Озвучивание не поддерживается в этом браузере
8. Первый костер часть 2.
Мари чередовалась. Сначала наблюдала за глейдерами, потом смотрела на Терезу. Она хотела защитить её.
Тереза похожа на Соню. Тот же характер.
Тут перед глазами появилась фигура.
— Чего так смотришь на меня, цыпочка? Влюбилась?) - по издевке спросил минхо.
Но Мари не ответила. Даже не повернулась в его сторону.
— Держи - он протянул ей кинжал, который желала девушка.
Тогда она наконец взглянула на него.
— Почему ты отдаешь его мне?
Он сел рядом с ней.
— Разве ты не из за него на меня пялилась? Тем более я больше не смогу исполнять приказ адмирала алби. Завтра отправлюсь в лабиринт. Придётся тебе самой защищаться.
— Ясно, но почему ты отдаешь именно его? У вас есть целый склад оружия, а он выглядит рабочим. Будто бы ты им дорожил.
— Вот из за этого и отдаю - он посмотрел ей прямо в глаза будто и впрямь не хотел ничего в замен .
Спустя несколько секунд Мари отвернулась.
— Что ты хочешь? Ты ведь не просто так его отдаёшь.
— Хах, не бери на себя слишком много, цыпочка, это просто подарок
Она медленно приняла кинжал. Он был тяжелее, чем казался. Рукоять тёплая — от его ладони. Потёртая, идеально под пальцы. Она автоматически проверила баланс — лёгкое движение кистью.
Минхо заметил:
— Ты держишь его правильно.
— Я держала ножи раньше.
— Ножи — да. Но не бегунский клинок.
Она провела пальцем по лезвию — осторожно, не касаясь острия.
— Да уж, он точно не для показухи.
— Я не люблю показуху.
Она попробовала хват обратным захватом — быстро, почти рефлекторно.
Минхо прищурился:
— Этому тоже учат медиков?
— Нет. Этому учат там, где медики долго не живут.
Тишина повисла между ними.
— Теперь я спокоен, — сказал он.
— Почему?
Он закрепил ей клинок на поясе:
— Потому что ты не просто лечишь тех, кто идёт в Лабиринт. Ты выживешь, если Лабиринт придёт за тобой.
Она ничего не ответила. И впервые за долгое время… чувствовала себя в безопасности. Почему? Из за клинка?
— Ну ладно, цыпочка, уже поздно. Пойду спать, а то завтра в лабиринт как зомби пойду. Ты тоже не задерживайся.
Костёр догорал медленно.
То, что ещё час назад было шумом, смехом и криками — теперь превращалось в угли и редкие искры.
Глейд уставал… и уходил в сон.
— Ладно, ребята, всем пора уже спать.
Фрайпен начал разгонять всех:
— Всё, герои, жратва кончилась — праздник тоже! Кто завтра проспит подъём — жрёт остатки неделю!
Кто-то засмеялся, кто-то застонал.
Парни поднимались с травы, растягиваясь, толкая друг друга плечами. Новеньких провожали взглядами — уже не настороженными, а почти своими. Чак зевал так широко, что казалось — челюсть вывихнет.
— Я клянусь, если завтра Фрайпен снова поднимет нас на рассвете, я… я…
— Ты пойдёшь завтракать первым, — сказала Мари.
— Да, — вздохнул он. — Ты права.
— Спокойной ночи… вам обеим.
Тереза тихо улыбнулась:
— Спокойной, Чак.
Он ушёл, оглядываясь, будто проверяя — всё ли с ними в порядке. Томас задержался у костра. Тереза стояла рядом, глядя на угли.
— Странно, — сказала она. — Я их не знаю… но не чувствую себя чужой.
— Я тоже, — ответил он.
Пауза.
— Ты правда не помнишь как звала меня?— спросила она.
— Не знаю, — сказал она. — Но, кажется, я ждала тебя
Она посмотрела на него — долго. Будто пыталась вспомнить… через стену. Но не смогла.
— Спокойной ночи, Томас.
— Спокойной.
Алби уже обходил периметр.
Ньют проверял ворота. Дозорные поднимались на вышки.
И…Мари. Она стояла чуть в стороне, глядя, как лагерь затихает. Не участница праздника. Наблюдатель. Один за другим гасли факелы. Смех растворялся в ночи. Шаги стихали.
Двери скрипели и закрывались. С вышек доносились тихие переклички дозорных. Ворота Лабиринта стояли закрыты — огромные, неподвижные.
Но даже во сне Глейд слушал их. Мари легла на свою койку в медблоке. Рядом уже спала Тереза — беспокойно, с нахмуренными бровями. — Всё будет хорошо, — тихо сказала Мари, хотя не знала, правда ли это. За стеной ветер шёлестел травой.
Глейд уснул.
Но его сон никогда не был по-настоящему спокойным.
Комментарии