Глава 14
Библиотека Мун Чона погрузилась в полумрак. Старый советник долго рассматривал Дженни, словно пытался увидеть в ней отражение самого Тэхёна. Наконец он тяжело вздохнул и достал из потайного ящика стола небольшую нефритовую печать — символ своего личного покровительства.
— Я не дам тебе армию, девочка. И я не пойду к Императору с пустыми руками, — голос старика был сух. — Но я дам тебе право голоса на Совете. Эта печать позволит тебе войти в зал в обход стражи Чимина. Но помни: как только ты откроешь рот, твоя жизнь перестанет принадлежать тебе. Чимин не позволит тебе договорить, если не почувствует, что он уже проиграл.
Дженни приняла печать. Она была ледяной и тяжелой.
— Если он проиграет, моя жизнь будет малой ценой за мир в Империи. Но я не собираюсь умирать, пока не увижу его в кандалах.
Мун Чон одобрительно кивнул.
— Намджун, подготовь лучших лошадей. Вы должны быть в столице до рассвета. Императорский совет перенесли. Чимин торопится — он хочет провести голосование завтра в полдень, пока Тэхён «не в состоянии» защищаться.
В столице воздух был пропитан запахом надвигающейся грозы. Тэхён сидел в своей комнате, прислонившись спиной к холодной каменной стене. На столе стояла нетронутая бутылка дешевого вина — его реквизит для роли падшего герцога.
Он знал, что Чимин придет сегодня. Принц любил смаковать свою победу над поверженным врагом. И он не ошибся. Около полуночи дверь тихо отворилась, и в комнату вошел Чимин в сопровождении двух бесшумных охранников.
— Ты жалок, Тэхён, — Чимин пнул бутылку, и та с глухим звоном покатилась по полу. — Где тот великий стратег, который читал мне нотации о чести? Где человек, который отобрал у меня расположение отца? Посмотри на себя. Ты воняешь кабаком и отчаянием.
Тэхён медленно поднял голову. Его глаза были затуманены, но это была лишь игра.
— Ты получил всё, чего хотел, Чимин. Дженни мертва, моя честь растоптана. Чего еще ты хочешь? Моей смерти? Так убей меня сейчас.
Чимин присел на корточки перед ним, вглядываясь в его лицо.
— Убить тебя сейчас — значит сделать тебя мучеником в глазах тех немногих, кто тебе еще верит. Нет. Завтра Совет признает тебя изменником. Ты увидишь, как твой герб сожгут на площади. А потом ты сам будешь умолять о плахе.
Принц поднялся и направился к выходу, но у самой двери остановился.
— Кстати, о Дженни. Знаешь, она была права — ты никогда не умел ценить то, что имеешь. Она была прекрасным инструментом. Жаль, что сломалась так быстро.
Как только дверь захлопнулась, Тэхён мгновенно выпрямился. Его взгляд стал острым и холодным.
— Инструментом, значит? — прошептал он. — Ты даже не представляешь, Чимин, как глубоко этот «инструмент» вонзится тебе в спину.
Этой же ночью Тэхён совершил то, чего от него никто не ожидал. Вместо того чтобы бежать, он проник в секретное хранилище под тронным залом. Он знал этот дворец лучше, чем Чимин — он вырос в этих коридорах, изучая их тайные ходы во время детских игр.
Хранилище охранялось магическими замками и стражей, но Тэхён использовал старый трюк с отвлечением внимания, который он когда-то сам же и разработал для гвардии. Проскользнув внутрь, он начал лихорадочно искать дневник.
Он нашел его не в сейфе, а в небольшом ларце под алтарем старых богов. Чимин был суеверен — он верил, что боги защитят его ложь. Тэхён схватил дневник, но в этот момент в коридоре раздались тяжелые шаги.
— Кто здесь?! — выкрикнул начальник стражи.
Тэхён прижался к стене, чувствуя, как рана на боку начала кровоточить от резких движений. У него был только один путь — через вентиляционную шахту, которая вела в сад. Это было узкое, грязное отверстие, но выбора не оставалось. Сжимая дневник в руках, он буквально втиснулся в шахту, слыша, как за его спиной стражники врываются в хранилище.
Дженни и Намджун неслись по ночной дороге. Кони были на пределе, их дыхание вырывалось из ноздрей белыми клубами пара.
— Осталось немного! — кричал Намджун сквозь шум ветра. — Если успеем к открытию ворот, мы будем в зале до начала Совета!
Дженни молчала. Она чувствовала, как в ней закипает холодная ярость. Она больше не боялась Чимина. Она больше не сомневалась в Тэхёне. В эту ночь она стала той самой фениксом, которая должна была восстать из пепла своей разрушенной жизни.
Когда на горизонте показались шпили столицы, небо начало окрашиваться в тревожный багровый цвет.
— Намджун, — крикнула она, пригибаясь к гриве коня. — Если Тэхён не придет... если с ним что-то случилось... я всё равно это сделаю. Я сама закончу это.
— Он придет, — ответил Намджун, и в его голосе была непоколебимая вера. — Герцог Ким не умеет проигрывать, когда на кону стоит не власть, а женщина, которую он наконец-то научился любить.
Рассвет застал Тэхёна в заброшенном флигеле на окраине дворцового парка. Он был покрыт грязью и копотью, его мундир был разорван, а рана горела огнем. Но в его руках был дневник. Он открыл его на последней странице и увидел свежую запись Чимина:
«Завтра Империя станет моей. Тэхён падет. А девчонку... если она всё же выжила, её найдут и устранят. Больше никаких свидетелей».
Тэхён закрыл книгу и тяжело вздохнул. Теперь всё зависело от Дженни. Если она не успеет добраться до Совета, этот дневник станет его смертным приговором, так как его самого схватят за кражу государственной тайны.
Он поднял взгляд на восходящее солнце.
— Теперь твоя очередь, Дженни. Покажи им, кто ты на самом деле.
Прода на 5 звезд