Mi culpa

После гонки Адель включила режим «ледяная королева». Она игнорировала Леру целых три дня. Не грубила, не огрызалась — просто делала вид, что той не существует. За завтраком сидела в наушниках, в коридорах проходила мимо, не поднимая глаз. При родителях — дежурная улыбка, и снова вакуум.

Лера сначала злилась. Потом решила, что ей плевать. А потом поняла, что это ложь.

— Она просто играет с тобой, — сказала Саша, когда они сидели в кафе после скейт-парка. Ее светлые волосы были собраны в высокий хвост, на щеках — румянец после катания. — Адель такая. То бежит к тебе, то убегает. Не ведись.

— Я и не ведусь, — буркнула Лера, ковыряя соломинкой в стакане.

— Ага, — Саша усмехнулась. — У тебя на лбу написано «я думаю о ней каждую секунду». Вика, подтверди.

Виктория, сидевшая напротив в своих армейских ботинках и кожаной куртке, подняла зеленые глаза от телефона.
— Подтверждаю. Это больно смотреть.

— Спасибо, подруги, — Лера откинулась на спинку стула. — Вы реально поднимаете мне настроение.

— Настроение тебе поднимет суббота, — Саша заговорщицки понизила голос. — Будет вечеринка у одного парня. Тусовка отвязная. Адель будет там.

— И что с того?

— А то, что ты наденешь что-нибудь, от чего у нее глаза на лоб полезут, и посмотрим, как долго она сможет делать вид, что ты ей безразлична.

Лера задумалась. Идея была... соблазнительной.

— А если не полезет?

— Значит, не судьба, — философски заметила Виктория, затягиваясь своей электронной сигаретой. — Но я в это не верю.

---

Вечеринка была в большом доме у моря. Музыка гремела так, что сотрясались стены, люди толпились на танцполе, у бассейна, в саду. Лера приехала с Сашей, чувствуя себя непривычно... открытой.

Она выбрала короткое черное платье — то самое, которое мать купила ей на выпускной, а Лера ни разу не надела. Сейчас оно сидело идеально: открывало плечи, подчеркивало талию и заканчивалось выше колена. Волосы распущены, макияж — стрелки и темные тени, делающие зеленые глаза ярче. New Rock она все-таки надела — не изменять же себе.

Саша присвистнула, когда увидела ее.
— Dios mío («Боже мой»), ты собираешься кого-то убить?

— Просто хочу выглядеть нормально.

— Нормально, — Саша усмехнулась. — Ладно, пошли искать Вику.

Виктория нашлась у бара, в окружении двух парней, которые явно пытались ее охмурить. Она отбивалась от них с ленивым равнодушием, поправляя выбритый висок.

— О, русская, — она окинула Леру оценивающим взглядом. — Неплохо. Адель уже здесь.

— Мне плевать, — слишком быстро ответила Лера.

— Конечно, — Виктория кивнула куда-то за спину Леры. — Вон она. Смотрит.

Лера обернулась.

Адель стояла у противоположной стены, окруженная компанией. На ней была свободная рубашка с закатанными рукавами, открывающими татуировки, широкие джинсы и тяжелые кеды. Темные кудри растрепаны, на губах — зажатая сигарета. Ее разноцветные глаза — голубой и карий — смотрели прямо на Леру.

Выражение ее лица было... непроницаемым. Ни удивления, ни злости, ни интереса. Просто взгляд, от которого по коже бежали мурашки.

А потом она отвернулась, словно Лера была пустым местом.

— Qué cabrona («Какая стерва»), — прошипела Саша.

— Ничего, — Лера выпрямилась. — Я не для нее сюда пришла.

---

Они двинулись в гущу толпы, и Лера быстро поняла, что алкоголь здесь льется рекой, а танцпол — это сплошной клубок тел. Музыка пульсировала, воздух был тяжелым от духов и пота.

Лера танцевала с Сашей, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Она закрыла глаза, отдаваясь ритму, и почти забыла о разноцветных глазах, которые следили за ней откуда-то из темноты.

— Привет, — голос раздался рядом, и Лера открыла глаза.

Перед ней стояла девушка. Высокая, смуглая, с длинными черными волосами и дерзкой улыбкой. На ней была кожаная юбка и топ, открывающий плоский загорелый живот. Она смотрела на Леру с откровенным интересом.

— Ты новенькая, — сказала девушка, не спрашивая, утверждая. — Я бы запомнила такое лицо.

— Я недавно в городе, — ответила Лера, чувствуя себя немного неловко под пристальным взглядом.

— Откуда?

— Из России.

— Qué interesante («Как интересно»), — девушка шагнула ближе, и теперь они танцевали почти вплотную. — Меня зовут Карла.

— Лера.

— Лера, — повторила Карла, словно пробуя имя на вкус. — Красиво. Можно пригласить тебя на танец?

Лера покосилась на Сашу, но та только пожала плечами и подмигнула — мол, действуй.

— Можно, — ответила Лера.

Карла танцевала хорошо — уверенно, раскованно, но не навязчиво. Ее руки скользили по талии Леры, волосам, плечам. Лера чувствовала, как чужое тело прижимается к ней, и это было... приятно. Карла была красивой, уверенной в себе, и она смотрела на Леру так, словно та была единственной в комнате.

Но краем глаза Лера все равно замечала Адель.

Та стояла у стены, окруженная своей компанией, но больше не делала вид, что не смотрит. Ее взгляд был прикован к Лере. И к Карле, которая обвила руками Лерину шею.

Адель стиснула зубы так, что желваки заходили ходуном. Она сделала большой глоток из бутылки, потом еще один. Рядом с ней что-то говорил какой-то парень, но она его не слушала.

— Кто это? — спросила Лера у Карлы, кивнув в сторону Адель.

— Адель? — Карла усмехнулась. — Местная знаменитость. У нее свой бренд, тачки, гонки. Бывшая Лукаса. А что, ты ее знаешь?

— Она моя сводная сестра.

Карла удивленно приподняла бровь.
— Серьезно? — она посмотрела на Адель, потом снова на Леру. — И как вам живется под одной крышей?

— Весело, — криво усмехнулась Лера.

— Судя по тому, как она на нас смотрит, очень весело, — Карла наклонилась к самому уху Леры, шепча: — Она сейчас лопнет от злости.

Лера рискнула взглянуть в сторону Адель.

Их взгляды встретились. В разноцветных глазах Адель полыхала такая ярость, что Лера на секунду испугалась. Но Адель ничего не сказала. Она только сжала бутылку в руке так, что пластик затрещал, резко развернулась и ушла в глубину дома, хлопнув дверью.

— Joder («Блядь»), — выдохнула Карла, но в ее голосе слышалось скорее восхищение, чем испуг. — Ты ей реально нравишься.

— Она просто ревнует, — Лера попыталась изобразить равнодушие. — Ей не нравится, когда кто-то трогает ее вещи.

— А ты ее вещь?

Лера задумалась.
— Нет.

— Тогда тем более, — Карла взяла ее за руку. — Пошли, налью тебе выпить.

---

Они сидели на диване в углу, и Карла рассказывала о себе. Ей было двадцать, она училась на дизайнера, занималась серфингом, путешествовала. Она была открытой, легкой, и Лере с ней было... легко.

Но почему-то вместо того, чтобы наслаждаться вниманием красивой девушки, Лера постоянно думала о том, где сейчас Адель и что она делает.

— Ты далеко улетела, — заметила Карла, проводя пальцами по Лериной руке. — Думаешь о ней?

— Нет, — соврала Лера.

— Врешь, — Карла улыбнулась, но без обиды. — Я вижу. И знаешь что? Не лезь ты в это. Адель — это проблемы. Она ломает людей.

— Я слышала уже, — Лера отдернула руку. — И сама разберусь.

— Como quieras («Как хочешь»), — Карла подняла руки в примирительном жесте. — Я просто предупреждаю. Но если хочешь забыться на пару часов — я здесь.

Она подалась вперед, и ее губы коснулись Лериной щеки. Невинно, почти по-дружески, но Лера почувствовала, как кровь прилила к лицу.

В этот момент дверь в комнату распахнулась.

На пороге стояла Адель. Ее разноцветные глаза метали молнии, челюсть сжата, пальцы сжаты в кулаки.

— Лера, — голос был ледяным. — Мы уезжаем.

— Я с Сашей, — ответила Лера, стараясь говорить ровно. — Она меня довезет.

— Саша уже уехала, — Адель шагнула в комнату. — С Викой. Я за тобой.

Лера посмотрела на Карлу. Та смотрела на Адель с выражением, которое трудно было прочитать — то ли насмешка, то ли сочувствие.

— Не хочешь остаться? — спросила Карла тихо, только для Леры. — Я могу отвезти тебя домой.

— Нет, — Лера поднялась. — Спасибо. Было приятно познакомиться.

— Взаимно, — Карла не стала ее удерживать, только кинула многозначительный взгляд на Адель. — Береги себя.

Адель схватила Леру за запястье и буквально вытащила из комнаты, ведя через толпу так быстро, что Лера едва поспевала за ней.

— Ты что творишь? — прошипела Лера, вырывая руку, когда они вышли на улицу. — Мне больно!

Адель развернулась к ней. В свете фонарей ее лицо было бледным, глаза горели.

— Ты что творишь? — повторила она вопрос, но в ее голосе слышалось нечто большее, чем злость. — Кто эта девка?

— Карла. Мы танцевали.

— Я видела, как вы танцевали, — Адель шагнула ближе. — Она тебя целовала.

— В щеку, — Лера подняла подбородок. — И какая тебе разница?

— Никакой, — слишком быстро ответила Адель. — Мне вообще плевать, с кем ты целуешься и с кем спишь.

— Тогда зачем ты меня вытащила?

— Потому что! — Адель замолчала, сжав зубы. — Потому что ты... ты не знаешь этих людей. Карла — она...

— Что она? — Лера ждала.

Адель молчала, и в этом молчании было столько всего, что Лера чувствовала это кожей.

— Ничего, — Адель развернулась и пошла к машине. — Садись. Отвезу тебя домой.

— Я не хочу домой.

— Лера, — Адель обернулась, и в ее голосе появилась мольба, которую она пыталась скрыть. — Садись в машину. Пожалуйста.

Это «пожалуйста» сломало что-то в Лере. Она молча пошла к внедорожнику.

---

Они ехали молча. Адель вела быстрее обычного, резко входя в повороты, словно пыталась выплеснуть злость на дорогу. Лера смотрела в окно, чувствуя, как напряжение между ними растет с каждой минутой.

— Ты ревнуешь, — сказала Лера, когда они остановились на светофоре.

— Я не ревную, — Адель сжала руль. — Мне просто не нравится, когда к тебе прикасаются всякие...

— Всякие кто?

— Не важно.

— Адель, — Лера повернулась к ней. — Посмотри на меня.

Адель не смотрела. Она смотрела прямо перед собой, на красный свет, и ее дыхание было тяжелым.

— Посмотри на меня, — повторила Лера.

Адель медленно повернула голову. Их взгляды встретились, и в разноцветных глазах Адель Лера увидела то, что та так старательно прятала. Не злость. Не равнодушие. Желание, смешанное со страхом.

— Чего ты хочешь? — спросила Лера. — Скажи мне. Потому что я устала гадать.

— Я не знаю, — голос Адель был хриплым. — Я не могу... — она замолчала, провела рукой по волосам. — Ты младше. Ты моя... ты живешь в моем доме. Если отец узнает...

— Твой отец не узнает, если ты сама ему не скажешь.

— Ты не понимаешь, — Адель отвернулась, зажгла зеленый. — Я пытаюсь защитить тебя.

— От чего?

— От меня, — Адель нажала на газ, и машина рванула вперед. — От того, что я сделаю, если останусь с тобой наедине.

Лера замолчала. Сердце колотилось где-то в горле.

Дома Адель вышла из машины первой, даже не дожидаясь, пока Лера выйдет. Она почти бегом поднялась на второй этаж, и Лера услышала, как хлопнула дверь ее комнаты.

Лера постояла в прихожей, сжимая в руках ключи. Потом медленно поднялась по лестнице.

Она не пошла в свою комнату. Она остановилась у двери Адели.

Тишина. Потом приглушенный звук — что-то упало на пол. Или было брошено.

Лера подняла руку, чтобы постучать, но так и не сделала этого. Вместо этого она прижалась лбом к холодной двери и прошептала:

— Ты не сможешь меня защитить, если я сама этого не захочу.

За дверью было тихо. А потом — шаги. Адель подошла с другой стороны, Лера слышала ее дыхание.

— Лера, — голос Адель был тихим, почти неслышным. — Иди спать.

— Не пойду.

— Пожалуйста.

— Нет, — Лера прижала ладонь к двери. — Я устала от твоего «холодно-горячо». Либо ты хочешь, чтобы я была рядом, либо нет. Но перестань меня дергать.

Долгое молчание. Лера уже решила, что Адель ушла, но потом дверная ручка дернулась.

Щелкнул замок.

Дверь приоткрылась, и в щели показалась Адель. В темноте комнаты ее разноцветные глаза светились, волосы растрепаны, на губах — следы помады, которую она, видимо, стерла.

— Заходи, — сказала она хрипло. — И закрой дверь.

Лера шагнула внутрь.

---

Конец пятой главы. Что то как будто бы быстро слишком но в принципе в фильме тоже они не сильно долго ждали