107 глава
Три дня спустя дело о случайном убийстве Сунь Цай Наня Шэнь Юанем было закрыто. Сунь Тянь Чжэн был настроен решительно, и Шэнь Юань был казнен у ворот У.
Бесконечное множество людей сновали вокруг, желая хоть одним глазком взглянуть на процесс. Им было интересно посмотреть на такой позорный финал человека, обладавшего столькими талантами и перспективами. Некоторые сочувствовали Шэнь Юаню, некоторые ругали Чу Чу на чем свет стоит, и в целом возле места казни бурлила жизнь.
Шэнь Юань, должно быть, никогда не думал, что для него настанет такой день. Он был надменным и старательно взбирался по социальной лестнице, выставляя напоказ все свои достижения, а теперь все эти "дешевые обыватели" указывали пальцем на него, заставляя его чувствовать ужасный дискомфорт.
Большинство людей бросали в него яйца и гнилые овощи, все это смешалось на его теле, превратившись в зловонную пасту. Долго думать не надо – это были люди семьи Сунь. Шэнь Юань опустился на колени на платформе, и палач встал возле него. Обычно в это время семья преступника подходила к нему, чтоб попрощаться, накормить и напоить в последний раз – но никто из семьи Шэнь не явился на казнь.
Тем более Шэнь Синь, который был во вражде с остальными членами семьи Шэнь. Шэнь Гуй был человеком, ищущим преимущества и избегающим вреда, Жэнь Вань Юнь сошла с ума – и даже Старая Шэнь Фужэнь, которой ничто не мешало прийти, не почтила его своим присутствием. Удивительно, что обычно добродушный и праведный Третий дом тоже отсутствовал. Видимо, они пожертвовали добродушием и праведностью, боясь оскорбить семью Сунь.
Зимний воздух мягко обволакивал Шэнь Юаня. Он поднял голову, чтобы в последний раз посмотреть, как солнечный свет заливает столицу Дин. Новый Год только-только наступил, и золотое сияние солнца было ярким, как летом. Часы пробили полдень. Палач набрал в рот вина, брызнул им на большое лезвие и поднял его над головой Шэнь Юаня.
Лезвие опустилось.
Толпа взорвалась взволнованными криками, и женщины прикрыли глаза в страхе. Голова казненного покатилась с платформы прямо в толпу. Запахло кровью. Глаза Шэнь Юаня были широко открыты, как если бы он просто чему-то удивлялся, как если бы готовился что-то спросить – даже несмотря на то, что его голова уже была отделена от тела.
Некоторые люди заметили это и тихо развернулись, прячась среди других зевак.
* * *
В этот момент в резиденции Шэнь стояла гробовая тишина.
Воспоминание о Шэнь Юане еще было слишком свежим, и его смерть все еще была потрясением. В резиденции Шэнь было не так уж много наследников, тем более таких, которые были способны вознести резиденцию на Небеса. Таким наследником был Шэнь Юань – а теперь он нашел свою смерть под лезвием палача. Люди в резиденции были подавлены.
Шэнь Вань сидел в комнате, когда слуга вбежал и сообщил:
– Наказание свершилось. Второго Молодого Хозяина привезли назад.
В конце концов семья Сунь согласилась вернуть тело Шэнь Юаня назад в семью, и это можно было считать огромной уступкой. Пусть даже семьи не вступали в открытый конфликт и расправа над Шэнь Юанем случилась в соответствии со всеми желаниями Сунь Тянь Чжэна, все понимали, что семьи Шэнь и Сунь отныне в непримиримой вражде – и кто знает, к чему она приведет в итоге?
– Теперь уже нет надобности горевать о нем, осталось только похоронить, – Шэнь Вань вздохнул с тяжестью на сердце.
– Господин все еще взволнован всем этим? – мягко спросила Чэнь Жоу Цю, подойдя к нему. – Мы были беспомощны в этой ситуации. Семья Сунь – не обычная семья.
– Я просто чувствую, что… – Шэнь Вань покачал головой, – … Все это как-то неправильно. Ты это осознаешь? – он сказал: – Почему семья Шэнь так несчастна в последнее время? Как могло столько горя произойти в такой короткий срок?
– Может ли быть, что это все подстроено? – встревожилась Чэнь Жоу Цю.
Шэнь Вань помолчал, задумавшись, затем произнес:
– Какой-то бред.
Чэнь Жоу Цю быстро сказала:
– Я говорю глупости, Хозяин не должен удивляться этому, – Чэнь Жоу Цю была явно раздосадована. Больше всего Шэнь Вань ненавидел суеверия. Она произнесла это случайно и боялась разозлить его. Женщина продолжила: – Кстати, все эти события произошли в семье Второго Старшего Брата. Сначала Цин'эр, теперь мальчик Юань…
С каждым словом она подливала масла в огонь и начала тревожиться еще больше. Пусть раньше она испытывала ревность из-за Жэнь Вань Юнь, но после того, как та обезумела, никто в резиденции не стоял рядом с ней. Ло Сюэ Янь? Нет, жена Шэнь Синя не могла быть ей конкуренткой.
– Именно так, – сказал Шэнь Вань. – Понятия не имею, кому так насолил Второй Старший Брат. Теперь, когда все детали сложились вместе, очевидно, что это чей-то продуманный план.
– Второй Старший Брат не мог оскорбить никого в императорском дворе, – сказала Чэнь Жоу Цю, – Разве что в резиденции. Я начинаю думать, что все началось с того дня, как Пятая Девочка очнулась после падения в воду. С тех пор несчастья идут одно за другим…
– Ты что же, говоришь, что все это устроила Маленькая Пятерка? – Шэнь Вань даже повеселел. – Если бы Маленькая Пятерка обладала такими способностями, весь мир давно был бы в огне, – он утешительно погладил руки Чэнь Жоу Цю. – Я знаю, тебе тяжело в последнее время, но не выдумывай лишнего. Как Маленькая Пятерка, юная девушка, смогла бы совершить такое? Намного вероятней, что это Старший Брат и Старшая Сао научили ее, но ни один из них не использовал бы такие методы. Они бы действовали напрямую… – Шэнь Вань задумался. – Я понаблюдаю. А ты не думай об этом, лучше подумай о партии для Юэ'эр. Она уже в том возрасте, когда стоит подумать о женитьбе.
При упоминании женитьбы Шэнь Юэ Чэнь Жоу Цю на миг позабыла о своих подозрениях. Шэнь Вань заботился о наследниках больше, чем Шэнь Гуй, и уже много лет относился к Шэнь Юэ с большой любовью, даже при том, что она была дочерью. Чэнь Жоу Цю пообещала:
– Я послушаюсь Господина.
* * *
В Западном дворе Шэнь Мяо выбирала одежды, пока Цзин Чжэ занималась ее волосами. Служанка сказала:
– Второго Молодого Хозяина привезли назад в повозке. Говорят, его скоро похоронят. Без почестей.
В резиденции все, кроме Старшего дома, любили делать все красиво и правильно. Таким был день рождения Старой Шэнь Фужэнь – празднование было роскошным, и о нем знали все в городе. Поэтому было очень непривычно, что похороны Шэнь Юаня, сына Ди Второго дома, организовывают так небрежно. Но на то были причины. Во-первых, скандал хотели замять как можно скорее, во-вторых, все опасались гнева семьи Сунь – и даже если бы на похороны пригласили много людей, они бы с большой вероятностью не пришли, чтобы не оскорблять семью Сунь Тянь Чжэна.
– Второй Хозяин редко бывал в резиденции последнее время, – добавила Гу Юй. – Теперь он вернулся, и все равно прохлаждается во дворе Вань И Нян. Я думаю, что бы там ни сделал при жизни Шэнь Юань – это все равно его кровь и плоть. Как можно быть таким жестоким, как Шэнь Гуй?
Шэнь Мяо улыбнулась.
– Днем он был занят встречами с официальными личностями, а ночью? Если он не ночевал во дворе Вань И Нян, может быть, он ночевал в кровати Второй Шэнь?
Изначально планировалось, что разговор зайдет о жестокости Шэнь Гуя, но Шэнь Мяо открыто использовала слова "ночевал в кровати". Гу Юй смутилась и не понимала, почему Шэнь Мяо стала такой бесстрашной. Ее манеры в обществе оставались безупречными, но как могла она не стыдиться, так свободно говоря об отношениях между мужчиной и женщиной? Однако ей стоит продолжать быть такой открытой и в будущем. Если она встретит недостойных мужчин, они только поразятся такому ее отношению и не причинят ей никакого вреда.
Шэнь Мяо не обращала внимания на выражение лица Гу Юй, поэтому не замечала ее задумчивого вида. Она спросила:
– А как там обстоят дела в резиденции семьи Сунь?
– Члены семейства Сунь скрывают все очень тщательно, даже слуги почти ничего не знают, – быстро ответила Цзин Чжэ. – Говорят только, что Молодой Леди Бяо живется не очень хорошо. Я слышала, что в первый день… в первый день… – она не могла говорить дальше.
– Что произошло в первый день? – Шэнь Мяо развернулась и пытливо посмотрела на Цзин Чжэ.
Цзин Чжэ, замявшись, ответила:
– Слышала, что в первый день Молодой Леди Бяо и лошади в стойле дали таблетки с афродизиаком, чтобы они… ну… а в это время Хозяин Сунь собрал всех слуг в стойле и приказал смотреть на это.
Гу Юй чуть не подавилась.
– Человек – и лошадь?!
Лицо Цзин Чжэ моментально покраснело. Гу Юй продолжила:
– Все эти люди семьи Сунь – настоящие извращенцы!
Человек и лошадь. Какую же боль пережила Цзин Чу Чу! И не только физическую, а боль от того, что эту невыносимую сцену наблюдали посторонние. Лучше уж умереть, чем пройти через такое.
Гу Юй продолжала расспрашивать, и Цзин Чжэ казалась раздраженной. Она вообще не хотела начинать такую щекотливую тему при Шэнь Мяо, боясь осквернить ее слух, но когда она взглянула на Шэнь Мяо, то увидела, что ее лицо абсолютно спокойно. Ни смущения, ни шока – и в конце концов она произнесла:
– Сунь Дажэнь слишком добра. Можно было и быка использовать.
– Молодая Леди… – челюсть Цзин Чжэ отвисла.
Шэнь Мяо взглянула на нее.
– Тут нечему поражаться.
Во Внутреннем Замке такой метод использовали, чтобы наказывать непослушных женщин, но она никогда не принимала в этом участия. Шэнь Мяо предпочитала доводить до суицида, чтобы не усложнять. Но она видела, как Мэй Фужэнь наказывала дворцовую служанку, спутавшуюся с евнухом. Они накормили быка афродизиаком и бросили служанку к нему, чтобы та умерла в муках.
Поэтому методы Сунь Тянь Чжэна ее не удивили, но она не догадывалась, насколько шокированы были Цзин Чжэ и Гу Юй ее отношением.
Через какое-то время к Цзин Чжэ наконец вернулся дар речи.
– Куда Молодая Леди хочет пойти сейчас?
– В Цай Юнь Юань.
– Зачем Молодой Леди идти туда? – удивилась Гу Юй. – Второго Хозяина там сейчас нет. Молодая Леди собирается навестить Вань И Нян?
Шэнь Мяо покачала головой.
– Я найду Вторую Шэнь.
– Вторая Фужэнь не в своем уме… – на всякий случай напомнила Гу Юй.
– А вот это не обязательно правда.
* * *
В это время в Цай Юнь Юань весь мир был перевернут с ног на голову.
На самом деле, это можно было сказать и про всю резиденцию Шэнь, но особенно – про Второй дом семьи Шэнь, базирующийся в Цай Юнь Юань.
Ранее уважаемая и успешная Вторая Фужэнь выжила из ума, всеми любимая и прекрасная Старшая Молодая Леди совершила суицид в тюрьме, оставшись в памяти у всех шлюхой, состоящей в незаконных отношениях. Даже непревзойденный Второй Молодой Хозяин стал преступником на глазах у всего города и умер под мечом палача. Если жизнь – спектакль, то для Цай Юнь Юань этот спектакль был уж слишком трагичным.
Единственным утешением оставалось то, что у Второй Фужэнь, Жэнь Вань Юнь, все еще был второй сын Ди, Шэнь Юань Бо, но он был воспитан Старой Шэнь Фужэнь. Если бы Жэнь Вань Юнь была не так безумна, как хотела казаться, то с помощью Шэнь Юань Бо она бы могла временно стать главой дома. Но только временно. Кто знал, не заведет ли Шэнь Гуй младших жен в будущем? В конце концов, он был похотливым, и у него вполне могли родиться еще сыновья.
По сравнению с незавидной судьбой Жэнь Вань Юнь, Вань И Нян, которую много лет никто не замечал, теперь, кажется, начинала возрождаться. После долгих унижений, после того, как даже родившуюся у нее дочь никто не признавал, она и не надеялась, что когда-нибудь Небеса вновь будут к ней благосклонны. Шэнь Гуй не ценил отношения высоко, но он хорошо относился к женщинам. Вань И Нян всего лишь нужно было завладеть его сердцем, чтобы вернуть благосклонность к себе, и тогда положение Шэнь Дун Лин станет еще лучше.
– Дун Лин, очень скоро я попрошу Хозяина организовать двор для тебя, – Вань И Нян улыбнулась Шэнь Дун Лин, не отрываясь от шитья. Шэнь Юань был уже мертв, Шэнь Юань Бо был еще юн, а Жэнь Вань Юнь больше ее не пугала. Брови Вань И Нян радостно приподнялись, и в голосе ее слышалось счастье.
– Какой двор? – Шэнь Дун Лин, читающая за столом, подняла голову.
– Мы с тобой очень долго теснились в одном дворе, а у других молодых леди твоего возраста давно уже есть собственные. Тебе нужно перебраться. В конце концов, в этом месте слишком много народу.
– Но они дочери Ди, а я дочь Шу, – спокойно ответила Шэнь Дун Лин.
Когда Вань И Нян услышала это, ее сердце сжалось. Рождение Шэнь Дун Лин было тем, чего она не могла изменить, и это беспокоило ее всю жизнь. Она говорила себе, что положение Шэнь Дун Лин не было ниже, чем у Шэнь Цин, Шэнь Юэ или Шэнь Мяо, но за прошедшие десять лет не раз убеждалась в обратном. Теперь же, когда это препятствие исчезло, она не могла продолжать видеть Шэнь Дун Лин в таком скромном положении.
Вань И Нян сказала:
– Старый двор Старшей Молодой Леди сейчас свободен. Тебе не обязательно спать в ее комнате, можешь выбрать другую. Этот двор в хорошей части города, и виды из окон там красивые. Такой красоте нельзя пропадать почем зря. Теперь Хозяин относится к нам хорошо, и мне кажется, что он согласится.
– И Нян, не надо, – отказалась Шэнь Дун Лин. – Сейчас не лучшее время. Раз мы и так жили тут вместе десять лет, то к чему спешка? Даже если Отец относится к нам хорошо, И Нян должно быть хорошо известно, что он за человек. Лучше подождать, пока все уляжется, а потом вернуться к этой теме.
Вань И Нян хотела поубеждать еще, но неожиданно заметила свою личную служанку, Лу Хуа, вбежавшую в комнату. Она взволнованно доложила:
– И Нян, Пятая Молодая Леди пришла в наш двор!
– Пятая Молодая Леди? – Вань И Нян резко поднялась. – Зачем я ей нужна?
Шэнь Дун Лин тоже уставилась на Лу Хуа.
Лу Хуа покачала головой и сказала:
– Ей нужна не И Нян. Эта служанка видела, как она направляется к комнате Второй Фужэнь.
– Пятая Молодая Леди пришла ко Второй Фужэнь! – в голосе Вань И Нян появились истерические нотки. – Зачем ей Вторая Фужэнь? Вторая Фужэнь сумасшедшая!
– Эта служанка сначала хотела подслушать, но две служанки, которых привела Пятая Молодая Леди, охраняли очень тщательно. Остальные были далеко от комнаты и не могли ничего увидеть или услышать. – Лу Хуа спросила: – И Нян, что делать с этим?
И Нян нервно шагала по комнате и бормотала себе под нос:
– Что не так с этой Пятой Молодой Леди, зачем она пришла ко Второй Фужэнь? Вторая Фужэнь и Пятая Молодая Леди всегда были в ссоре, так что вряд ли это акт добродушия, – она посмотрела на Шэнь Дун Лин. – Шэнь Дун Лин, что скажешь?
Глаза Шэнь Дун Лин опустились, как бы смутившись. Она сказала:
– Раз нельзя подслушать, то не вмешивайтесь и оставайтесь на месте. Пятая Молодая Леди – непростой человек, и раз она пришла, значит, она снова что-то готовит. Мне кажется, мы никак не можем этому помешать.
– Разве можно это оставить вот так? – Вань И Нян была в замешательстве. – Что, если она и Вторая Фужэнь замышляют что-то вдвоем?
– Вторая Фужэнь и Пятая Младшая Сестра – не те люди, которые забывают сделанное им добро и зло, – спокойно произнесла Шэнь Дун Лин. – Мы не переступали дорогу Пятой Младшей Сестре ранее, поэтому неважно, против кого она задумала диверсию – нас это не коснется. – Она посмотрела на Вань И Нян. – Остается только ждать хорошего представления.
Цай Юнь Юань, Гу Юй, Бай Лу и Шуан Цзян сторожили комнату в двух шагах от нее. Цзин Чжэ сопровождала Шэнь Мяо внутрь. Другие служанки во дворе занимались своими делами. Жэнь Вань Юнь сошла с ума, так что слугам больше не нужно было ублажать и угождать ей. Все они обращали больше внимания на тех, кто был в более выгодном положении – более того, ранее Жэнь Вань Юнь обращалась с подчиненными очень жестко, поэтому им намного больше нравилось прислуживать деликатной и безобидной Вань И Нян.
По этой причине служанки даже не остановили Шэнь Мяо, за которой был весь Первый дом.
Но не все думали так же. У Жэнь Вань Юнь были ее собственные служанки, уже много лет работавшие на нее – Сян Лань и Цай Цзюй. И теперь в ее комнате они смотрели на Шэнь Мяо с неприкрытым неодобрением и желанием выпроводить вон.
Шэнь Мяо заметила их взгляды, но ее это не смутило. Раз двое служанок не захотели выйти, то пусть послушают.
В углу кровати сидела женщина, обняв колени. Выражение ее глаз было пустым. Ее волосы, казалось, были красиво уложены, прежде чем она растрепала их, и на ее одежде виднелись следы от слюны. Ее губы едва заметно тряслись, и смотрела она не на людей в комнате, а вверх – как будто на Небеса. Никто не знал, о чем она думает.
– Пятая Молодая Леди, как Вы видите, здоровье нашей Фужэнь еще не восстановилось, так что Ваше присутствие лишь ухудшит ее состояние, – сказала Сян Лань.
– Я хочу сказать Второй Шэнь только одну вещь, – улыбнулась Шэнь Мяо, – Хотя она и так должна об этом знать. Даже во время болезни ей должны быть интересны новости. Второй Старший Брат был обезглавлен сегодня днем и его тело лежит в гробу, который очень скоро зароют в землю.
– Пятая Молодая Леди, Фужэнь и так больна! Ей нельзя слушать такое! – громко вскрикнула Цай Цзюй. Их с Сян Лань лица полыхали гневом, но они все равно не осмелились выпроводить Шэнь Мяо из комнаты. Теперь и им было известно, что она – непростой человек, и что большую часть Второго дома настигли несчастья не без ее участия. К ней можно было относиться как к врагу Второго дома, и она была не одна – ее всегда поддерживали Шэнь Синь и его жена. И когда такой человек противостоял Второму дому, никто не осмеливался бороться с ним.
Шэнь Мяо проигнорировала слова служанок и с улыбкой взглянула на Жэнь Вань Юнь:
– Также Второй Шэнь должно быть известно, что во время казни никто не пришел попрощаться со Вторым Старшим Братом. Второй Шу, Третий Шу, Третья Шэнь и Старая Фужэнь – никто из них, – она сделала паузу. – Я думаю, что, если бы не болезнь, Вторая Шэнь обязательно сопроводила бы Второго Старшего Брата в последний путь. Теперь в своем путешествии в загробный мир Второй Старший Брат один. Какая жалость.
– Пятая Молодая Леди! – Сян Лань снова не смогла сдержаться.
– Чего вы боитесь? – рот Шэнь Мяо искривился. – Вторая Шэнь больна и не понимает моих слов. Вам страшно, что я ее спровоцирую?
– Конечно, нет, – нехотя ответила Цай Цзюй.
– Тогда стойте там спокойно и заткнитесь, – Шэнь Мяо подняла брови. – А если нет, я найду способ отстранить вас от служения вашей Фужэнь.
Сян Лань и Цай Цзюй были втайне шокированы – Шэнь Мяо произнесла все это с такой уверенностью, что им стало жутко.
– Перед уходом Второго Старшего Брата в мир иной Вторая Шэнь заболела, так что не видела его вовсе. Думается, Второй Старший Брат был очень опечален этим в свои последние дни, ведь так и не увидел своих родителей. Очень трагично, на самом деле.
Жэнь Вань Юнь все еще с глупым видом изучала потолок, но тут ее кулаки неосознанно сжались.
– Пару дней назад Вань И Нян пришла и искала меня, – улыбнулась Шэнь Мяо. – Кажется, она стремится построить со мной хорошие отношения и надеется, что в будущем я замолвлю за нее словечко перед Старой Фужэнь. И могу поспорить, что вероятность перехода Второй Шу в статус настоящей жены очень велика.
Когда эти слова повисли в воздухе, лица Сян Лань и Цай Цзюй побледнели. Все знали, что теперь Вань И Нян из Второго дома снова была в фаворе. Прежде Жэнь Вань Юнь не давала ей жизни, а теперь Мадам Вань обрела влияние и может даже стать возведенной в статус настоящей жены, может ли все это быть местью? Теперь, когда отношения с Шэнь Гуем разрушились и Старой Шэнь Фужэнь все равно, насколько жалким будет будущее Жэнь Вань Юнь...
– Я, конечно, этого не хочу, – Шэнь Мяо повернула голову и будто думала вслух. – На Второй Шэнь держится резиденция, так что я, очевидно, буду на ее стороне. Но вот Вань И Нян так не считает. Более того, Седьмой Младший Брат все еще воспитывается Старой Фужэнь, а когда он вырастет, Вань И Нян станет полноправной женой, а вы все еще будете больны – разве Вань И Нян будет относиться к Седьмому Младшему Брату хорошо? Вряд ли. Может быть, она и хочет подружиться со мной, чтобы в будущем…
– Если ты посмеешь строить планы против моего Седьмого сына, я заставлю тебя почувствовать, что иногда смерть милосерднее жизни! – взревела Жэнь Вань Юнь в углу. По неясной причине ее голос было тяжело слушать. Глаза, которые все это время смотрели вверх, наконец опустились на Шэнь Мяо. В них горела слепая ярость, как у дикого волка.
– Как можно строить планы против Седьмого Младшего Брата? – Шэнь Мяо не смутилась. – Если Вторая Шэнь не верит, могу поклясться, что если я когда-нибудь причиню ему вред – пусть меня ударит молния, и я умру в муках.
Взгляды людей в комнате сменились на удивленные. Цзин Чжэ, стоявшая без единого слова, встревожилась. Как могла Шэнь Мяо произносить такие клятвы? Они все высоко ценили клятвы и редко их давали, а Шэнь Мяо произнесла ее так легко, словно это обычное дело.
Жэнь Вань Юнь это не убедило. Сверля Шэнь Мяо взглядом, она сказала:
– Не может быть, что ты пришла сюда и провоцируешь меня своими словами лишь для того, чтоб потом дать такую жестокую клятву, – она помолчала, потом продолжила: – Шэнь Мяо, я не могу тягаться с тобой. Раньше я недооценивала тебя. Если бы я могла вернуться в прошлое, я бы расправилась с тобой раньше, чем ты бы достигла такого возраста, и ни капли бы тебя не жалела!
– А у Второй Шэнь есть чувство юмора, – ответила Шэнь Мяо. – С какой стати Вам вообще меня жалеть?
– Ты уже провоцировала меня. В случаях с Цин'эр и Юань'эр постаралась и ты, и теперь, если ты хоть пальцем тронешь Седьмого сына, – я точно прикончу тебя, – обнажив зубы, прошипела Жэнь Вань Юнь.
– Мне известно, что Вторая Шэнь бросится в огонь и в воду за Седьмого Младшего Брата, поэтому мне известно и то, что Второй Шэнь недолго осталось быть больной.
– Чего именно ты хочешь? – Жэнь Вань Юнь уставилась на нее. – Как ты еще собираешься мне навредить?
Шэнь Мяо дружелюбно улыбнулась.
– Второй Шэнь не стоит обвинять меня без причины. В общем-то, я здесь, чтобы предложить вам выход.
– Выход? – переспросила Жэнь Вань Юнь с трагическими нотками в голосе. – Какой выход у меня есть теперь, после всего, что случилось?
– Неужели Вторая Шэнь считает, что хуже нынешней ситуации уже ничего не будет? – удивилась Шэнь Мяо. – Вторая Шэнь всегда отличалась умом, неужели она правда так заблуждается?
– Что ты имеешь в виду? – лицо Жэнь Вань Юнь побледнело.
– Все просто, – Шэнь Мяо улыбнулась. – Теперь, когда Вань И Нян окончательно захомутала Второго Шу, что будет, если Вань И Нян понесет сына от Второго Шу? Что станет с Седьмым Младшим Братом?
Жэнь Вань Юнь напряглась.
– Второй Шэнь хорошо известно, что теперь Второй Шу предпочитает Вань И Нян Второй Шэнь. А значит, сына от Вань И Нян он будет предпочитать Седьмому Младшему Брату, разве нет? Если наступит день, когда Вань И Нян станет главной женой, во Втором доме будет два сына Ди от разных матерей. Как Вы не понимаете, – удивленно спросила Шэнь Мяо, – Что они будут биться друг с другом?
Жэнь Вань Юнь слушала, и ее переполняла тревога.
– Да, сын Вань И Нян будет под ее покровительством, а Седьмой Младший Брат – под Вашим. Но Вторая Шэнь, согласитесь – ведь Вы не сможете отражать удары так же, как делали это раньше.
Каждое слово Шэнь Мяо попадало по больному месту. Жэнь Вань Юнь не сдержалась и воскликнула:
– Эта шлюха не смогла родить сына раньше и не сможет теперь!
– Вторая Шэнь умна, – Шэнь Мяо вздохнула. – Но подумайте вот о чем: что, если в будущем другая, не Вань И Нян, понесет от Второго Шу? Или у него не будет других женщин?
Она обсуждала отношения старших так раскрепощенно и спокойно, что все поразились. Жэнь Вань Юнь была больше всех удивлена словами Шэнь Мяо. Кому, как не ей, был известен характер Шэнь Гуя? Когда Жэнь Вань Юнь была главной матерью семьи, Шэнь Гуй продолжал приводить младших жен в резиденцию – и она была вынуждена кормить их таблетками бесплодия, иначе Второй дом был бы переполнен их отпрысками.
– Видите ли, можно защититься один раз, но нельзя держать оборону всю жизнь. В этом мире очень много женщин, и среди них немало тех, кто был бы не против войти во Второй дом. Если только Жэнь Вань Юнь не сможет контролировать внутренний двор и давать таблетки, как это было раньше. Но способна ли она на это сейчас? И кстати, Вань И Нян все же смогла родить Третью Старшую Сестру. А это значит, что в будущем может появиться новая Вань И Нян.
Лицо Жэнь Вань Юнь приобрело маниакальное выражение. Все, на что она могла надеяться – это ее сыновья, а если ее лишат и их, что останется?
– Вторая Шэнь, Вы хотите видеть, как семья, которой Вы с таким трудом управляли, и деньги резиденции достанутся не твоим сыновьям, а детям другой женщины? Второй Старший Брат был незаурядным, и все во Втором доме должно было принадлежать ему – ну или, в крайнем случае, Седьмому Младшему Брату. Но теперь в почете совсем другие. Вы правда хотите шить свадебные костюмы для других?
Жэнь Вань Юнь уставилась на Шэнь Мяо.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я предлагаю Вам выход, – Шэнь Мяо улыбнулась, прежде чем достать из рукава маленький сверток и положить его в руки Жэнь Вань Юнь. – Таблетки бесплодия для мужчин, – мягко сказала она.