7
В графе о месте проживания у Лесли значилось: "Норт-Парк-авеню, 400". По этому адресу находился старый двухэтажный дом. Края его крыши были обломанными, стены облезлыми, а окна мутными от грязи. По засыпанному снегом переднему двору был разбросан мусор, который кто-то, видимо, не донес до стоящих неподалеку переполненных баков, источающих густой тошнотворный аромат.
Звонка не было, поэтому Джил постучала в покосившуюся, рассохшуюся деревянную дверь. Она приехала сюда, чтобы известить родных Лесли о ее смерти и поговорить с ними. Всю дорогу она не находила себе места, думала о том, как же ей преподнести эту новость, представляла реакцию, с которой ей придется столкнуться, настраивала себя, чтобы самой не расплакаться. Оказавшись у дома, Мартин занервничала еще сильнее, ее крайне смутил его внешний облик. Ответа на ее стук не последовало. Тогда Джил повторила его еще раз, стараясь вкладывать в удар больше силы. Снова ничего. Опять ее стук. Какое-то время все еще было тихо, но потом все отчетливее и отчетливее стало слышаться чье-то ворчание.
Дверь открылась и на пороге появилась пожилая женщина. Она была небольшого роста, тело ее было худое и безжизненное. Из одежды на ней висело какое-то платье, на котором расположилась вереница больших пятен непонятного происхождения, на ногах у нее были изношенные туфли без каблука. Лицо ее было испещрено глубокими морщинами, между тонкими, покрытыми язвами губами зажата сигарета. Глаза ее были маленькими и жесткими, смотрели сквозь очки с толстыми стеклами и вынудили Джил увести взгляд в пол.
– Че надо?! – Раздраженно спросила она.
Офицер стиснула челюсти. Она пыталась держать лицо непроницаемым, дабы не демонстрировать охватившее ее чувство неприязни к этой женщине. А ведь ей придется провести в ее компании некоторое количество времени...
– З-здравствуйте, мэм. – Сдавленно произнесла Мартин. – Я из полиции.
И без того небольшие глаза женщины зло сузились, когда она пробежалась взглядом по девушке.
– Из какой еще полиции?! Ты на себя в зеркало хорошо посмотрела, прежде чем гнать такой порожняк, малолетка? Пошла отсюда к чертям собачьим, пока я настоящей полиции не позвонила.
Старуха начала закрывать дверь, но Джил успела достать свой полицейский значок и помахать им, что заставило ту остановиться.
– Вы знаете девушку по имени Лесли Росс? Вы ее родственница? – Быстро спросила офицер.
– Никакая я этой дряни не родственница. – Снова распахнув дверь отозвалась карга. – Она снимала у меня комнату и недавно куда-то смоталась, так и не заплатив мне за предыдущие три месяца.
– А вы не знаете кого-нибудь из ее родных?
– Нет у нее никаких родных, детдомовская она. А что, собственно, случилось?
Джил сглотнула и ответила:
– Лесли была найдена вчера в лесу...Мертвой.
Старуха вытащила из своего рта выкуренную сигарету и потушила ее об дверной косяк.
– Ну, я всегда знала, что она так и кончит.
– Почему?
– Это твоя работа – выяснять почему. Мне какой резон стоять здесь на собачьем холоде, от которого соски отваливаются, и болтать с тобой об этой девке? – Развела старуха руками.
– Вы сказали, что она недавно сбежала из вашего дома. – Проигнорировав ее вопрос сказала Джил. – Она сбежала вместе со своими вещами или без них?
– Без них. Все ее шмотки так и валяются в комнате.
– Могу я взглянуть?
– Ордер у тебя есть?
– Мне не нужен ордер для того, чтобы обследовать ее комнату.
– Никакая это не ее комната! Это моя комната в моем доме! И я не собираюсь тебя к себе пускать, достань ты здесь хоть десять своих бляшек.
– Мэм, – вкрадчивым тоном начала Джил. – Лесли была убита. И я пытаюсь найти того, кто это сделал. А с каждой минутой промедления у преступника все больше шансов избежать правосудия. Мне очень нужно осмотреть ее вещи, вдруг там будет что-то, что поможет поймать его.
Старуха молча достала из кармана своего платья пачку сигарет и спички. Закурила. Выпустив клуб дыма прямо Мартин в лицо, от чего та закашлялась, она заговорила:
– Я дам тебе зайти, если ты заплатишь мне за те три месяца, за которые не заплатила эта аферистка.
Джил почувствовала, как ее лицо залила краска досады. Дожила...при исполнении ее пытается развести на деньги старая противная баба. Казалось бы, именно такие ситуации на работе и должны были вырабатывать в девушке нужные для копа качества. Однако сейчас Джил не ощущала никакого внутреннего роста. Все, чего ей хотелось в данный момент – развернуться и убежать куда подальше. А что она еще может сделать? Попытаться вычислить комнату Лесли и залезть в нее без ведома этой карги? Или пригрозить ей своим "Глоком"? Да у нее духу для этого не хватит. Позвонить отцу или еще кому-нибудь из управления? Так потом ее поднимут на смех, ей в жизни от этого позора будет не отмыться. Надо же, не смогла поставить на место какую-то старуху.
– Ну, долго еще будешь молчать? – Голос карги вывел ее из размышлений.
– Сколько? – сквозь зубы спросила Мартин.
Старуха широко улыбнулась, обнажив гнилые зубы, зажимавшие сигарету.
***
Перед все еще огорошенной общением с каргой Джил предстала маленькая, усыпанная пылью комната. Воздух здесь был сильно спертым. Куски обоев с желтыми разводами обвисали на стенах. Под белым светом одинокой лампы, покачивающейся у потолка, стояли сборный тканевый шкаф, шаткий письменный столик, маленький диванчик и обшарпанный комод.
Мартин поправила хвост, в который были стянуты ее волосы, надела латексные перчатки и приступила к осмотру. Ненадолго ей стало откровенно не по себе, потому что приходилось трогать вещи покойницы. Что сказала бы Лесли, если бы узнала, что после смерти в ее комнате будет копаться абсолютно незнакомый ей человек?
Шкаф содержал в себе свитера, футболки и джинсы, которые были неаккуратно развешены по железным – с ржавчиной – вешалкам. В карманах, где они имелись, ничего не было. Джил отошла к комоду, который в большинстве своем был пуст, только в одном ящике лежало нижнее белье, носки с теплыми колготками и несколько маленьких полотенец. Рядом с комодом стояло несколько пар грязных ботинок на плоской подошве. Мартин вспомнила, в какой одежде была обнаружена Лесли: чулок, шорты, топ, рубашка и короткий пуховик. Гардероб Росс говорил о том, что это был необычный для нее наряд. Офицер прошла дальше. Над письменным столом висел прошлогодний календарь с ползунком, оставленным на шестом декабря. Совпадала ли эта дата с той, в которую произошла авария? В ящике стола лежало немного косметики самых бюджетных брендов, зарядное устройство для телефона и какой-то флаер. Джил взяла листовку в руки, чтобы рассмотреть ее поближе. Это была реклама бара. Сверху большими розовыми буквами было выведено название. Под ним стояла группа девушек, одетых в различные ролевые костюмы. Там была медсестра, пожарная, полицейская, учительница, ковбой...Глаза Мартин застыли над изображением девушки-ковбоя. Это была не Лесли, но одежда определенно та же самая, в которой ее нашли, только еще с большой коричневой шляпой на голове и в сапогах. Под ногами девушек был написан адрес бара. Джил сложила флаер и пихнула его в карман своей куртки. Внутри диванчика лежали только подушка и плед, не было постельного белья и теплого одеяла. Мартин подошла к подоконнику. Там стояла чашка с какой-то жидкостью, покрытой серо-зеленой плесенью, и небольшое зеркало на ножке. Под этой ножкой лежала бумажка. Джил взяла ее и потрясла за край, чтобы убрать пыль. Она удивилась, когда прочитала, что это визитка мастера по ремонту бытовой техники Эндрю Ховарда – мужа пропавшей Шерри. Джил еще раз окинула комнату взглядом – здесь не было абсолютно ничего, для чего мог бы потребоваться такой специалист. Да и само по себе казалось очень странным, что пропавшая девушка, которую сейчас ищут, – жена Ховарда, а у убитой девушки есть визитка Ховарда. Офицер забрала и эту бумажку себе в карман.
На этом скромные пожитки Лесли закончились. В комнате не обнаружилось никаких документов. Возможно, что Росс носила их с собой, скажем, в сумке, дальнейшая судьба которой пока неизвестна. Хотя их могла присвоить и старуха. Джил скривилась от одной только мысли о новом разговоре с ней. К черту! Не так уж ей и необходимы сейчас эти документы. Ей было чем заняться.
Вскользнув из дома, в который она всеми силами надеялась больше не возвращаться, Джил села в машину и направилась по адресу, указанному в рекламе бара.