30 глава
Ночь в Хогвартсе опустилась тихо.
Слишком тихо.
Будто сам замок понимал—
что где-то внутри него сейчас ломается человек.
В больничном крыле почти не было света.
Лишь мягкое мерцание свечей.
И редкие шаги мадам Помфи.
Агнес не спала.
Хотя глаза были закрыты.
Слёзы больше не текли так сильно.
Но ощущение пустоты…
стало только глубже.
Она лежала, уставившись в одну точку.
Не двигаясь.
Не думая.
И это пугало больше всего.
— Ты должна хотя бы немного поспать… — тихо сказала мадам Помфи, подходя к ней.
Агнес не ответила.
Даже не моргнула.
Помфи тяжело вздохнула.
Она уже пробовала зелья.
Лёгкие.
Безвредные.
Но даже они не помогали.
Это было не тело.
Это было… внутри.
В другой части замка—
никто тоже не спал.
Комната мародёров впервые была такой… пустой.
Хотя в ней находились все.
Джеймс сидел на своей кровати.
Сгорбившись.
Локти на коленях.
Руки сцеплены в замок.
Он не говорил.
С самого вечера.
Сириус ходил из стороны в сторону.
Постоянно.
Будто не мог остановиться.
— Это пиздец… — выдохнул он, проводя рукой по волосам. — Реально пиздец…
Питер сидел тихо.
Сжавшись.
Он чувствовал себя виноватым.
Хотя даже не понимал почему.
Римус стоял у окна.
Как и всегда.
Но сегодня—
он не курил.
Он просто смотрел в темноту.
И молчал.
Долго.
Очень долго.
Пока наконец—
— Я не должен был так говорить, — тихо сказал он.
Сириус остановился.
— О чём ты?
— Про Дурмстранг.
Тишина.
— Я сказал это на эмоциях… — Римус закрыл глаза. — Но если она правда захочет уйти…
он замолчал.
— Я не смогу её остановить.
Сириус выдохнул.
Тяжело.
— Она не уйдёт.
— Ты уверен? — тихо спросил Римус.
Пауза.
— Нет, — честно ответил Сириус.
Тишина снова накрыла комнату.
И вдруг—
— Я должен извиниться.
Все обернулись.
Это сказал Джеймс.
Он поднял голову.
— Я должен поговорить с ней.
Римус резко развернулся.
— Нет.
Голос был спокойный.
Но твёрдый.
— Сейчас — нет.
— Но—
— Ты не понимаешь? — Римус сделал шаг вперёд. — Ты сейчас для неё причина.
Джеймс замер.
— Любое твоё слово сейчас сделает хуже.
Пауза.
— Даже если ты хочешь как лучше.
Джеймс сжал кулаки.
— Тогда что мне делать?!
Тишина.
Никто не ответил.
Потому что ответа не было.
Тем временем…
в больничном крыле—
Агнес наконец пошевелилась.
Слабо.
Едва заметно.
Она медленно повернула голову.
Посмотрела в окно.
Ночь.
Темнота.
И вдруг—
— Он правда её поцеловал…
Голос был почти неслышный.
Мадам Помфи сразу подошла.
— Агнес…
— Я видела… — прошептала она. — Я всё видела…
Её губы задрожали.
— И он… не остановился…
Слёзы снова начали собираться.
— Почему… — голос сорвался. — Почему он так сделал?..
Помфи осторожно села рядом.
— Иногда люди делают ошибки, которые сами не понимают…
— Это не ошибка… — резко прошептала Агнес. — Это выбор…
Тишина.
— Он выбрал не меня…
Слова повисли в воздухе.
И в них было столько боли,
что даже Помфи не нашла, что ответить.
Прошло несколько минут.
Агнес снова заговорила.
Тише.
— Я не хочу его видеть…
Пауза.
— Никогда…
И в этот момент—
у двери кто-то появился.
Тихий стук.
Помфи обернулась.
— Кто там?
— Это я…
Голос был спокойный.
Мягкий.
Помфи открыла дверь.
На пороге стояла Нарцисса Малфой.
Она выглядела… иначе.
Без привычной холодности.
Без высокомерия.
— Можно? — тихо спросила она.
Помфи колебалась.
Но потом кивнула.
— Только ненадолго.
Нарцисса вошла.
Медленно.
Подошла к кровати.
Агнес повернула голову.
И удивилась.
— Ты?..
Нарцисса села рядом.
— Да.
Пауза.
— Я слышала.
Тишина.
А потом—
она просто…
взяла её за руку.
— Это… больно, — тихо сказала она.
Агнес смотрела на неё.
Сквозь слёзы.
— Очень.
Нарцисса кивнула.
— Я знаю.
Пауза.
— И ты имеешь право плакать.
Слёзы снова потекли.
Но в этот раз—
чуть тише.
Чуть спокойнее.
— Но ты не имеешь права ломать себя из-за него, — добавила Нарцисса.
Агнес слабо покачала головой.
— Уже поздно…
— Нет, — твёрдо сказала Нарцисса. — Не поздно.
Она сжала её руку сильнее.
— Пока ты дышишь — не поздно.
Тишина.
И впервые за всё это время—
в глазах Агнес мелькнуло что-то ещё.
Не только боль.
Слабое.
Едва заметное.
Но…
не пустота.