Half blood

*Поиск ответов

— Эй, ты за окно смотрел? — Армин плюхнулся на стул напротив, отрывая шатена от печатных букв в толстенном фолианте. Парень перевел уставшие глаза на внимательно наблюдающего за ним друга и с наслаждением потянулся до хруста в суставах. Покрутив головой, чтобы размять затекшую шею, кинул взгляд в окно — за ним царила ночь. Свет от ламп, внутри которых танцевали волшебные огоньки, отбрасывал тени на заставленные стеллажи с книгами. Рабочее место парня было завалено книгами и исчерканными корявым неразборчивым почерком листами пергамента. Если напрячь зрение и всмотреться повнимательнее, то можно было отыскать чернильницу и перо. Армин протянул руку и взял скомканный лист. Расправив, попытался прочесть написанное, но через щепку сдался, бросая это бесполезное занятие. 

— Ты что, шифрованием занялся? — блондин насмешливо изогнул бровь, показывая другу его же каракули.

Йегер повнимательней всмотрелся в пляшущие буквы и, сочтя записи недостойными внимания, громко фыркнул, откинув голову на спинку высокого стула. Вот уже больше дюжины дней он делал набеги на местную библиотеку, в попытках найти хоть сколь завалящую информацию об обратке и ее связи с людьми. Молодой парень, напоминавший наглядное пособие по анатомии, был чрезвычайно удивлен посетителю, который, к тому же, умел читать и неплохо владел грамотой. Библиотека не пользовалась популярностью у безграмотного населения, и захаживали сюда крайне редко. Сейчас в крошечном читальном зале на три стола сидели только Йегер да Арлерт.

— Ничего нет, понимаешь? — Йегер потер глаза основанием ладони. — Сколько бы не искал, везде только упоминания вскользь или выдумки, на которые даже жаль время тратить.

— А ты не пытался спрашивать у… — Армин запнулся, пытаясь припомнить имя библиотекаря.

— Дейрина. Он мне их и нашел, — взмах руки в сторону книг, которая плавно опустилась вниз, демонстрируя горы на полу. — Вытащил все, что было, мы с ним даже кладовку обшарили.

— Завтра у меня выходной, так что могу помочь с поисками, — предложил Армин.

— Не надо, — отмахнулся Йегер, — сам справлюсь.

— У тебя осталось четыре дня, — терпеливо напомнил блондин, листая книгу в кожаном переплете с потертыми тиснениями по краям. — Со мной успеешь больше охватить, кроме того, навык поиска информации у меня куда лучше. Вообще удивлен, что ты до сих пор никуда не дернул, да и в относительно вменяемом состоянии находишься.

Йегер застонал. Просиживать целыми днями на одном месте в замкнутом помещении среди стеллажей с пыльными книгами, обложившись ими доверху, было для него хуже любого мучения. Он держался исключительно на упрямстве.

Армин ухмыльнулся, наблюдая за другом. О его ситуации он знал только поверхностно: спас мужчину, получил символ с рунами от артефакта, перенесся на обратку, вернулся обратно, через два, почти три, дня снова перенесся, встретив там того же мужчину. Еще и какие-то проблемы с возвращением возникли, отчего Арлерту потом пришлось вставать и идти распутывать плетение охранного заклинания посреди ночи. Йегер сказал, что они ищут информацию, чтобы найти решение проблемы, ведь переноситься на обратку каждый раз, когда мужчине заблагорассудится, не улыбалось. С того утреннего разговора, который, скорее, можно было назвать вечерним, учитывая, во сколько шатен глаза открыл, он окопался в библиотеке и даже в лес ни разу не выходил. Армин знал о природе друга больше, чем кто бы то ни было, и понимал, каких усилий ему стоит такая усидчивость. Понимал и ничем не мог помочь, ведь был занят на работе, захаживая сюда на свечу позже захода солнца — забрать шатена домой, чтобы хоть поспал нормально. Обычно, когда Арлерт вставал, друга в доме уже не было.

— Закрывай давай свои книги и пошли, — скомандовал блондин, решительно поднимаясь.

Последовали громкие хлопки захлопывающихся книг, отчего листки пергамента красиво разлетелись в разные стороны.

— Бездна, — раздраженно выдохнул Йегер.

— Думать надо, перед тем, как делать, — закатил глаза блондин, взяв на прицел самые свободолюбивые листы, которые улетели дальше всех.

— Я устал думать, Армин. У меня голова скоро лопнет от обилия бесполезной информации.

— Крепись, друг мой, — назидательно произнесли в ответ, — и прекрати ныть, пользы от этого никакой, только настроение портишь.

— Что с тобой сделал Трост, — осуждающе помотал головой Йегер, демонстрируя, насколько все плохо. — Где делся тот Армин, которого я знал? Верни мне его.

Друг фыркнул, стукая шатена по голове стопкой из собранных листов.

— За дерзость сию ужин готовишь ты, — с ядовитым удовлетворением произнес блондин, наблюдая, как выражение веселья на смуглом лице сменяется вначале растерянностью, а затем досадой.

— Ну почему мир так жесток?

***

Ривай устало развалился в кресле. Стопка бумаг опасно покосилась, рискуя завалить собой весь стол, но не рассыпалась. Глаза закрывались сами собой, а тело отказывалось подчиняться, да и вообще двигаться. Он был измотан по самое не могу.

Из-за того, что его задержали в Ковене, а потом напали, накопилось много дел: огромные кипы документов были еще даже не начаты, а ведь свалить это все не на кого. Все, что мог, уже распихал по чужим рукам доверенных лиц. Еще и объяснения с королем попортили кровь. Аккерману вообще жутко не нравилось объясняться, но выхода не оставалось и приходилось идти на уступки. Хорошо хоть, что вызов короля не был неотложным и мог спокойно потерпеть, пока на него найдут время. Поиск наемников пришлось повесить на Эрвина и, частично, на Ханджи. Пока велись они безуспешно, каждая с таким трудом добытая ниточка сразу же обрывалась, так толком и не начавшись. Какие бы предположения не выстраивали, ни одно не смогли подтвердить хотя бы частично.

Про обратку на некоторое время пришлось забыть, просто потому что в сутках не хватало времени. На сон едва оставалось несколько свечей, кроме того, вскоре намечался праздник в столице и, естественно, на него запросили хотя бы две дюжины воинов из его отряда — там должны были присутствовать Высшие, а они не привыкли пренебрегать собственной безопасностью. До встречи с Йегером оставалось каких-то два дня, а у Ривая до сих пор не было абсолютно никакой информации на руках. Хотя само наличие у него фамильного артефакта было секретом, об этом знали едва ли двое: один из которых — лохматый мальчишка, а другой — человек, у которого он забрал кольцо.

Внезапный громкий стук в дверь любого заставил бы подскочить на месте на несколько локтей вверх, но Ривай лишь вздрогнул, поморщившись из-за шума.

— Входите.

— Привет, — радостно поздоровалась Ханджи, вваливаясь в кабинет, впрочем, не забыв закрыть за собой двери. Размашистой походкой она подошла к диванчику, стоявшему напротив кресла Аккермана, и без приглашения плюхнулась в него, поправив съехавшие на самый кончик носа очки. О манерах с этой яркой представительницей человеческой расы говорить было бесполезно, в чем Ривай убедился лично, несколько раз самостоятельно проводя с ней разъяснительные беседы. Оставалось только смириться и радоваться, что она себя все же немного сдерживает.

— Никаких вопросов, все, что тебе необходимо знать, я расскажу, остальное — не твоя забота. Уяснила?

— А то, — немного удивленно отозвалась Зое, но в глазах, на самом дне, затанцевали уже знакомые Аккерману чертята, с головой выдавая интерес женщины. Это было неудивительно, ведь Ривай редко вызывал ее к себе, и еще реже ставил условия.

Подтянувшись повыше в кресле, мужчина устроил обе руки на подлокотниках.

— Ханджи, мне надо, чтобы ты разыскала для меня информацию об артефактах с обратками и их связью с людьми. Никому об этом ни слова. Использовать можешь все, что хочешь, — искорки в ореховых глазах напротив разгорелись ярче, а женщина подалась вперед, уже намереваясь что-то сказать, — но у тебя всего два дня, — немного остудил энтузиазм Зое Ривай. — И да, на это время ты не занимаешься расследованием, поиск информации для тебя — первоочередная задача.

По лицу Ханджи можно было сказать, что внутри нее идет нешуточная такая борьба с самой собой. С момента, как Аккерман вернулся после того происшествия, он стал еще более молчаливым, чем был до этого, хотя, казалось, предел уже достигнут и дальше — это уже немота. Отчасти это можно было оправдать обилием работы и практическим отсутствием общения с людьми. Но его поведение изменилось даже с друзьями. Ханджи уже не раз задавалась вопросом, что же могло приключиться, чтобы так повлиять на друга, но приходилось ограничиваться собственными догадками, так как Ривай на эту тему распространяться отказывался, умалчивая о событиях, которые происходили после того, как его отряд разбили наемники. Мол, выжил, и хватит вам, чего прицепились? Ходил, молчал, а тут вдруг попросил раскопать что-нибудь об обратках. Подозрительно было это все, но расспрашивать усталого Ривая все равно, что говорить со стенкой — результаты примерно одинаковые.

— Ладно, хорошо, — наконец выдала подруга, тряхнув головой и заставляя несколько прядей выбиться из неаккуратного хвоста, скрученного, как всегда, на быструю руку, просто чтобы волосы не мешали. — Но ты так просто не отделаешься Аккерман. Сейчас я не буду ничего спрашивать, но потом ты мне сам все расскажешь.

Ривай ничего не ответил, скрестив руки на груди. Смоляные пряди упали на лицо, рисуя под глазами еще большие тени, а от природы бледная кожа, обычно придававшая аристократичности внешнему виду, сейчас сделала похожим на вампира. Весь его вид кричал «Да неужели? Разбежалась».

— Если это все, то я пойду, не стоит тратить время попусту, — и, получив утвердительный кивок, Зое резко встала, направившись к выходу. — Да не меркнет свет…

— Ага, — буркнул Аккерман, нехотя пододвигаясь ближе к осточертевшим бумагам. Лучше бы он засел в библиотеку на несколько суток, чем занимался никому не нужной бумажной волокитой. Да, дела иначе вести опасно, и не выгодно к тому же, но ему казалось, что с бумажками слишком уж палку перегнули, придумав список документации даже на самые незначительные вещи. Как только откопается, обязательно позовет Эрвина на спарринг, размяться. А еще стоило заказать браслет, только без привязки на членов отряда.

С такими планами Ривай снова погрузился в тихо ненавидимый им мир бумажек, проклиная себе под нос все, на чем свет стоит.

***

С одной стороны Йегер ждал встречи с Аккерманом, а с другой — боялся. Ждал, потому что, возможно, он нашел что-то, что поможет им привести все в норму и вернуть, как было. А боялся… Ну, тут было сразу несколько причин. Во-первых, шатену не удалось найти чего-то действительно дельного. Единственной была, пожалуй, какая-то невероятно старая книга с пометками на полях, в которой вскользь упоминалось о влиянии ауры на форму обратки, но оно имело место быть только для людей, у которых в жилах текла нужная кровь, на остальных это не распространялось. Йегер даже прихватил ее на всякий случай, не будучи до конца уверенным, что она перенесется вместе с ним. Во-вторых, он даже не знал, попадет ли потом обратно, а если попадет, то целый или по частям. Ну, а в-третьих, его пугал сам Аккерман. Даже не так, Йегер его не боялся, просто ему было немного не по себе рядом с мужчиной, что заставляло порой излишне осторожничать. А еще раздражал этот его пренебрежительный взгляд свысока и взмывающая вверх тонкая бровь, придающая ему еще более горделивый вид.

— Эй, с тобой все нормально? — встревоженно спросил Армин, заглядывая другу в глаза.

— А? Конечно, — шатен оторвался от изучения искуснейшей полировки деревянной поверхности стола и украдкой кинул взгляд на блондина, — все замечательно.

— Ты нервничаешь, — подметил Арлерт, отправляя очередную ложку с рагу в рот.

— Вот еще.

— Тогда ешь.

— Не хочу.

— Как ребенок маленький, — Армин театрально закатил глаза. — Может, тогда с ложечки прикажешь тебя кормить? Или насильно вталкивать? И так тощий ходишь, а сейчас вообще на скелет похож, пожалей диких животных, они тоже кушать хотят.

— Какой же ты все-таки… — Йегер раздраженно кинул ложку на стол. Металл глухо зазвенел, сталкиваясь с деревянной поверхностью стола.

— Стол сам мыть будешь, — кивнул в сторону ложки блондин.

Йегер скрипнул зубами, заставив тем самым Армина рассмеяться.

— Ну что такое? — парень оставил ложку в миске и, опершись локтями на стол, постарался понять, в чем дело по выражению лица Йегера. Почти гадание на кофейной гуще. Несмотря на то, что мимика у шатена всегда была живой и довольно богатой, с точностью угадать все, что чувствует обладатель, было нереально. 

— Не знаю, — Йегер на щепку прикрыл глаза. — Прости.

— Ага. А тот мужчина точно не опасен? — в который раз с опаской переспросил друг. Йегер поморщился, стараясь сдержать раздражение. Получалось неважно.

— Хватит изображать мамочку, это бесит.

— Тогда ты прекрати так себя вести. Или, думаешь, мне это больно нравится? — не остался в долгу друг, иронично склонив голову на бок. В ухе снова маслянисто блеснул синий камушек.

— Помогает? — решил перевести разговор в другое русло Йегер, прекрасно понимая, что беседа может окончиться ссорой.

— Да, как видишь, — белозубо улыбнулся блондин, коснувшись пальцами сережки. — Но ты с темы не съезжай.

Шатен тяжело вздохнул. Армин был великолепным другом, но порой его проницательность и приставучесть вымораживала. У парня складывалось впечатление, что он беспомощен, а это чувство он, мягко говоря, не любил.

Так и не дождавшись ответа, Арлерту пришлось временно отступить. Он вновь принялся за рагу, но теперь уже без былого энтузиазма.

Покончив с ужином, ребята разошлись по комнатам. Йегер, закрыв дверь своей, почувствовал облегчение и, опершись о твердую поверхность, съехал по ней вниз, подтягивая к себе ноги и утыкаясь лицом в колени.

До заката оставалось около половины свечи, и парень нехотя встал, по пути к кровати, на которой лежала книга, разминая конечности. От нечего делать Йегер принялся в сотый раз перелистывать потрепанные временем страницы книги, любезно одолженной Дейрином. Закрученные вензелями пометки и сноски напоминали красивый узор, но эта красота, увы, была малочитабельна. Буквы походили на письменность эльфов, обожающих эффектность и не упускающих момент лишний раз напомнить окружающим о различиях Перворожденных и всех остальных. Хорошо, что большая часть книги была напечатана, иначе на расшифровку пришлось бы убить уйму времени.

Не обнаружив в книге никаких хитроумно спрятанных посланий и записок с секретами, парень захлопнул ее, раскинувшись звездой на кровати. Как же утомительно было ожидать неизвестного. А вдруг этот угрюмый неприветливый мужчина попросту забыл о назначенной встрече. И вообще, спокойно себе живет, выкинув проблему из головы. Но, воскресив в памяти хмурое бледное лицо, Йегер понял, что его беспочвенные обвинения — всего лишь игры разума, пытающегося себя хоть так отвлечь от скуки. Глухо застонав, он повернулся на бок, прижимая к себе книгу на манер ребенка, бережно сжимающего мягкую игрушку, охраняющую по ночам от кошмаров.

Когда парень уже почти уплыл в сон, руку пронзила боль, отчего он невольно вскрикнул. Схватив книгу, уже привычно наблюдал за поплывшим миром и лениво проступающими сквозь него знакомыми очертаниями обратки. Это была все та же библиотека, только теперь в более зеленых тонах, а еще на потолочных балках проступили непонятные серебристые узоры, красиво выделяющиеся на фоне темного дерева. Мягко мерцая, они походили на хитромудрые сплетения звезд. Йегер от восхищения даже рот открыл. 

Не пойми откуда раздалось жужжание, а следом появилась большая упитанная муха, чудом держащаяся в воздухе. Она уже набрала разгон и теперь быстро неслась прямо в услужливо приоткрытый рот парня. Тот его вовремя захлопнул, но муху инерцией впечатало в лицо шатена. Точнее, впечатало бы, будь она настоящей. 

— Оригинальные у тебя способы сказать привет, — заметил Йегер, тыльной стороной ладони вытирая нижнюю часть лица, что пострадала от столкновения с насекомым. 

— У тебя тоже, — Аккерман с внутренним удовлетворением смотрел, как шатен пытается избавиться от фантомных остатков мухи. 

— А я что сделал? — возмутился парень. В нем воспылал праведный гнев — как так, отчитывают ни за что. 

— Ты пришел ко мне, а не с космосом общаться, — холодно заметил мужчина и, расправив несуществующие складки на костюме, аккуратно сел в кресло, закинув ногу на ногу. Видимо, разгуливать перед парнем в пижаме ему не понравилось. 

— А, ну... — замялся парень, запуская пальцы в волосы на затылке, — просто ты видел те узоры под крышей? — и он ткнул рукой с книгой вверх. Аккерман проследил глазами за направлением, про себя отметив наличие книги, и присмотрелся внимательнее. Действительно, под самой крышей мерцали узоры. Нахмурившись, Ривай скомандовал:

— Дай руку. 

Йегер не стал сопротивляться — ему было интересно, что мужчина нашел, и он с любопытством вглядывался в балки, стараясь найти ответ раньше, чем его скажет Аккерман. 

— Другую руку, болван, — раздраженно шикнул брюнет, протягивая ладонь в повелительном жесте. Йегер подсунул ему вторую, оставив в голове заметку ответить за «болвана» позже. 

Аккерман попеременно кивал, то всматриваясь в руны на руке шатена, то задирая голову вверх, различая все новые витки. 

— Это же руны, да? 

— Похоже на то, — подтвердил очевидное Ривай. — Некоторые даже совпадают с рунами на твоей руке. 

— Правда? Какие? — загорелся мальчишка. 

— Вот эти четыре, — мужчина ткнул в одну, сплетенную из нескольких линий, из центральных рун, затем в две из основного круга, и одну из замыкающего. Йегер поднес ладонь к лицу, пытаясь, видимо, заодно рассмотреть там ответ на загадку. 

— Не знаешь, что это за язык? — спросил он, не отрывая взгляда от руки. 

— Какой-то древний диалект. Но, видимо, мертвый, — покачал головой Аккерман, откидываясь в кресле. Языков было не так уж много, а любой из находящихся в ходу в современном мире он мог опознать хотя бы визуально. Этот определенно что-то напоминал, но не более, прочесть или хотя бы постараться перевести с помощью словаря Ривай не мог. — Что это за книжка у тебя в руках? 

— Ты об этой? — парень махнул рукой, держащей книгу. 

— Не знал, что твои руки вмещают библиотеку, действительно сложно не запутаться, — язвительно отозвался Аккерман в ответ на глупый вопрос. 

— Это все, что я смог найти об обратке, — пропустив колкость мимо ушей, Йегер подошел ближе и отдал книгу мужчине. Тот с любопытством ее открыл, осторожно листая потрепанные страницы. — Здесь говорится о влиянии ауры владельца на форму обратки. Я это смог разобрать в примечаниях к тексту на полях. 

Ривай обратил внимание на сноски и примечания, выведенные аккуратными витиеватыми буквами. 

— Больше ничего? 

— К сожалению, это все, — подтвердил парень, скрестив руки на груди. — А ты что-нибудь нашел? 

— Только общеизвестные детали, — со вздохом признался Аккерман. Ханджи умудрилась даже найти небольшой кусок ритуала привязки, но не он был нужен. 

Йегер поник, но уже через щепку встрепенулся. 

— Слушай, а ты тут искал? — он развел руки, указывая на переплетенные стеллажи, забитые книгами. 

— Если бы я сюда переносился, ты бы об этом узнал первый, — устало потер лоб мужчина. А вообще, идея довольно дельная, тут много разной литературы, может, и найдут чего. 

— А нужные книги здесь могут быть? — Йегер принялся рассматривать корешки книг на ближайшем стеллаже. 

— Возможно, — едва заметно дернул плечами Ривай, поднимаясь. Видимо, эту ночь им придется провести в компании друг друга и кучи книг. 

— Что ж, ладно, тогда, чур, это мой стеллаж. 

Аккерман снисходительно фыркнул. 

— Тебе сколько лет? 

— А что? 

— А то, что ведешь себя как ребенок. 

— Это плохо? — глаза любопытно блеснули зеленью из-под длинных прядей, выбившихся из низкого, прихваченного лоскутом какой-то ткани хвоста. 

— Это странно. 

— Надо же разбавлять. 

— И что ты разбавлять собрался?

— Твою серую мрачную неприступность, — хмыкнул парень, растянув губы в игривой улыбке. 

Аккерман дернул губой. То ли всему виной усталость, то ли он просто не в состоянии воспринимать шутки, но чрезмерная жизнерадостность парня раздражала, почти бесила. Он встал и отправился вверх по винтовой лестнице, осторожно касаясь деревянных перил. 

— Ты куда? — растерялся шатен. 

— Ты ищешь внизу, я — наверху. 

— А если найду что-то, кричать и надеяться, что меня услышат? — язвительно осведомился Йегер, скрестив руки на груди. 

— Или встать и подойти, — предложил свой вариант мужчина. 

— Так и вижу, как ты спускаешься ко мне, чтобы ткнуть пальцем в строчку. 

— Чего ты хочешь? — остановившись, резко повернулся к парню Аккерман. С таким отношением он еще не сталкивался: все либо лебезили перед ним, либо смотрели свысока, третьего не было. До недавнего времени. 

— Чтобы ты остался здесь и помогал пересматривать остальные стеллажи, — спокойно ответил Йегер, без тени страха заглядывая в полыхнувшие сталью узкие глаза. 

— Нет, — ответил Аккерман, в пару шагов преодолевая остаток ступеней и оказываясь на втором этаже. Сверху было прекрасно видно, что происходит внизу, но он не стал смотреть, поспешив спрятаться от пристально глядящих глаз. Бездна, что с ним происходит? Только что назвал парня маленьким ребенком, а сам-то не лучше. С нажимом проведя руками по лицу, Ривай осмотрелся по сторонам и, выбрав жертву, направился к крайнему от стены стеллажу. На ней почему-то висел букетик трав, едва уловимый запах, которых витал в воздухе, но подойдя ближе, мужчина, наконец, понял, что это было. В травах он разбирался плохо, а варение зелий и снадобий никогда не являлось его сильной стороной. Так что все, на что его хватило, это классифицировать травы как полевые и начать копаться в книгах. Выбрав себе несколько, обосновался на мягких подушках, наваленных кипой под стенкой возле лестницы. Бросив быстрый взгляд вниз, заметил, что Йегер поступил примерно так же, только обосновался на подоконнике, соорудив из подушек что-то вроде гнезда. Рядом с собой он разложил книги и, вытащив наугад одну из стопки, устроился поудобней и принялся читать. 

Аккерман хмыкнул и тоже погрузился в чтение.