STAY ALIVE

Эпиграф: «В шелесте шёлка слышался шепот будущих признаний»
Саундтрек: «Secrets» – The Weeknd

Я очнулась внезапно, с ощущением, будто меня выдернули из глубины океана на ледяной воздух реальности. Грудь вздымалась учащённо, пальцы впились в простыню с такой силой, что ткань вот-вот могла порваться. Комната была погружена в предрассветную синеву, лишь слабый лунный свет пробивался сквозь тяжёлые портьеры.

Он стоял так близко.

Ближе, чем позволяли правила приличий. Во сне не было ни академии, ни тайн, ни той ледяной маски, что он носил днём. Только тёплые пальцы, едва касающиеся моей талии, и дыхание, смешивающееся с моим. «Ты вспомнила...» — прошептал он, и его голос звучал так, будто сорвался с многолетней цепи. Губы искривились в улыбке, которую я редко видела наяву — хрупкой, почти беззащитной. «Спасибо».

Я резко села на кровати, сбрасывая одеяло, как будто оно вдруг загорелось. Сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из грудной клетки. «Это просто сон», — прошептала я, но голос дрогнул предательски. Пальцы сами потянулись к губам — они горели, будто действительно ощутили прикосновение.

Лалиса мирно похрапывала в соседней кровати, укутавшись в одеяло по самые уши. Её рыжие волосы растрепались по подушке, а рука свесилась с края кровати, пальцы едва касались пола. Часы на тумбочке показывали 4:53 — ещё слишком рано, но сон уже бежал от меня, как вода сквозь пальцы.

Я взяла необходимые вещи и пошла в ванную комнату западного крыла. Отражение показалось мне чужим: бледное лицо, тени под глазами глубже, чем обычно, губы... Я резко отвернулась, включая воду. Ледяные струи обожгли кожу, но не смогли смыть это ощущение — его пальцы на моей талии, его дыхание на моей коже.

«Всего две недели», — сказала я своему отражению, вцепляясь в край раковины. Голос звучал твёрже, чем я чувствовала. «Две недели обычной жизни. Ты будешь учиться. Сдавать экзамены. Смеяться с Лисой над глупостями. Никаких архивов. Никаких заговоров. Никаких...». Губы сами сложились в его имя, но я закусила их, пока не почувствовала вкус крови.

Когда я вернулась в спальню, Лалиса лишь застонала, зарывшись лицом в подушку.

— Умри, — пробормотала она невнятно.

— Вставай, — я дёрнула одеяло, но она лишь сильнее вцепилась в него. —Экзамен через полтора часа. Ты хочешь, чтобы старая карга лично пришла волоком тащить тебя в аудиторию?

Лалиса ответила чем-то нечленораздельным, похожим на проклятие. Я стояла над ней, вдруг осознавая, как дрожат мои пальцы. Как тело помнит тепло, которого никогда не чувствовало наяву.

Всего две недели. А потом — назад в войну.

***

Коридоры академии Сонхва в это утро напоминали мраморное русло, по которому струились потоки студентов. Наши шаги – Лисы, Джису и мои – сливались с общим гулом, но в отличие от других групп, окруженных смехом и болтовней, мы шли молча. Сегодня впервые за все время мы пропустили завтрак – слишком поздно проснулась Лиса, слишком долго я стояла под ледяным душем, пытаясь смыть с себя остатки того навязчивого сна.

Лиса шла слева от меня, ее рыжие волосы сегодня рассыпались по плечам беспорядочными волнами, будто отражая ее утреннее раздражение от раннего подъема. Она нервно теребила край учебника по истории искусств, оставляя на обложке едва заметные следы от ногтей.

Справа шагала Джису – ее темные, как вороново крыло, волосы были собраны в тугой пучок, открывая строгие черты лица. В руках она сжимала томик Достоевского, корешок которого уже был потрепан от частого использования.

— Ты уверена, что не хочешь заскочить в столовую? – Лиса бросила взгляд в сторону буфета, откуда доносился соблазнительный аромат свежей выпечки.

— У нас осталось семь минут до начала, – сухо ответила Джису, даже не замедляя шага.

Я молчала, чувствуя на себе взгляды других студентов. Они не были такими откровенными, как раньше – теперь это были украдкой брошенные взгляды. После всего, что произошло за последние дни после того, как я перестала скрывать свою холодность, они научились держаться на расстоянии. И это меня вполне устраивало.

Мы свернули в восточное крыло, где коридоры становились уже, а стены украшали репродукции классических картин в тяжелых рамах.

— Мне сюда, – Джису остановилась перед дверью аудитории 305, над которой висела табличка «Мировая литература». Она повернулась к нам, и в ее темных глазах мелькнуло что-то, что можно было принять за беспокойство. — Не провалитесь.

— Ты же знаешь нас, – Лиса фыркнула, поправляя сумку на плече. — Мы – гении импрессионизма.

Джису лишь подняла бровь, но прежде чем она успела ответить, дверь за ее спиной открылась, выпуская наружу гул голосов и запах старой бумаги.

Оставшись вдвоем, мы с Лисой продолжили путь. Через три поворота мы уперлись в массивную дубовую дверь с выгравированной табличкой «Аудитория 412: История искусств».

Лиса толкнула дверь, и перед нами предстала просторная комната с высокими потолками, залитыми утренним светом, пробивающимся через высокие окна. Стены были увешаны репродукциями – от наскальных рисунков до современных инсталляций.

Юнги и Чимин сидел у окна. Увидев нас, они слегка кивнули, указывая на свободные места рядом – они уже успел занять целый ряд.

— Привет, гора, – пробормотала Лиса, плюхаясь на стул справа от него.

Юнги лишь хмыкнул в ответ, продолжая листать конспект. Чимин кокетливо помахал нам.

Я села слева, кладя перед собой папку с репродукциями. Через окно было видно, как первые лучи солнца касаются верхушек сосен, окружающих академию. Интересно, смогу ли я еще когда-то свободно погулять и насладится погодой? Такие мысли часто приходят мне в голову и так же часто бросают в дрожь. Если я обречена, то встречу свой конец в Сонхва, так и не ощутив свободу заново.

Аудитория затихла, когда дверь распахнулась с резким скрипом, впуская преподавателя. Госпожа Бэ вошла с видом королевы, осматривающей свои владения. Ее высокие каблуки отстукивали по паркету четкий ритм, а строгий костюм песочного цвета подчеркивал худощавую фигуру. Седеющие волосы были собраны в тугой пучок, а тонкие губы поджаты в выражении вечного недовольства.

— Приготовьтесь к перекличке, — ее голос, резкий и пронзительный, разрезал тишину.
Она начала читать список, механически отмечая присутствующих. Каждое имя звучало как приговор, если честно.

— Лалиса Манобан?

— Здесь.

— Пак Чимин?

— Присутствую во всей красе! — Чимин игриво поднял руку, вызывая сдержанные смешки.

Госпожа Бэ бросила на него ледяной взгляд, но продолжила.

— Чон Чонгук?

Наступила короткая пауза.

— Отсутствует, — наконец сказала она, делая пометку в журнале. — Временный отъезд.

И тут раздался громкий смешок.

— О-о, вся академия помнит, какую сцену закатила Чеён, когда наш Дракон уезжал, — Сон Дохван, сидевший через ряд, обернулся и бросил этот камень с нарочитой небрежностью. Его глаза, узкие и насмешливые, скользнули по мне, а губы растянулись в ухмылке.

Кто-то захихикал. Кто-то резко замер, испуганно глядя в мою сторону.

Я почувствовала, как пальцы сами сжались в кулаки, а в висках застучала кровь. Но прежде, чем я успела открыть рот, раздался низкий, рычащий голос.

Атмосфера в аудитории мгновенно переменилась, будто тяжелые бархатные шторы внезапно упали, заглушая все звуки. Даже гул кондиционера, до этого равномерно наполнявший помещение, теперь казался оглушительно громким.

Юнги не шевельнулся. Он сидел, слегка развалясь на стуле, его мощные плечи отбрасывали тень на соседнюю парту. Казалось, он даже не удосужился повернуть голову в сторону Дохвана - только его глаза, темные и непрозрачные, как матовое стекло, чуть сместились вбок, бросив беглый, но убийственно четкий взгляд.

— Заткнись, приятель, или я заткну тебя.

Лалиса замерла с открытым ртом, ее рыжие локоны застыли в воздухе, как пламя на секунду остановившегося времени. Даже Чимин перестал барабанить пальцами по парте, явно напрягаясь.

Дохван медленно облизнул губы. Его пальцы, только что игриво постукивавшие по учебнику, теперь судорожно сжали край стола, побелев в суставах.

— Я... эм...

Его голос вдруг стал тонким, почти детским. Глаза метались от лица к лицу, ища хотя бы намека на поддержку, но встретили только: Лалису, сверкающую глазами, готовую в любой момент вскочить, и Чимина, неожиданно серьезного, с плотно сжатыми губами. Даже госпожа Бэ замерла с поднятым журналом, ее тонкие брови поползли вверх.

Юнги наконец пошевелился. Не вставая, он лишь развернул ладонь на столе - медленно, демонстративно. Пальцы напряглись, обнажая мощные сухожилия и шрамы от старых тренировок. Этот простой жест говорил яснее любых слов: «Я могу».

Дохван резко сглотнул. Его кадык дернулся, а на лбу выступили капельки пота, хотя в аудитории было прохладно. Кондиционер не так хорошо справлялся со своей задачей.

— Я просто... пошутил... — прошептал он, и в его голосе явственно слышалось предательское дрожание.

Юнги ничего не ответил. Он просто продолжал смотреть. Молча.

И этого оказалось достаточно.

Дохван съежился, буквально уменьшившись в размерах, и резко повернулся к своей работе, уткнувшись носом в лист бумаги. Его уши горели малиновым румянцем, а плечи неестественно напряглись, будто он пытался стать невидимым.

— Молчать! — Госпожа Бэ резко хлопнула журналом по столу. — Если у вас есть желание выяснять отношения, делайте это за пределами моей аудитории. А сейчас — экзамен. Приступайте.

Она раздала листы с заданиями, ее каблуки снова застучали по полу, но напряжение в воздухе не рассеялось.

Я развернула перед собой чистый лист, стараясь не смотреть в сторону Дохвана. Но краем глаза заметила, как он съежился на своем месте, украдкой бросая испуганные взгляды на Юнги.

Юнги же, словно ничего не произошло, уже склонился над заданием, его крупные пальцы аккуратно выравнивали лист.

Я глубоко вдохнула и взяла ручку.

Экзамен начался.

Но в голове еще долго звучало это тихое, звенящее молчание после его слов.

***

После экзамена нас ждала моя нелюбимая физическая культура. В раздевалки мы снова все надели спортивную форму Сонхва, и Манобан, выругавшись целым томом зловещих слов, завязала волосы. Это её нелюбимая прическа.

Спортивный зал академии был залит ярким светом, пробивающимся через высокие арочные окна. Паркет блестел, как лед, отражая стремительные тени разминающихся студентов. В воздухе витал терпкий запах пота, смешанный с ароматом древесного лака, а эхо ударов баскетбольного мяча о стены напоминало отдаленные раскаты грома.

Мы с Лалисой и Джису растягивались у скамейки, когда в зал ввалилась шумная группа Драконов – Чимин шел впереди, громко хохоча над какой-то своей шуткой, его светлые волосы взъерошились от быстрого движения. Юнги и Тэхён следовали за ним, словно два контрастных силуэта – один массивный и угрюмый, другой стройный и невозмутимый.

— О, смотрите-ка, наша сборная по провалам пришла! – Лалиса тут же поднялась на носочки, заложив руки за спину.

— Хей, Лиса, – Чимин широко ухмыльнулся, подбрасывая мяч из руки в руку, – как там твои шансы сегодня не влететь лицом в паркет? В прошлый раз было эпично.

— В твоих фантазиях, блондин.

Я наблюдала за их перепалкой, прислонившись боком к стене, когда внезапно Чимин замер, его взгляд скользнул куда-то за моей спиной.

— О-о-о, – он протянул, и на его лице расцвела ухмылка. – Ким Дженни! Иди к нам!

Толпа студентов слегка расступилась, и я увидела ее – Дженни шла через зал, небрежно подкручивая темную прядь волос вокруг пальца. На ней была чуть мешковатая форма, но это не скрывало ее уверенной походки. Так значит Дженни?

— Что, скучали? – Она остановилась перед нами, скрестив руки на груди.

Юнги, до этого молча разминавший плечи, резко замер. Его глаза сузились, но он тут же сделал вид, что поправляет напульсник.

— О мой Бог, – Лалиса тут же подхватила момент, ее глаза сверкнули озорным огоньком. – Кто-то вдруг вспомнил, как правильно дышать.

— Заткнись, рыжая, – Юнги бросил ей убийственный взгляд, но Лалиса только рассмеялась.

— Да ладно тебе, – Дженни ухмыльнулась, подходя ближе. – Неужели до сих пор злишься, что я обыграла тебя год назад в Mortal Kombat?

— Ты жульничала, – он пробурчал, но угрюмость уже таяла, словно лед под весенним солнцем.

— Ага, конечно, – она покачала головой, затем неожиданно толкнула его плечом. – Может, реванш устроим после уроков?

Юнги хмыкнул.

— Боюсь после того, как я закончу с тобой, тебе понадобится реанимация, – он наконец посмотрел на нее, и в его глазах
промелькнуло что-то знакомое – то самое, что бывает между хорошо знакомыми людьми. Между близкими людьми, если быть точнее. Но это лишь мои догадки.

— О-о-о-о! – Чимин тут же подхватил, подпрыгивая на месте. – Это уже звучит как предложение!

— Чимин, – Тэхён спокойно положил руку ему на плечо, – перестань.

— Что? Я ничего! – Чимин задрал руки вверх, но его улыбка не собиралась исчезать.

Дженни рассмеялась, и вдруг вся наша группа – Драконы, я, Лиса и Джису – смеялись вместе, как будто не было ни тайн, ни опасностей, ни прошлых обид. Просто студенты перед уроком физры, шумные и беззаботные. Даже Юнги теперь улыбался – неохотно, но искренне.

И в этот момент прозвучал резкий свисток.

— На построение! – крикнул учитель физкультуры, и веселье рассыпалось, как песок сквозь пальцы.

Я ненавижу физру.

***

Свисток учителя физкультуры прорезал воздух, и две команды выстроились на паркете. Состав определился стихийно: Чимин, Юнги, Тэхён и я против Лалисы, Джису, Дженни и неожиданно присоединившегося Дохвана, который теперь робко жался к углу площадки, бросая на Юнги нервные взгляды.

— Ну что, команда «Драконов и одна блондинка», — Лалиса игриво покрутила мяч на пальце, но тут же уронила его. Мяч гулко покатился по полу, а Чимин зашелся в истерическом смехе.

— Эпичное начало, Манобан! — он похлопал себя по коленям. — Уже представляю, как ты будешь забивать в своё же кольцо!

— Заткнись, солнышко, — она бросила ему мяч прямо в живот. Чимин согнулся пополам с театральным стоном.

Первые минуты игры напоминали хаотичный цирк.

Юнги, несмотря на свою мощную комплекцию, двигался по площадке, как танк с завязанными гусеницами. На третьей минуте он случайно задел локтем Дженни, та ахнула и в шутку упала на пол, хватаясь за сердце:

— Убийца! Я умираю!

— Вставай, королева драмы, — проворчал Юнги .

Тем временем Тэхён, казалось, играл в свою собственную игру. Он методично перехватывал мяч, делал точные пасы, но всякий раз, когда оказывался под кольцом, замирал, словно забывал, что делать дальше.

— Тэхён! Бросай! — закричал Чимин.

Тэхён медленно поднял мяч, прицелился и аккуратно положил его на пол.

— Я передумал, — сказал он серьезно.

Зал взорвался хохотом.

Дженни оказалась неожиданно хитрым игроком.

Она не бегала, а словно скользила по площадке, обводя всех с невозмутимым видом. В один момент она столкнулась с Чимином, сделала большие глаза и вдруг завопила:

— Фол! Он дышит на меня!

— Это не фол! — возмутился Чимин.

— Это моральный фол, — парировала Дженни, скрестив руки.

Учитель физкультуры, старый Ким, только вздохнул и потер переносицу.

Кульминация наступила, когда Лалиса решила взять игру в свои руки.

Она рванула к кольцу, но вдруг споткнулась о собственные ноги и полетела вперед. Мяч выскользнул из ее рук и с громким БДЫЩ! приземлился прямо на голову Дохвану, который в этот момент прятался за спиной Джису.

— Ай! — взвизгнул он.

— Гол! — торжествующе закричала Лалиса, лежа на полу.

— Это даже не близко к правилам, — пробормотал Юнги, но его губы дрожали от смеха.

— 24:22 в пользу команды «Драконов и одной блондинки», — объявил учитель, хотя никто уже не помнил, кто сколько забил.

— Мы выиграли? — я тяжело дышала, опираясь на колени.

— Нет, — Джису села на паркет. — Выиграл абсурд.

— А я выиграл зрелище! — Чимин повалился на пол, раскинув руки. — Лиса, ты обязана повторить этот бросок головой Дохвана.

— Только если ты будешь вместо Дохвана, — она пнула его ногой.

Юнги и Дженни стояли рядом, оба красные, потные и слегка улыбающиеся.

— Может, все-таки в Mortal Kombat после уроков? — спросила она.

— Только если проигравший платит за мороженое, — он бросил ей полотенце.

Звонок с урока прозвучал как спасение.

***

Пар в раздевалке стоял густой пеленой, смешиваясь с ароматами геля для душа и разгоряченных тел. Я, вытирая полотенцем шею, обернулась к Дженни, которая небрежно набрасывала футболку через голову.

— Эй, Дженни, — начала я, подбрасывая в руке шампунь, — ты сегодня с нами в столовой?

Дженни приподняла бровь, застегивая юбку.

— С Драконами и вашей шумной братией?
— Она усмехнулась. — А что, Юнги не задохнется от возмущения?

— Ой, да ладно, — Лалиса, уже наполовину одетая, выскочила из-за шкафчика, едва не зацепив Джису локтем. — Он только делает вид, что ненавидит тебя. На самом деле, если бы ты знала, как он вчера...

— Лиса! — Джису бросила в неё свернутые носки. — Не порть интригу.

Дженни рассмеялась, закидывая сумку на плечо.

— Ладно, ладно, я в деле. Только предупреждаю — если Чимин снова начнёт рассказывать свои дурацкие анекдоты, я могу не выдержать и бросить в него овощами.

— О, это обязательно произойдёт, — вздохнула я, распуская мокрые волосы.

***

Наша компания двинулась по коридору, ещё пахнущему свежевымытым полом. Чимин шёл впереди, размахивая руками и громко обсуждая свой «эпичный бросок», который на самом деле пролетел мимо кольца.

— Я бы забил, если бы не этот внезапный сквозняк! — он обернулся к Юнги, ища поддержки.

— Сквозняк? — Юнги фыркнул. — Ты промахнулся на три метра.

— Ветер, — на полном серьёзе парировал Чимин. — Глобальное потепление. В декабре.

Тэхён, шедший чуть позади, молча поднял руку и показал на закрытые окна.

— Ну магнитные бури!

Все заржали.

Дженни шла рядом со мной, слегка покачивая головой в такт их шагам.

— Ты вообще знаешь, как с ними выживать? — она кивнула на Чимина, который теперь изображал, как «настоящие спортсмены» падают после фола.

— Привыкаешь, — улыбнулась я. — Как к хронической болезни.

Хотя я понимала, что Дженни привыкать не к чему. Она и так привыкшая. Драконы точно были её друзьями, причем много лет. Но как я заметила, никто из них трепаться особо не намерен, поэтому пока нужно лишь подождать. Через время все точно станет известно.

Лалиса, шедшая впереди, внезапно остановилась, схватив Джису за руку.

— О боже, — её глаза округлились. — Вы только подумайте — бал уже в эту субботу!

— Да, и? — Джису поправила очки.

— И у нас нет платьев! — завопила Манобан, хватая себя за голову. — Мы же не можем прийти в спортивных штанах!

— Я бы смогла, — пожала плечами Дженни.

— Ты — исключение, — Лалиса схватила её за плечи. — А мы — нет!

— Это все здорово, но что за бал? — Лалиса, конечно же, обернулась на меня в немом шоке. Я пару раз хлопнула глазами, чтобы точно дать ей понять, что я не в курсе очередного бала в этой «крутой» академии.

— Зимний бал, —ответила Дженни. — Его проводят почти сразу после осеннего, так как потом мы встречаем Новый Год, потом уходим на каникулы, потом выходим на учебу после каникул, а в феврале день рождения Сонхва. А там уже и конец года. Короче, всунуть этот бесполезный бал больше некуда, поэтому в эти месяца они рядом друг с другом. На Новый Год тоже будет бал.

— Бесполезно — это учиться в «лучшей» академии страны и не брать от нее все плюшки, которые она переодически дает, — Манобан была в «ярости» от позиции Дженни. — Так что, как бы вы не хотели, нам нужны платья! Срочно!

***

Мы устроились за своим привычным столом в углу столовой, куда уже несли подносы с едой. Чимин сразу же схватил кусок пиццы и, не донеся до рта, уронил сыр на стол.

— Вот чёрт.

— Поздравляю, ты только что проиграл в жизни, — Дженни протянула ему салфетку с убийственно серьёзным лицом.

Юнги, сидевший напротив, вдруг крякнул — это было максимально близко к смеху, на что он был способен в публичном месте.

Лалиса, между тем, не отвлекалась от главной темы.

— Так, слушайте все! — Она стукнула палочкой по стакану. — После уроков мы срочно идём в костюмерную. У нас есть три дня, чтобы найти платья, а иначе я приду на бал в простыне!

— Может, это будет новый тренд? — Чимин снова потянулся за пиццей. — Призраки академии Сонхва.

— Чимин, — Тэхён спокойно отодвинул от него тарелку. — Перестань.

— Что? Я поддерживаю!

— Мы идём после уроков, — твёрдо сказала я.

— Все, кроме Юнги. Он, видимо, слишком занят тем, чтобы пялиться в стену. — заметила Лиса.

Юнги бросил в неё куском булочки.

— Я пойду, — неожиданно сказала Дженни. — Если только Лиса не начнёт примерять всё подряд и рыдать, что «ничего не подходит».

— Я не рыдаю! — возмутилась подруга. — Я эмоционально выражаюсь!

— То есть рыдаешь, — уточнила Джису.

Стол взорвался смехом. Лалиса фыркнула и надула щёки, но через секунду уже смеялась вместе со всеми.

— Ладно, — я отпила молоко, оглядев компанию. — Значит, сегодня костюмерная. А там посмотрим.

— Главное — без драк, — пробормотал Юнги.

— Обещать не буду, — Дженни игриво подмигнула ему.

***

Я прислонилась к холодному подоконнику в пустеющем коридоре, наблюдая, как последние студенты спешат на выход из аудиторий. Солнце уже косило лучи под острым углом, бросая длинные тени от колонн на потрескавшийся паркет.

Лалиса появилась первой, как всегда – шумно. Она буквально влетела в коридор, едва не поскользнувшись на только что вымытом полу.

— Чеён! – она махнула рукой, задыхаясь. — Ты представляешь, Джису задержал профессор Ким! Говорит, ее эссе о Достоевском «слишком революционное».

Я усмехнулась, представляя, как наша тихая брюнетка с невозмутимым лицом разносит в пух и прах консервативные взгляды преподавателя.

— Значит, она нас догонит?

— Да, сказала не ждать. О, смотри!

Из бокового коридора вывалилась остальная компания. Чимин шел впереди, размахивая руками и что-то громко рассказывая Тэхёну, который кивал с обычной для него сдержанной улыбкой. За ними, сохраняя дистанцию, брел Юнги – его массивная фигура казалась еще больше в опустевшем коридоре. Всегда поражали габариты Мина.

Но самое интересное было в конце этой процессии. Дженни шла небрежной походкой, снова подкручивая на палец темную прядь волос. Ее глаза сразу нашли Юнги, и в уголке рта заплясала та самая дерзкая ухмылка, от которой он неизменно хмурился.

— Ну что, команда, — Лалиса хлопнула в ладоши, — готовы к самой эпичной охоте за платьями в истории Сонхва?

— Охоте? — Чимин поднял бровь. — Ты же не собираешься сражаться с манекенами?

— Если понадобится!

Тэхён покачал головой, доставая из кармана связку ключей.

— Старая костюмерная на цокольном этаже. Дверь всегда закрыта, но...

— Но наш любимый хакер достал ключи, — Дженни игриво подмигнула. — Хотя я могла бы и взломать — было бы веселее.

Юнги фыркнул:

— Ты все та же.

— А ты все такой же зануда, — парировала она, проходя мимо так близко, что их плечи едва коснулись. — Но хоть вырос наконец.

Я наблюдала, как его скулы напряглись – знакомый признак сдерживаемых эмоций. Интересно, остальные замечали, как эти двое кружат вокруг друг друга, словно два магнита, которые то отталкиваются, то притягиваются?

— Так, хватит болтать! — Лалиса схватила меня за руку. — Чем быстрее найдем платья, тем больше времени останется на...

— На что? – насторожился Чимин.

Она загадочно улыбнулась:

— На сюрпризы.

***

Цокольный этаж академии встретил нас гулкой тишиной. Наши шаги громко отдавались под сводами коридора, освещенного лишь редкими тусклыми лампами. Тэхён шел впереди, его русые волосы серебрились в полумраке, а пальцы перебирали связку ключей.​

— Вот незадача, — произнес он тем ровным тоном, которым обычно сообщал о взломе серверов. — Похоже, я взял ключ от химической лаборатории вместо костюмерной.

Лалиса, только что восторженно размахивавшая руками, застыла с открытым ртом:

— Как?! Ты же можешь взломать пентагоновские серверы, но не отличишь ключ от костюмерной от ключа от лаборатории?!

Тэхён медленно повернулся к ней.

— Может быть, потому что кто-то всю дорогу орала мне в ухо про «атласные ленты» и «розовые рюши»? — Его губы дрогнули в едва заметной усмешке. — Я был вынужден идти, закрыв одно ухо рукой.

Чимин, прислонившийся к стене, фыркнул:

— Лиса, ты реально достала нашего гения до такой степени? Это новый рекорд!

— Я не орала! — возмутилась Лалиса, но ее щеки порозовели. — Я делилась важной информацией! Вы вообще хоть что-то в этом понимаете?!

Дженни, игравшая с темной прядью волос, неожиданно встряла:

— О, я знаю этот метод. Это называется «психологическая обработка». Обычно применяется на допросах.

— Именно, — серьезно кивнул Тэхён, доставая из кармана второй ключ. — К счастью, я предусмотрел вариант, когда мой мозг откажет под таким напором.

Ключ с мягким щелчком повернулся в замке. Дверь в костюмерную со скрипом открылась, выпуская облачко пыли.

Лалиса, уже готовившаяся ринуться внутрь, вдруг остановилась и сузила глаза:

— Подожди-ка... Если у тебя был правильный ключ, зачем ты показывал сначала неправильный?

Тэхён, уже шагая в костюмерную, бросил через плечо:

— Месть.

Его мертвенно-серьезное выражение лица было настолько совершенным, что даже Юнги фыркнул. Лалиса же застыла на месте, ее рыжие волосы казалось вот-вот задымятся от возмущения.

— Я... ты... мы... — она бессильно размахивала руками, пока Чимин, давясь от смеха, не толкнул ее вслед за Тэхёном.

— Иди уже, наш маленький мститель, — сквозь смех произнес он. — Ты же хотела платье с рюшами!

— Атласными лентами! — автоматически поправила Лалиса, уже переключаясь на стеллажи с нарядами.

Дженни, проходя мимо Тэхёна, одобрительно щелкнула языком:

— Неплохо для тихони.

Он лишь пожал плечами, а уголки его губ дрогнули.

Я замерла на пороге, вбирая в себя этот странный мир, застывший во времени. Костюмерная пахла как старый ханбок в бабушкином сундуке – тонкими нотами сандалового дерева, пылью десятилетий и едва уловимым ароматом османтуса, которым когда-то пропитывали шелка.

Скрипучие стеллажи из красного дерева, типичного для старых корейских домов, тянулись до самого потолка с традиционной решетчатой резьбой. Они стояли плотными рядами, образуя узкие улочки, где костюмы разных эпох висели, как призраки прошлого. Слева выстроились строгие мужские ханбоки для официальных церемоний – индиго с вышитыми облаками, некоторые с заметными следами времени на шелковых рукавах. Справа – целое море женских чогори и чима: от традиционных праздничных нарядов с расшитыми фениксами до современных интерпретаций школьной формы начала 2000-х.

В центре стояло огромное зеркало в черной лаковой раме с перламутровыми инкрустациями – точь-в-точь как в старых корейских дворцах. Перед ним – низкий столик с подушками для сидения, на котором валялись брошки в форме цветков магнолии и несколько вееров с осыпающимися рисунками гор Кымган.

— Ух ты... — Лалиса замерла рядом со мной, ее рыжие волосы казались еще ярче в этом полумраке. — Это же как в исторической дораме!

Тэхён осторожно провел пальцем по стеллажу, оставляя след в пыли.

— Академия Сонхва хранит костюмы с 1920-х годов. Вот эти – вероятно, времен японской оккупации, — он указал на ряд скромных темных ханбоков с укороченными рукавами.
Юнги тем временем обнаружил коробку с традиционными масками для танца таль.

— Кто-нибудь хочет устроить ночь ужасов? — он примерил маску с высунутым языком, заставляя Чимина фальшиво вскрикнуть.

Я же подошла к отдельному стеллажу, где висели вечерние платья последних лет. Мое внимание сразу привлекло темно-синее.

— Ого, — Джису появилась за моей спиной. — Это же работа дизайнера Ли Сан Ву. Такое носят на Сеульской неделе моды.

Лалиса, тем временем, визжала у зеркала, примеряя нежно-розовый ханбок с укороченной юбкой.

— Смотрите! Я как героиня из «Солнечного удара»!

Тем временем Тэхён, пытавшийся отодвинуть тяжелый стеллаж, неожиданно наступил на край длинного платья. Раздался треск — и на него обрушился водопад бальных нарядов.

— Тэх... — Лалиса замерла с открытым ртом.

Он сидел среди горы тюля и атласа, с кружевной накидкой на голове, словно невеста на свадьбе вампиров.

— Поздравляю, — Дженни склонилась в реверансе. — Вы выглядите очаровательно.

— Я... — Тэхён попытался стряхнуть с себя розовые рюши, но только запутался еще больше.

Лалиса, вместо того чтобы помочь, закатилась смехом:

— О нет, это же мои мечты сбываются!

— Лалиса! — он бросил в нее ближайший предмет — оказалось, это был корсет.

— О-о-о! — завопила она, ловя его. — Тэхён, я не знала, что ты так стремишься меня раздеть!

Его лицо стало пунцовым, а комната взорвалась хохотом.

А мой взгляд упал на дальний угол, где в тени висело одинокое тёмно-красное платье с широким поясом, завязанным в бант, что-то сжалось внутри. Потому что даже здесь, среди всей этой красоты, академия не забывала напоминать – за каждым светлым моментом в Сонхва всегда прячется тень. Или моя фантазия просто сходит с ума, но так все есть на самом деле. Когда не знаешь, что хранит в своих стенах эта школа, то подобные «фантазии» в голове не появятся.

Лалиса застыла перед зеркалом, затаив дыхание, когда нежно-розовое платье мягко обняло ее фигуру. Атласный шелк холодно скользнул по коже, переливаясь перламутровым блеском при каждом движении. Открытый верх с неглубоким вырезом обнажал плечи и ключицы, подчеркивая хрупкость линий. Плотный корсет с вертикальными полосками из той же ткани идеально охватывал талию, создавая изящный силуэт песочных часов.
Чуть ниже талии платье внезапно оживало - собранное в мягкие складки, оно струилось вниз, лишь слегка расширяясь от колен, чтобы не стеснять движений. Спереди подол аккуратно поднимался, открывая ноги чуть ниже колена, создавая игривый контраст между скромностью и соблазном. Но настоящая магия раскрывалась сзади - атласный шлейф, начинавшийся от самой талии, мягко стелился по полу, как лепестки розового лотоса. При каждом шаге ткань переливалась, оставляя за Лалисой след, будто она плыла, а не шла.

— Это невероятно, — прошептала она, медленно поворачиваясь перед зеркалом. Платье двигалось вместе с ней, складки играли в свете, то скрывая, то открывая изящные линии ног. Корсет мягко, но уверенно поддерживал спину, заставляя держать осанку с естественной грацией. А когда она сделала полуоборот, шлейф развернулся волной, на мгновение окружив ее розовым облаком.

Дженни присвистнула:

— Ну все, теперь ты официально принцесса этого бала.

Но Лалиса уже не слышала - она поймала свое отражение в зеркале и увидела не привычную озорную девчонку, а кого-то другого. Кого-то изящного, женственного и, возможно, достойного того, ради кого это платье было выбрано.

Платье Джису было воплощением сдержанной элегантности — темно-изумрудное, словно вырезанное из самой глубины старинного леса, где свет едва пробивается сквозь вековые кроны. Ткань, тяжелый шелк с матовым блеском, струилась мягкими складками, подчеркивая каждое движение, но не крича о себе. Тонкие бретели лежали на плечах, как две тени, поддерживая идеально выверенную линию верха. Длина миди — выше щиколотки примерно на 5 сантиметров — открывала изящные лодыжки.

Но главной деталью была вышивка. Тончайшие нити того же изумрудного оттенка, но на полтона темнее, создавали на ткани россыпь цветов — пионов и сливовых ветвей, традиционных для корейской вышивки. Узор был настолько искусно выполнен, что казался частью самой ткани, проявляясь лишь при движении или под определенным углом света.

Когда Джису повернулась к зеркалу, платье заиграло новыми оттенками — где-то оно казалось почти черным, где-то вспыхивало глубоким зеленым, как океан в лунную ночь.

— Это... — Лалиса замерла с открытым ртом.

— Совершенство, — закончила за нее я.

Джису лишь слегка улыбнулась, поправляя невидимую складку. В этом платье она выглядела как та самая «золотая молодежь» из старых газет — недосягаемая, безупречная, и абсолютно осознающая это.

Я наблюдала, как Дженни копалась в стойке с нарядами, её пальцы скользили по тканям с хищной грацией. И вдруг она замерла — чёрная ткань блеснула в её руках, словно ночное небо, пойманное в ловушку.

— Вот оно, — прошептала она, и я поняла: это платье было создано для неё.

Короткое. Чёрное. Совершенно дерзкое.
Верх платья — корсет, облегающий фигуру, как вторая кожа, без намёка на лямки или рукава. Но самое интересное — асимметрия. Правый край корсета был опущен чуть ниже левого, скользя по бедру с вызывающей небрежностью, будто брошенный вызов всем правилам.

А потом — юбка.

Она была многослойной, словно сотканной из самой ночи. Сеточка, лёгкая и воздушная, но при этом создающая иллюзию плотности, будто чёрный туман, обволакивающий ноги. Края юбки были отделаны едва заметным пушком, как крылья мотылька, готового взлететь при первом же движении.

Сзади юбка была чуть длиннее, но не ровной линией, а словно рваными волнами — слои ткани накладывались друг на друга, создавая иллюзию движения даже когда Дженни просто стояла.

И тогда я заметила бабочку.

Она была вышита сеточкой на корсете, её крылья усыпаны крошечными бусинами, мерцающими, как звёзды. А по центру — настоящая серебряная бабочка, будто присевшая отдохнуть на её груди.

— Ну что, подходит? — Дженни повернулась ко мне.

Я только усмехнулась.

— Ты выглядишь так, будто готова украсть чью-то душу. Или, может, уже украла?

Дженни рассмеялась, и бабочка на её груди дрогнула, будто живая.

— О, Чеён, — она подмигнула, — ты даже не представляешь, на что способна девушка в таком платье.

Темно-красное платье, которое я заметила еще при входе, висело чуть в стороне, будто ждало именно меня. Когда я сняла его со стойки, тяжелая шелковая ткань мягко шуршала в руках, словно шептала что-то на забытом языке.

Платье оказалось именно таким, каким я его запомнила — темно-красным, как вино или спелые гранаты, с благородным матовым блеском, который не кричал, а лишь намекал на роскошь.

Верх был открытым — ключицы и плечи оставались обнаженными, подчеркивая хрупкость линий, но при этом силуэт не выглядел уязвимым. Ткань мягко облегала грудь, а затем резко сужалась к талии, где был пояс из той же материи, завязанный в крупный бант с длинными, ниспадающими лентами.

Ленты лежали слоями по юбке, но не мешали ее движению — они были частью дизайна, как кровь, стекающая по шелку.

Юбка расширялась от талии, пышная, но не чрезмерно — скорее, как раскрывающийся цветок, чем как кринолин. Она спадала до самого пола, но при ходьбе позволяла мельком увидеть туфли — черные, с острым носом, которые я уже мысленно представила на себе.

— Ого... — Лалиса замерла позади меня, ее глаза округлились. — Ты выглядишь опасно.

Я не ответила. Потому что это было именно то, что я хотела — выглядеть не просто красиво, а так, чтобы меня запомнили.

И судя по тому, как Юнги резко отвел взгляд, а Тэхён на секунду замер, глядя на меня, платье справлялось со своей задачей.

— Ну что, — я повернулась к ним, чувствуя, как шелк мягко скользит по коже. — Теперь вы понимаете, почему я выбрала именно его?

В комнате повисла тишина и это был лучший ответ для меня.

Тем временем наши Драконы устроили настоящий спектакль у стойки с мужскими костюмами.

Чимин первым схватил классический черный смокинг и тут же закатил трагедию:

— Вы только посмотрите, как это уныло! — он прижал ладонь ко лбу, изображая смертельную тоску. — Я же исчезну в этой тьме, как призрак на фоне школьной доски!

Он вытащил из глубин стойки белоснежный смокинг с золотой вышивкой и тут же прижал его к груди:

— Вот! Это же я!

— Ты выглядишь, как жених на дешевой свадьбе, — фыркнул Юнги, перебирая варианты.

Его выбор оказался предсказуемым – матово-черный смокинг без единого блика, идеально подчеркивающий его мощные плечи. Но когда он примерил его, Дженни, проходившая мимо, небрежно дернула его за галстук:

— Неплохо. Но галстук – это перебор. — Она ловко развязала узел, оставив воротник расстегнутым.

Юнги замер, глядя на нее, но промолчал.

Тэхён же подошел к выбору, как к программированию – методично. Он примерил темно-синий смокинг, затем серый в тонкую полоску, но в итоге остановился на классическом черном.

— Скучно, — заявила Лалиса, вертясь вокруг него.

— Практично, — парировал он.

— Да ладно тебе! — она схватила со стойки бархатный жилет цвета бордо и сунула ему в руки. — Хотя бы это!

Тэхён взглянул на жилет, затем на Лалису, и к всеобщему удивлению, надел его поверх рубашки.

— Ого, — прошептала Джису. — Он послушался.

Лалиса покраснела так, что ее рыжие волосы показались бледными в сравнении.

Я заметила, как Тэхён положил в сторону темно-серый смокинг с серебряными пуговицами – строгий, но с едва уловимым шиком. Моё сердце сжалось. Я прекрасно знала для кого он.

— На всякий случай, — сказал он, встретив мой взгляд.

В этот момент Чимин, уже успевший примерить все возможные варианты, устроил дефиле по костюмерной, напевая песню из какой-то дорамы.

— Ну что, — подвела итог Дженни, оглядывая нашу компанию, — теперь мы все выглядим, как персонажи фильма про мафию.

— Только красивее, — добавила Лалиса.

— И опаснее, — закончила я, ловя свое отражение в зеркале.

Наш бал только начинался.

__________________________________

всем привет!! в своем тгк я закинула фотки платьев, которые девочки надели на бал (я сгенерировала их через ии по описанию из главы). так что если кому-то интересно или хочется визуализировать их образы, то можете перейти и посмотреть. в ближайших главах я снова сгенерирую пару картинок)) всем пока!

ссылка: https://t.me/girlloverrrlily
название: комната лилли вейли

ссылка есть так же в описании профиля!