37
Утро в отделе началось с конверта. Наташа, придя на работу, нашла его на своем столе – простой белый конверт без марок и обратного адреса, как и все предыдущие послания от анонима. Но внутри было не очередное доказательство, не подсказка, а угроза.
«Ты слишком близко, капитан. Остановись, пока не поздно. Следующая пуля будет для тебя».
Наташа прочитала записку, и холодок пробежал по спине. Она перечитала еще раз, чувствуя, как сердце ускоряет бег. Не страх, а злость. Кто-то решил запугать её. Значит, они действительно близко.
В этот момент в кабинет вошёл Нугзар с двумя стаканчиками кофе. Увидев её лицо, он нахмурился.
— Что случилось?
Она молча протянула ему записку. Он прочитал, и его челюсть сжалась.
— Когда это пришло?
— Утром, на столе. Кто-то проник в отдел ночью.
— Или это подбросили через охрану. — Нугзар достал телефон. — Я вызову эксперта. Сравним почерк с предыдущими посланиями анонима и с запиской, оставленной на месте убийства Крылова.
— Ты думаешь, это от убийцы?
— Думаю, что это либо он, либо кто-то, кто хочет, чтобы мы так думали. — Он уже набирал номер. — Нужно проверить.
Через час приехал эксперт-почерковед. Наташа, Нугзар и команда с замиранием сердца наблюдали, как он сравнивал образцы: угрожающую записку, предыдущие послания анонима и текст, оставленный на месте убийства Крылова («Двое из нас могут хранить секрет»).
— Есть совпадения, — наконец сказал эксперт. — Не стопроцентные, но характерные элементы. Например, наклон букв, давление пера, форма заглавных «Т». С вероятностью 80% все три текста написаны одним человеком.
— Значит, аноним – убийца, — резюмировал Даня.
— Или убийца – аноним, — поправил Миша. — Он сам подкидывал нам улики, вёл по следу, а теперь, когда мы подобрались слишком близко, решил запугать.
— Но зачем ему это? — спросил Эд. — Если он хотел, чтобы мы нашли убийцу, зачем угрожать Наташе?
— Может, он не хочет, чтобы мы нашли его самого, — ответил Нугзар. — Он играет с нами. Даёт ровно столько, сколько нужно, чтобы мы двигались в нужном ему направлении, но не приближались к истине.
Наташа сжала кулаки.
— Я не отступлю. Пусть угрожает. Это только доказывает, что мы на верном пути.
В этот момент дверь открылась, и на пороге появился Игорь Сергеевич. Он был в форме, при погонах, с неизменным холодным выражением лица.
— Наталья, мне нужно поговорить с тобой. Наедине.
Наташа и Нугзар переглянулись. Нугзар едва заметно кивнул и вышел вместе с командой, оставив их вдвоём.
— Что ты хочешь? — спросила Наташа, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Отец прошёл к столу, сел напротив. Его взгляд упал на записку, которую она так и не убрала.
— Что это?
— Рабочие моменты.
— Угрозы? — он взял листок, прочитал. — Тебе угрожают? И ты молчишь?
— Я справлюсь. Зачем ты пришёл?
Он отложил записку, посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом.
— Я уезжаю в командировку. В Краснодар. На две недели. Хотел предупредить.
— Чтобы я не волновалась? — усмехнулась она.
— Чтобы ты знала, где я, если… — он запнулся. — Если что-то случится.
Наташа почувствовала, как внутри закипает давняя обида. Она посмотрела на него – на этого чужого, холодного человека, который когда-то был её отцом, а теперь просто фигура из прошлого, вновь возникшая в её жизни в самый неподходящий момент.
— Пап, — вдруг спросила она, — можно тебя кое о чём спросить?
Он насторожился.
— О чём?
— Когда ты ушёл от мамы, у твоей новой жены… у неё сразу появились машина, квартира, дорогие вещи. Откуда у вас тогда были деньги? Ты же получал обычную зарплату.
Лазарев замер. Его лицо, обычно непроницаемое, на секунду дрогнуло. Он отвёл взгляд.
— Это не твоё дело.
— Моё, — твёрдо сказала она. — Потому что сейчас я расследую дело, в котором фигурируют огромные суммы, исчезнувшие семь лет назад. И мне интересно, откуда у простого оперативника появились средства на такую роскошь.
— Ты смеешь подозревать меня? — в его голосе зазвучал металл.
— Я задаю вопрос. Ты можешь ответить.
Лазарев помолчал, потом медленно произнёс:
— Я взял кредит. Тогда это было возможно. Квартира в ипотеку. Машина – подержанная. Ничего особенного.
— Кредит? В каком банке?
— Это было давно, я не помню.
— А документы сохранились?
— Наталья, что за допрос? — он повысил голос. — Я твой отец, а не подозреваемый!
— Именно поэтому я спрашиваю, — она не отводила взгляда. — Потому что если у тебя есть что скрывать, лучше скажи сейчас. Потом может быть поздно.
Он встал, резко, опрокинув стул.
— Я не обязан перед тобой отчитываться. Я пришёл по-хорошему, предупредить. А ты… — он махнул рукой. — Вижу, московский майор совсем тебе голову задурил.
— Не смей трогать Нугзара!
— Нугзар? — он усмехнулся. — Ты уже по имени? Красиво живёте, капитан. Только не забудь: этот твой Нугзар тоже не без греха. Я навёл справки. У него в прошлом тёмных пятен больше, чем у меня.
В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошёл Нугзар. Увидев разъярённого Лазарева и бледную Наташу, он замер на пороге.
— Я не вовремя? — спросил он спокойно.
Лазарев метнул на него взгляд, полный ненависти, и, не сказав ни слова, вышел, чуть не задев плечом.
Наташа выдохнула и опустилась на стул.
— Ты как раз вовремя, — прошептала она.
Нугзар подошёл, сел рядом, взял её руку.
— Что он сказал?
— Спрашивал про угрозы. Сказал, что уезжает в Краснодар. А когда я спросила про деньги, которые появились у его новой жены после ухода, он… занервничал.
— Деньги?
— Да. Сразу после того, как он бросил нас с мамой, у его новой женщины появились квартира, машина, дорогие вещи. Он говорит, что взял кредит, но…
— Но кредит семилетней давности легко проверить, — закончил Нугзар. — Если он врал, значит, есть что скрывать.
— Ты думаешь, он мог быть связан со «Славянами»?
— Я думаю, что нам нужно проверить всё, что связано с твоим отцом, — мягко сказал он. — Не потому что я хочу его посадить, а потому что если он невиновен, правда его оправдает. А если виновен… мы должны знать.
Она кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком.
— Я боюсь, Нугзар. Боюсь, что он окажется тем, кого мы ищем.
— Тогда мы встретим это вместе, — он обнял её. — Как всегда.
Вернувшаяся команда отвлекла их от тяжёлых мыслей. Эд сиял:
— Я нашёл! Тайный счёт Аналитика! Семь лет назад, сразу после разгрома «Славян», на него поступила огромная сумма – почти все деньги банды. Со счёта потом регулярно снимали небольшие суммы, предположительно на жизнь. А последнее движение было… месяц назад. Небольшой перевод на карту
— На чью карту? — спросил Нугзар.
— Заблокировано. Но я работаю над этим. Нужно время.
— А я с Даней опрашивали соседей в гаражах, где убили Крылова, — подключился Миша. — Один пенсионер вспомнил, что видел в тот вечер мужчину. Высокий, подтянутый, курил возле машины. Приметил, потому что тот что-то крутил в руках. Блестящее, похожее на монету.
— Монету? — переспросила Наташа.
— Да. И ещё соседка видела, как этот мужчина помогал выйти из машины другому, явно нетрезвому. Она думала, что приятели. А потом уехали. Время совпадает.
— Значит, убийца привёз Крылова в гараж уже мёртвым или оглушённым, — резюмировал Нугзар. — А монета… это же талисман Аналитика. Который был у твоего отца.
Наташа почувствовала, как сердце пропустило удар.
— Или у того, кто его подставил.
— Но свидетель говорит, что мужчина был левшой. Заметили, как он зажигалку держал в левой руке.
— Отец – правша, — машинально сказала Наташа. — Он всегда всё делал правой.
— Это аргумент, — согласился Нугзар. — Но монета… слишком много совпадений.
Эд вдруг поднял голову от планшета:
— Ребята, я, кажется, понял, что за символы на теле Крылова. Это не просто метка. Это координаты.
— Какие координаты? — подскочил Даня.
— Смотрите, — Эд развернул экран. — Если сложить линии, получается широта и долгота. Я прогнал через карты – это место в лесу, недалеко от той старой турбазы, где мы нашли тайник. Там ещё один участок.
— Там может быть что-то важное, — сказал Нугзар. — Нужно ехать.
— Завтра с утра, — решила Наташа. — Сейчас уже поздно, да и готовиться надо. Эд, сбрось координаты всем. Даня, подготовь группу. А мы с Нугзаром… подумаем, как обезопасить себя от угроз.
Команда разошлась. Наташа подошла к окну, глядя на темнеющий город.
— Знаешь, — тихо сказала она, — если мой отец замешан… я не знаю, как с этим жить.
Нугзар подошёл сзади, обнял за плечи.
— Будешь жить. Как жила до него. Ты сильная.
— С тобой – да. — Она повернулась к нему. — С тобой я всё выдержу.
Он поцеловал её в лоб.
— Тогда идём домой. Завтра важный день.
Они вышли из отдела, и ночной город встретил их тишиной. Где-то в этой темноте прятался Аналитик, а может, и её отец. Но сегодня у неё была опора: его рука, его тепло, его любовь. И это давало силы идти дальше, несмотря ни на что.