Глава 6
Свет ослепляет. Солнце яркими лучами пробивается сквозь плотно задвинутые шторы. Антон тяжело разлепляет глаза и тут же со стоном хватается за голову. Бошка болит так, будто вчера ее целый день били.
«— Или кто-то целый вечер пил.»— вторит внутренний голос.
Неважно! Противный гул и шум, раздающийся эхом в голове, только сильнее раздражают Шагина, пока тот пытается встать с кровати.
«— Стоп. Это не моя кровать. Да и квартира тоже не моя»— до воспалённого сознания доходят вчерашние моменты пьянки. Так, бар, девушки, драка.. и пустота. Все стерто мутной пеленой, подаренной алкоголем. Всего лишь пальцы на концах немного колит. Но это не важно. Антон встаёт и выходит из комнаты, только сейчас замечая, что одежда его полностью на месте, лишь рубашка неряшливо свисает с худых плеч и открывает вид на острые ключицы. Длинный темный коридор с какими-то современными картинами, в которых Тоша вообще не разбирается, приводит его в просторную гостиную.
Там, за столом, вся скрючившись, сидит Аня и напряженно красит ногти на правой миниатюрной руке.
— Ооо, ты уже проснулся! Я думала, что до вечера тебя можно не ждать!— заметив проснувшегося гостя, воскликнула девушка и, бросив не очень важное дело, подбежала к парню.— Как ты себя чувствуешь? Все нормально? Ты вчера ну очень хреново выглядел. Надо же так напиться ! Хочешь воды или чего-нибудь другого?— все это было сказано на одном дыхании и у Антона, от такого количества информации, закружилась голова и ослабли ноги.
— Голова болит.— пожаловался Шагин и сел на диван.
— На, выпей.— сказав это, девушка протянула стакан с водой, в котором шипела и пузырилась какая-то таблетка. Антон незамедлительно все выпил.
— Ань, а мы же вчера с тобой...ну.—никак не мог подобрать слов парень.
— Нет. Ничего не было.— с тихим смешком ответила Анна и забрала сосуд из рук расслабленного парня.
— Это хорошо.—со вздохом заметил Тоша и сладко потянулся. Рубашка немного задралась, открывая вид на подтянутый живот и пупок.
— Что тогда я тут делаю? Если мы с тобой не переспали, значит ты меня вчера споила до потери сознания и привезла сюда!— сказал Антон и подошёл к девушке.
Она, решив не напоминать вчерашнюю ночь, промолчала. Потом отправила Шагина в душ, освежиться, а сама продолжила своё увлекательное занятие.
Через пятнадцать минут из ванной послышался голос парня и Анна поспешила туда. Девушка зашла в комнату. Там вовсю кружил влажный воздух и оседал на стенах и зеркале возле раковины маленькими, прозрачными каплями.
— Каким полотенцем вытираться?— спросил Шагин. С его волос капала вода и сбегала мелкими струйками по шее, переходя к груди и плечам, ставшими красноватыми от горячей воды.
— Щас. Подожди.— и сею секунду перед Антоном появилось чистое махровое полотенце.
— Спасибо.— хриплым голосом поблагодарил парень и, наматывая полотенце вокруг пояса, сразу же переходя бортик ванны, поставил ноги на холодный кафель.
В этот поистине интимный момент, дверь ванной комнаты распахнулась и на пороге появился, пришедший с учебы, Максим. Пара резко посмотрела на вошедшего. Антон отшатнулся и прижался тазом к раковине, а Аня побледнела. Максим взял за руку сестру и, вышвырнув из ванной, запер парня и себя в душной, влажной комнате.
Медленно повернувшись он увидел не на шутку испуганные глаза, сжатая поза выдавала внутреннее беспокойство Шагина с потрохами, его щеки заалели, а губы нервно дрожали.
Мало того, что всю ночь просидев с этим человеком в одной комнате, Матвеев не выспался, так он ещё и завалил важный тест, и теперь видит свою сестру с полуголым парнем, чьи руки он вчера так трепетно целовал. Хоть он и догадывался, что Антон на утро следующего дня ничего не вспомнит, но все же.
Целый день, ходя по этим серым коридорам ВУЗа, он мечтал оказаться дома, отдохнуть и подумать. Напряжение и злость не спеша поднимались к груди и кипели, перемешиваясь с дикой усталостью и слабостью. Сейчас они взорвались.
Преодолев расстояние между ними за пару шагов, Матвеев схватил мертвой хваткой плечо Шагина и со всей силы врезал ему по лицу. Раздался судорожный вздох и мерзкий, хлюпающий звук. Повернув чужую голову за подбородок, Максим увидел ярко-красную дорожку крови, стекающую от носа и тянущуюся к подбородку.
Ударил ещё.
Темные капли испачкали зеркало. Теперь вместо чистого блеска, стекло в кровавых разводах, а там отражаются бешеные огни льдистых глаз. Пользуясь заминкой, пока Максим скептически осматривал зеркало, которое потом придётся долго отмывать, Шагин схватил Матвеева за грудки и потянул на себя, заставив посмотреть себе в глаза. Макс отшатнулся. Непонимание, страх, боль и ненависть плескались во влажных глазах Антона, намереваясь затопить все его сознание. Максим уставился на парня, пока тот вытирал кровь. Осознание потихоньку приходила. Сковывал ужас.
«— Он же ничего не сделал! За что я его ударил?»
Максим с отвращением посмотрел на свои руки. На костяшках кулака была содрана кожа и струйками сочилась кровь, смешиваясь с чужой.
— Трус!— еле слышно прошипел Шагин. Отрицать это он пытался до конца, но осмотрев этого потерянного, почти сошедшего с ума и одинокого юношу, переборол себя и озвучил мысли прямо и понятно.
Максим отчаянно взглянул на Антона. Он никак не ожидал услышать такое. Ожидал ответного удара или череды оскорблений, но это тихое «трус» сломало его во второй раз в жизни. Открыв дверь, которую таранила Аня, Матвеев скрылся в свой комнате.
***
— Слишком больно?— забеспокоилась девушка, пока обрабатывала пострадавший нос. Антон сквозь зубы выдохнул «нормально», хотя внутри все скручивалось и выворачивалось от боли. Даже не физической. До сих пор парень думал, чего же он такого сделал, что довёл Матвеева до... рукоприкладства.
— Ну все! Готово!— гордо заявила Аня, приклеив пластырь на продезинфицированную рану.—Скоро все заживет и будешь ходить с красивым носом.
— Спасибо. Что бы я без тебя делал.
— Поплёлся бы домой с окровавленным лицом.— и после не большой паузы продолжила.—Слушай, ты прости его. Я понимаю, что он тебя избил и все такое, но на это должны быть объяснения! Я уверенна! Он хороший, добрый просто... детство у нас было...его не было, вообщем. Отец держал нас в строгости, заставлял много учиться и работать над собой. Макс его очень любил и неожиданная смерть... ну ты понимаешь.— она потупила взгляд и погрузилась в воспоминания.
Недолго помолчав, Анна поцеловала Антона в макушку и сказала, что процедуры законченны и можно собираться.
Максим, наблюдавший за этой картиной, прижался лбом к углу, за которым прятался, и пытался изо всех сил заглушить воспоминания о тяжелом детстве и суровом отце. Не получилось. И из его глаз покатились хрустальные слёзы.