотелось в его компанию, - последовало легкомысленное пожатие плечами. Но Ривай заметил, как в зеленых глазах блеснуло что-то нехорошее. - Мы немного повздорили, в результате чего я потерял сознание, а дальше ты знаешь лучше меня.

Свое отношение к рассказу парня лорд ограничил потиранием переносицы. Из-за этого паршивца он был вынужден раскрыть свою тайну Ханджи, еще и дать добро на тестирование нового заклинания, рискуя лишиться особняка. Кроме того, очкастая явно что-то заметила, слишком уж хитрое было выражение лица, а это точно ни к чему доброму не приведет. Хотя если она узнает про связь, возможно даже сможет помочь - что-что, а голова у нее варила как надо, заводя хозяйку в такие дебри, что спокойному разуму обычных обывателей и не снились.

Если же рассматривать ситуацию с эмоциональной точки зрения, то Ривай был раздражен. Очень сильно раздражен. Он же вручил этому безголовому браслет, сообщив, что кроме настроенного телепорта там еще и связь рабочая. Чего стоило просто связаться с ним?

- Ты злишься, - тихо заметил Йегер, хотя раскаяния в его голосе не наблюдалось и близко.

- Да, - подтвердил мужчина сквозь стиснутые зубы, интересуясь у внутреннего голоса, что не так с этим парнем. - У тебя ведь был браслет, мог меня позвать.

- Зачем? - непонятливо нахмурился парень, заставив проснуться внутреннюю жажду крови.

- Затем, - вкрадчиво начал объяснение лорд, - что тогда бы получилось избежать целого ряда проблем.

- Извини, но мне не хотелось тебя вмешивать, - видимо, вины за собой это глазастое создание не ощущало совсем, но так глупо оправдываться...

- Решил в героя поиграть? - насмешливо спросил мужчина, пренебрежительно подняв бровь.

Парень упрямо поджал губы, уязвленный. Как связан героизм с банальной самостоятельностью и настойчивым нежеланием вмешивать в свои проблемы постороннего? Хотя в его случае вообще кого бы то ни было.

Аккерман смерил Йегера прозрачным, мерцающим холодом и совсем капельку раздражением взглядом. Тот все еще был бледным - хоть кожа и приобрела более здоровый цвет, но по-прежнему сохранила слабый сероватый оттенок. В купе с решительно горящими глазами и поджатыми губами смотрелось, пожалуй, даже жутко, но все же внушительно.

- Зачем звать тебя, если я сам справился? - парень упрямо скрестил руки на груди, глядя исподлобья.

- О-о, да, справился просто великолепно, - съязвил Аккерман, зло прищурившись.

- Да с чего тебе меня защищать? - повысил голос Йегер. Во имя Бездны, почему этот человек решил, что может ему указывать и попрекать? От него ведь едва ли что-то зависело, просто обстоятельства сложились таким образом, так зачем это все? Если банально согнать злость, то он на такое не подписывался.

- А с чего тебе постоянно попадать в передряги, втягивая в них других? - Аккерман не опустился до повышения голоса, зато тон, с которым он заговорил, был куда внушительнее. Если бы он начал банально орать, то не добился бы и половины впечатления. У Йегера даже мурашки по спине пробежали, но он был слишком на эмоциях, чтобы обратить на это внимание.

- Да ты сам бледная передряга на двух ногах, - разъяренно парировал парень.

- Вот как, - спокойно настолько, насколько опасно произнес мужчина, прищурив глаза. Повисло искрящее эмоциями молчание.

До Йегера постепенно начало доходить, что так далеко заходить не стоило. Частично с осознанием помог подобравшийся напряженный вид мужчины. Душу начал терзать стыд и точить сожаление, изводя и мочаля вспыльчивое сердце.

- Прости меня, ладно? - произнес неловко, рассматривая корни дерева. Внутри все словно сжалось, заставляя чувствовать себя некомфортно. - Я погорячился.

- Да уж, - все так же холодно отозвался Аккерман, но острый взгляд немного смягчился.

Огромные глаза раздраженно сверкнули изумрудной радужкой из-под челки, но быстро погасли. Не стоило так распаляться из-за чепухи, но зато какая-то часть внутреннего напряжения, копившаяся уже довольно долго, нашла отдушину в этом недоконфликте. Даже стало немного легче дышать. Но это желание контролировать по-прежнему бесило.

- Просто не надо мне предлагать свое покровительство и защиту. Я могу постоять за себя сам, правда.

- А я тебе и не предлагал этого. Я предлагал помощь, а это разные вещи, не находишь? - Аккерман наконец расцепил руки, упершись локтями в колени.

Йегер нахмурился, закусив губу и все так же избегая прямого зрительного контакта.

- Но я не просил, - совсем тихо, но уверенно. Не нужна ему чужая помощь, сам справится.

- Так а я тебе ее и не оказал, - отчего-то немного повеселев, хмыкнул Аккерман. Беседа напоминала праздник абсурда, где логика танцевала вокруг костра с бубном, ритмичными ударами подгоняя неповоротливую последовательность. Отчего-то подумалось о ключе, который служил обещанием и который Аккерман отдал Йегеру в благодарность за спасение. Нет, определенно, парень не собирался использовать этот ключ.

В который раз за этот день окинув взглядом лохматое чудовище, Аккерман впервые заметил кожаный шнурок на шее, на который раньше не обращал никакого внимания - парень в наличии, ну и хватит. Может ли быть, что на этом самом шнурке висит его ключ?

Йегер, заметив пристальное внимание, неловко подтянул колени к груди и, скрестив на них руки, уткнулся в них лбом. Он окончательно запутался. И без того больная голова буквально трещала по швам.

- Хорошо, давай пойдем на компромисс, благородная душа, - наконец отвлекшись от мыслей, тяжело вздохнул лорд, закатив глаза.

Йегер заинтересованно повернул голову, посмотрев изумрудными взглядом на мужчину. Любопытно блеснули янтарные вкрапления на радужке.

- Свои проблемы решаешь сам, но если ты не справляешься и понимаешь это, то используешь браслет и зовешь меня. Было бы куда проще просто прикопать тебя где-нибудь, да хоть под этим самым дубом, но я так не работаю и еще одна смерть на совести мне ни к чему.

Снова повисла тишина, но куда более приятная. Йегер серьезно обдумывал предложение лорда. В последнее время на него то и дело валилась всякая ерунда, и как знать, в какой момент ее вес окажется неподъемным. Было бы неплохо обзавестись тем, кто смог бы разбить плиту сложностей, пока та не стала надгробной. Пусть это и не в его привычках, но запасной план выглядел разумно, особенно сейчас, когда он усмирил эмоции и логично подумал.

- Только если это будет работать в две стороны, - заметив недоуменный взгляд прозрачных глаз, парень объяснил: - Я позову тебя, если мне понадобится помощь, но ты тоже позовешь меня, если понадобится тебе.

Аккерман изумленно приподнял брови. Не ожидал он встретить такое сопротивление помощи. Обычно люди принимали ее с благодарностью, обещая разные вознаграждения и поощрения, а этот еще и условия ставить вздумал, чтобы, не дай Бездна, не помогли ему лишний раз. Чудик.

- По рукам, щенок, - хмыкнул мужчина, - твоя взяла.