Звёздный Аурум

П

ервые лучи утреннего солнца ярко светили в глаза, заставляя проснуться. Пришёл новый день, а с ним и неутолимое чувство голода. В ходе последних событий Маркус совсем забыл о еде. Он уже не помнил, когда в последний раз что-то ел. Поднявшись с кровати, парень для себя заметил, что чувствует себя отлично, от боли в боку остались лишь воспоминания. Наверняка, это вчерашние гости поколдовали над ним, пока он спал. Сегодня Марк по-настоящему выспался и полон сил для достижения своей цели. Первым делом, парень принялся искать в хижине что-то съедобное, хотя очень сомневался в успехе. Сушёные фрукты, овощи и грибы, возможно, могли бы и утолить голод ненадолго, но кто знает, что его они ещё сделают с его организмом. В поисках еды Марк невольно поймал себя на глупой мысли, как он будет умирать в конвульсиях от отравления этими жуткими штуками. От этого противного зрелища в собственной фантазии парня передёрнуло, и он решил, что из хижины явно ничего есть не станет.

Жаль, что он покинул дом Брунгильды в самое неподходящее время – в начале весны. Было бы лето – проблем с пропитанием не возникло б. Даже в треклятом Туманном лесу нашлись бы какие-нибудь лесные ягоды, которые бы не дали парню умереть голодной смертью. Немного подумав, он решил отправиться на рынок за провизией, на которую он потратит свои последние сбережения. В то время, как он жил в доме Брунгильды, Маркус вносил свою лепту в жизнь семейства, подрабатывая пастухом. Большинство жителей Флореваля имеют в своих владениях большое количество скота, так что работа для маленького пастуха всегда находилась. Иногда Маркусу удавалось спрятать монетку другую, потому что остальную часть его честного заработка забирала тётка. Брунгильда не вела хозяйство, как это делали остальные жители деревни, живя за счёт крошечного заработка своих детей, и практически не выходила из дому. Она знала всех жителей Флореваля, подслушивала сплетни, но ни с кем из них не общалась, как и те с ней. Да и кто захочет иметь дело с человеком, которому всё не так: то солнце сильно ярко светит, то лунный свет слишком тусклый, то времена нынче не те, что были раньше; погода слишком засушливая, то мёрзлая. Никто не хотел иметь дело с человеком, главным занятием в жизни которого были извечные причитания, как жизнь нынче плоха, не делая ничего для её улучшения. Выходя на улицу и общаясь с другими жителями его деревни, Маркус наблюдал за тем, как они живут, как общаются друг с другом, и невольно завидовал. Во всём Флоревале царила любовь и взаимоуважение. Люди были рады прийти на помощь друг другу без всяких корыстных целей. Многие даже пытались помочь Брунгильде, а самым популярным предложением было предложение помощи в посадке цветов в её дворе. И именно эта тема выводила тётку из себя больше всего. Она грубо посылала доброжелателей куда подальше и грозилась наслать проклятие на их дома и семьи. Все прекрасно понимали, что это были лишь пустые угрозы, семья Брунгильды никогда не связывалась с магами, ведьмами или знахарками, и проклинать она могла их только у себя в голове. После неудачных попыток быть доброжелательными, флоревальцы бросили эту глупую затею и больше не тревожили женщину.

Самой большой несбыточной детской мечтой Марка был ежегодный фестиваль Лета в Атре. В середине лета все жители столицы и близлежащих деревень собирались в городе, пели песни, танцевали. Весь Атр был усыпан лепестками самых красивых цветов, а в воздухе витал их сладкий аромат. В этот день все сословия общались друг с другом наравне, будь то простой крестьянин, или особа голубых кровей. Это был день единства народа Астерии. Каждый год вечером парень наблюдал, как возвращаются Флоревальцы в сопровождении смеха и песен. Их лица сияли от счастья, они танцевали на ходу и просто радовались жизни. Для семьи его тётки этот праздник не имел никакого значения, а значит ему не суждено было попасть туда. От мыслей о собственной беспомощности, Маркуса накрывала грусть. В то время, как в воздухе витало хорошее настроение, его собственное было отнюдь не радостным. Он мог лишь наблюдать, как наслаждаются жизнью другие. Облокотившись на ветхий забор у дороги, Марк каждый год ждал в глубокой ночи, пока появятся первые счастливые флоревальцы. Грусть постепенно уходила, как только он с далека слышал первые звуки музыки и звонкий смех. Он невольно улыбался, видя, как весёлые люди махали ему в знак приветствия. Для него это стало в своём роде традицией, которую он ни разу не нарушал.

Туманный лес встретил Марка тёплыми солнечными лучами и звонким пением птиц в вышине. Воздух был сухой, не смотря на то что этой ночью в лесу вновь господствовал туман. Парень всегда шёл одной дорогой, боясь заблудиться и зайти в запретные земли леса. Пока он шёл своей обычной тропой, он был уверен, что с ним ничего не случится. По дороге, Маркус наслаждался могучей красотой природы, обращая внимание на каждую деталь. Высоченные сосны внушали страх, особенно ночью, но при свете дня они выглядели вполне умиротворённо. За всё время пребывания в Туманном лесу юноша не замечал ни одного животного, ни единой птицы, лишь слышал издаваемые ими звуки где-то вдалеке, что было весьма странно. Хотя понятия странного для Туманного леса весьма относительно.

Вдруг позади послышался глухой треск ломающихся веток и тихий девичий смешок. Маркус остановился и, не оборачиваясь, слегка улыбнулся.

– Я тебя слышу, можешь не прятаться.

Из-за толстого ствола многовекового бука, вприпрыжку выбежала Кара. Её золотое одеяние поблёскивало на ярком свету и слегка слепило глаза.

– Как прошла твоя ночь? – поинтересовалась девочка, подойдя к Марку.

– Хорошо, чувствую себя отдохнувшим.

– И куда ты идёшь?

– В деревню.

– Ты что покидаешь нас? Но ты ведь только пришёл, и мы ещё не помогли раскрыть твоё предназначение. – Она говорила таким жалобным голосом, как будто вот-вот расплачется. – Ты не можешь всё бросить просто так.

– Я не ухожу на совсем, а лишь отправляюсь за едой. Людям нужно есть, чтобы жить.

– А-а-а, ну тогда я иду с тобой, – Кара подхватила Марка под руку и потащила его за собой.

– Погоди, но ты не можешь просто так заявиться в мир людей в таком виде. – Парень остановился и взглядом окинул нимфу с ног до головы.

– Об этом не волнуйся.

От Кары исходил ослепляющий свет, от которого парню пришлось отвернуться и закрыть руками глаза. Через мгновение перед ним уже стояла не золотая нимфа, а златовласая девочка лет четырнадцати в простом тёмно-зелёном платье, подвязанным золотым поясом и накидкой из белоснежной овечьей шерсти.

– Теперь я смогу пойти с тобой. – На лице Кары засияла довольная улыбка, и она снова потянула Марка за собой.

– И часто ты такое проделываешь? – спросил парень, пытаясь набрать такой же темп, как и нимфа.

– Только когда нужно. Я не особо люблю выходить за пределы леса. Все люди алчные и жестокие, если они узнают, кто я, то я больше не вернусь домой. Да, конечно, всегда есть исключения, - поясняла свои слова девочка, когда Маркус послал ей недовольный взгляд, мол я тоже человек, и ты меня оскорбляешь, - но добрых и отзывчивых сейчас всё меньше и меньше. Хотя ты сам это прекрасно знаешь, ведь не от хорошей жизни ты променял дом на устрашающий Туманный лес.

– Не такой уж и страшный, как все говорят, – юноша фыркнул в ответ, – после всех сказок и легенд, которые мне доводилось слышать за всю свою жизнь, я уж думал, что здесь будет и пострашнее. Но как видишь, я ещё жив и здоров и уже ни капли не боюсь.

– Это всё, потому что ты чист сердцем, – как само собой разумеющееся объяснила Кара.

– Второй раз уже слышу эту фразу. Что она значит? – Маркус недоумённо уставился на девочку, ожидая ответа. Они смерили свой шаг, чтоб было удобнее вести разговор.

– Твоя судьба на землях Туманного леса зависит от чистоты помыслов и цели, ради которой ты направляешься сюда. К примеру, ты пришёл сюда за ответами на вопросы, которые оставила смерть твоего деда. Ты пытаешься найти своё предназначение, и это благородная цель. Поэтому лес принял тебя, и ты в полной безопасности. А если ты возомнил себя великим защитником людей от туманных тварей и намерен уничтожить то, что мы защищаем – жизнь будет коротка. На самом деле, лишь небольшая часть леса опасна для людей. Это наши земли, и мы не подпускаем посторонних. Остальной же лес вполне себе обычный. Сказки о том, что весь Туманный лес такой ужасный и смертоносный были придуманы много столетий назад, чтоб отпугнуть разбойников и захватчиков от Атра. Со временем и сами атровцы стали верить этим выдумкам, и сейчас мало кто ходит в лес.

– Кстати, хотел спросить, а где все птицы и звери? Я слышу их, но ни разу не видел.

– И не увидишь. То, что ты слышишь – это лишь отголоски прошлого, голоса душ. Именно их в легендах именуют «туманными тварями», однако души животных могут лишь изрядно напугать, но никак не убить. Так, что всё, что ты когда-либо слышал о Туманном лесу правдиво лишь частично, на самом деле, всё намного сложнее. Если ты знаешь, у людей есть переходная часть между жизнью и смертью, время которое души проводят на Земле уже без своего физического тела перед тем, как отправятся к Создателю. Так вот, у животных всё так же само, и своё переходное время они проводят здесь, поэтому так важно, чтобы люди держались отсюда подальше.

– И ты можешь видеть их души?

– Естественно, в этом заключается моё предназначение. Мы с Нотусом и Тенебрис следим за тем, чтобы все создания природы свободно покинули этот мир.

– Прости за нескромный вопрос, сколько ты уже живёшь?

Кара сначала окинула Марка строгим взглядом, а затем звонко засмеялась.

– Не много, не мало – более ста лет. Я не считаю точно, да и незачем. Высшие создания живут ровно столько, сколько им потребуется на выполнение своей жизненной задачи. – Просмеявшись, ответила девочка.

– А что потом? – в глазах парня горел неудержимый интерес, у него было уйма вопросов, которые долгое время оставались без ответа, мучая его. Он был безмерно благодарен Каре за то, что она пошла за ним. После пяти лет одиночества, ему жизненно необходимо поговорить с тем, кто поймёт его.

– А что потом одному Создателю известно.

Они сошли с лесной тропы в сторону Пенваля. Дорога в деревню охотников займёт куда больше времени нежели путь во Флореваль, но Маркус пообещал себе не возвращаться туда не под каким предлогом. Да и перспектива встречи с тёткой или её отпрысками не сулила ничего хорошего. Тем более, парню было приятно находиться в компании золотой девочки, и он не прочь потратить больше времени. Жителями Пенваля были в основном суровые мужчины и не менее угрюмые женщины. Они не отличались особой эмоциональностью, но и не были совсем уж неприветливыми. Главной для пенвальцев всегда была, есть и будет охота и удачная продажа своего товара на деревенском рынке и на рынке Атра. Так что Пенваль – идеальное место, чтобы закупиться нужными продуктами. Как только Марк и Кара миновали первый дом, в нос ударил сильный запах разделанной скотины. Судя по всему, это было жилище мясника. Они прикрыли носы рукавами и поспешили уйти куда подальше от этого зловонного запаха. Люди, проходившие мимо, то и дело кидали заинтересованные взгляды в сторону парочки. Маркусу стало не по себе от того, как они смотрели, а Кару, по всей видимости, это мало заботило. Она улыбалась каждому прохожему и желала хорошего дня. Даже в человеческом облике от девочки исходило некое очарование, неприсущее людям. По сравнению с ней, парень чувствовал себя неприметной серой мышкой, прячущейся в тени, хотя и сам имел для своих пятнадцати лет вполне привлекательную внешность. Его волосы цвета зрелой пшеницы переливались на солнце, а если заглянуть в его дымчатые глаза, в которых отражалась вся его жажда жизни, вся его храбрость и отверженность, то вовсе можно забыться. Однако вся эта красота блекла на фоне старой бедной одежды, которую он донашивал за кузенами: поношенный шерстяной плащ в некоторых местах настолько протёрся, что уже мало грел, из-за чего юноша частенько замерзал в самые морозные зимние дни; кожаные сапоги были столь велики, что меняли его походку самым забавным образом, создавая впечатление лёгкой косолапости.

Глядя боковым зрением на Кару, Марк невольно восхищался её открытостью незнакомым людям и сам того не осознавая грустно вздохнул.

– Что такое? – спросила девочка, а с её лица всё ещё не сходила приветливая улыбка.

– Да так ничего, просто задумался.

– Не стоит быть таким закрытым. Ты что людей боишься? Ну же улыбнись.

– Что? Как? – парень не мог понять, каким образом Кара поняла, о чём он думает.

– Не забывай, я же не человек. – Девочка подняла бровь вверх и слегка ухмыльнулась. – Так ты улыбнёшься сегодня или нет?

Маркус попытался выдавить из себя самую лучезарную улыбку, на которую только был способен, обнажив на показ все зубы. Вышло не совсем то, что он представлял, что он понял исходя от истеричного смеха Кары. Парень закатил глаза, а затем улыбка сама появилась на его лице.

– Вот оно! – громко воскликнула нимфа. – Можешь же, когда хочешь.

– Что могу? – как будто не понимая, что имеет ввиду девчонка, спросил Марк.

– Ты улыбаешься.

– Нет, не улыбаюсь. – Он был упрям, как никогда, пытаясь сжать губы, чтобы те вновь не расплылись в предательской улыбке. Но эмоции победили, и они оба разразились весёлым звонким смехом. Прохожие оборачивались, глядя на двух счастливых ребятишек, не понимая, что могло привести их к такому безудержному веселью.

– Ладно, мы на месте. – Подытожил Маркус, вытирая слёзы смеха с лица.

Они стояли посреди площади, выложенной грубой каменной брусчаткой разного размера. Торговых палаток было не очень много, но всё необходимое купить было можно. Пока Марк узнавал цену и покупал продукты, которые ему были по карману, Кара заводила разговоры с продавцами. То она восхищалась погодой и предсказывала скорый приход весеннего тепла, то расспрашивала их о жизни, о семье. На удивление, пенвальцы, заслужившие репутацию не особо разговорчивых людей, охотно вели беседу с девочкой, сопровождая её улыбкой. Маркус не переставал восхищаться ею, время от времени вмешиваясь в её разговоры с торговцами. Однако те реагировали на него холодно, и говорили лишь по делу.

Потратив все сбережённые деньги и купив всё, что ему будет нужно на первое время, парень закинул тяжёлый мешок на спину и они с лесной нимфой отправились обратно, по пути ведя непринуждённые разговоры. В этот момент Марку не хотелось загружать свою голову сложными мыслями: что будет дальше, что дед хотел сказать ему перед смертью, и наконец понять, кто всё-таки этот Хранитель и какую тайну он хранит. Всё о чём он мог думать – то, как сейчас ему приятно находится в компании Кары, наслаждаться её открытостью и разговорчивостью.