Mi culpa

Вечер выдался душным. Лера сидела в гостиной с Сашей и Викторией, листая телефон и поглядывая на часы. Адель уехала ещё три часа назад, сказав, что «встретится с поставщиками». Но Саша, усмехнувшись, закатила глаза:

— С поставщиками, как же. Я видела, куда она поехала.

— И куда? — насторожилась Лера.

— В клуб на побережье. Там сейчас какая-то вечеринка.

Лера почувствовала, как внутри закипает холодная злость. Адель соврала. Снова.

— Мы можем съездить? — спросила она, стараясь говорить ровно.

— Можем, — Виктория поднялась, поправляя выбритый висок. — Но ты готова к тому, что увидишь?

— А что я увижу?

Саша и Виктория переглянулись. Ответа не последовало.

---

Клуб на побережье оказался шумным, набитым людьми. Лера пробиралась сквозь толпу, чувствуя, как колотится сердце. Саша шла за ней, Виктория осталась у входа — на всякий случай.

Они нашли Адель в VIP-зоне.

Она сидела на диване, и какая-то девушка — высокая брюнетка с длинными ногами и наглой улыбкой — буквально сидела у неё на коленях. Их губы были в паре сантиметров, руки Адель скользили по спине незнакомки.

Лера замерла.

Внутри всё оборвалось. Не ревность — нет. Боль. Унижение. «Я люблю тебя», — говорила Адель. И в ту же ночь — это.

— Адель, — голос Леры прозвучал глухо.

Адель подняла голову. В её разноцветных глазах мелькнуло что-то — удивление? Вина? Но она быстро взяла себя в руки.

— Лера? Ты что здесь делаешь?

— А ты? — Лера подошла ближе, чувствуя, как дрожат руки. — Думала, ты у поставщиков.

— Передумала, — Адель попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой. Брюнетка рядом недовольно скривилась, но отошла.

— Ясно, — Лера развернулась и пошла к выходу.

— Лера, стой! — Адель догнала её у дверей, схватила за руку. — Это ничего не значит. Просто...

— Просто что? — Лера вырвалась, и слёзы брызнули из глаз. Она не хотела плакать. Не здесь. Не перед ней. — Просто ты делаешь вид, что я тебе нужна, а сама развлекаешься с другими?

— Ты не понимаешь...

— А что понимать? — Лера повысила голос, и несколько человек обернулись. — Ты врёшь мне. Ты встречаешься с кем попало. А я сижу дома и жду тебя, как дура.

— Лера, давай поговорим дома...

— Не надо, — Лера вытерла слёзы тыльной стороной ладони. — Не прикасайся ко мне.

Она выбежала из клуба, не оглядываясь.

---

На улице было душно. Лера стояла у входа, тяжело дыша, и пыталась успокоиться. Слёзы текли по щекам, смешиваясь с веснушками.

— Эй, русская.

Она подняла голову. У стены, прислонившись к своей серебристой машине, стоял Лукас. Он курил и смотрел на неё с кривой усмешкой.

— Проваливай, — бросила Лера.

— Обиделась на свою подружку? — он не двигался с места. — Я видел, как ты вылетела. Адель снова с кем-то?

— Не твоё дело.

— Моё, — Лукас оттолкнулся от машины, подошёл ближе. — Потому что я знаю, каково это. Быть с ней, думать, что ты единственная, а потом увидеть...

— Заткнись, — Лера сжала кулаки.

— Можешь злиться, — Лукас пожал плечами. — Но правда остаётся правдой. Адель не умеет быть верной. Никому.

— А ты, значит, умеешь? — Лера усмехнулась сквозь слёзы.

— Я хотя бы не вру, — он достал из кармана пачку сигарет, протянул Лере. — Будешь?

— Не курю.

— Зря, — он закурил сам. — Слушай, русская. У меня предложение.

— Какое?

— Гонка, — Лукас кивнул на свою машину. — Трасса старая, три круга. На кону — десять тысяч. Я вызываю тебя.

— Ты серьёзно? — Лера посмотрела на него, как на сумасшедшего.

— Абсолютно, — Лукас ухмыльнулся. — Или боишься проиграть?

— Чего? — Лера вдруг почувствовала, как злость вытесняет боль. — Тебе, придурку? Да легко.

— Вот и отлично, — Лукас открыл дверь своей машины. — Садись.

— На твоей?

— А на чьей? Твоя драгоценная Адель занята, — он скривился. — Или ты передумала?

Лера посмотрела на клуб, откуда доносилась музыка. Адель осталась там. С другой.

— Не передумала, — она села на пассажирское сиденье. — Поехали.

---

Лукас вел к месту гонки, и Лера молчала, глядя в окно. Город мелькал за стеклом, а в голове билась одна мысль: «Почему? Почему она так со мной?».

— Не думай о ней, — сказал Лукас, словно прочитал её мысли. — Думай о трассе. Иначе разобьёшься.

— Я не разобьюсь, — ответила Лера.

— Посмотрим.

---

Промзона гудела. Слух о гонке разлетелся мгновенно — кто-то из друзей Лукаса слил информацию. Собралось человек тридцать, может, больше. Фары машин выхватывали из темноты куски асфальта, музыка гремела, пахло бензином и жженой резиной.

Лера вышла из машины Лукаса, и толпа загудела. Её узнали — ту самую русскую, которая гоняла с Адель.

— Это она? — слышалось со всех сторон.

— Да, та самая.

— А где Адель?

— Говорят, Лукас вызвал её.

— А это кто тогда?

Лера не слушала. Она подошла к машине Лукаса, открыла дверь водителя.

— Ты серьёзно? — он поднял бровь.

— А ты сомневался? — Лера села за руль, поправила зеркала. — Давай правила.

— Два круга. Кто первый — тот победил. Деньги на кону, — он кивнул на сумку, которую держал его друг. — Десять тысяч. Твои, если выиграешь.

— А если проиграю?

— Тогда ты уезжаешь из города, — Лукас усмехнулся. — Навсегда.

Лера посмотрела на него. В его глазах не было злобы — только азарт и что-то похожее на уважение.

— Идёт, — сказала она.

— Тогда поехали, — Лукас сел в свою машину — вторую, подготовленную.

Девушка с флагом подошла к стартовой линии. Тишина. Рев моторов. Лера сжала руль, чувствуя, как колотится сердце.

Флаг упал.

Лера нажала на газ, и машина рванула вперёд.

---

Она не думала. Она просто делала.

Первый поворот — широко, но удержала. Лукас был впереди, но разрыв был минимальным.

— Давай, русская! — крикнул кто-то из толпы, и Лера услышала.

Второй поворот — она прошла его чисто, почти вровень с Лукасом. Третий — обошла на внутренней траектории, и толпа взревела.

Второй круг — Лера впереди. Лукас наседает, но она держит дистанцию.

— Не догонишь, — прошептала она, входя в последний поворот.

Машину занесло — Лера вывернула руль, удержала и вылетела на финишную прямую.

Первая.

Толпа взорвалась криками. Лера вышла из машины, чувствуя, как дрожат колени. Лукас финишировал следом, хлопнул дверью и направился к ней.

— Ты... — он запнулся, глядя на неё. — Ты реально выиграла.

— А ты сомневался? — Лера смотрела на него, и в глазах не было страха.

— Деньги твои, — Лукас кивнул другу, тот протянул сумку. — Но это не конец, русская.

— Знаю, — Лера взяла деньги. — Но сегодня я выиграла.

Лукас усмехнулся, покачал головой и отошёл.

В этот момент к Лере подбежала Саша.

— Ты охренела! — закричала она, её светлые волосы растрепались. — Ты гоняла с Лукасом? Одна?

— А что мне оставалось? — Лера пожала плечами.

— Адель убьёт тебя!

— Адель трахалась с другой, — Лера почувствовала, как к горлу подступает ком. — Так что плевать, что она скажет.

Саша замолчала, глядя на неё широкими глазами.

— Лера... я не знала.

— Теперь знаешь, — Лера вытерла глаза. — Поехали отсюда.

---

Они сидели в баре вместе с Сашей и Викторией, празднуя победу. Деньги Лукаса ушли на выпивку и еду — справедливо, решили все.

— За русскую! — Саша подняла бокал. — Которая раскатала Лукаса как нашкодившего щенка!

— За Леру! — Виктория чокнулась, её зелёные глаза блестели. — Ты сегодня была чем-то.

— Спасибо, — Лера улыбнулась, чувствуя, как алкоголь приятно расслабляет.

В бар зашла Адель. Бледная, растерянная, с распухшими от слёз глазами.

— Лера, — позвала она.

Лера не ответила.

— Пожалуйста, давай поговорим, — Адель подошла ближе.

— Не сейчас, — Лера отвернулась.

— Когда? — голос Адель дрожал.

— Не знаю, — Лера встала, взяла сумку с деньгами. — Поехали домой, Саш.

— Лера...

— Я сказала — не сейчас, — Лера вышла из бара, не оглядываясь.

---

Вечером, когда Саша уехала, Лера сидела у бассейна одна, опустив ноги в воду. Луна отражалась в тёмной глади, цикады стрекотали в темноте.

Адель вышла из дома, остановилась в шаге.

— Можно? — спросила она тихо.

— Садись, — Лера не смотрела на неё.

Адель села рядом, опустила ноги в воду. Молчали долго.

— Я дура, — сказала Адель наконец. — Я знаю. Я не умею... я не умею быть нормальной.

— Ты изменила мне, — Лера повернулась к ней. — Ты врала мне. Ты делала вид, что я тебе нужна, а сама...

— Ты мне нужна, — Адель схватила её за руку. — Ты нужна мне больше, чем кто-либо. Я просто... я боюсь. Боюсь, что испорчу. Боюсь, что ты уйдёшь. И поэтому я делаю глупости.

— Это не оправдание.

— Знаю, — Адель опустила голову. — Прости. Я знаю, что прощение не заслужила. Но я обещаю... я постараюсь стать лучше.

Лера молчала. Смотрела на воду, на луну, на свои пальцы, сжимающие край бортика.

— Адель, — сказала она.

— Да?

— Ты хотела знать, почему я такая безрассудная?

Адель повернулась к ней. В свете луны её лицо казалось бледным, а разноцветные глаза — прозрачными.

— Расскажи, — попросила она.

Лера сделала глубокий вдох.
— Мой отец... он был гонщиком. Не профессиональным, но любил скорость. Он часто брал меня с собой, учил водить. С восьми лет я сидела за рулём на заброшенных трассах.

Адель молчала, не перебивая.

— Он был весёлым, когда трезвый, — голос Леры дрогнул. — Учил меня не бояться. Говорил, что страх — это то, что убивает. Но потом он начал пить. Сильно. Потом наркотики. Он избивал меня. И маму. Каждый день.

— Лера...

— Не перебивай, пожалуйста, — Лера вытерла глаза. — Я носила длинные рукава, чтобы никто не видел синяки. Врала учителям, что упала с велосипеда. А однажды он ударил меня так, что я потеряла сознание. Очнулась в больнице. Мать сказала, что я упала с лестницы.

Адель сжала её руку.

— Мама боялась уйти. Он говорил, что убьёт нас, если мы попробуем. А потом... однажды он пропал. На неделю. Мама собрала вещи, и мы уехали. В Молдавию, к её родственникам.

— Почему в Молдавию?

— Это её родина. Она хотела, чтобы мы начали новую жизнь. Сказала, что отец умер. Я поверила. Долго верила.

— А потом?

— Потом я выросла, начала искать информацию, — Лера посмотрела на луну. — Он жив. Живёт где-то в России. Мать соврала мне. Наверное, думала, что так будет лучше.

— Лера... — Адель обняла её. — Мне так жаль.

— Не надо жалеть, — Лера прижалась к ней. — Я справилась. Но иногда... иногда мне кажется, что он следит за мной.

Адель напряглась.
— Что ты имеешь в виду?

— Не знаю, — Лера покачала головой. — Странные машины у дома, звонки с неизвестных номеров, чувство, что на меня смотрят. Сегодня, когда я вышла из клуба, мне показалось, что кто-то стоит в тени. Но я не уверена.

— Ты видела кого-то?

— Нет, — Лера вздохнула. — Может, я просто параноик. После всего, что случилось...

— Или нет, — Адель посмотрела на тёмные окна дома. — Мы разберёмся. Вместе.

— Обещаешь?

— Обещаю, — Адель поцеловала её в висок.

Они сидели молча, слушая, как плещется вода. Лера чувствовала, как тепло тела Адель согревает её.

— Адель, — снова позвала она.

— М?

— Ты не будешь больше врать мне?

Адель замолчала. Долго. Потом ответила:
— Постараюсь.

— Достаточно, — Лера улыбнулась.

Она опустила голову на плечо Адели, закрыла глаза. Ночь была тёплой, и впервые за долгое время Лера чувствовала себя почти спокойно.

Но где-то за забором, в темноте, вспыхнул огонёк сигареты. Кто-то стоял и смотрел на дом. На них.

Лера открыла глаза, оглянулась. Никого.

— Что-то не так? — спросила Адель.

— Нет, — Лера покачала головой. — Наверное, показалось.

Но она не спала всю ночь, прислушиваясь к звукам снаружи. А под утро, выглянув в окно, увидела на дорожке у ворот свежий окурок — марки, которую не курят ни Адель, ни её друзья.

Лера сфотографировала его, убрала телефон в карман и ничего не сказала Адель.

Пока.

---

Конец одиннадцатой главы. Давайте мне комментарии пожалуйста м звёздочкии