Песнь глубокой воды

Предрассветный океан дышал холодом. Полифем только начинал бледнеть на небосводе, а вода казалась черным, непроницаемым стеклом.

Аэйра гнала своего илу так быстро, как только могла. Её сердце колотилось в такт мощным ударам хвоста животного.
Она ненавидела глупость. Ненавидела импульсивность, которая заставляла молодых воинов рисковать жизнями ради пустой гордости.

Скала Испытаний — острый, усеянный мелкими ракушками каменный остров за пределами безопасной лагуны — уже виднелась впереди.

Аэйра вынырнула у самого берега, поднимая тучу соленых брызг.
На скале, в утреннем тумане, уже стояли двое. Нетейам был без своей привычной накидки, лишь в легкой набедренной повязке.

Свежий шрам на его груди зловеще выделялся в полумраке. Он был спокоен, собран и неподвижен, словно натянутая тетива. Напротив него, тяжело дыша и сжимая кулаки, расхаживал Ротхо.

Его глаза горели фанатичным огнем ревности.
Ротхо издал боевой клич и бросился вперед, целясь кулаком в челюсть лесного воина.

Нетейам даже не дрогнул, лишь плавно ушел в сторону, готовясь перехватить удар, но бой не состоялся.

— Вы оба ведете себя как безмозглые мальки в брачный сезон! — яростно закричала Аэйра, выскакивая из воды и вклиниваясь прямо между ними.

Она перехватила занесенную руку Ротхо, с силой выкручивая его запястье вниз, используя суровую школу тренировок наездников скимвингов.

Ротхо охнул от неожиданности и боли, вынужденно отступая на шаг.

— Отойди, Аэйра! — возмущенно прохрипел Ротхо, пытаясь вырвать руку.

— Это дело чести! Он оскорбил меня!

— Чести? Это дело твоей уязвимой, раздутой гордости! — процедила Аэйра, не ослабляя хватки. Её зеленые глаза метали молнии. — Ты подвергаешь опасности гостя Торук Макто прямо перед Фестивалем Затмения. Если Оло'эктан или Тсахик узнают об этом, тебя лишат права охоты до следующего сезона. А меня накажут за то, что я не уследила за двумя идиотами!

Нетейам стоял чуть позади неё. Он опустил руки, его янтарные глаза внимательно изучали напряженную спину девушки.

— Я не просил тебя вмешиваться, Аэйра, — ровным, холодным голосом произнес Нетейам. — Я могу постоять за себя.

— Замолчи, древолаз, пока я и тебя не сбросила со скалы, — рявкнула Аэйра, даже не оборачиваясь к нему. Она снова перевела убийственный взгляд на своего соплеменника. — А ты, Ротхо... Послушай меня очень внимательно.
Она отпустила его руку и толкнула в грудь, заставляя сделать еще один шаг назад к краю воды.

— Твоя ревность перешла все границы, — жестко сказала Аэйра, чеканя каждое слово. — Я не твоя собственность. Я не трофей, который нужно отвоевывать у чужаков. Ты позоришь меня своими выходками. Ты позоришь нашу дружбу.

Лицо Ротхо исказилось от боли, но на этот раз не физической. В её словах был холод океанской бездны.

— Я просто хотел защитить тебя... от него, — тихо пробормотал Ротхо, его хвост безвольно опустился.

— Мне не нужна твоя защита, — отрезала Аэйра, непреклонно глядя ему в глаза. — Отступи, Ротхо. Возвращайся в деревню. И больше не смей лезть в мои дела. Никогда.

Ротхо несколько секунд смотрел на неё, словно надеясь увидеть хоть каплю жалости, но нашел лишь стальную решимость.

Поняв, что окончательно проиграл и перешел черту, он сглотнул горький ком, развернулся и, не взглянув на Нетейама, нырнул в темную воду.

Аэйра тяжело выдохнула, опуская плечи. Адреналин начал отступать, оставляя после себя сосущую пустоту. Она провела рукой по влажным волосам, пытаясь успокоить сбившееся дыхание.

— Жестоко ты с ним, — тихо нарушил тишину Нетейам, подходя ближе. В его голосе больше не было насмешки.

— Он это заслужил, — устало ответила Аэйра, поворачиваясь к нему. Она окинула его внимательным взглядом. На его плече виднелась небольшая царапина от острых камней, видимо, он зацепился, когда уворачивался от первого выпада Ротхо. — А ты... Ты зачем вообще сюда пришел? Хотел доказать, что лесные демоны могут истекать кровью в соленой воде?

Нетейам горько усмехнулся и опустился на гладкий камень, свесив длинные ноги к воде.

— Я не мог отказаться, — просто ответил Нетейам, глядя на светлеющий горизонт. — У нас, Оматикайя, не принято прятаться от вызова. Если бы я струсил, мой отец... он бы этого не понял.

Аэйра подошла ближе и, немного помедлив, села рядом с ним. Между ними оставалось около метра, но напряжение, которое обычно искрило при их встречах, куда-то исчезло.

Осталась лишь странная, почти звенящая откровенность раннего утра.
— Твой отец — Джейк Салли, великий воин, — задумчиво произнесла Аэйра, глядя на то, как волны лениво разбиваются о скалу. — Но почему ты вечно пытаешься доказать всем вокруг, что ты лучше, чем есть на самом деле?
Почему каждый твой шаг, каждое слово пропитаны этим жутким желанием быть идеальным? Ты злишь всех вокруг своей правильностью, Нетейам.

Нетейам вздрогнул. Обычно он бы вспылил, бросил в ответ колкость или гордо ушел. Но сейчас, в этой тишине, вдали от глаз племени и семьи, его маска дала трещину. Он потер лицо ладонями и глубоко вздохнул.

— Потому что у меня нет другого выбора, Аэйра, — тихо, почти шепотом сказал Нетейам. В его голосе прозвучала такая застарелая усталость, что девушка невольно повернула к нему голову. — Я — старший сын Торук Макто. На меня смотрят все. Ло'ак может совершать ошибки, бунтовать, нарушать правила. Кири может часами витать в облаках и разговаривать с Эйвой, и ей это прощают. Тук еще слишком мала. А я... я должен быть безупречным солдатом.

Он опустил руки и посмотрел на свои пятипалые ладони, сжав их в кулаки.

— В лесу я знал свое место. Я знал, как летать, как охотиться, как защищать свой народ. А здесь... — Нетейам горько усмехнулся, бросив взгляд на бирюзовую воду. — Здесь я чувствую себя бесполезным куском камня. Мои движения неуклюжи, я не могу надолго задерживать дыхание. Каждый местный подросток, вроде твоего Ротхо или Аонунга, смотрит на меня с презрением. И я ненавижу это чувство слабости. Я должен быть сильным ради семьи, но океан... он ломает меня каждый день.

Аэйра слушала его, затаив дыхание. Вся эта высокомерная броня, все эти колючие слова и гордый взгляд — всё это было лишь защитным панцирем. Под ним скрывался парень, раздавленный тяжестью чужих ожиданий.

И, к своему собственному удивлению, она понимала его боль лучше, чем кто-либо другой.

Аэйра придвинулась чуть ближе, её плечо почти касалось его.

— Ты думаешь, мне легко? — неожиданно мягко спросила Аэйра. Её зеленые глаза потемнели от собственных воспоминаний.

Нетейам удивленно посмотрел на неё.
— Ты — лучшая ученица рифов, любимица Тсахик. Чего тебе бояться? — искренне спросил Нетейам.

— Я боюсь быть чужой в собственном доме, — честно призналась Аэйра, отводя взгляд. — Мой отец, один из величайших наездников Меткайина, отправил меня на дальние рифы, чтобы я научилась подчинять скимвингов. Я тренировалась до кровавых мозолей, пока мышцы не сводило судорогой. Я хотела стать лучшей воительницей для своего клана. А когда началась война с "небесными людьми"... меня здесь не было.

Ее голос дрогнул, и она с силой сжала колено четырехпалой рукой.
— Мои братья и сестры проливали кровь. Твоя семья сражалась здесь, на наших водах. Ронал потеряла свою духовную сестру. А я... я сидела на камнях за тысячи миль отсюда и учила зверя прыгать через волны, — с горечью сказала Аэйра. — Когда я вернулась, деревня изменилась. Все связаны общей болью, общим горем. А я словно выпала из течения. Я пытаюсь доказать всем, что я достойна быть здесь, что я тоже сильная. Но внутри... я чувствую себя дезертиром.

Нетейам молчал, пораженный её откровением. Эта дерзкая, язвительная девушка, которая могла одним словом заставить замолчать Аонунга, оказалась такой же уязвимой, как и он сам.

Он медленно протянул руку и накрыл её ладонь своей. Его пальцы были теплыми и непривычно гладкими.

Аэйра вздрогнула, но не убрала руку.
— Ты не дезертир, Аэйра, — тихо и очень серьезно сказал Нетейам, заглядывая ей прямо в глаза. — Ты готовилась к битвам, которые еще впереди. Твой отец знал, что клану понадобится сильный воин, когда шторм утихнет. И ты им стала.

Аэйра слабо улыбнулась, чувствуя, как от его прикосновения и этих простых, но искренних слов по телу разливается странное, щемящее тепло. Вся их вражда, все едкие подколы вдруг показались такими нелепыми.

— А ты не бесполезный кусок камня, Нетейам, — в тон ему ответила Аэйра, её губы дрогнули в полуулыбке. — Ты просто... упрямое дерево, которое пытается расти в соленой воде. Тебе нужно перестать бороться с океаном. Перестань пытаться прогнуть его под свои лесные правила. Позволь ему вести тебя.

Нетейам усмехнулся, его янтарные глаза потеплели.
— Легко сказать, когда у тебя с рождения встроенный руль, — пошутил Нетейам, кивнув на её мощный хвост.

— О, так ты завидуешь моему хвосту? — рассмеялась Аэйра, и её смех, чистый и звонкий, разнесся над утренними волнами. Это был первый раз, когда они смеялись вместе, а не друг над другом.

— Я просто констатирую факты, — улыбнулся в ответ Нетейам, не спеша отпускать её руку. — Но, возможно, ты права. Возможно, мне стоит стать чуть более... водным. Если, конечно, у меня будет хороший учитель.

Аэйра изогнула бровь, с вызовом глядя на него.
— Хороший учитель требует полного подчинения, лесной мальчик, — с лукавой искоркой в глазах сказала Аэйра. — Никаких пререканий. Никакой гордости. Сможешь?

— Я солдат, Аэйра. Я умею выполнять приказы, — тихо произнес Нетейам, и в его голосе прозвучало что-то глубокое, от чего у девушки перехватило дыхание.

Они просидели на Скале Испытаний еще долго, пока солнце окончательно не поднялось над горизонтом. Когда они наконец вернулись в лагуну Ава'атлу, деревня уже проснулась.

Они шли по плетеным мосткам рядом. Не так близко, чтобы вызвать шепотки, но достаточно, чтобы каждый чувствовал присутствие другого.

Их встретил Ло'ак. Младший Салли только что выбрался из воды вместе с Циреей. Заметив брата и Аэйру вместе, причем абсолютно целых и даже не кричащих друг на друга, Ло'ак удивленно остановился, округлив глаза.

— Эй... вы не поубивали друг друга? — недоверчиво спросил Ло'ак, переводя взгляд с Нетейама на Аэйру.

Цирея, стоявшая рядом с ним, мягко улыбнулась, её бирюзовые глаза светились пониманием. Она заметила, как расслабились плечи Нетейама и какой умиротворенной выглядела Аэйра.

— Еще не вечер, бро, — лениво усмехнулся Нетейам, но в его тоне не было прежней колкости. Он хлопнул брата по плечу. — Как прошла ваша утренняя тренировка дыхания? Надеюсь, вы снова не забрались в запретные пещеры?

Ло'ак мгновенно покраснел, а Цирея смущенно опустила взгляд.
— Мы были у рифа Предков! — быстро протараторил Ло'ак. — Честно!

В этот момент к ним подбежала маленькая Тук, держа за руку Кири.

— Нетейам! Аэйра! — радостно запищала Тук. — Папа и вождь Тоновари сказали, что сегодня мы будем украшать центральное Древо ракушками! Вы пойдете с нами?

Аэйра посмотрела на Нетейама. В её глазах больше не было льда.
— Пойдем, — ответила Аэйра, мягко улыбнувшись девочке. — Но только если твой старший брат пообещает не разбить ни одной ракушки своей лесной неуклюжестью.

Нетейам закатил глаза, но уголки его губ дрогнули в искренней улыбке.
— Я обещаю быть нежнее морского бриза, — ответил Нетейам, бросив на Аэйру долгий, выразительный взгляд.

Вдалеке, у главного маруи, стояли Джейк Салли и Нейтири.

Матриарх Оматикайя внимательно наблюдала за своим старшим сыном и местной воительницей. Нейтири слегка склонила голову, её хвост удовлетворенно качнулся.

Джейк проследил за её взглядом и едва заметно улыбнулся. Океан и лес, лед и пламя начали находить свой общий ритм. И этот ритм обещал быть прекрасным.