24. Побег.
Раненых было меньше, чем ожидали.
Потому что Глейд научился драться. Но усталость стала критической.
Ньют сказал:
— Мы не выдержим ещё неделю.
Алби:
— Значит, у нас нет недели.
Все посмотрели на Томаса.
Потом — на карты.
Совет собрали сразу после перевязок. Карты покрывали весь стол.
Минхо начал.
— Мы закончили сводить циклы.
— Секции двигаются по повторяющемуся алгоритму. - добавил Томас
Мари:
— Как шестерни часов.
— Значит, есть точка, где всё сходится. - тихо сказала Тереза.
Минхо указал на схему:
— Здесь. Центр управления.
— Там выход? — спросил Ньют.
— Мы не уверены... Но это точно будет нашим ответом. - ответил Томас.
Мари добавила:
— Гриверы не просто охрана. Они — ключ. Они возвращаются туда же.
Тереза вздрогнула:
— Значит, нужно идти за ними.
— Это самоубийство. - громко сказал Галли. — Вы ведёте людей на бойню.
— Мы ведём их к выходу. - возразил Томас.
— Или к смерти!
— Мы уже умираем. Медленно. - спокойно добавила Мари.
Тишина.
Он посмотрел на неё долго.
И сдался первым:
— …Ладно.
Минхо:
— Это будет последний забег.
Ньют:
— Или первый шаг наружу.
После Совета Мари стояла у карты.
Минхо подошёл.
— Боишься?
— Нет.
— Передумаешь — скажи.
— Не передумаю.
— Почему?
Она ответила тихо:
— Потому что я уже выводила людей из осады.
Он долго смотрел ей в глаза, пытаясь понять, что она имеет в виду.
— Тогда выведи нас тоже. Я надеюсь на тебя, цыпочка.
— Обязательно.
Вечером Глейд выглядел иначе.
Не уставшим.
Собранным.
Люди знали: Следующий выход — решающий. Мари сидела у костра и рисовала. Не лабиринт. Элиндру.
Горящие теплицы. Сестёр в снегу. Потом рядом — каменные стены Глейда. Два мира. Одна война.
Минхо сел рядом:
— Что рисуешь
— Места, где я выжила.
— И какое страшнее?
Она посмотрела на открытые ворота:
— Оба. Я ещё ни из одного не выбралась.
Глейд впервые за долгое время был… тихим.
Не из-за покоя. Из-за понимания. Завтра половина из них либо выйдет — либо не вернётся. Костры горели низко. Люди сидели ближе друг к другу. Никто не хотел быть один.
Мари и Тереза сидели у медблока, перебирая бинты — уже по привычке.
Тереза нарушила тишину:
— А если мы не выберемся.
— Выберемся.
— А если нет?
Мари посмотрела на неё:
— Тогда мы хотя бы умрём, пытаясь.
Тереза сжала её руку:
— Я рада, что ты со мной.
— Я тоже.
Пауза.
— Если завтра станет страшно…
— Я буду рядом, — закончила Мари.
Чак принёс им маленький деревянный амулет.
— На удачу.
— Ты сам вырезал?
— Да. Криво, но от души.
Она надела его. Теперь на шеи Мари красовался не только Кристал элиндры, но и амулет Чака.
Тепло.
— Тогда точно выживу.
Он улыбнулся, но глаза были влажные.
Минхо нашёл её у ворот. Как всегда.
Они молча смотрели в Лабиринт.
Он начал:
— Завтра будет мясорубка.
— Знаю.
— Я не смогу всё время тебя прикрывать.
— Я не прошу.
Он усмехнулся:
— Врёшь.
Пауза.
Потом серьёзно:
— Если станет выбор… между выходом и тобой…
— Выбирай выход. - перебила она его.
— Нет.
Она нахмурилась:
— Минхо.
Он сказал тихо, но твёрдо:
— Я уже выбрал.
Тишина ударила сильнее любых слов.
— Когда? — спросила она.
— Когда дал тебе кинжал.
Она смотрела на него долго.
— Тогда вернись со мной. - прошептала она.
— Только если ты не умрёшь раньше.
— Договорились.
Ночью гриверы не пришли. Странно. Неужели их пожалели?
Глейд засыпал у костров. Мари — нет.
Она рисовала последний рисунок:
Все они у ворот. Живые. До выхода.
Она закрыла альбом, будто ставя точку.
Утро началось без крика.
Без команд. Все уже стояли у ворот. Вооружённые. Готовые. Испуганные.
Перед входом Алби сказал:
— Сегодня мы либо выходим… либо умираем свободными.
— Держаться группами! - добавил Ньют.
Томас посмотрел на Мари:
— Готова?
— Нет, а как у такому подготовиться?
— Отлично. Значит, жива.
Они вошли в лабиринт. Бежали сразу. Без разведки. По маршруту, который собирали годами. Гриверы появились быстрее, чем когда-либо. Будто знали.
Началась бойня. Многих потеряли.
Алби уже был слаб после укуса гривера, но всё равно пошёл с ними — потому что он был лидером до конца.
Когда твари напали, всё произошло слишком быстро. Металлический визг. Щёлканье клешней. Крики. Алби оттолкнул одного из них, закрывая других.
— БЕГИТЕ! — заорал он.
Гривер пронзил его шипом. Он упал на колени, но всё равно держал тварь, не давая ей ринуться за остальными.
Последний взгляд — спокойный.
Будто он уже принял решение.
— Выведите их… — прошептал он.
Двери коридора захлопнулись, отрезав его навсегда.
— АЛБИИ!!! - зарыдал Ньют.
— Нам уже его не спасти. Уходим. - взяв ньюта за плечи сказал минхо.
Никто тогда не смог возразить.
Потом началась вторая волна. Третья. Люди стали погибать друг за другом. Из тьмы выскочил гривер.
Слишком быстро.
Шип вонзился Галли в плечо.
Галли закричал — яростно, не от боли, а от злости. Они отбили тварь, но…
Все понимали. Он тоже понимал.
— Не смотрите так. - прохрипел он. — Я не пойду с вами.
— Мы можем донести тебя! — сказала Мари .
Он покачал головой.
— Если обращусь… я вас убью.
Тишина.
Самая тяжёлая из всех. Он отошёл назад, к тёмному коридору.
— Идите. Закончите это.
Перед тем как скрыться во тьме, он добавил:
— И не смейте умирать. Иначе зря всё это.
Они оставили его там. И это решение жгло сильнее любого укуса.
Они добрались до центра управления.
Дверь. Код. Панели. Тереза вспомнила символы. Томас активировал систему.
После бесконечных коридоров, после бега, криков, металла и крови — тишина этого места казалась неправильной. Слишком чисто. Слишком светло. Дверь открылась с тяжёлым механическим вздохом.
Внутри было помещение, больше похожее на лабораторию: экраны, провода, столы. Запах — стерильный, холодный. Не запах Лабиринта.
Томас шагнул первым. Остальные — следом. На стене вспыхнул экран. Женщина. Спокойная. Уверенная. С тем самым холодным выражением людей, которые считают, что делают «правильные» вещи. Она начала говорить. Про эксперимент. Про Вспышку. Про то, что они — избранные. Про то, что всё это было «необходимо». Слова падали тяжело. Как камни. Мари стояла чуть позади, сжав руки. Внутри всё сжималось — не от страха… от злости. Когда видео закончилось, в комнате повисла глухая тишина. Томас первым заметил дверь в дальней стене.
— Выход… - хрипло сказал он.
Надежда вспыхнула сразу у всех.
Он подошёл. Положил руку на панель.
Дверь начала открываться. И именно в этот момент они услышали щелчок.
Металлический. Чужой. Они обернулись.
Галли.
Он стоял у входа, опираясь на стену. Глаза — мутные, искажённые. Вены потемневшие. Движения — рваные.
Метаморфоза.
В руке — пистолет. Он целился прямо в Томаса.
— Ты… — прохрипел он. — Ты с ними. Ты всё это устроил…
— Галли, нет… - Ньют сделал шаг вперёд.
— НЕ ПОДХОДИ!
Он дёрнулся, палец сильнее лег на курок. Томас не двигался. Смотрел прямо на него.
— Я не враг тебе. - тихо сказал он.
— Врёшь!
Выстрел....
Но не в Томаса.
Чак.
Он рванул вперёд, даже не подумав. Пуля вошла ему в грудь. Время будто остановилось.
— ЧАК! — крик Мари сорвался в истерику.
Мальчик упал, и Томас подхватил его, опускаясь на колени.
Кровь… слишком много крови.
— Эй… — Чак слабо улыбнулся. — Я же говорил… что прикрою тебя…
— Нет, нет, нет… - Томас задыхался. — Ты не умрёшь, слышишь?
Мари рухнула рядом, руки дрожали, когда она пыталась зажать рану.
Слёзы текли, не останавливаясь.
— Чак… пожалуйста… пожалуйста…
Он перевёл взгляд на неё.
Улыбнулся — по-детски, как всегда.
— Не плачь… Мари…
Он с трудом вытащил что-то из кармана. Фигурку. Ту самую. Протянул Томасу.
— Отдай… моим родителям… скажи… что я не боялся…
Рука его ослабла. Мари накрыла её своей, сжимая. Склонилась ближе, лоб к его лбу. Слёзы капали на его лицо.
И шёпотом, сквозь дрожь, она сказала:
— Velara na… Chak…
Velara na sel… en dra velena. ( Да встретимся мы вновь… Чак…
Обязательно встретимся… в тёмном свете. )
Его дыхание сорвалось. И остановилось.
Тишина.
Томас закричал. Сзади раздался глухой удар. Минхо. Он метнул копьё ещё в момент выстрела. Оно пробило Галли грудь, и тот рухнул на пол, не двигаясь. Но сейчас уже никто не смотрел на него. Все — только на Чака. Мари всё ещё держала его руку, будто если отпустит — это станет окончательно.
— Он не должен был… - прошептала она. — Он ребёнок…
Ньют отвернулся, сжав челюсть. В этот момент в помещение ворвались вооружённые люди в чёрном.
— Они здесь! Быстро!
Свет ослепил. Шум. Голоса.
— Мы спасём вас! Вы в безопасности!
Слово «спасём» прозвучало почти издевательски.
Минхо помог подняться Мари. Она не хотела отпускать Чака.
— Мари… — тихо сказал он. — Нам нужно идти...
Она в последний раз провела рукой по волосам мальчика. Закрыла ему глаза. И только тогда встала. Их вывели через ту самую дверь. В коридоры — уже не каменные, а металлические. В «безопасное место».
Но у Мари внутри было только одно чувство: Они выбрались из лабиринта. Но Лабиринт не закончился. Он просто изменил форму.