Mi culpa

Лера шагнула в комнату Адели, и дверь за ней закрылась с мягким щелчком.

Комната оказалась не такой, как она представляла. Не было ни розовых стен, ни плюшевых игрушек — только темные тона, плакаты групп, которые Лера не узнала, наброски одежды на стенах, разбросанные эскизы. В углу стоял мольберт с недорисованным портретом — чей-то профиль, резкие линии, тени. Посередине — огромная кровать с черным постельным бельем, на которой сейчас сидела Адель, поджав под себя ноги.

— Закрой дверь, — повторила она, и в голосе не было прежней резкости. Скорее усталость.

Лера закрыла. Оперлась спиной о дверь, сложив руки на груди. В коротком черном платье, с распущенными светлыми волосами и тяжелыми ботинками она чувствовала себя неуместно... открытой. Слишком открытой.

— Ты чего пришла? — Адель смотрела на нее из полумрака, и в ее разноцветных глазах плясали блики уличных фонарей, пробивающиеся сквозь жалюзи.

— Ты сама впустила.

— Знаю, — Адель усмехнулась, но усмешка вышла кривой. — Глупость сделала.

— Почему глупость?

— Потому что ты здесь, в этом платье, — Адель отвела взгляд, провела рукой по волосам. — А я пытаюсь не думать о том, как оно сидит на тебе.

Лера почувствовала, как кровь прилила к щекам. Веснушки на лице, наверное, стали ярче.

— Ты говорила, что хочешь сделать все правильно, — напомнила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Правильно, — Адель хмыкнула. — А что правильно? Я не знаю. Я вообще ничего не знаю, когда ты рядом.

— Адель, — Лера сделала шаг от двери. — Давай просто... не будем делать вид, что между нами ничего нет. Но и не будем спешить. Хорошо?

Адель подняла на нее взгляд. В нем смешались удивление и облегчение.

— Ты предлагаешь перемирие?

— Я предлагаю попробовать быть... не врагами, — Лера села на край кровати, на безопасном расстоянии. — Может, даже друзьями. Если ты, конечно, умеешь дружить.

— Умею, — Адель дернула плечом. — С Сашкой и Викой же дружу.

— Они тебя терпят много лет. Я пока только начинаю.

Адель рассмеялась. Тихо, почти неслышно, но в этом смехе не было насмешки. Было удивление — такое же, как у Леры, когда она поняла, что Адель может быть другой.

— Хорошо, — сказала Адель, откидываясь на подушки. — Перемирие. Но если ты снова придешь в таком платье, я не ручаюсь за себя.

— Это было для вечеринки, — Лера улыбнулась, чувствуя, как напряжение отпускает. — В следующий раз надену мешок.

— Не надо, — Адель прищурилась. — Просто предупреждай заранее, чтобы я могла подготовиться.

Они смотрели друг на друга, и впервые между ними не было напряжения. Только... тепло. Странное, непривычное, но тепло.

— Ты не рассказала, как там, в России, — сказала Адель, меняя тему. — Было у тебя там кто-то?

Лера замерла. Вопрос попал в больное место, но Адель не могла этого знать.

— Было, — ответила она коротко. — Давно.

— И что случилось?

— Ничего, — Лера отвернулась, рассматривая эскизы на стене. — Закончилось.

Адель, видимо, почувствовала, что наткнулась на что-то острое, потому что не стала давить.
— Ну, здесь тоже всякое бывает. Хочешь, познакомлю с кем-нибудь?

Лера повернулась к ней. Адель смотрела с вызовом, но в глазах мелькнуло что-то — проверка? Ревность?

— С кем, например? — спросила Лера.

— Ну, есть парочка нормальных парней. Или девчонок, если ты... — Адель замолчала, не зная, как сформулировать.

— Если я? — Лера подняла бровь.

— Если ты не против девчонок, — Адель отвела взгляд, и это было так непохоже на ее обычную дерзость, что Лера невольно улыбнулась.

— Я пока сама не разобралась, — честно сказала Лера. — Но спасибо за предложение. Может, потом.

— Потом, — повторила Адель, и в этом слове прозвучало что-то... многообещающее.

---

Следующие несколько дней стали странными. Лера ждала, что Адель снова включит режим «ледяная королева», но этого не случилось. Вместо грубости появилось... поддразнивание.

За завтраком Адель подсела рядом, слишком близко, и спросила, глядя в глаза:
— Выспалась, hermanita («сестренка»)? А то у тебя круги под глазами.

— Спала отлично, — ответила Лера, чувствуя запах мяты и табака.

— А я вот не очень, — Адель зевнула, потягиваясь так, что майка приподнялась, открывая полоску загорелого живота с татуировкой на ребрах. — Думала о тебе.

Лера поперхнулась кофе. Рафаэль, сидевшая напротив, ничего не заметила, но Адель ухмыльнулась, довольная эффектом.

— Шучу, — сказала она, вставая. — Или нет.

И вышла из кухни, оставив Леру с пылающими щеками.

— Вы стали ближе? — спросила Рафаэль с надеждой в голосе.

— Можно и так сказать, — выдавила Лера.

---

На скейт-парке Саша крутила доску в руках, наблюдая, как Лера делает трюк на перилах.

— Вы с Адель теперь подруги? — спросила она, когда Лера приземлилась рядом.

— Типа того, — Лера вытерла пот со лба. — Она перестала быть мудачкой. Немного.

— Это из-за тебя, — Саша покачала головой. — Я ее такой не видела никогда. Она... спокойнее стала. Меньше злится.

— Может, она просто выросла.

— Может, — Саша усмехнулась. — Или влюбилась.

— Саш, прекрати, — Лера толкнула ее локтем. — Мы просто... пытаемся быть нормальными.

— Ну-ну, — Саша подняла руки в примирительном жесте. — Я молчу.

Но вечером, когда Лера сидела в гостиной, листая телефон, пришло сообщение от Адели.

«Выгляни в окно».

Лера подошла к окну. Внизу, у бассейна, стояла Адель в купальнике — черном, минималистичном, открывающем татуировки на руках и бедрах. Волосы мокрые, на плечах блестят капли воды. Она смотрела вверх и улыбалась — той самой улыбкой, которая делала ее похожей на довольного хищника.

— Иди купаться, — крикнула она. — Жарко же.

— У меня нет купальника, — крикнула Лера в ответ.

— Твой — в шкафу. Я положила.

Лера замерла. Адель успела зайти в ее комнату? Когда?

— Ты заходила в мою комнату? — спросила она, открывая окно.

— Мы же теперь друзья, — Адель пожала плечами. — Друзья заходят друг к другу.

— Это называется «взлом», — но Лера уже улыбалась, чувствуя, как внутри разливается что-то теплое.

Она надела купальник — Адель выбрала темно-зеленый, под цвет ее глаз, и Лера заподозрила, что это было не случайно. Когда она спустилась к бассейну, Адель сидела на бортике, болтая ногами в воде.

— Идет, — сказала она, оглядывая Леру с головы до ног. — Зеленый — твой цвет.

— Спасибо, стилист, — Лера села рядом, опуская ноги в воду. Приятная прохлада обожгла кожу.

— Я серьезно, — Адель повернулась к ней, и их колени почти соприкоснулись. — Ты должна носить больше зеленого. И черного. И вообще, давай я тебе стиль сделаю.

— У меня есть стиль, — возразила Лера.

— Кэжуал-гранж, знаю, — Адель усмехнулась. — Но я могу сделать лучше. У меня же бренд, забыла?

— Не забыла, — Лера посмотрела на нее. — Покажешь?

Адель замялась, и Лера заметила, как дрогнули ее ресницы.
— Хочешь посмотреть?

— Да.

— Тогда завтра, — Адель откинулась назад, опираясь на руки. — Отвезу тебя в мастерскую. Только никому не говори. Я никого туда не вожу.

— Даже Сашу?

— Даже Сашу, — Адель посмотрела на звезды. — Это мое место. Мое убежище.

Лера смотрела на ее профиль, освещенный луной, и чувствовала, как что-то меняется в груди. Не любовь — пока не любовь. Но что-то такое, что могло ею стать, если дать волю.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— За что?

— За то, что не мудачка, — Лера улыбнулась. — Сегодня.

Адель рассмеялась, запрокинув голову.
— Завтра еще посмотрим.

---

Мастерская Адели находилась в старом промышленном районе, в переоборудованном цехе. Внутри пахло тканью, краской и кофе. Везде висели образцы — рубашки, джинсы, куртки, все в темных тонах, с небрежными линиями, свободным кроем.

— Это все ты придумала? — Лера ходила между вешалками, касаясь тканей.

— Я, — Адель стояла в центре, засунув руки в карманы широких джинсов, и наблюдала за реакцией Леры. — Нравится?

— Очень, — честно сказала Лера, останавливаясь перед длинной черной рубашкой с асимметричным подолом. — Это... круто.

— Примерь, — Адель сняла рубашку с вешалки и бросила ей. — Она твоя.

— Серьезно?

— Серьезно, — Адель пожала плечами, делая вид, что это ничего не значит. — У меня их много. А тебе идет.

Лера накинула рубашку поверх футболки — та сидела идеально, словно сшита на нее.
— Как ты угадала с размером?

— Глаз наметан, — Адель подошла ближе, поправляя воротник. Ее пальцы задержались на ткани, скользнули по плечу Леры. — Хорошо смотрится.

Она стояла так близко, что Лера чувствовала ее дыхание. Разноцветные глаза смотрели с теплотой, но в ней не было того голодного напряжения, что раньше. Только... нежность.

— Спасибо, — сказала Лера, не отводя взгляда.

— Не за что, — Адель улыбнулась, и в этой улыбке не было ни насмешки, ни вызова. Только что-то искреннее. — Пойдем, кофе купим. Ты еще не видела, как здесь рассветает.

---

Они сидели на крыше мастерской, пили горячий кофе из пластиковых стаканчиков и смотрели, как небо розовеет над городом. Адель курила свой Chapman, выпуская кольца дыма.

— Расскажи о России, — попросила она. — Правду. Не то, что маме говоришь.

Лера замолчала. Кофе обжигал пальцы, но она не чувствовала.
— Было... сложно.

— Из-за парня?

— Из-за парня, — Лера кивнула, чувствуя, как старый ком подкатывает к горлу. — Мы встречались почти год. Я думала, что все серьезно.

— А он?

— А он трахал мою подругу, пока я была в больнице с мамой, — голос Леры дрогнул, но она взяла себя в руки. — Узнала случайно. Переписка в телефоне. Думала, сердце остановится.

Адель молчала, но Лера чувствовала, как напряглось ее тело.

— Я тогда... натворила дел, — продолжила Лера. — Разбила ему машину, порвала все его вещи. Мать испугалась, что меня посадят. Поэтому мы и уехали. Новая жизнь, новое начало.

— Ты поступила правильно, — тихо сказала Адель. — С машиной.

Лера усмехнулась.
— Думаешь?

— Знаю, — Адель повернулась к ней. — Такие люди не заслуживают, чтобы о них жалели. Они заслуживают, чтобы их забыли.

— Я пытаюсь, — Лера смотрела на розовеющее небо. — Получается не очень.

— Получится, — Адель коснулась ее руки, легко, едва заметно. — Время лечит. Я знаю.

— Ты тоже через это проходила?

— Через другое, — Адель отвела взгляд. — Но тоже больно было.

Они сидели молча, и это молчание было не тягостным, а уютным. Лера чувствовала тепло руки Адели на своей, и это тепло согревало больше, чем кофе.

— Спасибо, — сказала она.

— Опять? — Адель усмехнулась.

— За то, что не лезешь с советами. За то, что просто слушаешь.

— Это я у тебя учусь, — Адель сжала ее руку чуть крепче. — Ты тоже умеешь слушать. Это редкость.

---

В пятницу вечером Виктория написала в общий чат:

«Сегодня гонки. Лукас снова вызывает Адель. Будет жарко. Приезжайте».

Саша ответила первой: «Я с Лерой».

Адель добавила: «Только не лезьте под колеса».

Лера улыбнулась, глядя в экран. Она заметила, что Адель стала включать ее в свои планы, но делала это как бы невзначай, будто это само собой разумеется.

На гонках было многолюдно. Лера стояла с Сашей и Викторией у ограждения, наблюдая, как Адель разминается перед стартом. Она была в своей стихии — уверенная, резкая, опасная. Но когда ее взгляд находил Леру в толпе, в нем появлялось что-то другое. Мягкое.

— Она на тебя смотрит, — заметила Саша. — Постоянно.

— Она на дорогу должна смотреть, — ответила Лера, но внутри все трепетало.

Гонка началась. Адель вела жестко, агрессивно, не оставляя Лукасу ни шанса. Она финишировала первой, и толпа взревела.

Лера хлопала вместе со всеми, чувствуя, как гордость распирает грудь.

Адель вышла из машины, сорвала бандану и направилась к ним. Но на полпути ее перехватил Лукас. Он что-то говорил, жестикулировал, но Адель отмахивалась, не обращая внимания.

Лера не слышала слов, но видела, как Лукас сжал кулаки, как его лицо перекосилось от злости. Он проиграл, и проиграл позорно.

— Забей, — сказала Виктория, заметив, что Лера напряглась. — Он трепло. Адель с ним справится.

Адель оттолкнула Лукаса и подошла к ним, тяжело дыша.
— Ну что, видели?

— Видели, — Саша обняла ее. — Красиво разделала его.

— Он просто нытик, — Адель пожала плечами, но было видно, что она довольна.

Она взяла у Виктории бутылку воды, сделала глоток и вдруг замерла, глядя на телефон в руках Леры.

На экране высветилось сообщение.

Лера тоже заметила. И сердце ухнуло вниз.

«Лер, привет. Я знаю, ты меня ненавидишь. Но можем поговорить? Я скучаю. Твой Слава».

Адель прочитала сообщение. Ее лицо стало непроницаемым.
— Это тот самый?

Лера кивнула, не в силах говорить. Внутри все кипело — злость, обида, унижение. Он посмел написать ей. После всего.

— Он изменил тебе с подругой? — уточнила Адель, и голос ее был спокойным, слишком спокойным.

— Да, — прошептала Лера.

— Хочешь ему ответить?

— Не знаю... — Лера сжала телефон так, что побелели пальцы. — Хочу, чтобы он сдох. Но это, наверное, не вариант.

Адель посмотрела на нее долгим взглядом. Потом — улыбнулась. Но это была не добрая улыбка. Это была улыбка хищника, который нашел добычу.

— Можно я отвечу? — спросила она, протягивая руку.

Лера, не понимая, что происходит, отдала телефон.

Адель взяла его, быстро набрала что-то в ответе и убрала в карман своих джинсов.
— Что ты делаешь? — Лера дернулась, но Адель остановила ее, положив руку на плечо.

— Доверься мне, — сказала она тихо. — Ты хочешь ему отомстить?

— Да, — выдохнула Лера.

— Тогда не мешай.

Адель подошла ближе, встала вплотную. Лера чувствовала ее дыхание, запах табака и пота после гонки. Разноцветные глаза смотрели на нее с такой интенсивностью, что у Леры перехватило дыхание.

— Смотри в камеру, — сказала Адель, доставая телефон из кармана.

Она обхватила Леру за талию, притянула к себе, и прежде чем Лера успела понять, что происходит, Адель поцеловала ее.

Не в щеку. В губы.

Поцелуй был быстрым, но таким, что у Леры подкосились колени. Адель пахла мятой, табаком и победой. Ее губы были горячими, требовательными, но не грубыми — словно она спрашивала разрешения, не надеясь получить отказ.

Лера не отстранилась. Она замерла, чувствуя, как мир вокруг перестает существовать. Есть только эти губы, эти руки на талии, этот запах.

Адель отстранилась так же внезапно, как и напала. На ее губах играла победная усмешка. Она подняла телефон и сделала селфи — их лица вместе, Лера с распахнутыми глазами, Адель с довольной улыбкой.

Потом она быстро набрала сообщение и нажала «отправить».

— Что ты... — начала Лера, но голос не слушался.

— Я отправила ему фото, — спокойно сказала Адель, возвращая телефон. — И написала: «Она теперь со мной. Забудь ее, ***».

Лера смотрела на экран. Сообщение ушло. Слава прочитает его через секунду. Увидит их вместе.

— Ты... — Лера не знала, что сказать. В голове была пустота, а в груди — пожар.

— Ты хотела отомстить? — Адель склонила голову, в ее разноцветных глазах плясали чертики. — Я помогла.

— Ты поцеловала меня, — глупо сказала Лера.

— Да, — Адель не отвела взгляд. — И мне понравилось.

Она развернулась и пошла к своей машине, не оглядываясь.

— Пошли, — бросила она через плечо. — Домой отвезу.

Лера стояла, чувствуя, как горят губы, как колотится сердце, как все внутри переворачивается с ног на голову.

— Иди, — Саша подтолкнула ее в спину, и в голосе слышалась улыбка. — Она тебя ждет.

Лера сделала шаг, потом второй. Потом побежала.

Она догнала Адель у машины, схватила за руку, развернула к себе.
— Ты не можешь просто так взять и поцеловать меня, — выпалила она.

— Могу, — Адель смотрела на нее, и в глазах не было раскаяния. — И сделаю это снова, если ты не против.

— Я не... — Лера запнулась. — Я не против.

Адель улыбнулась — по-настоящему, широко, и в этой улыбке не было ни насмешки, ни игры.
— Тогда садись в машину, Златовласка. Поговорим дома.

Лера села на пассажирское сиденье, пристегнулась и всю дорогу смотрела в окно, чувствуя, как Адель иногда бросает на нее короткие взгляды. В машине играла тихая музыка, и напряжение между ними было уже другим — не враждебным, а предвкушающим.

Дома они вошли в прихожую, и Лера закрыла дверь, прислонившись к ней спиной.

— Ну, — сказала она, глядя на Адель. — Поговорим?

Адель подошла ближе, остановилась в шаге.
— Я сделала это не только чтобы разозлить твоего бывшего.

— А зачем?

— Затем, что хотела, — Адель провела пальцами по Лериной щеке, коснулась веснушек. — И не жалею.

— Адель... — Лера смотрела на нее, чувствуя, как сердце вырывается из груди.

— Не бойся, — Адель наклонилась, и ее губы оказались в сантиметре от Лериных. — Я не буду торопить события. Мы же договорились — сначала дружба.

— А это дружеский поцелуй? — выдохнула Лера.

— Это... — Адель задумалась, улыбнулась. — Это аванс. За все те разы, когда я сдерживалась.

Она отстранилась, оставив Леру стоять у двери с пылающими щеками и дрожащими коленями.

— Спокойной ночи, Лера, — сказала Адель, поднимаясь по лестнице. — И пусть твой бывший горит в аду.

Она скрылась за поворотом, а Лера все стояла, прижимая ладонь к губам, которые все еще горели.

Телефон пиликнул. Сообщение от Славы: **«Кто эта *? Ты теперь с бабами? Лер, не дури».

Лера посмотрела на экран, потом на лестницу, где только что исчезла Адель.

Она набрала ответ:

«Она лучше, чем ты. Иди нахуй».

И заблокировала номер.

Поднявшись в свою комнату, она рухнула на кровать, уставившись в потолок. Внутри все кипело, бурлило, пульсировало.

Телефон снова пиликнул. На этот раз от Адели.

«Не забудь закрыть окно. Сквозняк. Спокойной ночи».

Лера улыбнулась, глядя в экран. Она подошла к окну, закрыла его и посмотрела на звезды.

— Ну и кто из нас теперь думает о ком каждую секунду? — прошептала она по-русски.

Она легла в кровать, но уснуть не могла долго. Перед глазами стояло лицо Адели, ее разноцветные глаза, ее губы на своих губах.

Она закрыла глаза и улыбнулась в темноте.

---

Конец шестой главы думаю сделать что нибудь прикольное в следующей главе. Ждите)