Песнь глубокой воды

Утро не принесло с собой привычных красок. Рассвет над Ава'атлу выдался тусклым, окрашенным в зловещие серые тона.

Воздух был тяжелым, пропитанным влагой и неестественной тишиной. Даже морские птицы, обычно крикливые в этот час, попрятались в кронах деревьев.

Тишину разорвал звук, от которого кровь стыла в жилах — долгий, надрывный вой сигнальной раковины дозорных. Он эхом прокатился по воде, мгновенно стирая остатки сна с лиц каждого жителя деревни.

Аэйра подскочила в своем гамаке, сердце бешено заколотилось о ребра. Она инстинктивно потянулась правой рукой за кинжалом, но пронзительная боль в забинтованной кисти заставила её зашипеть сквозь зубы.

Девушка перехватила оружие левой рукой, подхватила подаренный лесной лук и выскочила на настил.
Деревня уже превратилась в растревоженный боевой улей.

Воины Меткайина с суровыми лицами наносили последние штрихи боевой раскраски, женщины торопливо уводили младших детей в сторону безопасных пещер, скрытых в скалах за лагуной.

В центре главного пирса возвышался Тоновари. Оло'эктан сжимал в руках тяжелое копье, его грудь мерно вздымалась.

Рядом с ним стоял Джейк Салли. Бывший морпех был облачен в полную боевую экипировку.

— Они идут с юга! Три тяжелых катера и экраноплан! — крикнул один из разведчиков, запыхавшись, спрыгивая со спины тяжело дышащего илу. — Они используют подводные заряды! Вода уже мутная от взрывов!

— Значит, время пришло, — громовым басом произнес Тоновари, обводя взглядом своих воинов. — Мы не пустим смерть в наш дом. Мы встанем стеной между демонами и нашими духовными братьями. За Великий Риф!

— За Великий Риф! — яростно подхватили десятки голосов, ударяя древками копий о деревянные мостки.

Нетейам вынырнул из толпы и направился прямо к Аэйре. На нем была боевая расскраска Оматикайя.

Его янтарные глаза лихорадочно блестели, сканируя девушку с ног до головы.

— Ты не сядешь сегодня на скимвинга, — безапелляционно заявил Нетейам, останавливаясь перед ней.

— Не начинай, древолаз. Мой зверь слушается меня даже без жесткой хватки, я смогу удержаться ногами, — упрямо вздернула подбородок Аэйра, хотя понимала, что блефует.

Управлять диким животным в пылу боя с одной рабочей рукой было самоубийством.

— Я не сомневаюсь в твоем умении держаться в седле, Аэйра, — голос Нетейама стал мягче, но в нем звучала непреклонная сталь. Он сделал шаг ближе и осторожно коснулся её левого плеча. — Но в воде ты станешь легкой мишенью. Тебе не хватит маневренности, чтобы уйти от пуль. Я не позволю тебе так рисковать.

Аэйра открыла рот, чтобы возмутиться, но слова застряли в горле, когда она увидела ту мольбу и решимость, что плескались в его взгляде.

— И что ты предлагаешь? Сидеть в пещере с малышами и плести корзины, пока вы проливаете кровь? — с горечью спросила Аэйра, сжимая древко лука. — Я воительница, Нетейам. Мое место в бою.

— Твое место там, где ты принесешь больше всего пользы, — серьезно ответил лесной воин. Он указал пальцем на возвышающиеся над лагуной скалы, известные как Три Брата. С их вершин открывался идеальный обзор на весь внешний риф. — Мы будем атаковать их на мелководье, заманивая на коралловые отмели. Мне нужен кто-то, кто будет прикрывать нас сверху. Кто-то, у кого острый глаз и кто не промахнется.

Девушка перевела взгляд на скалы, оценивая тактическое преимущество. Это была идеальная снайперская позиция.

— Ты доверяешь свою спину рифовой девчонке, которая держит лук второй день в жизни? — с легкой, кривой усмешкой спросила Аэйра, хотя внутри нее уже разливалась теплая волна признательности за то, что он не пытался спрятать её, а нашел ей достойное применение.

— Я доверяю свою жизнь самой бесстрашной на'ви на всей Пандоре, — тихо, но абсолютно серьезно произнес Нетейам. Он протянул руку и аккуратно поправил прядь волос, выбившуюся из её косы. — Займи позицию на скалах. Бей только наверняка. И... береги себя.

— Ты тоже, старший сын Торук Макто. Вернись ко мне, иначе я найду тебя в мире предков и убью еще раз, — прошептала Аэйра, подаваясь вперед и быстро, порывисто прижимаясь губами к его щеке.

Времени на долгие прощания не было. Нетейам кивнул, развернулся и побежал к воде, где отец уже распределял отряды.

Аэйра закинула лук со стрелами за спину, и бросилась к узкой тропе, ведущей на вершину Трех Братьев.

В другой части лагуны, где вода была более спокойной, разыгрывалась своя драма. Ло'ак стоял перед отцом, его лицо было грустным от сдерживаемой обиды.

— Папа, я тренировался! Я умею обращаться с копьем не хуже Аонунга! — горячо доказывал Ло'ак, размахивая руками. — Я должен быть там, в первой линии!

Джейк Салли тяжело положил обе руки на плечи младшего сына. Взгляд Торук Макто был тяжелым, полным боли и ответственности.

— Я знаю, что ты храбрый, Ло'ак. Я горжусь тобой, — твердо сказал Джейк, и эти слова заставили парня удивленно замереть. — Но наш враг хитрый. Они могут послать обходной отряд, чтобы ударить по деревне, пока мы будем отвлечены на рифе. Кто защитит матерей? Кто защитит твою сестру?

Ло'ак сглотнул, бросив быстрый взгляд в сторону, где Кири успокаивала плачущую Тук.

— Оло'эктан оставляет здесь Цирею и нескольких молодых воинов. Но мне нужен здесь мой человек. Моя кровь, — голос Джейка дрогнул, но он быстро взял себя в руки. — Ты — моя правая рука здесь, сынок. Не дай им подойти к пещерам.

Ло'ак выпрямился, его юношеская угловатость вдруг исчезла, уступив место суровой взрослой решимости.

— Ни один демон не пройдет мимо меня, сэр, — четко, по-солдатски ответил Ло'ак.

Джейк коротко кивнул, обнял сына за затылок, прижавшись лбом к его лбу, и тут же отстранился, направляясь к своему икрану.

Как только отец скрылся из виду, к Ло'аку неслышно подошла Цирея.

Дочь вождя была без своих привычных украшений, её лицо покрывала тонкая сеть ритуальных белых узоров. В руках она сжимала короткое копье для ближнего боя.

— Твой отец мудр, — мягко произнесла Цирея, вставая рядом с Ло'аком и глядя на темнеющий горизонт. — Океан сегодня заберет много жизней. Нам нужно беречь тех, кто остался на берегу.

Ло'ак повернулся к ней. Его глаза, обычно полные задорного озорства, теперь светились тревожной, глубокой нежностью. Он неуверенно потянулся и накрыл её руку, сжимающую древко копья, своей пятипалой ладонью.

— Я боялся, что ты уйдешь с передовым отрядом, — хрипло признался Ло'ак, не отрывая взгляда от её бирюзовых глаз. — Если бы с тобой что-то случилось... я бы не пережил этого, Цирея.

Щеки девушки потемнели, она опустила пушистые ресницы, но руку не убрала. Наоборот, её пальцы слегка сжались, переплетаясь с его пальцами.

— Я дочь Оло'эктана. Мой долг — защищать свой народ, — тихо, но гордо ответила Цирея. Затем она снова посмотрела на него, и в её взгляде промелькнула беззащитность. — Но я тоже боялась за тебя, Ло'ак. Ты слишком безрассуден. Пообещай мне, что не будешь лезть.

— Только если ты пообещаешь прятаться за моей спиной, когда начнется стрельба, — попытался отшутиться Ло'ак, но его голос предательски дрогнул.

— Договорились, лесной мальчик, — с легкой, грустной улыбкой прошептала Цирея.

Тем временем Аэйра, тяжело дыша, добралась до вершины самой высокой скалы из Трех Братьев.

Отсюда открывался потрясающий, но пугающий вид. Внизу, в прозрачных водах лагуны, были тулкуны.

Животные жались друг к другу, их тревожные, печальные песни эхом отбивались от каменных стен. Они чувствовали приближение смерти.

За линией рифа вода была неестественно темной. И там, сквозь пелену надвигающегося шторма, Аэйра увидела их.

Сначала появились силуэты скоростных "Пикадоров" — хищные, угловатые катера разрезали волны, оставляя за собой пенный след.

Чуть позади, словно плавучая крепость, надвигался "Морской Дракон". На его палубах суетились крошечные фигурки солдат, а в воду то и дело с громким всплеском опускались новые механические крабы.

Аэйра припала на одно колено, скрываясь за каменным выступом. Она достала из колчана первую стрелу и неловко, но уверенно наложила её на тетиву левой рукой.

Её сердце билось ровно. Страх остался там, внизу. Здесь была только холодная, математическая точность охотника.

Она перевела взгляд на воду у самого подножия рифа. Там, сливаясь с коралловыми зарослями, затаился передовой отряд Меткайина.

Аэйра без труда различила желтую раскраску Нетейама. Он сидел на своем илу, прижавшись к его шее, и ждал приказа.

Неподалеку от него замерли Аонунг и Ротто.

Ротто поднял голову и посмотрел вверх, на скалу. Аэйра не могла видеть его глаз с такого расстояния, но она знала, что он ищет её взглядом. Она подняла лук высоко над головой, подавая безмолвный знак: «Я здесь. Я прикрою».

Ротто едва заметно кивнул и крепче перехватил свой гарпун. Он был готов умереть за свой риф, за своего вождя и за девушку, которую так и не смог удержать.

Раздался оглушительный взрыв. Первый глубинный заряд небесных людей разорвался прямо за коралловым барьером, подняв в небо многометровый столб воды и пара. Ударная волна дошла даже до скалы, заставив Аэйру прижаться к камню.

Тулкуны в лагуне застонали, их голоса слились в симфонию невыносимой боли и паники.

Некоторые из них инстинктивно попытались ринуться к выходу в открытый океан, спасаясь от замкнутого пространства, но Тоновари и его передовые воины перегородили им путь, отгоняя их обратно на мелководье.

— Они начинают загон, — прошептала Аэйра сама себе, натягивая тетиву так, что дерево жалобно скрипнуло.

На палубе ближайшего катера, который нагло приблизился к границе рифа, появился человек в массивном экзоскелете. Он направил дуло пулемета прямо в воду, туда, где прятались охотники.

Аэйра глубоко вдохнула влажный, соленый воздух. В ушах зазвучал бархатный голос Нетейама: «Смотри не на мишень, а сквозь неё. Позволь луку стать продолжением твоей руки».

Она плавно выдохнула, целясь в сочленение брони на шее стрелка. Пальцы левой руки разжались.

Стрела с хищным свистом разрезала воздух, преодолев расстояние за доли секунды, и с глухим влажным звуком вонзилась точно в цель.

Солдат небесных людей беззвучно рухнул на палубу катера, выронив пулемет.

Это был сигнал. Первый выстрел, проливший кровь в этом противостоянии.

— За Эйву! Огонь! — пронесся над водой яростный боевой клич Джейка Салли.

Океан вскипел. Воины Меткайина с ревом вырвались из-под воды, обрушиваясь на вражеские катера. Икраны спикировали с небес, разрывая обшивку когтями.

Небесные люди открыли ответный огонь, заливая риф свинцовым дождем.

Аэйра действовала как механизм. Её левая рука методично выхватывала стрелы из колчана. Натянуть, прицелиться, выдохнуть, отпустить.

Она снимала стрелков, пытавшихся взять на мушку Нетейама или Ротто. Она стала ангелом смерти, парящим над полем боя.

Но врагов было слишком много. Из недр "Морского Дракона" выходили всё новые и новые бронированные катера. Очередной взрыв потряс основание Трех Братьев, заставив Аэйру пошатнуться.

Посмотрев вниз, она увидела то, от чего кровь застыла в её жилах. Один из подводных ботов прорвал оборону на фланге и на огромной скорости устремился прямо в спокойную лагуну.

Туда, где прятались тулкуны. Туда, где стояли Ло'ак, Цирея и дети.

Битва только началась, но её исход уже висел на волоске тоньше паутины.