Глава 45
Через несколько дней после происшествия, дом был укреплён: Джоэл с Алекс поставили дополнительные запоры, укрепили окна и двери, а Майк помог установить самодельные ловушки из копий вокруг периметра. Они работали молча, не переглядываясь лишний раз. Тело Терезы вынесли сразу в тот день, не произнеся ни слова, просто сделали, что нужно было сделать.
Алекс с того момента словно погасла. Она почти не говорила, не просила ни о чём, а лишь кивала в ответ на слова Джоэла. Если раньше спорила, шутила или ерничала, теперь просто молчала – взгляд её был отрешённым, будто всё ещё была в том моменте у дивана, где только что застрелила человека.
Боль в ноге никуда не делась. Даже обезболивающее уже не снимало ощущения пульсации и тяжести. Но рана не гноилась, и это было единственным утешением. Она заживала – медленно и мучительно. Алекс не могла наступить на ногу, потому либо прыгала на одной, либо с усилием упиралась на костыль, который нашёл Майк. Иногда Джоэл поднимал её на руки, и она не протестовала, только отворачивала лицо.
Джоэл это замечал. Ему не нравилась эта новая тишина. Та, что стояла между ними. Алекс почти не смотрела на него. Даже когда он говорил с ней ласково, даже когда садился рядом, она была где-то в другой плоскости, недосягаемая. И это пугало его больше, чем восставшие мертвецы за стенами.
Вечером, когда солнце уже скрылось за горизонтом, Джоэл подошёл к Алекс. Она сидела на диване, укутавшись в плед, с книгой в руках. Он стоял с тарелкой еды и смотрел на неё с тревогой. Алекс подняла голову, её взгляд был потухшим.
— Поешь, — тихо сказал Джоэл, — ты сегодня совсем не ела.
— Я не хочу… правда, — ответила Алекс, отворачиваясь.
Джоэл поставил тарелку на тумбу рядом, сел рядом с ней и слегка коснулся её плеча.
— Алекс… что с тобой происходит? — спросил он почти шёпотом, боясь услышать то, что и сам уже начинал догадываться.
— Просто… — начала она, — знаешь… это уже второй раз. Я хочу помочь, а всё заканчивается плохо. Это всегда вылазит боком. Я… я снова подставила тебя.
— Ты же знаешь, что это не так, — сказал Джоэл, глядя вперёд, не решаясь повернуться к ней.
Алекс усмехнулась горько, безрадостно.
— Я думала, ты лучше врёшь, — пробормотала она. — Тереза… она была права. Я правда тяну тебя вниз, Джоэл.
Эти слова ударили. Джоэл резко сжал кулаки. Его лицо помрачнело.
— Алекс, ты… — начал он, но голос сорвался, и он зарычал почти звериным шёпотом.
— Нет, ну правда. Ты постоянно всё делаешь для меня. Всё. А я только всё порчу… — продолжила она.
— Иди сюда, — сказал Джоэл резко. Он аккуратно подхватил её, несмотря на то что она зашипела от боли в ноге. Посадил её себе на колени и крепко обнял, прижав к груди, уткнувшись носом в её шею.
— Малышка… я делаю всё это не потому, что должен. А потому что хочу, — прошептал он, целуя её кожу.
Алекс тихо вдохнула, провела рукой по его волосам.
— В этом и дело, Джоэл, — сказала она тихо. — В этом и дело… Я думаю, без меня тебе бы было лучше.
— Не говори так, — выдохнул он, и в его голосе было столько боли, что она не смогла не дрогнуть.
— Джоэл, ты ведь и сам так думаешь... я знаю, — тихо сказала Алекс, прижимаясь к нему.
Он замер, а она продолжила, голос стал почти шёпотом:
— Лучше бы ты тогда не помогал мне... лучше бы ты меня не знал. Всё было бы проще.
— Алекс, заткнись. Просто заткнись, — рявкнул Джоэл, не выдержав.
Эти слова резанули по нему. Он чувствовал, как в груди всё сжимается. Она не знал, не могла знать, как часто он прогонял эти же мысли. И слышать их сейчас от неё было невыносимо. Он обнял её крепче, будто мог таким образом удержать от этого мрака, что влезал между ними. Он сглотнул и, стараясь сменить тему, сказал:
— Хочешь, я завтра принесу проигрыватель? Я видел один в здании через квартал. Послушаем Green Day... тот альбом, что ты любишь.
Алекс отстранилась, посмотрела на него со злостью.
— Ну вот опять… — сказала она, — снова ты делаешь всё, чтобы мне было хорошо.
Она замолчала, а потом, чуть тише:
— Сделай хоть что-то, чтобы тебе было хорошо, Джоэл.
— Мне хорошо, когда ты рядом.
— Ну йомайо... — Алекс почти рассмеялась, но это был горький, нервный смешок. — Что ж с тобой такое, а? Ты должен хоть немного думать о себе, а не только обо мне.
— А если ты, и есть моя забота о себе? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.
— Ты говоришь как влюблённый школьник, — хмыкнула Алекс. — Вот скажи... — добавила она, — чего ты хочешь без меня?
Джоэл приподнял бровь, будто вопрос застал его врасплох.
— Чего я хочу?.. — переспросил он, будто взвешивал слова.
— Да, чего. Не про меня. Для себя, — настаивала Алекс, её голос был упрямым.
Джоэл опустил взгляд, пальцы сжались в кулак, а затем разжались.
— Забрать тебя. Спрятать. Подальше от всех. Любить тебя, чёрт... Касаться тебя. Слышать, как ты стонешь, только из-за меня, — пробормотал он, не глядя на неё.
Алекс закатила глаза:
— Ну вот снова. Только "я-я-я", но всё равно про меня. А чего ты для себя хочешь? — повторила она, теперь уже мягче, почти с тоской.
Он молчал пару секунд, а потом, выдохнув:
— Ты знаешь, ответ не изменится... — тихо сказал Джоэл.
Затем всё же добавил, чуть громче, с едва слышимой грустью:
— Хочу на ту ферму... где мы были. Хочу, чтобы ты училась играть на гитаре. Хочу... не думать, что завтра нас может не стать. Хочу, чтобы был чертовски скучный, обычный день. Без крови.
И в этот момент его голос звучал почти сломленно. Почти как признание в грехе.
— Если бы мир не пал, мы бы даже не встретились, — нервно хохотнула Алекс, скрестив руки на груди.
— Откуда ты знаешь, ммм? — спросил Джоэл, наклонив голову. В его голосе звучало нечто большее, чем просто интерес, скорее, горечь.
Он сам понимал: в том мире, в котором он жил до всего этого, Алекс и правда была бы недосягаема. Они были из разных вселенных, почти буквально. Он до сих пор не знал, как оказался здесь, в этом разрушенном мире. Не знал, где Элли. Где Томми. Он искал их, сначала, когда очнулся. Искал Джексон, но не нашёл. А потом... просто смирился. И выживал. Как всегда.
— Ага, конечно, — фыркнула Алекс. — Я прям представляю: парк, дети бегают, взрослые с колясками, собаки гоняются за мячиками... и мы такие вжух... встречаемся. Искра, буря, безумие. Роман века, — засмеялась она, качая головой.
И Джоэл усмехнулся, как-то тепло.
— Это было бы отлично, — сказал он, глядя на неё, словно действительно представлял это: Алекс в нормальном мире, где ей не нужно держать пистолет у пояса, не нужно хромать на сломанной ноге, не нужно выживать. Только жить.
— Я был бы моложе… трахал бы тебя постоянно, — пробормотал Джоэл с хрипотцой в голосе, опускаясь ближе к уху Алекс.
Она рассеянно усмехнулась, не открывая глаз, и, чуть повернув голову, прошептала:
— Ты и так это делаешь.
Оба рассмеялись тихо, как будто делились чем-то только им понятным, чем-то личным, что существовало между ними вопреки всему миру.
И в этот момент в дверь раздался стук – короткий, уверенный. Алекс открыла глаза, вздохнула и закатила их:
— Думаю, Майк соскучился… — сказала она с ленивой усмешкой.
— Тройничек прям... — добавила она с невинной наигранностью.
Он резко посмотрел на неё, его взгляд метнул искру – смесь ревности и притворной угрозы. Грубо пересадил Алекс на диван, она хихикнула, устраиваясь поудобнее.
— Я ему оторву всё, чем можно было бы сделать этот тройничек, — процедил Джоэл так серьёзно, что Алекс рассмеялась громче.
— Он и так тебя то ли боится, то ли боготворит, — ответила она, бросив взгляд в сторону двери.
— Вот пусть так и остаётся, — буркнул Джоэл, подойдя к входной двери.
Джоэл открыл дверь, и на пороге стоял Майк, держа в руках старую коробку настольной игры. Лицо его светилось детским восторгом.
— Гляньте, что я нашел — с энтузиазмом сказал он, поднимая коробку и встряхивая ею. — Монополия, почти не тронутая.
— Монополия? — переспросил Джоэл, слегка нахмурившись, словно это слово звучало странно и чуждо в их мире.
— Давайте сыграем, а? — не унимался Майк, уже проходя внутрь.
— Тебе не сидится у себя, да? — буркнул Джоэл, закрывая за ним дверь.
Когда он обернулся, Майк уже успел устроиться на диване рядом с Алекс. Они вместе разглядывали потрёпанную, но вполне целую коробку, покрытую лёгким налётом пыли.
— Круто. Давайте сыграем, — кивнула Алекс. — Только на полу, ладно? Ногу вытянуть хочу, она болит, когда сгибаю.
— Идиотизм… — проворчал Джоэл, но подошёл и аккуратно поднял Алекс, пересадив её на пол. Он сел рядом, напротив Майка, со сдержанным видом.
Майк открыл коробку и стал раскладывать игровое поле. Картон хрустнул, когда раскладывали секции поля, разноцветные карточки и фишки высыпались на пол. Деньги были все ещё в порядке слегка выцветшие, но без потерь. Алекс взяла фишку-собачку, Майк машинку, Джоэлу досталась шляпа, что вызвало насмешки.
— Идеально, теперь ты в шляпе значит, точно проиграешь, — поддел Майк.
— Ты сейчас ляжешь лицом в поле, — огрызнулся Джоэл.
Началась игра. Сначала всё шло равномерно – Алекс аккуратно бросала кубики, посмеиваясь, когда попадала на "Шанс" и вытаскивала карточку вроде "Вы выиграли конкурс красоты". Майк шутил, что это точно не про Джоэла. Тот лишь закатывал глаза, но уголки губ предательски дёргались вверх.
Спустя время Джоэл оказался на грани банкротства – попал на гостиницы Майка и ренту Алекс. Денег становилось всё меньше, а смех громче. Алекс сидела с вытянутой ногой, подпирая щёку и, ухмыляясь, подсчитывала, сколько теперь должен Джоэл.
— Боже, чувак, я не знал, что ты настолько плох в этом — захохотал Майк, кидая на поле ещё одну купюру.
— Заткнись, — процедил Джоэл сквозь зубы, подперев лоб рукой. Он явно жалел, что согласился играть, но сдаваться не хотел.
— Вот и нашли, в чём Джоэл не крут, — поддразнила Алекс, еле сдерживая смех. — Обычная монополия.
— Ничего не обычного. Просто вы оба жульничаете, — мрачно сказал Джоэл.
Игра продолжалась, но напряжение между игроками спадало – оно уступило место веселью. Джоэл, проиграв всё до последнего доллара, лениво откинулся на спинку дивана. Он смотрел, как Алекс и Майк в азарте продолжают бой.
— Хочешь, я подарю тебе пару своих бизнесов? — спросила Алекс, поглядывая на Джоэла, её голос был мягким.
Майк фыркнул и встрял:
— Эй, это вообще-то не по правилам. Так нечестно.
Алекс только усмехнулась, легонько пожав плечами:
— Ну мы же семья. А в семье всё общее.
Эта фраза ударила Джоэла под дых. Он молча наблюдал за ней, взгляд стал серьёзным. "Семья… Я люблю Алексу, это было бесспорно." Но слышать, как она говорит это вслух, без тени сомнения, пробуждало что-то невыносимо важное и одновременно пугающее. "Я потом спрошу, что она имела в виду," решил он, не подавая вида.
Тем временем Майк уже строил планы, как пустить Алекс по миру.
— В Монополии такого нет, слышишь? — заявил он с деланным возмущением, — Если ты ему так начнёшь бизнесы раздавать, я тоже Джоэлу начну дома дарить
— Раз так… — Алекс наклонилась над игрой, глаза её блестели от азарта, — Готовь свои штанишки, потому что я сейчас тебя раздену и заберу всё твои деньги
— Серьёзно? — смеялся Майк, бросая кубики. — Посмотрим, кто кого ещё разденет.
Алекс прищурилась и сделала ход. Фишка-собачка встала на отель на Пикадилли, где Майк поставил максимальную ренту. Она протянула руку к стопке денег и поняла, что этого недостаточно.
— Ну всё… пошла ты по миру, — театрально сказал он и вытянул руку.
— Так и быть, — Алекс взяла свои деньги, — Заселяю всех своих мертвяков к тебе в отель, чтоб ты знал, как на мне наживаться.
Они оба смеялись, перекидываясь шуточками, перекладывая купюры и карточки, а Джоэл просто смотрел на них, слегка прикрыв глаза. На мгновение он позволил себе подумать, что это и есть нормальная жизнь. Где люди спорят из-за монополии, а не из-за того, кто сегодня умрёт. Где Алекс смеётся, а не плачет. Где он может быть рядом, просто быть, и всё в порядке.
— Всё, всё, сдавайся — Майк победно откинулся назад, залившись смехом. — Вы друг другу идеально подходите, вдвоём умудрились просрать всё имущество. Это надо уметь.
Джоэл хмыкнул и закатил глаза:
— Вали уже к себе, магнат херов. Спать хочу.
Майк потянулся, встал, хлопнул себя по бедру и направился к двери. Перед самым выходом махнул рукой:
— До завтра, короли банкротства.
— Вали уже, придурок, — буркнул Джоэл, но в голосе слышалась не злость, теплота.
— До завтра — крикнула вслед Алекс, смеясь.
Джоэл закрыл за Майком дверь и выдохнул. Комната снова наполнилась тишиной. Он повернулся, увидел, как Алекс пытается собрать игровое поле, и подошёл, чтобы помочь. Они молча складывали карточки, сворачивали деньги, аккуратно запихивали их в коробку. Закончив, Джоэл поднялся, поставил игру на верхнюю полку в нише стены, и повернулся к Алекс:
— Ты точно не хочешь есть? — переспросил он, заметив, как она ерзает на полу.
Алекс хитро прищурилась, улыбнулась и приподняла бровь:
— А знаешь, чего я действительно хочу?
Джоэл фыркнул, подходя ближе и подхватывая её на руки:
— Я весь во внимании. Только давай без такого, из-за чего мне придётся бродить по тёмным улицам, чтобы это тебе достать.
— О, поверь… — прошептала Алекс, скользнув рукой ему за шею, — То, чего я хочу… всегда при тебе.
Она коснулась губами его щетины, оставляя лёгкий поцелуй, от которого у Джоэла по телу прошёл тёплый ток. Он только усмехнулся, прижимая её к себе крепче.
— Тогда у нас одна проблема, милая, — прошептал он, наклоняясь ближе, — Я тоже этого чертовски хочу.
Джоэл аккуратно занёс Алекс в спальню и опустил на кровать. Его движения были осторожны, почти трепетны. Он помог ей снять толстовку, стянул с себя футболку и склонился над ней, не сводя взгляда с её глаз. Его губы мягко касались её шеи, скул, ключиц. Его ладони сначала нежно скользнули по её талии, затем поднялись выше, к её груди, и снова вниз к бёдрам. Всё в нём жаждало быть ближе, ощутить её полностью. Он начал медленно устраиваться между её ног, при этом стараясь не задеть повреждённую ногу, но случайно зацепил щиколотку.
— Ай, больно… — скривилась Алекс, её голос дрогнул.
— Прости… — прошептал Джоэл, отпрянув лишь на миг, но тут же вернулся к поцелуям, теперь более осторожно. Он спустился к её шее, вдыхая запах её кожи, пытаясь вновь погрузиться в этот момент.
Однако очередное неудачное движение бёдром, и снова болезненный вскрик Алекс.
— Твою мать… — рявкнул Джоэл, резко остановившись. Он перелез через неё и лёг рядом, уставившись в потолок, сжав челюсть от бессилия.
— Это невыносимо, — сказал он глухо, злясь не на Алекс, а на себя, на ситуацию, на этот чёртов мир.
Алекс повернулась к нему, взгляд её был наполнен и виной, и болью.
— Прости… — тихо произнесла она.
Он ничего не ответил, только протянул к ней руку, обнял за плечи и прижал к себе.
— Любовь моя… — тихо позвал Джоэл, его голос прозвучал чуть тише, чем обычно, с неуловимой ноткой волнения.
Алекс приподнялась на локтях, её волосы упали на плечи, и она посмотрела на него, чуть прищурившись от сонного света лампы.
— Ты сказала… что мы с тобой семья. — Джоэл проглотил ком в горле, стараясь говорить спокойно. — Ты правда так думаешь… или это была просто шутка?
Он пытался придать голосу уверенности, но слова всё равно прозвучали неуверенно, он боялся услышать ответ.
Алекс приподняла брови и искренне удивилась:
— Конечно, семья. А ты что, думал иначе?
Она слегка усмехнулась и, глядя прямо ему в глаза, добавила:
— Мы живём вместе, мы любим друг друга, чёрт, да мы только что вместе просрали всё имущество в монополии. Разве это не делает нас семьёй?
Джоэл улыбнулся, почти неосознанно. Он сел рядом, опёрся на ладони, и несколько секунд просто смотрел на неё.
— Нет… мы семья. — повторил он медленно, словно пробуя слова на вкус. — Просто… я не думал, что ты тоже так считаешь.
Его голос дрогнул, и в этот момент он понял, насколько для него это было важно. Алекса не просто была женщиной, которую он любит. Она стала его домом. Его смыслом. Семьёй, которую он так давно потерял… и, наконец, снова обрёл.