Песнь глубокой воды

Утро встретило Ава'атлу криками морских птиц и суетой просыпающейся деревни. Нетейам и Аэйра вернулись из тайной бухты, когда Полифем только-только начал окрашивать горизонт в нежные персиковые тона. Они надеялись проскользнуть незамеченными, но у главного пирса их уже ждала делегация.

Тсахик Ронал стояла, скрестив руки на груди. Её пронзительный взгляд не предвещал ничего хорошего, а рядом возвышался Тоновари, пытаясь скрыть легкую, понимающую ухмылку в уголках губ. Чуть поодаль переминались с ноги на ногу Джейк и Нейтири.

— Лесной кот привык гулять сам по себе, — строго произнесла Ронал, когда Нетейам и Аэйра, стараясь выглядеть непринужденно, вышли на деревянный настил.

Взгляд Тсахик мгновенно упал на сапфировую жемчужину, оплетенную лианами, которая красовалась на запястье девушки. — Я вижу, ты сделал свой выбор, сын Торук Макто. Ты надел на Дочь Рифов метку своего обещания.

Аэйра инстинктивно прикрыла браслет левой рукой и сделала шаг вперед.

— Тсахик, мы просто... — начала она, но Ронал властно подняла руку, призывая к тишине.

— Ты пролил кровь за наш народ, Нетейам. Океан признал твою храбрость в бою, — голос Ронал эхом разнесся над утренней лагуной. — Но битва  это хаос. А семья  это терпение, мудрость и умение слушать воду. Если ты хочешь открыто назвать лучшую ученицу рифов своей парой перед Эйвой, ты должен доказать, что достоин её не только с луком в руках.

Нетейам выпрямился, его лицо приобрело то самое непроницаемое, солдатское выражение, хотя кончики ушей предательски дрогнули. Он переглянулся с отцом. Джейк Салли лишь пожал плечами, мол, "твои проблемы, сынок, я через это тоже проходил".

— Я готов к любому испытанию, Тсахик, — твердо ответил Нетейам, склонив голову.

Тоновари вышел вперед и басом рассмеялся.

— Не торопись, лесной брат. Испытание затаенного дыхания  сломало гордость многих юношей Меткайина, — сказал Оло'эктан. — На дне Пещеры Шепчущих Кораллов растет Огненный Шип. Редкая раковина, которая прячется в самых узких расщелинах. Течения там меняются каждые три удара сердца. Ты должен спуститься туда без илу, без оружия и принести Огненный Шип до того, как солнце поднимется в зенит.

— А после, — добавила Ронал с пугающей полуулыбкой, — ты должен разделить с нами чашу священного нектара. И не проронить ни слезинки.

— Звучит... справедливо, — сглотнув, кивнул Нетейам.

Новость об испытании старшего сына Торук Макто облетела деревню со скоростью лесного пожара. К полудню половина племени собралась на скалах вокруг Пещеры Шепчущих Кораллов, предвкушая зрелище.

Нетейам сидел на краю обрыва, разминая плечи. Вокруг него суетилась "группа поддержки".

— Слушай меня, бро, — с умным видом вещал Ло'ак, размахивая руками. — Просто представь, что это танатор. Только мокрый. И невидимый. И тебе нужно залезть ему в пасть. Понял?

— Твои советы, Ло'ак, как всегда, невероятно полезны. Спасибо, что вселил в меня уверенность, — саркастично процедил Нетейам, закатывая глаза.

Аонунг, который теперь общался с Нетейамом скорее как ворчливый, но верный младший брат, усмехнулся, опираясь на гарпун.

— Если ты утонешь, лесной, можно я заберу твой лук? Он мне приглянулся, — подмигнул Аонунг.
— Серьезно, не пытайся плыть против течения. Шепчущие Кораллы засасывают. Если почувствуешь, что вода тянет вниз — расслабься и жди, пока она не вытолкнет тебя сама.

— Аонунг прав, — подал голос Ротхо, подходя ближе и протягивая Нетейаму флягу с пресной водой. — Там есть узкий карниз слева от входа. Держись за него своими длинными пальцами. Рифовым там скользко, но твои руки привыкли к веткам. Используй скалы, как деревья.

Нетейам с благодарностью кивнул бывшему сопернику.

Аэйра, которой Тсахик строго-настрого запретила приближаться к воде во время испытания, стояла чуть поодаль.

Она кусала губы, переминаясь с ноги на ногу. Нетейам поймал её встревоженный взгляд и послал ей подбадривающую, дерзкую улыбку, от которой у неё потеплело в груди.

— Время! — провозгласил Тоновари, ударив древком копья о камень.

Нетейам встал, глубоко, до боли в ребрах вдохнул соленый воздух и ласточкой нырнул со скалы в темную пещеру.

Ледяная вода мгновенно обхватила тело. Внутри пещеры царил полумрак, освещаемый лишь редкими  растениями.

Нетейам сразу же почувствовал, о чем говорили ребята: течение здесь было живым, непредсказуемым зверем. Вода то толкала его вперед, то пыталась содрать кожу о колючие коралловые стены.

Он вспомнил слова Аэйры: «Не борись с океаном. Стань им».

Лесной воин сложил руки стрелой и позволил первому потоку затянуть себя глубже.

Легкие начали гореть. Перед глазами заплясали темные пятна. Он пробирался по дну расщелины, выискивая взглядом тусклое, красноватое свечение.

«Думай о ней. Думай о том, как она смотрела на тебя сегодня утром», — приказал себе Нетейам, подавляя инстинктивное желание рвануться наверх за глотком воздуха.

И тут он увидел его. Огненный Шип прятался под массивным каменным козырьком, пульсируя, как маленькое сердце. Нетейам оттолкнулся от дна, преодолевая внезапный встречный поток.

Его пальцы сомкнулись на ребристой раковине. Острая боль пронзила ладонь — шип оправдывал свое название, но Нетейам лишь крепче сжал трофей.

Оттолкнувшись от дна обеими ногами, он устремился к светлеющему выходу. Течение словно разозлилось, пытаясь удержать наглеца, но сила воли Оматикайя оказалась крепче.

Нетейам вынырнул на поверхность, жадно, со свистом заглатывая воздух. Он победно вскинул правую руку, в которой был зажат Огненный Шип.

Толпа на скалах взорвалась криками и улюлюканьем. Ло'ак радостно запрыгал, едва не сбив Цирею в воду, а Аонунг одобрительно свистнул. Аэйра выдохнула так шумно, словно сама только что вынырнула со дна, её лицо озарилось счастливой, гордой улыбкой.

Нетейам выбрался на берег, вода ручьями стекала по его мускулистому телу. Грудь тяжело вздымалась.

Он подошел к Тсахик и, слегка склонив голову, протянул ей раковину. На его ладони виднелась глубокая, кровоточащая царапина от шипов.

Ронал взяла раковину, её строгие черты лица наконец-то смягчились.

— Дыхание океана признало тебя, Нетейам, — торжественно произнесла она. — Но океан это не только вода. Это огонь, спрятанный в глубине. Посмотрим, выдержит ли твой желудок наше пламя.

Тоновари с хитрой, предвкушающей улыбкой подошел к юноше, держа в руках резную деревянную чашу.

Внутри булькала густая, фосфоресцирующая зеленоватая жидкость. Этот нектар делался из ферментированных морских водорослей и яда редких медуз.

Меткайины пили его только по великим праздникам, и для непривычного лесного организма это было настоящим испытанием.

— До дна, сынок, — весело подбодрил Джейк Салли, скрестив руки на груди.

Ему самому когда-то пришлось пить эту гадость, чтобы доказать свою пригодность Тоновари.

Нетейам взял чашу. Он посмотрел на Аэйру, которая закусила губу, пытаясь сдержать смех. В её глазах плясали озорные бесята.
«Не опозорься перед ней», — мысленно приказал себе Нетейам.
Он поднес чашу к губам и сделал большой глоток.

Сначала ничего не произошло. А потом ему показалось, что он проглотил горсть раскаленных углей вперемешку с морским ежом.

Жидкость обожгла горло, ударила в нос запахом йода и специй, а на глазах мгновенно выступили предательские слезы.

Уши Нетейама резко прижались к голове. Он судорожно сглотнул, лицо его покраснело, а глаза округлились. Он издал хриплый, сдавленный звук, похожий на кашель подавившегося змееволка, изо всех сил стараясь не выплюнуть нектар обратно.

Ло'ак не выдержал и согнулся пополам от оглушительного хохота.

— Вы только посмотрите на него! Идеальный солдат плачет от водорослей! — сквозь слезы смеха кричал Ло'ак.

Аонунг хлопнул кашляющего Нетейама по спине с такой силой, что тот чуть не выронил чашу.

— Глотай, лесной, глотай! Это делает хвост крепче! — ржал Аонунг.

Тоновари разразился раскатистым басом, хлопая в ладоши. Даже Ронал не смогла сдержать искренней, широкой улыбки.

Нетейам, мужественно допив остатки, со стуком поставил чашу на камень. Он тяжело дышал, вытирая тыльной стороной ладони слезы, выступившие от жгучей смеси.

— Очень... освежает, — прохрипел Нетейам сорванным голосом, пытаясь вернуть себе невозмутимый вид, что вызвало новую волну смеха среди собравшихся.

Аэйра, больше не в силах стоять в стороне, подошла к нему. Она мягко забрала пустую чашу из его рук и, игнорируя взгляды старейшин, нежно провела прохладной рукой по его горящей щеке.

— Ты справился, мой глупый, храбрый древолаз, — прошептала она, её глаза светились любовью.

— Я чувствую, как у меня внутри всё горит. Скажи мне, что у тебя есть вода, — жалобно, но с улыбкой пробормотал Нетейам, наклоняясь к её уху.

— У меня есть кое-что получше воды, — лукаво шепнула Аэйра в ответ, беря его за руку.

Тоновари поднял копье, призывая всех к вниманию.

— Испытание пройдено! Племя Меткайина принимает тебя, Нетейам. Твои намерения чисты, а воля крепка. Начинайте пир!

Пока толпа с радостными криками направлялась к накрытым столам и разгорающимся кострам, Аэйра незаметно потянула Нетейама в противоположную сторону, подальше от шума и суеты, в прохладную тень дальних маруи.

Как только они оказались в уединении её хижины, полог которой мягко шуршал на ветру, Нетейам со стоном привалился к плетеной стене.

— Клянусь Эйвой, этот ваш нектар разъел мне всю гордость, — со смешком пожаловался он, потирая горло.

Аэйра подошла к нему вплотную. В её глазах плескалась такая густая, обволакивающая нежность, что Нетейам мгновенно забыл о жгучем нектаре и усталости.

— Твоя гордость на месте. Но сегодня ты доказал моему клану то, что я и так давно знала, — тихо сказала девушка, её левая рука скользнула по его груди, останавливаясь на колотящемся сердце. — Ты готов на всё ради нас.

— Ради тебя, — поправил Нетейам, его голос вновь стал низким, глубоким. Он обнял её за талию, притягивая к себе так близко, что их дыхание смешалось. — Я бы выпил целый океан этой отравы, лишь бы Ронал позволила мне остаться с тобой.

Аэйра не ответила. Вместо слов она приподнялась на цыпочках и накрыла его губы своими. Поцелуй был прохладным, успокаивающим, он смывал горечь нектара и усталость дня.

Нетейам жадно ответил, его руки скользнули ниже, уверенно и властно прижимая девушку к себе.

Впереди их ждал пир, смех друзей и долгая, мирная ночь, но сейчас, в полумраке маруи, существовали только они двое.

Их связь крепла с каждым днем, и оба понимали, что пришло время для чего-то большего. Чего-то, что навсегда соединит их души перед лицом самой Эйвы.

намёк на то что будет в следующей  главе🙈