Песнь глубокой воды

Океан этим утром дышал свежестью. Легкий бриз гнал по поверхности лагуны мелкую, искрящуюся на солнце рябь. Аэйра стояла на самом краю дальнего пирса, полной грудью вдыхая соленый воздух.

Девушка несколько раз с силой сжала и разжала четырехпалую кисть, наслаждаясь вернувшейся властью над собственным телом.

Сегодня она снова была собой. Дочерью Рифов. Наездницей.

Аэйра грациозно нырнула в прозрачную воду, не подняв брызг. Она безошибочно направилась к глубоким загонам на окраине рифа, где обитали самые строптивые ездовые животные.

Её скимвинг, огромный и покрытый боевыми шрамами, спал у самого дна. Почувствовав знакомые вибрации воды, зверь мгновенно проснулся, грозно щелкнул крокодильей пастью и, узнав хозяйку, радостно закружился вокруг неё.

Девушка подплыла ближе, её пальцы уверенно легли на жесткую броню животного. Она соединила свою косу. Мощный разряд первобытной энергии прошил её сознание.

Зверь был счастлив возвращению всадницы, его дикая сила слилась с её разумом в единый, неразрывный поток.

С оглушительным ревом скимвинг вырвался на поверхность, расправив огромные оранжевые плавники-крылья, и взмыл над водой, обдав брызгами соседние пирсы.

— Неплохо для той, кто месяц просидел на берегу! — раздался звонкий, насмешливый голос

Аэйра резко развернула скимвинга. В десятке метров от неё, верхом на ловком илу, парил Нетейам. Лесной воин выглядел расслабленным, его желтые глаза лучились азартом, а мокрые косички облепили широкие плечи.

На его губах играла та самая дерзкая ухмылка, от которой у девушки неизменно перехватывало дыхание.

— Это была лишь разминка, лесной мальчик, — крикнула в ответ Аэйра, её глаза загорелись хищным огоньком. — Надеюсь, ты не забыл, как держаться в седле, пока нянчился со мной?

— Я готов поспорить, что мой илу оставит твою зубастую ящерицу глотать пену, — рассмеялся Нетейам, похлопав своего зверя по гладкой шее. — Или ты боишься проиграть древолазу на своей же территории?

— О, ты сам напросился, Салли! — азартно рыкнула Аэйра.

Она припала к шее скимвинга. Никаких отсчетов не потребовалось. Два зверя одновременно рванули вперед, разрезая бирюзовые волны.

Гонка началась. Аэйра направила своего скимвинга к Дальним Утесам — лабиринту из острых скал и узких коралловых арок, где малейшая ошибка грозила столкновением. Её зверь летел над самой поверхностью, его хвост мощно бил по воде, оставляя за собой пенный след.

Ветер свистел в ушах, выбивая слезы из глаз, но Аэйра смеялась. Это было то самое чувство абсолютной, первобытной свободы, которого ей так не хватало.

Она скосила глаза назад. Нетейам не отставал. Его илу, неспособный лететь над волнами, двигался под водой, но с невероятной скоростью.

Лесной воин слился со своим животным воедино. Он предугадывал каждый вираж, проскальзывая сквозь узкие арки с изяществом, недоступным даже многим меткайинам. Океан больше не был для него чужой стихией — он покорил его, подчинил своему ритму.

— Догоняй, если сможешь! — крикнула Аэйра, направляя скимвинга в крутое пике прямо сквозь пенный водопад, срывающийся с одной из скал.

Нетейам вынырнул следом, его радостный, хриплый смех разнесся над водой. Они мчались плечом к плечу, подрезая друг друга, обдавая соперника стенами соленых брызг.

Адреналин обжигал вены, превращая гонку в дикий, завораживающий танец двух равных хищников.

Внезапно Аэйра резко свернула в сторону неприметной, скрытой густыми зарослями гигантских лиан расщелины в скале. Нетейам, не раздумывая, бросился за ней.

Узкий проход вывел их в скрытую, абсолютно изолированную от внешнего мира бухту.

С высоких, поросших изумрудным мхом срывался кристально чистый пресноводный водопад, разбиваясь о гладкие черные камни.

Вода здесь была спокойной, невероятно прозрачной и теплой. По краям лагуны цвели крупные, источающие сладковатый, дурманящий аромат лилии.

Аэйра отпустила связь со скимвингом, позволяя зверю уйти на глубоководье для отдыха, и спрыгнула в воду.

Нетейам спешился следом. Его грудь тяжело вздымалась от бешеной скачки, а янтарные глаза жадно искали её взгляд

— Ничья, наставница, — выдохнул Нетейам, подплывая ближе. Он стряхнул воду с лица, его взгляд стал темным и глубоким. — Но признаюсь, это было лучшее, что я испытывал с момента прибытия на риф. Ты потрясающая в седле.

— Ты тоже был неплох... для Оматикайя, — лукаво улыбнулась Аэйра, отступая на шаг к гладкому, омываемому водопадом камню. Её собственное дыхание всё еще не восстановилось, а кровь пульсировала от переизбытка эмоций. — Это мое тайное место. Сюда не заплывают даже старейшины.

Нетейам медленно, словно хищник, подбирающийся к добыче, сократил расстояние между ними. Океанская вода доходила им по пояс, скрывая нижнюю часть тел, но оставляя на виду разгоряченную, блестящую от влаги кожу.

— Значит, никто не услышит, если я признаюсь, как сильно я скучал по этому огню в твоих глазах? — прошептал Нетейам.

Он остановился вплотную к ней. Его большие, сильные ладони легли на её мокрую талию, притягивая девушку к себе. Аэйра уперлась спиной в прохладный, влажный камень, чувствуя, как от контраста температур по телу пробегает табун мурашек.

— Я думал, что сойду с ума за этот месяц, — продолжил он, его голос стал хриплым и низким. Лесной воин поднял правую руку Аэйры, бережно поцеловав бледный шрам на её пальце. — Видеть, как ты не можешь держать оружие... знать, что это из-за меня.

— Перестань винить себя, Нетейам, — мягко, но уверенно прервала его Аэйра. Она высвободила руку и положила её на его широкую грудь, чувствуя бешеный стук его сердца. — Это был мой выбор. Моя свобода. И я ни на секунду не жалею об этом. Я цела. Я рядом с тобой. И я твоя.

Эти слова стали искрой. Нетейам тихо, гортанно зарычал и накрыл её губы властным, обжигающим поцелуем.

В нем не было ни капли той осторожности, с которой он касался её весь последний месяц, боясь причинить боль. Это была чистая, неприкрытая страсть, помноженная на адреналин от недавней гонки.

Аэйра жадно ответила ему, приоткрывая губы и позволяя поцелую стать глубже. Её руки обвили его крепкую шею, пальцы зарылись в жесткие лесные косички, притягивая его лицо еще ближе.

Нетейам прижал её к камню всем телом. Вода из водопада обрушивалась на их плечи, смывая океанскую соль, но жар, исходящий от их кожи, казалось, мог заставить эту воду закипеть.

Его руки скользнули по её спине, очерчивая каждый изгиб, каждую напряженную мышцу, и остановились на бедрах, с силой приподнимая девушку так, чтобы она могла обхватить его талию ногами.

Аэйра тихо простонала в его губы, когда их тела соприкоснулись еще плотнее. Она чувствовала каждое движение его мощных мышц, каждую грань его желания, которое резонировало с её собственным.

— Аэйра... — прерывисто выдохнул Нетейам, отрываясь от её губ и покрывая горячими, влажными поцелуями линию её челюсти и изгиб шеи, заставляя девушку откинуть голову назад. — Ты сводишь меня с ума.

— Тогда сойди с ума вместе со мной, — срывающимся шепотом ответила она, её пальцы скользнули по его груди, обводя контуры старых шрамов.

Они не замечали ни шума водопада, ни дурманящего запаха лилий. Весь мир сузился до этого крошечного, изолированного клочка суши.

Нетейам опустил её на пологий, поросший мягким изумрудным мхом берег у самого края воды. Свет, пробивающийся сквозь густые кроны деревьев наверху, играл на их переплетенных телах золотистыми бликами.

Его прикосновения были уверенными, но в то же время невероятно трепетными. Он изучал её рифовые татуировки так, словно это были священные тексты, оставляя легкие поцелуи там, где его пальцы находили самые чувствительные точки.

Аэйра отвечала ему с такой же неистовой отдачей, её губы исследовали каждый сантиметр его лесной кожи, вызывая у гордого воина Оматикайя тихие, глубокие стоны.

Эта близость была сродни буре, но буре желанной и долгожданной. Они отдавались друг другу без остатка, сплетаясь в ритме, который задавали не барабаны клана, а их собственные, бьющиеся в унисон сердца.

Страсть была дикой, первобытной, но пропитанной такой абсолютной любовью и доверием, что границы между их душами начали стираться задолго до того, как они физически стали единым целым.

Когда всё закончилось, они долго лежали на мягком мху у самой воды, тяжело дыша и не разжимая объятий.

Голова Аэйры покоилась на груди Нетейама, её рука мирно лежала поверх его сердца, которое постепенно замедляло свой сумасшедший бег.

Лесной воин ласково, почти машинально поглаживал её по обнаженной спине, зарываясь носом в её влажные волосы.

— Если бы мне кто-то сказал в лесу, что я найду свое абсолютное счастье в тайной бухте на рифах... я бы назвал его сумасшедшим, — с ленивой, бесконечно счастливой улыбкой пробормотал Нетейам.

Аэйра тихо рассмеялась, приподнимаясь на локте и заглядывая в его янтарные глаза, которые сейчас казались жидким золотом в лучах полуденного солнца.

— Твой лес подготовил из тебя отличного ученика, Салли. Но боюсь, теперь океан тебя не отпустит.

— Я и не собираюсь уходить, — серьезно ответил он, ласково проводя большим пальцем по её нижней губе. Он притянул её к себе для долгого, нежного поцелуя. — Никогда.

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая воды тайной бухты в пурпурные и розовые тона. Они пробыли там до самого вечера, наслаждаясь тишиной, друг другом и тем фактом, что теперь им не нужно было ничего доказывать ни миру, ни самим себе.

Они были вместе, и их связь, скрепленная огнем, соленой водой и сегодняшней страстью, стала прочнее любых цепей на Пандоре.