Глава 4
— Горим! Мать вашу... Антон!—верещит Пестель.
У Антона в голове воет сирена, остатки самосохранения несут его, в чем мать родила, на место происшествия. На кухню.
***
— Придурок. Зачем тебе понадобилось вставать в 10 утра в субботу? Чтобы нахер все спалить? У нас, напоминаю, газовая плита, не электрическая. Огонь открытый, понимаешь? Ну хоть мозгов хватило не заливать это водой.— после удачного тушения кухни, а точнее сковородки с несостоявшимся завтраком, полотенца и психики Паши, не выспавшийся Антон читал нотацию этому недо-повару.
Обычно Шагин не опускался до жаргонной лексики, но когда горит съемная квартира, то лучше будет если вдобавок не сгорит и жизнь.
Паша нервно стучал пальцами по поверхности стола и трясущийся рукой держал почти сгоревшее полотенце. Взгляд был пустой. Благодаря темным разводам от пепла, лицо приняло комуфляжно-боевой вид. Хоть в армию забирай!
— Ну я есть захотел. Два дня нормально не ел. Не судьба видимо.— Пест печально взглянул на сгоревшую яичницу, а потом на Антона, который за время расправы с огнём и потасовки между здравым смыслом и сном, успел натянуть какие-то левые шорты, и сейчас стоял, скрестив руки на груди.— Ооо, Тош, сегодня же твоя очередь мыть посуду. Слушай, я правда случайно.—начал оправдываться Паша, наткнувшись на злой взгляд Антона.— Я могу.. что я могу.. А, ну да, могу вымыть пол и почистить стёкла, максимум меня хватит на очистку плиты...— на выдохе резюмировал парень.
Вот так спонтанно мальчики устроили генеральную уборку квартиры. Начали с самого ужасного и горелого— кухни. Паша драил полы и пел какую-то тюремную песню, Антон же пытался побороть себя и, не дыша, сразится с посудой в неравном бою.
Раздался грохот. Шагин обернулся и увидел Пестеля, который либо подскользнулся пока танцевал со шваброй вальс, либо решил прилечь сделав это, как всегда, красиво. Затем в ход пошли окна и зеркала, помыв которые все равно остались грязными. Стирка, глажка, вытирание пыли и переставление дивана были очень увлекательными, да такими, что часы уже показывали 14:00, а Паша надорвав спину, плюхнулся на диван, который ещё окончательно не опустил Антон.
Орали все. Шагин от боли в ноге, потому что основной удар ножкой дивана пришёлся именно туда, а Пестель от смеха.
— Мне надо выпить.— сквозь слезы сказал Паша
— Завтра выпьешь. «Союз спивания» собирается по воскресеньям, а пить без них будет как-то не по дружески.— садясь рядом ответил парень и, повернув голову к чумазому идиоту, предложил.— Сегодня проведём день цивильно. Сходим в парк, развеемся, меня этот запах преследует целое утро, хочу на улицу.
Пестель с своим обычным выражением лица, чём-то постоянно не довольным, сердитым, угрюмым, но предвкушающим веселье и такую же отбитую компанию, как и он, встал со словами «— Полчаса и выходим. Предупреди всех, встречаемся в беседке через час.» и пошёл в душ.
Антон достал телефон, нашёл правильный номер и с хитрой улыбкой принялся печатать смс.
«— Привет, Аня. Какие планы на сегодня?»
Ответ не заставил себя долго ждать.
«— Привет! Никаких. Есть предложение?»
«— Я друзьями сейчас в парк собирался, если хочешь можешь присоединиться»
«— Хорошо. А можно знакомого взять, просто я никого в твоей компании не знаю..»
«— Бери и приходи к большой беседке в центральном парке. Знаешь это место?»
«— Да. Подойдём через час.»
«— Жду»— довольно написал Антон и, откинув телефон на подушку, потянулся.
Давно он ни с кем не «гулял» и если она говорит, что придёт с знакомым (наверняка это будет какая-нибудь подружка), то будет просто шикарно. День спасён. Да и вечер, в принципе, тоже.
На том проводе Анна лукаво смотрела на работающего брата и подняла уголки губ вверх.
— Макс, слушай..
— Денег нет.— отрезал Максим, даже не удостоив сестру взглядом.
— Я не про это. В институте мне дали задание, нарисовать здешнюю природу, ландшафт и все в этом духе. Ну, я слышала здесь парк не плохой есть, ребята рассказывали, что там стоит очень красивая беседка. Знаешь это место?— девушка закусила губу и бросила короткий взгляд на экран телефона, удостоверившись в правильной информации, она опять подняла глаза.
— Допустим.
— Так вот, я ж из Питера, а ты в Москве 4 года живешь... короче, идём гулять.— и на вопросительный взгляд брата быстро добавила.— Мне одной скучно и я место это не знаю, но вдохновение так и просится на волю!
Ещё одно различие Матвеева и его сёстры, явно бросавшиеся в глаза, была манера речи. Аня тараторила и активно жестикулировала при каждой эмоциональной фразе. Максим отвечал односложно, без эмоционально, сам разговор не начинал, как любила делать его сестра. Говорил только по делу, а если доходило до словесной перепалки, то Матвеев язвил и бросал фразу, от которой все затыкались.
— Ань, ну зачем тебя я?
— Ну пожалуйста.— протянула девушка и сделала убийственный взгляд.
После недолгого напряженного молчания раздался голос.
— Собирайся.— подытожил парень и устало потёр виски.
***
— Ну так вот, после утреннего пожара мы полдня оттирали квартиру.— Антон вдохновлено рассказывал друзьям про утреннее происшествие и пока слушатели умирали от смеха он, вскочив на ноги, залез на край беседки и сел, свесив одну ногу.
— Пестель, как всегда, в своём репертуаре.— смеясь сказал Миша Бестужев-Рюмин.
Мишель, как лаского называли его друзья, был самым молодым из их придурковатой компании. Ему всего 19 лет, хотя остальным по 21-24 года, но эта разница в возрасте совершенна не заметна, когда они ввязываются в какую-нибудь драку и вместе убегают от машин с мигалками. Миша учится на 1-ом курсе медицинского, но всей душой ненавидит эти уколы, капельницы и перевязки. Он хотел вообще быть дизайнером, а родаки отправили единственного сына спасать человеческие жизни. Парень очень восприимчивый, поэтому когда наступает время практики в больницах и поликлиниках, Мишель либо не приходит, ссылаясь на головную боль, либо прячется по углам, не желая принимать никакого участия .
— Да, да. Паша в прошлый Новый год был просто королем огня! Помните, как он случайно направил бенгальский огонь на свою куртку, а потом носился по улице, крича что-то невразумительное.— голос подал и Серёжа Муравьев-Апостол, парень 22-ух лет, учившийся в математическом корпусе третий год. Но место учебы никак не влияло на ум парня, хотя из компании он был самым сообразительным и наблюдательным. Благодаря ему «Союз спивания» успевал убежать до того, как приедет полиция. У Серёжи с детства были хорошо развит ум и логика, но он либо не замечает, либо профессионально игнорирует все двусмысленные взгляды брошенные на него Мишелем.
— Заткнитесь.— хриплым голосом угрожает Паша и отворачивается от ржущих друзей.
— Да ладно, Паш, мы же не со зла.— уверяет Миша, еле сдерживая, подходящий к горлу, смешок.
Пестель лишь хмыкает и лезет в карман за сигаретами.
Все продолжают разговаривать, Серёжа жалуется на, то, что у него вместо мозгов одни формулы и чертежи, а Миша рассказывает, как он чуть не упал в обморок, когда привезли женщину с гниющей раной. Пест лишь иногда вставлял свои пять копеек, а Антон много слушал, что было на него совсем не похоже.
— Тош, все нормально? Ты какой-то грустный сидишь.— тихо побеспокоился Мишель, садясь рядом, пока Паша и Муравьев-Апостол опять о чём-то спорили.
— Я в порядке.— соврал Антон.
Он был давно не в порядке. С того дня его как-будто подменили. Ему везде мерещился темный призрачный силуэт и ощущение слежки, только подкрепляло чувство опасности и преследования.
Миша видел людей насквозь. Ему врать — только время тратить, ведь он сразу замечал изменение настроения, тембр голоса и несвойственное определенному человеку поведение. Сейчас же Бестужев-Рюмин посмотрел на Шагина и решил промолчать, всего лишь похлопал по плечу в знак поддержки и улыбнулся, так, как может только он. От этой улыбки ты сразу же чувствуешь себя защищённым и нужным, и ее Миша дарил не всем, только избранным.
— Эй, Антон! Привет.— раздался за спиной звонкий девичий голос.
Шагин хищно улыбнулся и, предвкушая будущую веселую ночь, повернулся к источнику звука. Он хотел было встать и наигранно дружелюбно поздороваться, но тут же подавился воздухом и неровно ступил на землю, да так, что чуть не упал, если бы не Миша, успевший его схватить. Перед ним стояла Аня, весело машущая рукой, и не менее удивленный Матвеев, который не понимал, как так вышло, что человек, которого он меньше всего хотел
видеть, сейчас еле стоит перед ним.
Шагина мучали те же мысли, но он собрался, натянул очаровательную улыбочку и виляющей походкой направился к гостям.
— Так, таак.. Кого же я вижу.— в привычной манере растягивать гласные, чуть ли не пропел Антон.— Аня, привет.— и, подойдя к девушке, обнял ее и поцеловал в щеку. Она не отшатнулась и не испугалась, лишь смущенно улыбнулась и скромно сказала.
— Эмм.. Знакомься, это мой брат Максим. Макс, а это мой...— она замялась— ..друг, Антон.
Шагин с вызовом посмотрел прямо в глаза Матвеева и заинтересованно наклонил голову чуть в бок, не переставая улыбаться.
— Брат значит, это хорошо.— шустрые глаза бегали по нечитаемому лицу и изучали каждую морщинку, каждую родинку.
У Антона родинок было не много, зато, не слишком заметные, веснушки украшали его острые плечи, нежную кожу шеи и спускались ниже, за воротник футболки, около носа и щёк они были почти невидимыми, но светло-коричневые точечки придавали лицу невинно-детский вид.
— Добрый день.— поздоровался Матвеев и, не дождавшись ответа, отошёл в сторону и сел на скамейку.
— Прости его, мой брат всегда такой.— грустно сказала Анна
— Ну ничего, ничего, иди познакомься пока со всеми, я сейчас подойду.—пообещал Шагин и проводил скучающим взглядом, уже убегающую по ступенькам беседки, девушку.
После он развернул корпус к отстранённому парню, который что-то писал в своём дорогом телефоне, а потом отвечал на неожиданный звонок. Антон полез за сигаретами и присел на одну из ступенек. Выпуская дым изо рта, Шагин пытался хоть как-то привлечь внимание, уже вскочившего со скамейки и мерившего шагами место от беседки до лавочки, Максима.
Антон сел красиво, расслабленно, немного запрокинул голову, чтобы виднелся, заманчиво дергавшийся, кадык и смотрел на все через призму безразличия, хотя в душе разгорался огонь, при виде, теряющего контроль, Матвеева и, плескающийся гнев в его глазах.
Все это время молчал и тот и другой, до того момента пока Максим, чуть ли не по звериному зарычал и заорал в трубку.
— Вас посадят за это! Почему вы не рассказали мне этих деталей?! Я предупреждал,что врать можете кому угодно, но не мне!
Антон был заворожен. Парень смотрел неотрывно на взлохмаченные волосы, выбившиеся пряди из уложенной прически, глубокую морщинку на переносице, недобрый, сумасшедший блеск в глазах, тонкие алые губы и такого же цвета раскрасневшиеся щеки. Чёрное пальто развевалось, как плащ, пока Максим, бросив последние оскорбление в адрес звонящего, взбежал по ступенькам, крича
«— Анна, мы уходим.», схватил сестру за руку и резко повёл в сторону дороги и пешеходного перехода.
Антон проводил его восхищенным взглядом и подумал, что обязательно должен побыть наедине со своим идолом.