29 часть
Утро в Хогвартсе было тревожным.
Не таким, как обычно.
Даже шум в коридорах звучал иначе — глуше, напряжённее.
Питер Петтигрю не собирался идти в больничное крыло.
Честно.
Он просто… проходил мимо.
Случайно.
Но когда дверь приоткрылась…
он остановился.
И заглянул внутрь.
Сначала он не понял.
Кто это.
На кровати лежала девушка.
Худая.
Сгорбленная.
Почти не двигающаяся.
А потом…
он узнал её.
— Агнес… — едва слышно выдохнул он.
Его сердце резко сжалось.
Она выглядела… плохо.
Нет.
Очень плохо.
Лицо бледное.
Глаза опухшие.
Красные.
Пустые.
Она даже не заметила его.
Рядом сидели мадам Помфи и Минерва Макгонагал.
Тихо.
Сдержанно.
Но в их лицах читалось то, чего Питер никогда раньше не видел—
беспокойство. Настоящее.
Питер отшатнулся.
Сердце забилось быстрее.
И он… побежал.
По коридорам.
Не разбирая дороги.
— РЕБЯТА!
Он влетел в комнату.
Задыхаясь.
— Я… я видел её!
Все трое резко обернулись.
— Где?! — первым вскочил Римус Люпин.
— В больничном крыле!
Мгновение.
И они сорвались.
Первым — Римус.
Вторым — Джеймс Поттер.
Третьим — Сириус Блэк.
Они бежали.
Быстро.
Слишком быстро.
Не замечая никого вокруг.
Люди отскакивали в стороны.
Кто-то что-то кричал.
Но им было плевать.
Только одна мысль—
Агнес.
Они почти ворвались внутрь.
И остановились.
Потому что увидели её.
Тишина.
Она лежала.
Та же поза.
Те же заплаканные глаза.
Но теперь—
они видели всё.
И это было хуже,
чем они представляли.
Римус замер.
Как вкопанный.
Сириус сжал кулаки.
Джеймс… даже не смог сделать шаг.
И в этот момент—
— ВОН ОТСЮДА!
Голос мадам Помфи прозвучал резко.
Жёстко.
Она появилась перед ними мгновенно.
— Немедленно покиньте больничное крыло!
— Мы просто—
— Я СКАЗАЛА ВОН!
Даже Макгонагал выглядела строже обычного.
— Сейчас же.
Их буквально вытолкнули за дверь.
Коридор встретил их холодом.
И тишиной.
Но ненадолго.
— Вы вообще понимаете, что вы сделали?!
Помфи вышла следом.
И впервые—
она кричала.
— Довели девушку до такого состояния!
Они молчали.
— Она в истощении! В слезах! В полном эмоциональном крахе!
Каждое слово било.
— И после этого вы смеете приходить сюда?!
Джеймс опустил голову.
Римус сжал челюсть.
Сириус отвернулся.
Прошло несколько минут.
Тяжёлых.
И затем—
Макгонагал тихо сказала:
— Диагноз поставлен.
Пауза.
— Глубокое депрессивное состояние.
Тишина.
Абсолютная.
Будто воздух исчез.
Римус медленно провёл рукой по лицу.
Отвернулся.
И сделал резкий вдох.
Будто не хватало воздуха.
Ещё один.
Он пытался держаться.
Но голос внутри уже ломался.
Сириус закрыл глаза.
Джеймс… просто стоял.
Не двигаясь.
И впервые за всё время—
он выглядел по-настоящему испуганным.
— Четыре месяца освобождения от занятий, — добавила Макгонагал. — И полный покой.
Никто не ответил.
Они не могли.
Потому что это было уже не просто «ссора».
Не просто «ошибка».
Это стало чем-то серьёзнее.
Где-то неподалёку стояла Нарцисса Малфой.
Она услышала.
Случайно.
Но этого хватило.
Она прикрыла рот рукой.
Глаза наполнились слезами.
— Бедная… — прошептала она.
И впервые—
её голос дрогнул.
Она отвернулась.
Но слёзы всё равно потекли.
— Это… слишком, — тихо сказала она самой себе.
Пауза.
И затем—
— Я навещу её завтра.
Решение было принято.
А в коридоре…
стояли четверо.
И никто из них уже не знал,
как всё это исправить.
Потому что теперь…
это была не просто история о ревности.
Это была история о том,
**как легко можно сломать человека—
и как трудно потом собрать его обратно.**