Глава 156. Грядущая буря XIV
Первоначальный план лидера клана Миа заключался в том, чтобы до прибытия Котла Девяти Драконов сначала заманить и убить Сюань У вместе с группой могущественных Отступников, использовать их тела в Южном море и открыть скрытое царство. Когда у Миа появятся свои «духовные горы», он воспользуется этими «духовными горами», чтобы захватить Котел Девяти Драконов. Если же Сюань У окажется слишком силён, он использует Отступников, чтобы сдержать его, а когда прибудет Котел Девяти Драконов, столкнет их в смертельной схватке. А затем, когда Высвободившийся умрёт, а его сущность рассеется, найдёт возможность направить духовную энергию, чтобы пробить вход в скрытое царство Южного моря.
Всё это было разрушено эгоизмом Вангэ Лобао.
Вангэ Лобао, желая захватить скрытое царство Южного моря, преждевременно открыл вход своей кровью, но все испортил, не сумев сразу уничтожить Сюань У.
Теперь старейшина Линъюнь, владеющий Котлом Девяти Драконов, явно разгадал их намерения. Видя, что великий план терпит крах, глава клана Миа был вынужден прибегнуть к своему последнему козырю. Но глава клана был всего лишь Вознесшимся. Решившись силой вырвать Котёл Девяти Драконов, он сам раскололся, словно слоёная выпечка, пролежавшая три года.
Последнюю строку заклинания он не сумел договорить — сбился с ритма.
Но даже несмотря на это, огромный котёл в небе всё равно вышел из-под контроля.
Старейшина Линъюнь, управляющий Котлом Девяти Драконов, сам оказался поглощён им. Хотя он и был Высвободившимся пути укрощения зверей, как верно подметили последователь пути эликсиров Миа, который был поколением его младше — Котел Девяти Драконов имеет и долю Миа тоже.
Он был лишь одним из двух Высвободившихся клана Сюйи, тогда как его противником выступал весь клан Миа — объединённая воля всех: Вознесшихся и снизошедших, живых и мёртвых, праведников и нечестивцев.
В небе над морем девять гигантских драконов разрывались двумя силами. Их тела извивались так, будто готовы были завязаться в смертельный узел.
Звук их скрежета зубов был невероятно похож на звук разрывающихся жил земли западного континента. После нескольких схваток они, наконец, один за другим разинули свои кровавые пасти, и извергли только что поглощенную духовную энергию. Волна за волной ударяя ею по скрытому царству Южного моря, которое Вангэ Лобао вытащил на поверхность.
Двое других старейшин пути эликсиров из клана Миа, видя ситуацию, тоже были готовы пожертвовать чем угодно — пожертвовать главой клана.
Стоя по обе стороны, они положили руки ему на плечи, готовые позволить его телу разорваться на части. Они влили в него свою истинную энергию, заставив заклинание, которое едва не сорвалось, продолжиться.
Нужно лишь заполучить Котёл Девяти Драконов, всего лишь...
Будь то Вознесшийся или Высвободившийся, все присутствующие вскоре погибнут под драконьими когтями, превратившись в духовный ветер, который пробьет скрытое царство Южного моря и обрушит горы Линъюнь!
Западный континент, захваченный бесстыдными Сюйи, давно должен был пасть!
Именно в этот момент, внезапно, подобно удару грома и ветра, из-за спин троих членов клана Миа раздалась череда нот циня, будто вылетевшие из их собственных теней.
Вся истинная энергия трёх великих Вознесшихся Миа была втянута в этот тёмно-синий огненный шар, и никто не успел отреагировать на опасность сзади.
Энергия меча в звуках цинь была острой, словно северный ветер на заснеженной горе. Одним ударом отрубив руку главе Миа, темно-синее пламя упало вместе с отрубленной рукой.
Трое Вознесшихся Миа были отброшены звуками цинь, и Котёл Девяти Драконов мгновенно вырвался из-под контроля обеих сторон.
Среди этого хаоса глаза Чжомина чуть не вылезли из орбит.
— Туманная. Ива!
Но было уже не до сражений. Судьба клана Миа была решена, и возвращение Котла Девяти Драконов в руки Высвободившемуся старейшины Линъюнь оставалось лишь секундным делом. Ни безумцы, ни глупцы не хотели испытывать твёрдость своих черепов о Котёл Девяти Драконов.
Пять великих Вознесшихся Отступников, Сюань У... вся эта шайка злодеев, способная ввергнуть государство и народ в пучину бедствий, разлетелась, как мухи, когда вышедший из-под контроля Котел Девяти Драконов поднял волну хаоса.
Девять драконов, сбитые с толку открытым конфликтом между двумя кланами Южного Шу, набросились друг на друга. Эти девять червей собрали ещё больше духовной энергии и обрушили её на скрытое царство Южного моря.
Из глубин моря доносились глухие, тяжёлые удары, словно печать на тайном царстве готова разрушиться в любой момент. Звук вселил ужас в каждого.
Но страх был бесполезен. В такой ситуации только Высвободившийся Сюйи мог разрешить хаос. Смогут ли они подавить безумствующий Котёл Девяти Драконов, прежде чем духовное оружие гор разрушит тайное царство — это уже забота Линъюнь. Си Пин сделал всё, что мог. Как только его атака достигла цели, он даже не показался, позволив людям услышать музыку цинь, но не видеть его, и скрылся обратно в тайном проходе Миа.
Под духовным оружием гор Линъюнь никто не осмеливался направлять своё духовное сознание куда попало, а бурлящая морская вода, человеческие трупы и кровь животных затмевали обзор. Си Пин, быстро двигавшийся вперёд и назад, не заметил, что Вэй Чэнсян находилась от него менее чем в десяти чжан.
Сейчас слух был важнее зрения. Си Пин не видел Вэй Чэнсян, но Вэй Чэнсян слышала звук его циня.
Это был Тайсуй!
Она с трудом протянула руку из усовершенствованной лодки из ивовых листьев, пытаясь с помощью заклинания сбросить с себя груду расчленённых трупов, наваливавшихся на неё сверху. К сожалению, хотя полёт полубессмертной в мире смертных выглядел весьма впечатляюще, в месте, где поток духовной энергии мог смести духовные горы, она не могла вызвать даже лёгкого ветерка.
Заклинание лишь на мгновение вспыхнуло и тут же погасло. Тогда багровый дракон из девяти драконов, свернувшийся в жареный жгут, упал с неба и разнес груду тел.
Вэй Чэнсян и её маленькая лодочка легко скользили по воде, задев огромную голову багрового дракона. На миг её дыхание замерло — она почувствовала прикосновение к ледяной чешуе.
Смерть нежно поцеловала её в лоб и отпустила.
Огромный дракон издал долгий выдох, отбросив Вэй Чэнсян вместе с кучей трупов прочь. Объятая ужасом, словно маленькое крылатое насекомое, попавшее в шторм, она долго кружилась во все стороны, пока не ударилась о защитный духовный ветер одного из проходящих Вознесшихся.
Ногти Вэй Чэнсян, вцепившиеся в лодку, давно были вырваны. Сдерживая рвотный позыв, она сфокусировала взгляд. Словно по воле судьбы, она столкнулась со сбежавшими Тремя Героями Беспокойных Земель!
Местонахождение Тайсуя неизвестно. Она уже собиралась передать весть Королеве-матери Запада, но не успела открыть рот, как увидела, что глаза Императора Востока, следовавшего за Королевой-матерью Запада, блеснули.
В этот роковой миг алебарда Императора Востока метнулась в спину Королевы-матери Запада!
Гуанъань был последователем пути меча, и одного удара было бы недостаточно. Но эта тварь Ян Вань была всего лишь последователем пути эликсиров, вовсе не боец!
На протяжении многих лет Император Востока старался казаться вежливым, но в глубине души он люто ненавидел Королеву-мать Запада. Когда распущенные волосы Королевы-матери Запада мелькали перед его глазами в морской воде, это мгновенно воспламеняло злобу Императора Востока. Эта женщина была его позором... так пусть же её похоронят в Южном море вместе с трупами животных.
Зрачки Вэй Чэнсян резко сузились. Не раздумывая, она вытащила из-за пазухи какой-то предмет – это было «огнестрельное оружие», сделанное почти по образцу духовной пушки главнокомандующего Канцелярии Небесного Таинства Пан Цзяня. Его корпус была сделана из неизвестного материала, серебристого и блестящего, как ртуть. А вокруг него вились витки мелких, едва различимых письмен.
Чем напряжённее была ситуация, тем твёрже обычно становилась рука Вэй Чэнсян. Она подняла искусственную руку, подаренную Линь Чи, и, не колеблясь, нажала на курок.
Но из ручной пушки вылетела не пуля, а луч энергии меча.
Она изначально просто хотела слегка ударить по копью Императора Востока, чтобы предупредить Королеву-мать Запада и Лорда Гуанъань об опасности, но её саму едва не убило от силы энергии меча! В тот момент, когда энергия меча вырвалась наружу, огнестрельное оружие рассыпалось в щепки, а ей в лицо попала пыль от измельчённых духовных камней.
Еще более странным было то, что активируя этот бессмертный инструмент, он просто высасывал духовную энергию из окружающей среды, не проходя сквозь неё. Это определённо ощущалось как «упрощённое бессмертное оружие».
Она только что использовала «упрощённое бессмертное оружие», чтобы выстрелить лучом энергии меча, который был как минимум уровня Заложившего Основы...
Эта совершенно несравненная энергия меча ударила прямо в алебарду Императора Востока, отправив её в полет — вместе с самим Императором Востока!
Нет, это была энергия меча Вознесшегося!
Эта пушка, помимо лодки из ивовых листьев, была вторым подарком от Тайсуя. Тогда он лишь сказал, что её изготовил Мастер Линь, в рамках разработки некоего «проводящего дух золота». На данном этапе её можно было использовать только один раз, и оружие было не очень стабильным. Он велел ей беречь оружие, и если она столкнётся с опасной для жизни ситуацией в Южном море, оно даст ей шанс спастись.
Вэй Чэнсян тогда подумал, что это ещё один защитный бессмертный артефакт, созданный добрым и щедрым Мастером Линь...
Королева-мать Запада и Лорд Гуанъань были поражены этой разрушительной энергией меча. Император Востока, видя, что ситуация обернулась против него, воспользовался случаем и позорно бросился бежать в противоположном направлении. И тут на них обрушился ещё один яростный духовный ветер, поднятый девятью драконами.
Вэй Чэнсян унесло духовным ветром, её разум помутился, словно мозг превратился в кашу: «Если в мире существуют такие духовные оружия... существуют такие вещи... то какой смысл в совершенствовании? Зачем очищать Остов? Зачем искать Путь?»
Лорд Гуанъань подхватил Королеву-мать Запада.
— Подожди, что это... — сказала Королева-мать Запада.
— Эта энергия меча принадлежит таинственному мастеру, который только что одолел главу клана Миа. Его совершенствование не уступает нашему. Не переживай, поблагодарим позже, а сейчас нужно уходить!
Их силуэты как раз успели исчезнуть, растворившись в воздухе. А энергия меча, которая едва не разрубила алебарду Императора Востока, так и не рассеялась. Когда Император Востока уклонился от удара, энергию меча подхватил духовный ветер и направил его в сторону запечатанного тайного царства Южного моря. Раздался грохот — духовный ветер и энергия меча пробили воронку над печатью скрытого царства Южного моря. В мгновение ока Вэй Чэнсян провалилась в водоворот... и потеряла сознание.
Из глубин скрытого царства Южного моря донёсся зловещий треск. Почти одновременно небо пронзили драконьи рёвы. Их голоса постепенно угасали и Котёл Девяти Драконов вновь озарился светом. Высвободившийся старейшина Линъюнь в последний момент всё-таки смог вернуть контроль над Котлом Девяти Драконов.
Прежде чем очередной мощный духовный ветер смог достичь поверхности моря, его поглотил Котел Девяти Драконов. Девять драконов взмыли над Южным морем, жадно поглощая большими глотками беспорядочную духовную энергию.
Лишь спустя долгое время водоворот над скрытым царством Южного моря наконец рассеялся. Скрытое царство, пробуждённое кровью Вангэ Лобао, издало протяжный стон и вновь погрузилось в морские глубины.
К тому часу все Отступники, и великие, и ничтожные, разбежались, не оставив ни волоска. На поверхности моря остались лишь следы клана Миа. Это был полный хаос.
Старейшина Линъюнь, прежде выглядевший как молодой человек, теперь же наполовину поседел. Изъяв Котел Девяти Драконов, он направил своё духовное сознание к западному континенту и увидел, что буря в горах Линъюнь наконец утихла. Находясь на грани неминуемой катастрофы, духовные горы сохранились, как и жилы земли Южного Шу... но духовному сознанию Высвободившегося старейшины было ясно, что духовные горы сильно пострадали. Почти половина их духовной энергии была утрачена.
Кровь в Южном море постепенно растворялась. Солнце снова показалось на небе, но уже клонилось к западу.
В Котле Девяти Драконов разносился скорбный плач. Даже путь укрощения зверей, который не искусен в наблюдении за судьбой, что-то почувствовал.
Один из двух оставшихся Высвободившихся старейшин гор Линъюнь, вздохнул и исчез вместе с Котлом Девяти Драконов — ему ещё предстояло вернуться и навести порядок.
Никто не знал, что когда обрушилась последняя волна духовного ветра, заключенная в ней энергия меча Вознесшегося, случайно пробила крошечную щель в скрытом царстве Южного моря. Сквозь неё бесследно исчез таинственный Пробудивший Дух полубессмертный.
Лу-у получили приказ уничтожить выживших членов клана Чжао и тут же принялись за дело. После восьми лет молчаливого ожидания и скрытой скорби многие извлекли из горчичных зёрен личные реликвии павших товарищей, погребённых в Южном Шу, и повесили их себе на грудь.
Чжао Циньдань не была известна Лу-у, которые долгие годы действовали на территории Шу. Средних лет воин Лу-у, пришедший с Си Пином из уезда Тао, опасался, что кто-то в пылу ярости может неправильно понять — всё-таки она тоже носила фамилию Чжао. Поэтому он остался рядом с ней и с жителями Беспокойных Земель, и тихо сказал:
— Госпожа, духовных камней семьи Чжао в изобилии, думаю, вы тоже могли бы использовать их, чтобы завершить заложение основ. Эти ресурсы изначально... в общем, я постерегу вас.
Чжао Циньдань помолчала немного, а затем спросил:
— Где Тайсуй?
— Полагаю, Тайсуй чем-то занят, мы сейчас не можем с ним связаться, — ответил мужчина. — Не беспокойтесь, он привел вас, тоже желая помочь с заложение основ. К тому же на этот раз вы совершили великий подвиг. Он придумает, как уладить ваши счета за духовные камни.
Чжао Циньдань натянуто улыбнулась:
— Спасибо, в этом больше нет необходимости.
Сказав это, она отошла в угол, чтобы помедитировать.
Лишь когда её тревоги утихли, а жилы земли успокоились, она обнаружила, что её желание к культивации и заложению основ полностью рассеялось.
Какой в этом смысл?
Она уже не могла вернуться к ортодоксальным бессмертным школам. А если бы она пошла по другому пути, то стала бы похожа на Трёх Героев Беспокойных Земель или мятежницу клана Миа.... или же поменялась бы местами с Сюй Жученом из Лу-у и стала бы женой третьесортного императорского внука.
Тот самый третий внук давно уже находился под полным контролем Лу-у — от его титула осталась лишь оболочка. Через несколько десятков лет он все равно умрет естественной смертью. Если смотреть на это проще, то для нее не составило бы большого труда пойти туда.
Но она не в силах отделаться от неприятных мыслей.
Она какое-то время жила с А-Сян в уезде Тао. Иногда, когда они говорили о прошлом глубокой ночью, они действительно находили общий язык, вспоминая отчаянные ситуации, через которые им пришлось пройти. Но Чжао Циньдань чувствовала, что между ними всё же есть разница. А-Сян бежала, спасая свою жизнь, а она бежала от замужества. Те, кто спасал свою жизнь, бились в трещинах, порой не обращая внимания кем они были — мужчинами или женщинами, старыми или юными. Но все те, кто бежал от договорных браков, подвергались безжалостным унижениям, потому что они «родились женщинами». Это унижение росло в основе её Духовно Стези, стало его частью, мешая ей быть гибкой и уметь приспосабливаться.
«Старший Тайсуй, можете ли помочь младшей и указать путь в этом лабиринте?»
В дереве перерождений царила тишина. У каждого был свой путь. И дорогу из лабиринта каждый должен был найти сам.
Си Пин не слышал её голоса. Он прятался.
Пыль, поднятая суматохой скрытого царства Южного моря, улеглась. Он вернул духовное сознание Чжоу Ина обратно в Цзиньпин, оставил некоторые указания для Лу-у, а затем наложил на свою духовную платформу успокаивающие разум заклинание, блокируя все голоса в дереве перерождения.
Скрыв свою ауру, он выбрал наугад место для высадки и бесшумно сошёл на берег, вернувшись на главный полуостров Южного Шу, что на западном континенте.
Он не придал значения месту, куда ступил, и не знал, куда направляется. В растерянности он добрался до небольшого городка Южного Шу, названия которого не знал.
Это место, судя по всему, находилось недалеко от гор Линъюнь — земные жилы также были повреждены. Половина построек в городке обрушилась, но всадники Укротители Драконов временно стабилизировали разорванные жилы земли при помощи бессмертных артефактов, дожидаясь, пока внутренняя школа не отправит кого-то для полноценного восстановления.
Всех жителей правительственные солдаты эвакуировали и временно разместили за пределами города. Благодаря Снизошедших, контролировавшим ситуацию, порядок еще сохранялся. Уже становилось поздно. По обеим сторонам улиц расставили большие котлы, и солдаты начали организовывать людей для кипячения воды и приготовления пищи.
Си Пин снял свою маску духовного образа. Теперь он выглядел как уроженец Вань.
В сражении с Вознесшимся Миа его руки были изранены порвавшимися струнами цинь. Он был весь в крови, но не обращал на это внимание. Си Пин выглядел как потерявший душу нищий странник. Одна девочка из клана Миа с зелёными глазами несколько секунд смотрела на него, потом осторожно подбежала и, потянув за рукав, стала что-то показывать жестами.
Си Пин опустил глаза, посмотрел на это маленькое создание, едва достающее ему до пояса:
— Я понимаю.
И девочка детским голосом сказала:
— Моя старшая сестра – аптекарь. Дяденька, подождите немного.
Сказав это, она с важным видом на своих коротких ножках побежала прочь, будто несла на себе какую-то крайне важную миссию Снизошедшего.
Си Пину и так не было куда идти, поэтому он стоял на месте, равнодушно глядя на небо, где все еще ярко сияли последние лучи солнца.
Успокаивающий разум заклинание было бесполезным. Даже если он их не слышал, – Смотритель Судеб, брат, Юй Чан с кровоточащими от ярости глазами, поседевший Юннин-хоу... все они преследовали его, словно призраки, неумолимо сжимая его всё туже и туже, словно легендарные бессмертные путы. Ему не хватало воздуха.
Жители Вань ростом повыше жителей Шу. Стоя на месте, он напоминал журавля среди кур, и вскоре его снова заметили.
— Молодой человек, вы путешественник или торговец?
— Из Вань? Один? С такой нежной кожей, должно быть, молодой господин, отстал от семьи... а откуда эта кровь?
Когда они обнаружили, что он понимает язык шу, к нему сразу же подошло довольно много людей с вопросами. Видя, что его реакция немного замедлена, словно он был до смерти напуган катастрофой, группа людей Сюйи подтянула его к себе.
Кто-то подал ему миску, кто-то позвал человека, похожего на босого доктора, чтобы тот смыл с него кровь, а кто-то неподалёку начал напевать песню Шу, утешая всех, что катастрофа скоро закончится.
Он отпил глоток сладкой овощной каши из миски, и все воспоминания о мирской жизни с грохотом вернули его на место. Си Пин вспомнил, как в детстве ездил с людьми из дома Цуй Цзи погулять в столицу Южного Шу — город Чжаое — и, заворожённый гибридными фальшивыми духовными зверями, которых там разводили, он случайно потерялся. В то время он не знал ни слова на языке шу и не боялся незнакомцев. Он глупо улыбался всем, кого видел. Его также подобрали местные жители. Они говорили с ним на корявом языке Вань, пели песни, пытались подбодрить.
Жители Шу всегда были гостеприимны и с добрыми сердцами. Они пели, когда были счастливы и когда им было грустно. Пока они живы, они будут делать все возможное, чтобы оставаться веселыми.
Точно, в юности он много путешествовал, и больше всего ему нравился именно Южный Шу.
Си Пин некоторое время задумчиво смотрел на миску, его взгляд снова сфокусировался.
Вдруг он что-то почувствовал и поднял голову. Вдали он увидел маленькую девочку, которая бегала искать для него лекарственные травы. Она стояла вдали, держа небольшой бумажный свёрток в руках. Увидев, что он оказался в окружении людей Сюйи, она замерла с растерянным выражением лица.
Затем она взглянула на него и молча ушла.
Почему-то именно этот взгляд пронзил его сильнее, чем пальцы, порезанные лопнувшими струнами циня. Его духовная платформа дрогнула, разбив хрупкое заклинание, успокаивающий разум.
Си Пин крепко сжал табличку с именем ученика, который спрятал в одежде.
И в этот момент он услышал голос Вэй Чэнсян:
— С-старший... вы меня слышите? Можете взглянуть?