Half blood

*Беседа

— Чего это ты недовольный такой? — Ханджи любопытно заглянула в глаза лорду, улыбнувшись прожигающему взгляду в ответ.

— А очередной труп с запиской меня радовать должен? — резонно спросил Аккерман. — Тем более когда сообщают о нем посреди ночи.

— Ты все равно не спал, — пожала плечами женщина.

— Да, и у меня совершенно не было никаких других дел, — поддакнул лорд.

— Кстати по поводу твоих дел, — Ханджи задумчиво посмотрела в потолок, — надо будет потом поговорить.

— С чего это? — ее слова неприятно удивили лорда. Он ведь говорил ей, чтобы не пихала нос в его дела.

— Не заводись, — осадила она, словно прочитав мысли, а на самом деле просто хорошо его зная. — Не буду я копаться в твоей личной жизни.

— Личной жизни? — прорычал Аккерман. Да если бы не эта ерунда с обраткой, он этого пацана в последний раз видел бы на городской ярмарке, и их пути больше не пересеклись бы. Они бы продолжали вести свою обычную жизнь, едва ли зная друг друга. — Это не личная жизнь, Ханджи, это отсутствие выбора.

— Как хочешь, — легко согласилась она. — Но мне все равно надо тебе кое-что рассказать. Но это уже после. Сейчас Эрвин радостно введет тебя в курс дела, — и женщина постучалась в двери, на пороге которых через щепку появился вышеупомянутый. Тот выглядел, словно это не его выдернули ближе к рассвету из кровати.

Отработанным жестом Эрвин пригласил пришедших внутрь, осторожно прикрывая за ними двери комнаты.

***

— И о чем ты хотела поговорить? — Аккерман устало опустился в кресло в своем кабинете, на мгновение прикрывая глаза. Разговор с Эрвином, а затем совместный мозговой штурм порядком истощили силы лорда. Непонятное послание, кусочки которого добавлялись с каждым новым найденным ими трупом, никак не могло помочь с раскрытием личности преступника. Это мог быть кто угодно, обладающий достаточной жестокостью и личным интересом за что-то отомстить Аккерману. Таких было немало, но ума на настолько продуманные действия у них бы не хватило. Строить догадки, не имея почти ничего, было бессмысленно и глупо, сродни гаданию на игральных картах. Оставалось только беспомощно ждать следующего шага противника и глупо надеяться, что он где-то проколется. Бездействие убивало. — У тебя есть не больше свечи.

— Мне хватит, — заверила его Ханджи, плюхаясь на диванчик напротив. — Я хотела тебя спросить о Йегере, — мужчина разом помрачнел, скрестив руки на груди. — Что ты о нем знаешь? И как вы встретились?

— Ханджи, я ведь просил об этом не спрашивать, — напомнил лорд, пристально глядя на женщину.

— Да, но я не об этом. Точнее, не совсем… — Ханджи замялась, подыскивая нужные слова. Аккерман не торопил. — Ты знаешь, кто он?

— Вопрос в том, что о нем знаешь ты и почему так нервничаешь.

Ханджи глубоко вздохнула.

— Думаю, ты заметил, что мы знакомы, — утвердительный кивок, — но как ты думаешь, откуда?

— Кажется, проще найти того, с кем бы ты не была знакома, — хмыкнул лорд, но настроение было далеко от веселья.

— Да, но только в определенных кругах.

— К чему ты ведешь?

— Ты знаешь, что Йегер из-за Границы?

— Бездна, Ханджи, это же очевидно, — Аккерман поморщился, словно ему было физически больно от уровня тупости вопроса.

— А ты знаешь, как он попал в Город? — не отставала женщина.

— Нет. Пропустили, наверное. Зачем мне это? — весь этот разговор напрягал с самого начала, но отметка на шкале внутреннего раздражения росла с каждой щепкой сразу на несколько делений.

— А затем, что перевезли его, как Низшего.

Лорд задумался. Его персональная головная боль — Низший? Небеса явно сговорились с Бездной. В сознании что-то щелкнуло, и все встало на свои места. Теперь понятно, как Йегер оказался в лесу, понятно, почему был одет в форму новичков и отказался идти в поместье. Аккерман отвесил себе мысленную затрещину — Бездна, ведь все было на поверхности, так очевидно.

— И почему я его ни разу не видел? — немного хриплым от внезапного наплыва эмоций голосом спросил он.

— Я купила его сразу после того, как ты уехал в Ковен, — пожала плечами Ханджи, поправляя съехавшие на кончик носа очки. — А потом…

— Он сбежал, — закончил за нее мужчина. Не иначе, как вредной привычкой Йегера перебивать, заканчивая фразы, заразился.

— Да.

— Но почему не отследили? — Аккерман прокручивал в голове момент, когда впервые увидел парня. Браслета на нем не было.

— Не смогли, браслет был не активен, — подтвердила его догадки Ханджи. — Мы решили, что он мертв, ведь обойти чары браслета без накладывающего их человека невозможно. Я была в этом полностью уверена, до тех самых пор, пока не увидела его в твоей библиотеке.

Лорд хмыкнул. Это чудовище оказалось настоящим сундуком с сюрпризами. Столько, сколько он удивлялся за то недолгое время, проведенное, хоть и вынужденно, с Йегером, он не удивлялся за всю свою жизнь. А ведь она была далеко не серой обыденностью. Во всяком случае, иногда. А дальше в мужчине проснулся научный интерес. Связано ли то, что парень смог расплести заклятия на браслете с его необычной кровью? Возможности таких полукровок не изучены ввиду того, что они редко попадались, даже если и существовали, всеми силами избегая внешнего недоброжелательного в прямом смысле слова мира.

Мужчина не раз замечал, что рядом с парнем действие некоторых заклинаний слегка искажалось. В последнее время это практически прекратилось, но все же имело место быть. Да и сама магия парня была ни на что не похожа. Он редко когда пользовался ей при лорде — случая не предоставлялось, но нескольких раз хватило, чтобы сделать определенные умозаключения. У Йегера отличалась сама структура заклинания, хоть и напоминала, весьма отдаленно, надо сказать, общепринятую. Взять хотя бы его пульсар. У самого Аккермана он был голубоватым, и требовал точного указания точки перемещения, иначе просто не двигался с места, у юноши же — зеленым, и перемещался за ним как привязанный.

Тут в голову пробралась робкая догадка. А что если Йегер и есть причина сбоя работы обратки. Что если в момент, когда парень прикоснулся к артефакту, произошел сбой в матрице заклинания, который его немного перестроил, каким-то образом привязав юношу к себе. И если это так, то распутать то, о строении чего даже примерно представления не имеешь, можно разве что при помощи слепой удачи.

— Эй, ты в порядке? — послышался встревоженный вопрос.

— Я в дерьме, — устало выдохнул лорд.

Сколько еще времени им с Йегером придется вынужденно провести вместе? Нет, конечно, кандидатура юноши была далеко не самой плохой, да и бесил он временами, в остальное время просто маяча на периферии, но ведь у них совершенно разные жизни, и обратка единственное, что держит их вместе.

— Это из-за Йегера? Он как-то связан с обраткой, да? — осторожно спросила Ханджи, участливо глядя в лицо Аккермана. — Ривай, — тихо позвала, не дождавшись ответа, — я могу помочь?

Послышался тяжелый вздох и Аккерман с нажимом провел ладонями по лицу. Рваные пряди темных волос спрятали глаза.

— Я дам тебе знать, если мне понадобится твоя помощь.

***

Утро пробралось под кожу ледяными колючками, заставляя сжаться, чтоб стало хоть немного теплее. Но помогло ненадолго — вскоре дрожь вынудила что-нибудь предпринять. Йегер, тихо застонав, нехотя разлепил глаза, сонно оглядываясь по сторонам. Костер давно потух, лежак напротив пустовал, вещей не было, как и Эйстема с Микасой. Парня это совсем не удивило, поэтому он лениво зевнул, встрепав и без того спутанные после сна волосы, а затем завернулся в плащ, который, видимо, скинул во сне. Стало немного теплее.

Около половины свечи юноша просто сидел, разглядывая расфокусированным взглядом окружившие его сосны и понемногу возвращаясь в реальный мир. Было удивительно хорошо дышать свежим прохладным воздухом, иногда переводя взгляд на чистое лазурное небо.

Немного придя в себя, он неторопливо развел огонь, вскипятил воду и еще около свечи расслабленно хлюпал настоем из оставшихся трав.

Когда Йегер все-таки добрался до дома, то Армина там уже не было. Его встретил дед друга Арлерта и хозяин дома — Эйтан.

— Снова по ночам шатаешься, — добродушно проворчал старик, перебирая какое-то замысловатое устройство за столом. Вокруг валялись причудливой формы шестеренки, гайки, еще какие-то запчасти, о назначении которых Йегер мог только догадываться, и разнообразные, по большей части самодельные инструменты.

— Не могу жить без звездного неба, — подтвердил парень, присаживаясь напротив и с интересом наблюдая за ловкими умелыми руками.

С дедом Эйтаном они познакомились чуть больше, чем пол луны назад. Тот вернулся из деревни, где гостевал у дочери. Поездка затянулась, так как случилось какое-то непредвиденное обстоятельство, о котором разведать не удалось ни от Жана, ни от самого деда. Когда хозяин дома узнал, что в его отсутствие Армин поселил жильца, то только совсем по-ребячески задорно улыбнулся, усадил ребят за стол пить чай с пирожками, испеченными его дочерью, и начал рассказывать всевозможные истории. Йегер понял, почему Армину здесь так нравилось — дед Эйтан невероятно напоминал ему его дедушку, с которым пришлось расстаться в силу обстоятельств. Пирожки были изумительными, хотя из чего состояла начинка некоторых из них у юноши угадать не получилось, а истории и того лучше.

Одна из них рассказывала о временах молодости старика, когда он еще был молодым статным юношей, и море ему было по колено. Тогда взбалмошному красавцу пришло в голову спасать принцессу от злых тварей. Замок, естественно, располагался в самом недоступном из всех недоступных мест, окруженный такими чудищами, половине из которых давно место на полке в списке вымерших видов. Принцесса, как и полагается, была сказочной красоты, умна, начитана и обладала всевозможными талантами. Эталон женщины. И вот, собрав небогатый пожиток, включающий древний и невероятно тупой меч, провизию и взяв с собой верного коня, юноша отправился совершать подвиги. По дороге ему встречалось множество людей и нелюдей, он всем помогал. Так, например одну деревню он единолично избавил от нашествия моровок, которых, к слову, уже лет сто никто не видел — видимо, дед на славу тем самым мечом помахал; свел две родственные души из разных рас, втолковав их родителям, враждующим между собой не одно поколение, что и к чему, и еще много чего сделал. По пути обзавелся детенышем грифа, спасенным от «гада ползучего, с зубами аки кинжалы дроу», и наладил отношения с кланом вампиров, который испокон времен славился противным нравом и к людям относился весьма пренебрежительно. Добравшись до замка, спаситель, недолго думаючи, бросился в самую гущу, отправляя монстров один за одним к праотцам, коли такие были. Дивом дивным стала принцесса, бросившаяся своему спасителю наперекор с целью защитить чудищ. После короткого разговора выяснилось, что за время заточения — практически всю жизнь девушки-красавицы — она успела подружиться со зверушками, охранявшими ее, и проникнуться к ним искренней симпатией. Рыцарь задумчиво почесал затылок, пожал плечами и остался жить в замке с принцессой.

На вопрос, почему же сейчас он не живет в замке, дед Эйтан грустно ответил, что жена его умерла, а находиться в месте, где все напоминает о ней, было невыносимо, потому и ушел.

И пускай история не особо внушала доверие, но старик рассказывал ее с таким запалом, что даже самый заядлый скептик бы проникнулся и поверил, что все сказанное — чистейшая правда в последней инстанции.

— На звездах живут наши предки, — нравоучительно изрек дед Эйтан, прикручивая к основному корпусу деталь, внешне напоминающую гребешок для расчесывания волос.

— И как узнать, которые из них твои? — заинтересованно спросил Йегер. Не то чтобы он верил, что на этих далеких светящихся точках всерьез могут обитать умершие, но ему было интересно. Иногда ведь достаточно лишь призрачного знания для душевного спокойствия.

— О, это просто, — улыбнулся старик. — Все, что тебе надо, это внимательно всмотреться в звездное небо. Взгляд сам зацепится за нужную звезду, а сердце подскажет еканьем.

Йегер слабо улыбнулся, уставившись на свои переплетенные пальцы. Грусть незаметно прокралась в сердце, больно царапаясь когтями, заставляя перебирать в памяти образы дорогих людей, вспоминать приятные моменты. Вынуждая снова переживать их потерю.

— Не грусти, — старик перегнулся через поверхность стола, тяжелой мозолистой рукой ободряюще похлопав парня по плечу. — Все они наблюдают за тобой, и радуются тому, каким ты стал.

Йегер невольно фыркнул, представив, как отец ободряюще хлопает его по плечу за его поведение. Да он, скорее, полностью поседел бы, узнай, что и как делает его любимый сын.

— Что ты смеешься? Я ведь правду говорю. По себе знаю, — доверительно поделился дед Эйтан. — Тот же Жан. Дурак дураком, иногда такое творит, что просто оторопь берет, а все равно люблю и горжусь им. Он ведь хороший, Жан-то, задирается много, но то все напускное. Он думает, что так круче выглядит, — старик весело подмигнул хмыкнувшему Йегеру, с искренним любопытством слушавшему откровение старика. — Ничего, поймет скоро, что, куда и зачем.

С Жаном он виделся всего раза три, хотя ему с головой хватило бы и одного единственного. Надменный парень, любящий дурацкие грубые шутки и играющий на публику, даже когда публики рядом нет. Единственное, почему юноша сдержался, чтобы не заехать по вытянутой физиономии кулаком или не сплести какое-нибудь заклинание в обучающих целях, так сказать, так это отношение этого самого Жана к Армину. Рядом с блондином он словно становился другим человеком, и только поэтому ушел целым.

— А что вы собираете? — решил все же полюбопытствовать юноша, поднимаясь со стула. Беседы это, конечно, замечательно, но на них одних долго не протянешь, молодому организму нужна еда. Да и старому, если уж на то пошло, тоже.

— Сам не знаю, — признался старик. — Просто снилось что-то, а вот теперь я пробую перенести это в наш мир.

— Здорово, — отозвался Йегер. Он правда так считал. — Вы будете что-то? — спросил он, указывая на полки с едой.

— Нет, — старик мотнул головой, возвращаясь к подкручиванию гребешка в корпус конструкции, — Армин утром расстарался. Даже тебе что-то оставлял, посмотри на полках внимательней.

Йегер подчинился, через какое-то время выуживая из темноты шкафчика на свет миску с чем-то овощным. Принюхался.

— Не бойся, — хрипло рассмеялся дед Эйтан. Его смех был похож на далекие раскаты грома, — есть можно. Я ведь еще жив.

— Но… что это?

— Не знаю. Мальчик любит копаться в моей библиотеке, вполне вероятно, что нашел там старую книгу рецептов моей матери.

Йегер удивленно приподнял брови. Чем дольше он здесь жил, тем больше нового открывал о своем лучшем друге. Ложкой отковырнул субстанцию и попробовал — ничего, оказалось вполне себе съедобно. Юноша приземлился обратно на стул.

— Можно у тебя спросить? — внезапно прозвучал вопрос.

Йегер недоуменно нахмурил брови, а затем утвердительно кивнул.

— Что это за серьга у Армина в ухе?

— А вы у Армина не спрашивали?

— Хотел, но тогда не получилось поговорить.

Юноша задумчиво закусил губу, еще раз кивнул, больше себе, чем деду Эйтану, и наконец решился.

— Эта серьга помогает ему справляться с магическими потоками. У нас так иногда случается, что люди, родившиеся с магическими способностями, не в силах управлять даром. Чаще всего они умирают вскоре после его пробуждения. Мы не знаем, почему так происходит, но есть легенда, что это проверка для духа. В Армине заложен большой дар, но в нем и опасность. Камень, который вдет в сережку, забирает часть дара на себя, делает его слабее. В общем, служит подавителем, что, в свою очередь, позволяет Армину жить и даже вполне успешно применять свои способности на практике. Когда у него случаются неконтролируемые выбросы силы, камушек маслянисто так поблескивает, что значит, что выброшенная магическая сила рассеивается в пространство. Думаю, с годами он научится в полном объеме справляться с собственным даром, но пока приходится обходиться сережкой.

— Вот так дела, — дед Эйтан явно не ожидал такого.

Йегер же просто пожал плечами. Армин умный и очень способный, он обязательно справится и обуздает собственную силу, а Йегер ему в этом охотно поможет.

На какое-то время за столом повисло молчание. Старик переваривал полученную информацию, машинально прикручивая к сооружению все новые и новые запчасти, а Йегер с аппетитом жевал овощное нечто.

— А кто сделал эту сережку? Я впервые такую вижу.

— Дедушка Армина. Он сам нашел камень и превратил его в то, чем он является сейчас.

— Он был очень умным человеком.

— Да.

— Что с ним случилось?

— Умер, когда на деревню напали гули, — неохотно, но все же ответил Йегер. Ему совсем не хотелось вспоминать тот день, слишком страшным он был.

— Да пустят его к себе Небеса, — тихо проговорил старик. Юноша выразил молчаливое согласие.

Доев, он поднялся к себе в комнату и завалился спать. Ночь в лесу это великолепно, но когда предоставляется такая замечательная возможность отоспаться, как можно ее игнорировать?

Упав и растянувшись на кровати, Йегер с облегчением выдохнул, словно гора с него свалилась. Полежал так с щепку, а потом, завернувшись в одеяло, погрузился в приятный сон, где они с Армином еще детьми бегали вдоль ручья, кормили животных и слушали сказки, совершенно не заботясь о будущем. Чистые в своей наивности и не имеющие ни малейшего понятия о том, какие сюрпризы уготованы им Бездной и Небесами.