eighteen ➸ ziam au [Russian translation]

"Огни приведут тебя домой

И зажгут тебя изнутри –

Я попытаюсь вылечить тебя..."

~ Fix you, Coldplay

— Помнишь, как ты сделал меня вторым парнем на двойном свидании? — спросил Зейн, сидя на Падди. — Когда задавался вопросами о своей сексуальности и просил меня помочь тебе с интрижками?

Зейн не знал, что делает. Прошло полтора месяца, как Лиам впал в кому, и Малику ничего не оставалось, кроме как говорить с его бессознательным телом.

— Та фаза... Я привык считать, что тогда мне было больнее всего, — подчеркнул Зейн, играя пальцами, — но потом случилось это, и теперь я не уверен.

— Я так устал плакать, Ли. Я так чертовски устал. Они говорят, ты скоро проснешься. Когда? Лиам, мне надо знать. Это... это не честно.

Зейн знал, что вел себя иррационально, понимая, что в этом не было вины Лиама.

Однако ему надо было кого-то винить, потому что он все еще был трусом. 

— Прости, Ли. Я просто скучаю... и очень люблю тебя. Я больше ничего не знаю, — вcхлипнул Зейн, его слова прерывались из-за икоты.

***

— Вот этот, — прошептал Лиам, указав на рыжеволосого парня, танцующего в центре клуба.

— Что? — спросил Зейн, пытаясь выглядеть рассеяно. 

— О, не разыгрывай дурачка, Зи, — усмехнулся Лиам. — Сведи меня с этим рыжеволосым богом.

Зейн сглотнул, закрыв лицо руками. Ему вообще не хотелось идти на эту вечеринку, но его притащил Лиам, говоря, как сильно он любит Зейна... за то, что тот помогает ему с мелкими интрижками.

— Хорошо, — вздохнул он, — но вызови для меня Найла, ладно? Я не хочу остаться один. Опять.

Лиам кивнул, улыбнувшись и набирая сообщение Найлу.

— А теперь иди! — хихикнул парень, толкнув Зейна к танцполу.

— Ненавижу тебя, — крикнул Зейн Лиаму и потом понизил голос, — потому что тебя так тяжело любить.

Хотелось бы Зейну, чтобы Лиам услышал его тогда.

***

Зейн сделал глоток из стакана с колой, наблюдая, как тот паренек, Гевин, общался с Лиамом. После удачного сведение рыжего и Пейна Малик плюхнулся на один из стульев и начал проклинать мир, Гевина за его касания до Лиама, бармена, потому что тот не давал ему выпить, так как "не дорос", и Лиама, потому что он был такой горячей, сексуальной и слепой задницей.

Он ненавидел жизнь.

Кулаки Зейна стиснулись, когда он увидел, как Гевин шепнул что-то на ухо Лиаму и тот покраснел.

"На его месте должен был быть я, — подумал Зейн, — но это не так".

Малик подпрыгнул, когда Найл дотронулся до его плеча. Он повернулся и увидел светловолосого друга.

— Привет, — сказал Найл с легкой улыбкой, —Лиам сказал забрать тебя.

— На самом деле? — вздохнул Зейн, смотря, как Лиам уходит с Гевином. — Да, наверное. Пойдем.

Найл огорченно смотрел, как вел себя Зейн. Он знал о его чувствах к Лиаму. Но единственным, кто мог помочь Зейну, был сам Малик.

— Хочешь, посмотрим фильмы у меня дома? — спросил Найл, заводя машину.

— Конечно, — пожал плечами Зейн, посмотрев на улицу через окно.

Остаток поездки прошел в тишине, играла только спокойная музыка из радио.

Найл оставил Зейна на диване и пошел на кухню, чтобы достать напитки. Он вернулся, загрузив руки закусками, но выронил все, увидев друга.

Черноволосый парень схватился за голову, слезы капали из его глаз, пока он всхлипывал.

— Зи, — пробормотал Найл, желая успокоить лучшего друга. — Зи, все хорошо, просто выпусти пар.

Зейн знал, пора было выпустить все, что накопилось в нем. Он плакал и икал, кричал и всхлипывал, но его чувства все еще не отпускали парня из хватки.

— Я не понимаю, Найл, — говорил он в грудь друга. — Я недостаточно хорош? Я такой незаметный, что Лиам просто не смотрит на меня? Почему так больно, Найл? Почему?

Зейн ввалился в объятия Найла, пока блондин поглаживал его спину.

— Эй, — пробормотал Найл, — ты потрясающий, Зейн. Уверен, Лиам просто дурак. Ему нужно время, чтобы понять свои чувства.

— Так сказал мой отец, знаешь? Сказал, что Лиаму нужно время. Я так долго ждал, Найл. Мне семнадцать, прошло четыре года! Как мне жить с этим? — плакал Зейн и прижался ближе к Найлу, который шептал ему что-то успокаивающее.

Блондин понимал, что это не сработает, поэтому просто оставил Зейна делать то, что он считал нужным.

Он позволил ему плакать.

***

— Ты был таким идиотом, Лиам, — пробормотал Зейн, коснувшись головой руки парня, — но я любил тебя и все еще люблю. Я хочу продолжать любить тебя, поэтому, пожалуйста, проснись.

Лиам не шелохнулся, не двинулся, не заговорил. Он лежал бесчувственно и неподвижно.

И Зейн постепенно привыкал к этому.

В конце концов даже игнорирование было блаженством.