Испытание любовью (СИ) Автор:Горовая Ольга

   Глава 7

Похоже, вечер понемногу оправдывал ее ожидания. Обведя глазами зал, в котором все громче становился шум веселья, Леся отпила шампанского из бокала. То не относилось к ее любимому сорту, так как было полусладким, да и марка, кажется, подкачала. А так хотелось хорошего... Но сегодня же праздник, и она решила не обращать внимания на подобные мелочи.

Празднование юбилея началось полтора часа назад и поначалу, Леся даже немного расстроилась, несмотря на то, что все, вроде бы, шло по плану. Выпуск вечерних новостей сегодня записали еще днем и она, как и многие другие сотрудницы, получила возможность раньше уйти с работы. Леся поехала в салон, решив, что если блистать, так по полной. Так как цвет она оживляла только в выходные, то сегодня Леся ограничилась уходом для блеска волос и прической. Но в последний момент передумала и попросила мастера оставить волосы свободными и вместо строгой прически -- завить те локонами, решив, что ей нет охоты мучиться через пару часов от головной боли. После этого она заехала домой и переоделась. Закончив наносить макияж, Леся все с той же неуверенностью достала кулон, сомнения ее мучили до сих пор. Но сейчас, одев тот с платьем, уже с прической и макияжем -- Леся не смогла себя уговорить снять украшение. Уж очень к месту смотрелся кулон в ложбинке ее грудей в глубоком вырезе.

Захватив шаль, она спустилась на улицу, они с Генной договорились встретиться у казино ровно в семь. Лесе, уже принявшей решение о бесперспективности развития их отношений, не хотелось давать тому повод думать, будто она рассчитывает, что он проведет ее после юбилея. Потому она и собиралась добираться на своей машине. Пить Леся не планировала. Но, едва увидев Гену, изменила свое мнение.

Видно, общество Влада ее избаловало. Во всяком случае, направляясь на официальное событие, где в приглашении был оговорена форма одежды, Леся ожидала провести вечер среди людей, которые понимают, что это значит. Очевидно, она ошибалась. Оператор ждал ее на ступенях "Билли Бонса" в джинсах и рубашке, правда, при галстуке. И вместе они смотрелись немного странно. Не то, чтобы Леся отличалась снобизмом, быть может, даже, пару лет назад не обратила бы на это внимания. А сейчас -- не смогла, заметила.

На какой-то миг сердце кольнуло разочарование, особенно, когда осмотр стоянки подтвердил отсутствие темно-серого BMW. Но Леся тут же приказала себе не думать о глупостях и, приняв предложенную Генной руку, поднялась по невысокой лестнице.

В дверях им пришлось на миг задержаться -- администратор казино приветственно наклонил голову и глядя прямо на нее, вежливо произнес:

- Добрый вечер, Олеся Павловна. Вы давно не посещали нас. Надеюсь, вечер вам понравится.

Вот так, пара слов и нарушена вся ее конспирация, можно сказать, открыто уличена во лжи.

- Спасибо. Я тоже надеюсь на это, Сергей. - Лесе ничего не оставалось, как кивнуть и ответить.

После чего она постаралась как можно скорей пройти дальше. Гена повернулся было, чтобы узнать, откуда ее здесь настолько хорошо знают, но не успел, к счастью. Они уже добрались до дверей ресторана.

И, как Леся обнаружила спустя пять минут, большая часть их сотрудников-мужчин пренебрегли строчкой в приглашении, где делался акцент на одежде. Так что Гена смотрелся еще достаточно официально. В противовес же мужчинам, женщины явно постарались, и ни одна не позволила себе подобной оплошности. Все выглядели прекрасно. И Леся, поймав достаточное количество оценивающих взглядов, решила, что не зря старалась. Она знала, что выглядит прекрасно. И все-таки, ей не было весело. Потому она и не отказалась, когда Гена впервые наполнил ее бокал шампанским. Домой всегда можно доехать на такси.

После второго бокала Леся с грустью подумала, что раньше в "Билли Бонсе" шампанское было куда лучше. А после третьего она, наконец-то, расслабилась и начала наслаждаться вечером.

Официальные тосты и поздравления руководства давно закончились, как и награждение памятными безделушками всех отличившихся сотрудников. Лесе подобное "счастье" так же досталось. И сейчас рядом с ее тарелкой красовалась хрустальная статуэтка какой-то пташки, символизирующая, очевидно, ее работу в качестве ведущей утреннего шоу. Сейчас вечером управляли уже ведущие, гуляющие давно разбились на группки, тосты звучали в разнобой. Кто-то участвовал в конкурсах, несколько пар танцевали под живую музыку и Леся с тихой завистью поглядывала в их сторону. Она очень любила танцевать. Но не была уверена, что готова на подобный подвиг с Генной. Зато быстрые танцы, не требующие наличия партнера, она не пропускала.

- Леся! - Гена, до этого стоящий неподалеку с группой их коллег и что-то обсуждающий с друзьями, подлетел к ней. - Пошли, вниз спустимся. Интересно же, казино. Хоть раз можно рискнуть. - Оператор, который и сам уже выпил, пусть и не много, задорно ей подмигнул.

Леся раздумывала только минуту. Обычно она ни за что бы не согласилась. Не любила Леся азартные игры. Но разве сегодня она не собиралась расслабиться и от всего отдохнуть? Так почему бы не нарушить собственное правило.

- Пошли. - Она кивнул и легко поднялась, поправив юбку, захватила свой клатч и пошла следом.

Часть их коллег уже спустились в казино и сейчас веселились у столов с рулеткой, кое-кто добрался и до покера. Леся в картах мало разбиралась, потому позволила Гене увлечь себя к рулетке, хоть и сомневалась, что сумеет там что-то понять.

Рядом громко переговаривались их спутники, предвкушая новое развлечение. Леся предпочла бы другую компанию, так как не особо хотела проводить время вместе с Леной, еще одной журналисткой, которая метила на ее место ведущей утреннего шоу. Она даже состояла в запасной команде ведущих. Вот только из-за трудолюбия Леси ей редко выпадал шанс показать себя, и отношения у них были, мягко сказать, натянутые. К тому же, в последнее время Леся обратила внимание, что заметив интерес Гены к ней, Лена принялась активно заигрывать с оператором. Лесю это не очень задевало, все-таки Гене не удалось пробудить в ней влечение, но было неприятно. Да и сегодня Лена все время кидала в ее сторону не особо приязненные взгляды.

Но несколько бокалов шампанского сделали свое дело, к тому же, аппетит у Леси напрочь отсутствовал этим вечером, потому, ощущая легкое головокружение и приятный кураж, она делала вид, что не замечает всего этого. Она оперлась о деревянную поверхность борта стола по правую руку от Гены и с сомнением посмотрела на двухцветное колесо, которое пока не двигалось. К счастью, Лена стояла через три человека от нее, правда, почти напротив, но все же, не близко, а потому напряжение не ощущалось.

В первой ставке Леся решила не участвовать, хотела посмотреть и попробовать разобраться, что к чему. Остальные же принялись активно выбирать номера и цвета.

К третьему кругу в игру включилась и Леся. Ей стало интересно. К этому времени ее друзья успели по большей части проиграть свои ставки, хотя Вите, одному из сценаристов их канала, повезло. Леся особо на удачу не рассчитывала, да и денег с собой брала мало. Потому поставила лишь одну фишку, в шутку выбрав "тринадцать, черное". В любви ей не везет, может хоть тут что-то выгорит.

- Что же так скупо-то, Лесь? - Лена, уже успевшая проиграть обе ставки, с усмешкой отпила из своего бокала, который прихватила из ресторана. - Или, всю зарплату на бижутерию потратила? Она, хороша, конечно, но не могла же ты все выложить за это, - Лена кивнула, указав на ее кулон. Но ее глаза зло прищурились. Без сомнения, девушка понимала, что это далеко не бижутерия. - Не может же эта побрякушка стоить столько.

- Эта "побрякушка" стоит куда больше всех ваших зарплат, собранных вместе. - Леся застыла на своем месте, убеждая себя, что насмешливый, высокомерный голос ей только послышался. Это все из-за шампанского... - Леся достойна настоящих камней, а не стекла. - Теплые руки на ее талии ей уж никак не могли привидится. Да и Лена с удивлением смотрела ей за спину.

И не надо было быть супер догадливым, чтобы понять, кто стоял к ней настолько близко, окутывая ароматом бергамота и дорогих сигарет.

- И сапфиры ей великолепно подходят, не правда ли? - Совершенно невозмутимо включился Влад в их круг и разговор, будто и не заметив, что все остальные несколько растеряно смотрят на него.

Гена же и вовсе смотрел на Захарченко волком. А Леся... Из-за этого треклятого шампанского ей требовалось время, чтобы придумать хоть какой-то выход из ситуации, сейчас казавшейся катастрофичной. Он увидел. Черт! Попробуй теперь объясни Владу, почему она надела его подарок и... Хотя, он же сам написал, что они ее, и Леся имела полное право теми распоряжаться по своему усмотрению.

- Сапфиры..? Да, идут... - Лена, казалось, несколько утратила язвительность. Зато зависти в ее взгляде прибавилось. - А вы кто? Леся, не представишь своего знакомого? - Лена наклонилась вперед, так, что грудь слишком рискованно показалась в вырезе платья.

Впервые за вечер Леся почувствовала ощутимый укол ревности. И резко подняла лицо, чтобы увидеть реакцию Владислава.

А он в этот момент с усмешкой смотрел на нее саму и, похоже, не пропустил отблеск этого чувства в ее глазах. В классическом костюме, светло-голубой рубашке, с галстуком, он явно шел на сто очков впереди любого мужчины из числа их сотрудников, пришедших сегодня на юбилей.

- Да, Леся, ты меня представишь? - Поинтересовался Влад, продолжая улыбаться уголком рта.

- Нет. - Отрезала она, попытавшись отвернуться.

Это не вышло, Влад ухватил ее подбородок пальцами и заставил смотреть прямо на него.

- Ну, не сильно и хотелось. - Пожал он плечами в ответ на ее резкий отказ.

- Вы будете делать ставку? - вмешался в их разговор крупье.

- Нет. - Покачал Влад головой. - Разве я не говорил тебе, что не стоит играть в рулетку и кости? Здесь же невозможно ничего продумать. - С легким упреком спросил он уже у Леси под негромкое "ставки сделаны" и тихий шум раскручиваемой рулетки.

Ее спутники о чем-то переговаривались, возможно, обсуждая саму Лесю, она не могла сейчас сосредоточиться на окружающих, и проклинала свое решение выпить.

- А я и не хочу ничего просчитывать! - Леся недовольно поджала губы. - Просто хочу развлечься! А ты мне -- давно не указ! - Она попыталась освободить лицо, но пальцы Влада сжались крепче.

- Да ты пьяна, моя девочка. - Ухмылка Влада вдруг сменилась самой настоящей, даже доброй, пожалуй, улыбкой.

Его пальцы скользнули с ее лица к шее Леси, нежно погладив кожу под кулоном.

У Леси мурашки побежали по спине. Но она только выше вскинула подбородок.

- Я не твоя! - Леся не собиралась устраивать спор. А все получалось так глупо. - И не пьяная! Это все твое дурацкое казино. У них сегодня ужасное шампанское. Явно решили сэкономить. А мне так хотелось бокал хорошего шампанского! - Почти с обидой добавила Леся. - Придется поехать, купить самой и напиться.

Влад как-то подозрительно поджал губы, словно старался не расхохотаться. Да и его плечи как-то не природно затряслись. Леся прищурилась, не особо вслушиваясь в то, что говорит Гена, кажется, пытающийся вмешаться в их с Владом спор. Владислав, так же, не обращал внимания на оператора.

- Я не позволю тебе дойти до такого. - Пообещал Влад, все еще посмеиваясь. Забрал из ее рук сумочку и сунул себе в карман. - Да и, уверен, что вины ресторана нет. Наверняка алкоголь заказывало ваше руководство.

- Мне все равно. - Леся попыталась отступить, это не вышло, так как пол отказался лежать ровно под ее ногами, и она ограничилась тем, что воинственно скрестила руки на груди. - Шампанское было плохим! Полусладким. - Даже с некоторой обидой пожаловалась она Владу.

- Кошмар. - Покачал он головой, словно искренне ей сочувствовал. - Давай, разберемся. - Леся даже не сразу поняла, что все это время Влад куда-то ее мягко подталкивал, поддерживая, чтобы Лесе было проще.

А те окрики Гены, явно, были вопросами о том, куда это она направилась. Но возмутиться Леся не успела. Они с Владом уже стояли у дверей, а перед ними, с полным вниманием во взгляде, стоял Сергей.

- Сережа, - обратился Владислав к администратору. - Олеся Павловна недовольна шампанским, которое им подавали в вашем ресторане. Говорит, что оно было ужасно.

На лице Сергея появилось выражение сдержанного понимания и желания помочь.

- Я очень сожалею, что это так. Но шампанское, как и прочие алкогольные напитки, ваши руководители закупали сами. - С искреннем сожалением сообщил он.

- Видишь, я же говорил, что ресторан ни при чем. - Влад, все с той же улыбкой, повернулся к ней.

Леся поджала губы. Не потому, что не соглашалась или не восприняла объяснения Сергея. Просто ей хотелось показать Владу, что он не имеет права вести себя так, словно, словно... Будто они все еще вместе! Но высказаться она не успела.

- Похоже, мы ее не убедили. - На свой лад истрактовал Влад гримасу Леси. И опять посмотрел на Сергея с улыбкой. - Придется вам реабилитироваться. Принесите в мой кабинет бутылку брюта "Нового света". За это шампанское Олеся Павловна простит вам что угодно, поверьте моему опыту.

- Влад, я не собираюсь...

- И пусть принесут ужин, - прервал ее Влад, продолжая говорить с администратором. - И крепкий кофе. - Окинув Лесю еще одним взглядом, добавил он следующее распоряжение.

Сергей тут же отошел, поймав первого попавшегося официанта, и передал тому заказ, а Влад направился к лестнице, ведя и Лесю за собой.

- Влад! Прекрати! - она остановилась, отказываясь двигаться дальше. - Я не собираюсь пить с тобой шампанское. И ужинать тоже. Я, вообще, не собираюсь идти с тобой.

- Тебе надо поесть, Леся. Наверняка ты с меньшим усердием налегала на закуски, чем на шампанское. - Влад остановился с совершенно спокойным видом и взял ее за руку.

Ее возмутила мысль, что он подозревает ее в желании напиться.

- Я вообще не собиралась пить! - она резко дернула плечом, освободив свою руку. - И нечего делать вид, будто имеешь право мне указывать, что делать! Ты видел, в чем он пришел?! - Леся вдруг сокрушенно покачала головой. - И ведь не только он. Кошмар! И чем они думали?! Дурацкий вечер... Надо же было хоть как-то его улучшить. - Не обращая внимания на отсутствие логической цепочки в своих претензиях и возмущении, она вздохнула и пошла мимо Влада по ступеням вверх, собираясь вернуться в зал ресторана.

- Да, кавалеры вас, определенно, подвели. Тут в пору с горя спиться. Так что пара бокалов не в счет. - Влад хмыкнул и покачал головой, идя позади на один шаг от нее, словно подстраховывал.

Леся хотела заявить ему, что не нуждается в подобном и прекрасно стоит на ногах. Но музыка, долетевшая до них из распахнутых дверей, отвлекла ее. Замерев на верхней площадки, она с грустью обхватила себя руками.

- Дурацкий вечер. - Повторила Леся, не заметив, что покачивает головой в такт медленной песне.

- Неужели, он тебя даже на танец не пригласил?

Руки Влада крепко обняли ее, увлекая от края площадки и, незаметно для себя, Леся оказалась в его объятиях. Влад прижимал ее к себе и уже плавно кружил в танце. Их лица были совсем близко, и она видела, что его глаза такие же синие, как ее сапфиры, а на губах играет все та же, добрая улыбка, которую у Захарченко и раз в сто лет не увидишь.

Она покачала головой, отвечая на его вопрос. Ощутила, что мир покачнулся, и сдалась, устроив свою щеку на его плече. Так было гораздо комфортней. И ничто не мешало наслаждаться танцем, хоть ей и стоило бы оттолкнуть его.

- Я же говорил -- он тебя не стоит. Полный дурак, упустивший все возможности. - Владислав цинично хмыкнул.

- Ты еще скажи, что сочувствуешь ему. - В тон, с той же циничностью, только в отношении Влада, пробормотала Леся, уткнувшись носом в ворот его сорочки. И почему ей так нравился этот запах? Это просто несправедливо.

- Ни капли. Он для меня пустое место. Еще и пытающееся посягнуть на то, что принадлежит мне. - Тихо ответил Влад ей на ухо.

- О, ради Бога! - Леся вскинулась, насмешливо глядя ему в лицо. - Давай, без этого. Мы давно разошлись, Влад. И никто никому не принадлежит!

- Я передумал! - Он спокойно пожал плечами. - И не собираюсь отдавать тебя никому. - Влад осторожно повернул ее в танце. - Мы уже обсуждали это в прошлый четверг. Но ты, похоже, не готова была меня услышать.

- Пффф! - Наверное, это алкоголь был виноват в том, что она фыркнула. - Или ты меня. - Со скепсисом хмыкнула Леся.

И неохотно высвободилась. Музыка сменилось другой, задорной и бодрой, и у нее больше не было отговорки перед разумом и совестью, чтобы находиться в его объятиях. Насколько бы сильно Лесе это не нравилось.

- Зачем ты тут появился, Влад? - Спросила она, ощутив внезапную зябкость без его рук.

То ли кураж от шампанского проходил, то ли тема их разговора сказывалась, но хорошее настроение улетучивалось, подобно каплям воды на солнце.

- Решил поужинать. - Он пожал плечами.

- А в казино зачем пошел?

- Хотел поужинать в твоей компании. - Так же спокойно ответил он.

Леся хмыкнула. Глупо было надеяться, что Захарченко не узнает про юбилей.

- Зачем?

- Хочу на тебя смотреть, спорить с тобой. - Влад улыбнулся.

- Разве не насмотрелся за эту неделю? - Леся скептично вздернула бровь и пошла в сторону зала.

- Не насмотрелся. - Влад мягко ухватил ее за талию и развернул, направив в сторону своего кабинета.

- Влад. - Она нахмурилась.

- Ну хоть кофе со мной выпей. - Предложил он, продолжая ее подталкивать. - Голову от шампанского прояснишь.

- Я где-то читала, что кофеин потенциирует действие алкоголя. - Протянула Леся с сомнением, не заметив, как переступила порог. И даже с некоторой ностальгией осмотрела такой знакомый интерьер.

- Только не надо обвинять меня в попытке споить тебя. Я таким не занимаюсь, все претензии к твоему оператору. - Влад усмехнулся. - Не хочешь кофе, вот шампанское, которое ты любишь. - Он махнул рукой на стол, где уже действительно стояла бутылка в ведерке со льдом. - Или, может, все-таки поешь? - Влад легко надавил ей на плечо, заставив сесть.

Сам он, бросив ее клатч на стол сбоку, сел напротив и, взяв вилку, наколол кусочек сыра.

- Лично я голоден. И тебе советую. С головой легче станет.

- Только не надо делать из меня пьяницу. - Проворчала Леся, подтянув к себе чашку, и налила кофе из стоящего на подогреве кувшина. Тот и правда оказался крепким, как Влад и заказывал. - Впервые в жизни выпила, а ты мне морали читаешь.

- Я просто удивился. - Отправив в рот оливку, усмехнулся Влад. - И правда, никогда тебя такой не видел.

- Дурацкое шампанское. - Проворчала Леся, понимая, что слишком часто употребляет это прилагательное, но ничего другого, как назло, в голову не приходило.

- Тебе налить этого? - Влад с вопросом приподнял бровь и протянул руку к бутылке.

В какой-то степени это было искушением. Леся и правда очень любила именно этот сорт. Но на сегодня, похоже, ей уже хватило.

- Не надо, - она покачала головой, сделав еще глоток кофе.

А потом задумчиво осмотрелась, недоумевая, как позволила уговорить себя прийти сюда.

- Зачем я это делаю? - Непонятно у кого спросила она.

- Затем, что тебе нравится моя компания не меньше, чем мне твоя? - Предположил Влад, аккуратно разрезая бифштекс.

- Вряд ли. - Не желая льстить его самолюбию, Леся покачала головой.

Влад только улыбнулся в ответ и молча прожевал кусок мяса. А Леся задумалась над тем, насколько это странно -- столько месяцев прошло, а она так естественно чувствует себя в его компании, словно они только сегодня утром из одного дома по работам разошлись. И вот теперь встретились, как обычно, чтобы поужинать. Сколько раз они проводили такие вечера в "Билли Бонсе" обсуждая все, что случилось за день? И было так... правильно, сейчас пить кофе и смотреть, как Влад ест.

Но, в то же время, Лесе вдруг стало настолько обидно, что он лишил их этого всего, что однажды прекратил их отношения, а теперь делает вид, будто в этом нет ничего страшного.

Резко отодвинув от себя чашку, Леся выпрямилась.

- Это все бессмысленно. - Заявила она, собираясь с силами, чтобы подняться. Уж слишком удобными были диванчики.

Влад, моментально уловив изменение в ее настроении, отставил тарелку в сторону и поднялся. Обошел стол и стал рядом с ней. Так ненавязчиво, словно просто хотел налить и себе кофе. Но на самом-то деле, перекрыв Лесе дорогу.

- Не бессмысленно, Леся. - Он отпил из чашки. - Я ведь серьезно говорил тогда -- возвращайся, пожалуйста.

Ого, она впервые, кажется, слышала от него это слово. Да только и оно ничего не могло изменить.

- Зачем, Влад? Мы же это уже проходили. С чего вдруг, спустя столько времени, ты решил все вернуть.

- Без тебя -- еще хуже. - Он смотрел поверх ее головы, продолжая пить свой кофе.

Леся почувствовала, как ее лицо онемело. И смех, и грех с этим Захарченко. Поразительный "комплимент". Так и хочется после него со всей дури наступить каблуком ему на ногу.

- Еще хуже, чем со мной? - Ехидно поинтересовалась она, поднявшись. - Что же ты вернуть пытаешься, если плохо было. Неужели, я настолько тебе мешала? - Наверное, из-за опьянения, но ей было так обидно, что захотелось закатить истерику.

Но в этот момент, спасая туфли и ступни Влада, в дверь постучали и в распахнувшемся проеме, с виноватым видом, появился Сергей.

- Извините, Владислав Олегович, здесь Олесю Павловну ищут...

Из-за спины администратора, оттолкнув того с порога, появился Гена. И оператор явно не пришел в восторг от того, что увидел Лесю в компании Захарченко за накрытым столом. Да еще и стоящих так близко. Сергей еще раз извинился и тихо исчез.

Влад уже открыл рот, видимо, чтобы послать Гену куда подальше, но Леся опередила его.

- Что? - Без капли приветливости в голосе поинтересовалась она у своего кавалера на этот вечер.

- Там наши опять в зале собираются. - В ответ на их злые, вопросительные взгляды с иронией проговорил Геннадий прохладным тоном. - Ты идешь?

Честно говоря, терпеть еще и его претензии в этот момент у Леси не было сил.

- Нет. - Резким тоном, таким же, каким отвечала Владу, отрезала она. - С меня хватит. Напраздновалась уже. Я еду домой! Иди, продолжай без меня. - Она отвернулась от двери.

- Леся, никуда ты не поедешь. - Влад сильнее сжал руки на чашке.

Его лицо казалось закаменевшим, но он, видимо, старался сохранять спокойствие. Ей же не хотелось прилагать таких усилий. Ради кого?!

- Мы с тобой нормально поговорим...

- Да, пошел ты, Влад! Со своими разговорами и предложениями. - Она никогда еще не чувствовала себя так. Казалось, еще минута и Леся сделает то, чего и сама от себя не ждет. Ей не хотелось этого. Хотелось просто уйти и постараться забыть. - Я тебе не комнатная собачонка, которую выгоняют на двор, если ее игры хозяину мешают. И подзывают щелчком пальцев, когда скука одолеет! Я живой человек, а ты со мной обращаешься, как с вещью! Но я тебе не принадлежу, так что прекрати распоряжаться! Пропусти! - Она постаралась его обойти.

Но Влад поймал ее плечо свободной рукой, не пропуская.

- Леся, я не хочу в очередной раз ссориться. Слушай, ладно, я не удачно подобрал слова. Но мне плохо без тебя, понимаешь! И это не проходит, сколько бы я не старался! - Несмотря на собственное заявление, Влад повысил голос, явно начиная терять терпение и спокойствие. - Я хочу, чтобы ты вернулась! Что ты хочешь, чтобы я сделал?! Только скажи -- я все тебе дам.

- Дашь?! - Она расхохоталась, не скрывая иронии. - Как, Влад?! Как?! Как ты дашь мне доверие к тебе, которого уже нет?! За какие деньги его купишь?! Как ты вернешь мне мою мечту? Стремление к ней?! У тебя все так просто: захотел -- поиграл в чувства, надоело -- выбросил, а теперь опять потянуло? А я так не могу! Ты меня сломал, понимаешь?! - Она не хотела срываться, но не выдержала, начала кричать, пусть и понимая, что это уже ничего не изменит. Но боль и пустота, так долго копившаяся в ней, вдруг выплеснулись яростью и злостью. - Ты ничего не можешь мне дать! Ничего! Только забираешь все! - Она дернулась, но рука Влада сжалась сильнее, не отпуская, а глаза сощурились и, словно, потемнели. - Ты все у меня забрал, мои чувства, мои устремления, мою мечту! Мне ничего уже не надо, понимаешь?! Потому я и в Киев не поехала -- мне теперь плевать на все! Ничего не хочется, я смысла ни в чем не вижу! Ты меня какой-то пустой сделал! Я даже смеяться нормально не могу -- меня не трогает ничего! А теперь ты говоришь -- я ошибся, возвращайся?! Иди к черту! Не вернусь! Я ненавижу тебя за то, что ты со мной сделал, понимаешь?!

Она знала, что переступает черту. Желваки, заходившие на напряженных щеках Влада, служили прекрасным предупреждением. Но Лесе уже не имелось дел до его чувств. Разве он ее хоть когда-то жалел? И сейчас ей хотелось уколоть его сильнее. Причинить такую же боль, хоть она и сомневалась, что ей хватит сил.

- Леся! - Влад говорил отрывисто и резко. - Я не хотел, не собирался...

- А мне плевать, собирался или нет! - Она опять дернулась в кольце его рук. - Ты добился своего -- избавился от меня, растоптал меня. А теперь хочешь вернуть?! Нет, Влад. И прекрати мне звонить или появляться в моей жизни! Я тебя презираю, и не хочу больше иметь с тобой ничего общего! Ты не заслужил, не стоил и не стоишь ни моей любви, ни всего того, что я к тебе тогда чувствовала!

Наверное, что-то в ее словах все-таки достигло цели, что-то задело его. В какой-то миг лицо Влада исказила напряженная, гневная гримаса. И вдруг -- он резко дернул Лесю на себя и впился в ее губы злым, почти грубым поцелуем.

Этого она не ждала. Чего угодно, но не этого. В какой-то степени, это было даже насилием -- Влад сознательно показывал, что он сильней, что она ничего не может противопоставить ему. Его губы давили, требовали подчинения. А Леся пыталась сопротивляться, старалась отвернуться, и не могла -- он держал ее лицо, удерживал другой рукой ее тело. На глазах выступили злые слезы от своего бессилия, беспомощности, и с губ, мучимых Владом, сорвался тихий всхлип. Его напор тут же сменился чем-то другим. И хоть руки держали так же крепко, губы вдруг стали нежными и мягкими, заглаживающими свое нападение, ласкающими ее рот. Так трепетно и страстно, что захотелось поддаться, потянуться к нему. Но осознав, что это и делает, Леся вдруг ощутила отвращение к самой себе. К нему.

Резко замахнувшись, она ударила Влада по щеке, понимая, что ей не хватит силы причинить ему реальный вред. Но в эту пощечину Леся вложила все, что обуревало ее в данный момент. Он застыл и отстранился на несколько сантиметров.

- Леся? - Позабытый ими обоими Гена, оказывается, все еще стоял в дверях и слышал это все.

Леся почувствовала себя еще больше униженной, словно облитой грязью. Что же он за мужчина, если не ушел, а стоял и банально подслушивал? Но у нее не хватило силы воли повернуться и бросить это Геннадию в лицо.

- Ненавижу. - С презрением прошептала она Владу прямо в глаза и отступила назад.

Влад отпустил. На его щеке проступал красный след, но он скривил губы в усмешке так, словно и не замечал этого.

- Может быть, Леся. - Голос Влада был ледяным и циничным. - Очень может быть. - Он смерил ее темным, яростным взглядом с ног до головы. - И каково это, Леся -- презирать и ненавидеть человека, которого любишь? Ведь ты все равно любишь меня, а? Так и не смогла разлюбить, чтобы не говорила.

Она вздрогнула так, словно он в ответ влепил пощечину ей. Только слышать такое от него было гораздо больнее любого удара. Леся почти физически ощущала, как бледнеет, кровь отливала от лица, заставляя черты неметь.

- Это -- больно, Влад. - Из последних сил холодно ответила она. -Так больно, словно по живому сердце режут. Только тебе не понять все равно. У тебя сердца не было, и нет! - Не глядя уже на его реакцию, Леся отвернулась, схватила со стола свою сумочку и пошла к выходу.

- Леся! - Влад буквально проревел ее имя. Но она не отреагировала.

Гена отошел в сторону, видно по взгляду поняв, что ему, вообще, не стоило находиться здесь, как и то, что от Леси ему теперь ждать нечего. И все-таки, окликнул ее.

- Лесь, давай я тебе такси вызову? - Мягким, тихим голосом, предложил он. Так, как предложил бы друг. Лучше бы убрался вовремя!

Леся была слишком зла на всех. Слишком унижена.

- Я сама доберусь! - Отрезала она, пройдя мимо, и начала спускаться по лестнице.

- Леся! Никуда ты сама не поедешь! Ты выпила! - Влада, похоже, не интересовало, что они уже в коридоре и он устраивает публичное представление.

Благо, народу в холле было мало. Она не стала оборачиваться и объяснять ему, что самостоятельно собиралась вызывать такси. Просто быстрее пошла дальше.

- Леся! - Он все-таки догнал ее и снова схватил за руку. У Леси уже начинало крутить запястья от этих вечных захватов. - Даже не вздумай садиться в машину. Тебя Юра отвезет. - Распорядился Влад, глядя ей за спину.

На лице Влада все еще проглядывала злость, но он старался взять себя в руке. А она даже не собиралась.

- Я на такси доберусь! - Со злостью прошипела Леся, вырываясь. - Отпусти меня!

- Не поедешь ты на такси! - Прорычал Влад в ответ и выдернул у нее из рук сумочку, где лежали ключи от машины и деньги. - Мало ли, кто там будет! Или тебя везет Юра, или я. Выбирай! - Он с вызовом посмотрел ей прямо в глаза.

Леся готова была начать с ним драться, честное слово, как бы глупо подобное стремление не воспринималось ее разумом. Но от окончательного унижения ее спас вежливый голос Юры, прозвучавший из-за спины.

- Олеся Павловна, я с радостью вас отвезу. И правда, что вам по грязным такси мытариться?

Она не хотела подчиняться Владу. Но и ехать в его компании не собиралась. А он ясно показывал, что не отпустит, пока она не выберет один из предложенных вариантов.

- Прекрасно, Юра. Спасибо. - Дождавшись, пока Влад неохотно отпустит ее руку, она отвернулась и кивнула парню.

После чего быстро пошла на улицу, стараясь не смотреть по сторонам. Унижения ей на сегодня хватило и без любопытных взглядов и пересудов.

Глава 8

Выйдя на крыльцо, Леся осознала, что "бабье лето" закончилось внезапно и окончательно. За пару часов, которые она провела внутри казино на улице ощутимо похолодало. Казалось, что температура упала градусов на десять, минимум. Небо затянули тучи, с которых на землю лился холодный, проливной дождь. Она стояла под навесом, не то тут же промокла бы. А вот от холода укрыться было нечем. За шалью, оставшейся в зале ресторана, Леся и не подумала возвращаться. Сейчас она не выдержала бы еще одной встречи с Владом.

Все внутри нее будто набили ватой, которая оглушила и отрезала Лесю от всего мира. Она и холод не сильно ощущала, но все равно обхватила себя руками, зная, что именно так надо.

- Олеся Павловна.

На крыльцо вышел Юра вместе с одним из официантов, у того в руках был зонт. Парень раскрыл его над ней и Леся пошла за водителем, увидев, что Влад отдал ему ее сумку, а значит, и ключи. И, действительно, Юра быстро открыл ее машину и распахнул перед Лесей дверь заднего сиденья.

Молча кивнув в благодарность официанту, Леся села. Юрий занял место водителя и быстро завел двигатель.

- Как же ты вернешься, по такому дождю? - Вдруг спохватилась Леся, наблюдая, как капли стучат по лобовому стеклу в темноте, а дворники пытаются разогнать воду.

- Не волнуйтесь, Олеся Павловна, я доберусь. - Юра уверенно посмотрел на нее в зеркало заднего вида.

Она больше не спрашивала, Леся была слишком измотанной, чтобы переживать еще о ком-то. Ей хотелось поскорее оказаться дома. Но от "Билли Бонса" до ее дома и по хорошей дороге достаточно далеко, а уж при таком дожде...

Ей стало зябко, капли барабанили по машине, нарушая тишину в салоне, а у нее в ушах еще стоял их разговор с Владом, дурацкие упреки, его последние слова, которые ударили так больно...

Леся сама не заметила, как по щекам покатились первые слезы. И только когда начала всхлипывать, поняла, что опять разревелась. Она не хотела этого. Нет! Закрыв лицо ладонями, Леся попыталась унять эти рыдания, но у нее не выходило. Любить этого человека было и правда невыносимо. Ей так надоело плакать из-за их встреч!

- Не сердитесь на него сильно, Леся Павловна. - Юра бросил в ее сторону неуверенный взгляд, но тут же опять вернулся к наблюдению за дорогой. - Я не знаю, что случилось. Но Владислав Олегович сам не свой, с тех пор, как вы ушли. Он с ума сходит, и вокруг всех изводит...

Леся не хотела слышать про него, вообще ничего не хотела знать. Она замотала головой, так и не отняв ладони от глаз.

- Он меня выгнал! Он сделал все, чтобы я ушла! Так что не надо мне рассказывать, Юра. Я не хочу знать, как ему тяжело! Я не верю! - Ужасно, но она продолжала всхлипывать, даже говоря это все.

Юра замолчал. Впрочем, в машине недолго раздавались только ее всхлипы.

- Он каждый вечер сидит в вашем кресле на веранде, иногда всю ночь, и курит. Он стал гораздо больше курить. И с Корсаром разговаривает, советуется.

Даже сквозь слезы Леся хмыкнула. Как-то сложно было представить себе Влада "советующегося" с овчаркой.

- Нашел с кем советоваться, - сквозь слезы выдавила она, покачав головой. - Больше не с кем, что ли? - Она принялась рыться в сумке, пытаясь достать салфетку.

- Не с кем, Леся Павловна. Он же никого, кроме вас к себе не подпускает. Кроме вас у него никого и нет...

- И меня у него нет! - Леся резко прервала водителя, ощутив внутри отголосок той злости, которую разбудил этот вечер. - Я ему мешала!

Она зло скомкала салфетку в руках и опять всхлипнула.

Юра вместо ответа сочувствующе посмотрел на нее в зеркало заднего вида.

Почему-то это послужило последней каплей. Ей не было нужно чье-то сочувствие. Слезы заструились по ее щекам еще сильнее.

Дурацкий вечер! Дурацкое шампанское, это из-за него у нее никак не выходило успокоиться!

Леся закусила губу и опять потянулась к сумке. У нее всегда с собой было успокаивающее, чтобы самой не волноваться перед эфирами, или успокаивать особо впечатлительных гостей перед съемками. Выдавив одну таблетку, она сунула ту в рот и запила водой, которую всегда возила в машине.

Юра молча наблюдал за ее действиями. В окна все еще барабанил дождь, а пейзаж за окном показывал, что они еще не проехали и половины дороги.

Леся уставилась в окно, почти не видя того, мимо чего они проезжали. Отчего-то перед глазами встала эта картина -- Влад, сидящий ночью на веранде.

С силой сжав зубы, чтобы опять не начать рыдать, Леся закрыла глаза и откинулась затылком на подголовник спинки. Она не будет об этом думать. Не будет. Не будет. Никто не виноват в том, что он одинок. Только сам Влад. А ей об этом переживать нечего. Сейчас таблетка подействует, она успокоится и обо всем забудет. Особенно об этом человеке.

Высвободив ступни из туфель, она подтянула ноги под себя.

Капли продолжали монотонно стучать по машине, равномерно гудел работающий двигатель, тихо шелестел шум трения шин о мокрый асфальт. Юра включил печку и тепло согрело, укутало ее. Она терялась в этом многообразие. Словно кто-то сжалился над Лесей, отключая ее сознание от всего случившегося. А может просто комбинация из шампанского и успокаивающего сказалась быстрее - она все глубже проваливалась в странную дрему. Вроде бы и не спала, ведь слышала все. Но и не бодрствовала уже. И дорога казалась ей бесконечной, Леся уже бы вечность так ехала, ни о чем не думая и не ощущая этой ужасной боли в душе.

Наконец, машина остановилась. Или это ей приснилось, Леся уже не различала явь и сон. Она хотела открыть глаза, чтобы проверить, но не смогла. Веки казались такими тяжелыми, да и все тело не желало шевелиться, получив долгожданный покой. После короткой паузы сквозь ее сон донесся шум открываемой двери. Видно Юра вышел. А Леся никак не могла вынырнуть из сонного марева. На некоторое время ее снова окутала тишина, а потом Лесе показалось, что рядом кто-то тихо разговаривает. Но она только удобней свернулась клубочком на сиденье, не позволяя странным словам разбудить себя. И почему даже в снах его голос преследует ее?

- Она заснула.

- Вижу. Держи. Укроешь, когда я ее на руки возьму. Не хватало еще, чтоб она промокла. У нее в сумочке должны быть ключи от квартиры. Достань, пойдешь впереди, откроешь.

- Хорошо.

Сквозь сон она нахмурилась, когда холодный ветер рванул в открывшуюся дверь и прошелся по ее обнаженным плечам. Леся поежилась и попыталась возмутиться. Но в этот момент теплые руки подхватили ее, закрыв от сквозняка, и Леся успокоилась, удобно устроившись в таких знакомых объятиях. Ей на нос упала холодная капля, но сверху тут же опустилась теплая, мягкая ткань, пахнущая сильно знакомо, укрыв ее от дождя.

- Какой же ты..., - сквозь сон недовольно пробормотала она, не делая ни малейшей попытки, чтобы освободиться.

- Тсс, я знаю, милая. Спи. Будешь ругать меня завтра. - Губы Влада коснулись ее закрытых век. Очередная мокрая капля упала ей на лоб, кажется, уже с его волос. - Прости, - прошептал Влад и отстранился, повыше натянув то, чем ее укрыл. - Спи. - Опять велел он.

А Леся слишком устала, чтобы сейчас спорить.

Ледяные капли падали на голову, плечи, за шиворот. Рубашка моментально промокла, да и с волос уже стекали струйки холодной дождевой воды. А ведь Юра припарковал машину всего в четырех метрах от дверей подъезда Леси. Зайдя под навес крыльца, Влад тряхнул головой, пытаясь струсить капли, бегущие по лицу, мешающие нормально смотреть себе под ноги. Зато груди было тепло и сухо. Он покрепче прижал к себе Лесю, проходя внутрь подъезда, пока его водитель держал двери. Его пиджак укрывал Лесю с головой, защищая от промозглой сырости. Правда, подол платья все равно промок так же сильно, как его сорочка, но Леся, похоже, поджала ноги и не замечала холода. Однако, он все равно хотел скорее донести ее до квартиры и укутать одеялом. Как она додумалась одеться осенью в одно платье?! Да еще и настолько открытое?! Или же, злясь на него, Леся просто не подумала захватить накидку или плащ, с которыми могла приехать?

Дурацкий вечер. Он был полностью согласен с определением, которое Леся дала этому дню. Влад совершенно не так планировал поговорить с ней. Не собирался в очередной раз ссориться. А вместо этого, похоже, достиг новых вершин в искусстве изводить ее.

Мокрая и холодная ткань сорочки противно липла к спине, вызывая желание передернуть плечами, но Владислав то игнорировал, стараясь не потревожить спящую девушку, чье сонное дыхание согревало все его тело, прогоняя холод, заменяя его теплом. Даже жаром. И неподвижно стоял в тесной кабине лифта, ожидая пока тот доберется до нужного ему седьмого этажа. Рядом, отвернувшись к двери, так же молча и неподвижно стоял Юра. Немного откинув голову, чтобы капли с волос капали не на лицо Леси, видневшееся под полой его пиджака, Влад уперся затылком в стену. Та, к счастью, отличалась от большей части стен лифтов города, радуя относительной чистотой.

Перед глазами до сих пор стояло выражение лица Леси после его слов. И кто тянул Влада за язык? Какого черта надо было поддаваться своей злости и раздражению? С кем угодно ему давалось сохранять спокойствие и безразличие, никому Влад не позволял выводить себя. И только с Лесей вся его выдержка вечно летела в пекло. Она единственная могла задеть его за живое буквально парой слов. Заставить ощутить себя сволочью или никчемным, пустым местом.

Потому он и взбесился так, когда она сказала, что презирает его, что не достоин Влад ее любви, не заслужил ни чувства, ни самой Леси. В тот момент он опять ощутил себя пятилетним ребенком, который двух слов сказать не мог вместе и оттого не заслуживал ни внимания, ни подарков. Потому и взбесился так, набросился на Лесю. Он должен был доказать, получить уверенность, что это не так, что на самом деле она его любит, чтобы Влад не натворил в прошлом, чтобы сейчас не делал. Каким бы идиотом ни был, когда думал, что лучше проживет без нее. Он должен был получить, вытребовать у нее эту уверенность.

Что ж, получил. Так, чтоб мало не показалось. Так, что действительно ощутил себя последним подонком и сволочью, когда она ударила его, когда побледнела после его злых и насмешливых слов.

Да еще и этот придурок-оператор! Что б он провалился куда-то! Леся так посмотрела на Влада, словно бы лично он был виноват в присутствии этого идиота. Она что, решила, будто Влад знал, что тот не убрался? Что хотел унизить ее, выясняя отношения при свидетелях?!

Бред! Да Влад не видел ничего, кроме нее, его не интересовало ничего вокруг, и даже в голову не пришло, что этот олух может остаться, когда тому ясно продемонстрировали, что не нуждаются в его компании. А уж когда он понял, сколько действительно причинил боли Лесе тем своим решением -- Владу и подавно стало не до окружающей обстановки.

Только как ей это объяснить? И когда? Что-то не верилось, что после сегодняшнего вечера Леся подпустит его к себе на расстояние, меньше пяти километров. То, что сейчас она не сопротивлялась, позволяя Владу заботиться о себе -- было следствием действия выпитого алкоголя и таблеток, про которые ему сообщил Юра. Тут даже сомневаться не приходилось.

Дождавшись, пока Юрий откроет входную дверь, Влад осторожно занес Лесю в квартиру.

- Подожди меня в машине. - Одними губами прошептал он водителю, опасаясь разбудить Лесю.

Парень кивнул и так же тихо вышел, аккуратно притворив двери за собой.

Влад изначально не собирался ехать за Лесей до дома. Но после ее ухода ему, все равно, больше нечего было делать в ресторане, тем более в таком настроении, что хотелось свернуть кому-то шею. Да и, послав Юру отвезти ее, он понимал, что парню потом придется как-то возвращаться домой. Потому, не имея сил усидеть на месте, и помчался вслед за удаляющимися габаритами машины Леси. Кстати, как оказалось.

Сейчас Влада окутала тишина квартиры, где даже воздух был пропитан сущностью своей хозяйки, которая в данный момент мирно спала на его руках.

Скинув туфли, он быстро прошел коридор и зашел в спальню. Здесь ничего не поменялось, все осталось таким же, как тогда, когда Влад заходил в эту комнату в последний раз. На разобранной кровати, поверх смятого покрывала, небрежно лежал халат. Это почему-то заставило Влада улыбнуться, несмотря на все, что случилось вечером. Леся, определенно, не ждала гостей после банкета. И это осознание грело душу.

Перехватив Лесю удобней, отчего она начала что-то недовольно бормотать во сне, Влад откинул покрывало в сторону и опустил свою ношу на кровать. Задумавшись над тем, как снять ее платье, чтобы вся постель не промокла, он не сразу понял, что не может распрямиться. Леся буквально вцепилась пальцами в его рубашку. Осторожно обхватив ее ладонь своей рукой, он постарался разжать этот захват. Но Леся воспротивилась его попытке. Она еще сильнее вцепилась в мокрую сорочку Влада, на ее лбу появились недовольные складки, а губы поджались, словно бы Леся начала сердиться. Не обратив внимания на то, что он продолжал держать ее ладонь, Леся потянула ткань на себя.

Влад оказался в проигрышном положении. Он и так не мог похвастаться устойчивой позицией, нависая над кроватью и поддерживая Лесю одной рукой под шею. Теперь же его равновесие и вовсе нарушилось. Влад еле успел отпустить ее пальцы и выставить руку, упираясь в матрас, чтобы не упасть на спящую Лесю.

Она же, уткнувшись носом в его рубашку, напротив, казалось, полностью расслабилась и с довольным вздохом продолжила спать.

Влад растерялся. Наверное, единственным выходом было ее разбудить. Хоть и не хотелось нарушать сон Леси, да и понимал он, что вместе со сном окончится и снисходительное отношение Леси касательно его пребывания здесь.

- Леся, милая, отпусти, я тебе всю кровать намочу. - Тихо прошептал Влад ей на ухо, ощущая, как капли с волос текут по шее.

Черт! Да, у него даже брюки намокли! А Влад сейчас был вынужден опираться на матрас коленом.

Леся снова нахмурилась, сильнее сжала глаза, но потом, все же, неохотно моргнула и посмотрела на него расплывающимся сонным взглядом. И вдруг -- улыбнулась, заставив Влада опешить. А потом вновь закрыла глаза. Его рубашку она так и не отпустила.

Он резко выдохнул, поняв, что задерживал дыхание. И решил попробовать еще раз.

- Леся, - наклонившись к самому ее уху, прошептал Влад. - Отпусти, солнышко. Я же мокрый, с меня вода капает, у тебя скоро вся кровать промокнет.

На последних словах он не удержался, слишком велико оказалось искушение, и коснулся лицом ее кожи, нежно поцеловал мочку ее уха.

С губ Леси сорвался вздох удовольствия. Ее веки дрогнули, опять открылись, взмахом ресниц задев его скулу, и она посмотрела на него тем же спящим взглядом, лишенным и намека на понимание происходящего. Но ее пальцы медленно разжались, освобождая ткань его рубашки, чего Влад, собственно, и добивался. Однако, вместо того, чтобы упасть на кровать, рука Леси скользнула вверх, обхватив его шею, и потянула Влада, будто требуя, чтобы он наклонился еще ниже. Хотя куда уж? Его щека и так лежала на ее виске.

- Влад. - Неожиданно для него, тихо позвала Леся, шепча почти ему в губы.

- Что, милая? - Так же тихо, хрипло, прошептал он в ответ.

- Ну почему ты такой? - С каким-то непонятным ему выражением, спросила она.

Влад передернул плечами, стараясь стряхнуть каплю, которая стекали по спине, неприятно холодя и дразня кожу.

- Дождь на улице, Лесь. - Пробормотал он в ответ.

И только когда на сонном лице Леси, уже снова закрывшей глаза, появилась грустная улыбка, понял, что вопрос касался не влажности его рубашки.

Что он мог ей сказать? Как оправдаться после всего, услышанного сегодня?

- Я не знаю, Леся. - Честно ответил Влад, поняв, что давно перестал сопротивляться и поддался мягкому давлению ее руки, практически улегшись рядом с ней. - Не знаю, милая.

Выражение лица Леси стало совсем грустным.

Было как-то непривычно смотреть на смену ее эмоций, когда Леся, по сути, спала. И, в то же время, вроде бы адекватно вела беседу.

- Ты мокрый, Влад. - Леся едва приоткрыла глаза, когда ее рука добралась до волос на его затылке.

- Дождь. - Это все, что он сумел выдавить из себя, ощущая, как пальцы Леси нежно гладят его шею, перебирают мокрые волосы, с которых все еще падали капли на ее подушку.

- Дождь? - В сонном шепоте Леси звучало явное удивление.

Она моргнула, попыталась прищуриться. Но сон, наверное, оказался сильнее. Глаза Леси все-таки закрылись. Однако это не помешало ее пальчикам опять перебраться на перед его рубашки и начать вслепую расстегивать пуговицы.

- Леся. - Господь свидетель, Владу меньше всего хотелось делать то, что он сделал.

Он в который раз за этот вечер обхватил ее ладонь своими пальцами и попытался остановить.

- Не надо, милая. - Голос Влада был все таким же хриплым.

Из-за ее сонных вздохов, дыхания, щекочущего его щеку, как когда-то давно, из-за прикосновения и поглаживания ее неловких пальцев тело скручивало нарастающее возбуждение.

- Ты же весь мокрый. Можешь простудиться. Не мешай. - Забавно морща нос, выговорила Леся. Причем ее голос одновременно звучал сонно, ворчливо и так, будто она пыталась уговорить малое дитя.

Только вот Влад ощущал себя скорее подростком на пике переходного возраста и буйства сексуальных гормонов. Леся же, похоже, не понимая, что творит с ним, упрямо продолжала расстегивать пуговицы рубашки, преодолевая вялое сопротивление пальцев Влада.

Ему надо было уйти. Действительно надо. Потому что когда завтра Леся станет самой собой -- она еще больше возненавидит его, если Влад допустит, чтобы все продолжалось. А он с трудом мог представить себе какой-то иной вариант развития нынешних событий, кроме самого очевидного. Потому что до безумия сильно хотел ее.

Но пытался заставить себя сосредоточиться на чем угодно, кроме мягких касаний теплых пальцев к его коже.

Одежда. Он тоже собирался снять с нее платье. Без всякой задней мысли, черт возьми. Подол промок насквозь, не хуже его рубашки и Влад еще в лифте решил, что надо избавиться от наряда. Он не хотел, чтобы Лесе было зябко или не комфортно. Однако, теперь это желание приобретало совсем другую окраску.

Она справилась с последней пуговицей и теперь стаскивала влажную, холодную ткань с его плеч. Как Леся умудрялась проделывать подобное не просыпаясь до конца, Влад не представлял. Но сейчас он готов был предложить кому угодно любую взятку, лишь бы Леся не выходила из этого состояния хоть еще немного.

- Влад. - Это был скорее вздох, чем слово, счастливый и довольный вздох, с которым Леся прижалась к его обнаженной груди, закончив со своей задачей.

У него так грохотало сердце, что было удивительно, как этот шум не мешает ей дремать.

На миг, только на один миг он позволил себе обнять ее и прижать к себе так, как Владу хотелось, ощутить дыхание Леси на своей коже.

А потом он немного отстранился, на ощупь нашел застежку платья на ее спине и потянул ту вниз, ощущая, как его пальцы скользят по ее коже. Владу пришлось до скрипа сжать челюсти, чтобы не застонать -- отчего-то это ощущение, ее сонная готовность поддаться ему - показалось Владу до боли эротичным. Так, что тело начало гореть, будто в лихорадке. Медленно, осторожно, почти боясь, что она проснется, он сантиметр за сантиметром стягивал с нее шелковый материал, кусочек за кусочком обнажая тело Леси, которое всегда так сильно возбуждал его. Наконец, на ней не осталось ничего, кроме сапфиров, тонкого кружева белья и чулков. Ощущая, что выдержка почти на грани, Влад уперся лбом в плечо Леси, напоминая себе, почему должен немедленно убраться из ее спальни. Только напоминания не помогали. Да и довольное, уютное шевеление Леси под его боком не способствовало торжеству здравого смысла. И все-таки Влад решил, что должен немедленно укрыть ее. Чтобы согреть, и уберечь от собственного искушения. Перегнувшись через Лесю, он потянул одеяло, накрывая ее лодыжки, ноги, пряча от своего жадного взгляда бедра, опоясанные кружевной резинкой чулков.

Но на середине не выдержал. Соблазн оказался так велик. С тихим стоном Влад нагнулся и жадно припал к бархатной коже на которой смутно поблескивал кулон. Он не позволял себе и на миллиметр сдвигать ее белье. Просто целовал, покусывал, нежно лизал впадинку между грудями Леси, ощущая, как его захлестывает то же собственническое чувство, что и в начале вечера, когда, войдя в зал казино, он увидел камни на ней. Любое другое украшение не пробудило бы в нем такое количество эмоций. Но разве не этот кулон Леся любила больше всего? Разве не его сравнивала с глазами Влада? Не могла она надеть тот и не думать о нем. Не сумела бы.

Память об этом заставила его с еще большей жадностью втянуть в себя кожу Леси. Она тихо застонала и подвинулась ближе. Влад попытался отстраниться, но не смог, тут же принялся нежными, едва ощутимыми касаниями целовать, спускаться ниже по ее гладкой коже, и тихо выдохнул, добравшись до живота Леси. Он не хотел будить ее, не собирался позволить себе переступить грань. Но хоть такую малость, крохотную уступку...

Губы Влада ласкали, втягивали ее нежную кожу, куда мягче шелка платья, язык проникал во впадинку пупка, упивался вкусом и ароматом Леси.

Ее сонное дыхание стало чаще, сбилось. Он почувствовал пальцы Леси в своих волосах, а потом она тихо застонала его имя.

- Влад... Пожалуйста...- Леся изогнула спину, словно подставляя себя под напор его поцелуев.

Желание застилало глаза и пыталось заставить умолкнуть разум. Но он еще помнил, что случилось несколько часов назад. Усугублять свою вину ее соблазнением, когда здравость решений Леси под большим вопросом - было самым глупым поступком. И это немного отрезвило его, хоть и не уняло бушующего возбуждения.

- Спи, Леся. Все хорошо. - Хриплым, прерывистым голосом прошептал он, словно успокаивал ребенка. Откинулся на подушку и притянул ее голову на свое плечо.

Дыхание жгло легкие, кислорода все равно не хватало. А пах пульсировал от болезненного желания.

Она в ответ что-то неразборчиво и недовольно проворчала, потерлась о него всем телом, заставив Влада заскрипеть зубами и упереться затылком в кровать, но все же затихла, снова засыпая.

Слава Богу, что в сонное сознание Леси не пришла идея стащить с него еще и брюки! Эта ненадежная преграда хоть немного сдерживала его.

Так они пролежали больше часа, наверное. Он -- пытаясь совладать с собственным телом, и спокойно спящая в его руках Леся. И хоть мышцы ломило от напряжения, Влад был благодарен судьбе за этот подарок. За то, что она все равно подсознательно доверяла ему, если так мирно спала, если обнимала его в своем сне.

Потом Леся со вздохом попыталась перевернуться, нахмурилась и, чуть прищурившись, зевнула. После чего уперлась подбородком ему в грудь и все тем же сонным взглядом посмотрела на него.

- Влад? - В шепоте Леси слышалось удивление.

- Что? - Напряженно спросил он, подозревая, что время, отпущенное ему, вышло.

Она глубоко вдохнула, выдохнула, а потом покачала головой и улеглась щекой как раз над тем местом, где стучало его сердце. Влад напряженно ждал.

- Уходи, Влад. Ты слишком сильно мне нужен. - Спустя минут пять, прошептала она с закрытыми глазами.

Только вот руки ее так же крепко обнимали его шею, и Леся не сделала ни единой попытки сдвинуться, продолжая лежать на его груди.

Он закрыл глаза и еще сильнее вдавил затылок в деревянную спинку. Что Влад мог сказать в ответ на такую просьбу Леси? Как мог уйти, зная, что нужен ей? Что она сама не в состоянии отстраниться?

Но как он мог не выполнить этой просьбы, помня все обвинения, который Леся сегодня ему высказала? Какое имел право остаться?

"Ты слишком сильно нужен мне. Уходи"

Разве он сам не сказал когда-то ей тоже самое, только не словами, поступками? Тогда Влад испугался своей потребности, зависимости и нужде в Лесе. Теперь эта женщина, так необходимая ему, прогоняла его по той же причине. Потому что не могла верить ему. Уже не могла, и не хотела. А у него не хватало сил разомкнуть свои руки, чтобы выпустить Лесю из объятий.

Через десять минут он осознал, что Леся опять заснула. Ее легкое дыхание щекотало его кожу, ее тепло согревало его. Но Владислав не мог воспользоваться этим и остаться. Разве не он пару часов назад обещал дать ей, что угодно? Чтобы Леся не попросила?

Еще несколько минут он потратил на уговоры самого себя. После чего очень осторожно переложил голову Леси на подушку, поцеловав нахмурившийся лоб, легко коснулся поцелуем расслабленных губ. И, подняв с пола мокрую рубашку и свой пиджак, быстро покинул квартиру, чтобы не передумать, захлопнув за собой дверь. Одевался Владислав уже в лифте, не обращая внимания ни на противное, липкое прикосновение холодной ткани, ни на окружающую обстановку сумрачного лифта. Смяв в руках пиджак, он так и вышел из подъезда, в одной, не до конца застегнутой сорочке. Добрался до машины, в которой все это время дремал Юра, и тяжело, с неохотой опустился на заднее сиденье.

Больше всего на свете ему хотелось резко развернуться и рвануть назад. В теплые объятия его Леси. Вместо этого он с грохотом захлопнул дверь и поймал вопросительный взгляд водителя в зеркале заднего вида.

- Поехали. - Скупо бросил он Юре, невольно ища глазами окна седьмого этажа.

Парень без вопросов завел машину и тронулся с места.

Вернувшись домой, Влад так и не пошел спать. Стоял на веранде в одних брюках, выйдя из-под навеса. И надеялся, что холодные капли осеннего дождя охладят его тело, пока разум искал выход из этой дурацкой ситуации, созданной им самим же.

Глава 9

В субботу Леся проснулась поздно. Наверное, сыграла свою роль и таблетка, и пасмурная погода, с продолжающимся дождем. Голова казалась слишком тяжелой, чтобы отрывать ее от подушки. Да и в целом, самочувствие оставляло желать лучшего, заставив в который раз помянуть вчерашнее шампанское недобрым словом.

Выбираться из-под одеяла не было никакого желания, потому Леся осталась в кровати. Только расстегнула бюстгальтер и стянула чулки, оставившие следы резинок на коже после этой ночи.

Она помнила то, что было. Не забыла, как Влад обнимал ее ночью, как ласкал. Он выполнил ее просьбу, ушел. Леся должна радоваться. Ведь именно этого она хотела. Но почему-то, весело не было.

Безуспешно попытавшись выкинуть это из головы, она решила отвлечься и встать. Поднявшись, чтобы умыться и выпить кофе, Леся на несколько мгновений застыла у зеркала в ванной. На ее груди, как раз там, где кулон из сапфиров касался кожи, темнело пятно засоса. Она спала. И все равно помнила этот обжигающий поцелуй.

Тихо застонав, она закрыла глаза и прижалась лбом к прохладной поверхности зеркала, ощущая, как напряглась ее грудь. Лесе не стоило помнить всего этого. Надо было сосредоточиться на том, что он говорил ей вчера в ресторане, как обидел раньше. Но вместо этого в памяти вспыхивали мысли только о том, как осторожно и нежно Влад раздевал ее, как укутал своим пиджаком, чтобы она не промокла под дождем, и как держал ее, обнимая, не требуя и не беря ничего большего, хотя ночью Леся вполне готова была отдать ему всю себя, даже без просьбы.

Пробормотав проклятие, она выпрямилась, игнорируя стучащую боль в голове, и все-таки пошла на кухню. Вообще-то, было довольно прохладно для прогулок по квартире в одних трусиках, и потому, дожидаясь, пока кофе приготовиться, Леся вернулась в спальню, одела теплый махровый халат, и пошла обратно.

Неторопливо отпивая напиток, Леся наблюдала за дождем в окне и думала о вчерашнем вечере. Все пошло не так, как она предполагала. И сам вечер смело можно было считать провальным. Если уж ей захотелось напиться в самом начале, то явно Леся испытала полное разочарование. И дело было вовсе не во Владе. Но все-таки, несмотря на это все, на ту ссору с ним, о которой даже не хотелось вспоминать, Леся не могла не признаться себе, что окончание вечера -- забывать не хочет.

Почему? Разве она не дала себе слово, что больше никогда не будет иметь ничего общего с этим мужчиной? Разве не понимала, насколько сильно расставание с ним опустошило и раздавило ее?

Все это Леся понимала. И все-таки, не могла не думать о том, как он вчера себя вел. Зачем бросать ее, отстранено держаться при встречах, пусть и показывая, что помнит обо всем, а потом вести себя так, словно она действительно важна и имеет значение для Влада? Разве для него хоть что-то имеет значение, кроме работы и непонятного стремление переплюнуть всех и вся. Но Леся, определенно, не могла помочь ему ни в первом, ни во втором своим присутствием в его жизни. Так, для чего?

Ощущая противную слабость и тяжесть в голове, она оставила чашку и подперла лоб ладонями. С тех пор, как Леся ушла от Влада -- она слишком много думала. О разном. О том, чего хочет от жизни? О том, принесет ли ее мечта, осуществление того устремления, к которому Леся так долго шла -- ей счастье?

И пришла к выводу, что сильно в этом сомневается. Все чаще Леся понимала, что постоянная изматывающая работа и погоня за приглашением в Киев не приносят ей ощущения покоя и удовлетворения в душе. Странно, но больше всего радости ее работа журналистом приносила Лесе тогда, когда она была с Владом. Она долго пыталась понять, в чем же причина такого несоответствия? И не сразу поняла простую истину -- когда ты счастлив -- то любое дело приносит удовольствие. Когда же на душе пустота и боль, то и любимое дело не спасет от тоски и ощущения какой-то неполноты. Все чаще она отворачивалась от людей, гуляющих парами на улице, с трудом могла выдерживать разговоры об отношениях с матерью или знакомыми. И не могла от себя скрывать желание спрятаться, забиться в самый дальний угол ото всех и просто закричать, чтобы ее оставили в покое. Сколько бы Леся не убеждала себя, что все хорошо, как не загружала бы себя работой, погружаясь в ту с головой -- это не дарило счастье. Да, спасало от бесцельного блуждания по квартире или паркам, давало какой-то смысл утрам, но не приносило того чувства полной и счастливой жизни, которое она, к своему несчастью, успела узнать, несмотря на все сложности жизни с Владиславом.

И все то, что случилось этой ночью разбередило ее душу, наглядно продемонстрировало Лесе, что не так уж удачно она вычеркнула из памяти свою любовь, как ей казалось, и как хотелось бы.

Не имея на данный момент сил переоценивать все свои выводы и поступки, Леся отодвинула так и не допитый кофе и вернулась в кровать. Весь день на позволила себе предаваться лени, вяло листая книгу и, то и дело, переключая канал телевизора. Иногда ей хотелось позвонить Владу. Спросить "зачем?" было это все, а может, просто услышать его голос, словно по одному звуку она сможет все понять. Но Леся не поддавалась искушению. Владислав ей так же не звонил.

Вечером она спокойно уснула, хоть и просыпалась за ночь несколько раз от непонятных снов, содержания которых не могла вспомнить, но оставивших на душе неприятный и какой-то противный осадок.

Утром она встала рано, сказался вчерашний длительный отдых. Не имея каких-то особых занятий, и морально не готовая вновь повторить недавний подвиг с уборкой, Леся засела за свой ноутбук с кофе. За окном снова лил дождь, на улицу выходить не хотелось совершенно, и она решила посвятить выходной просмотру нескольких форумов. Именно так ей иногда удавалось найти интересный материал для сюжетов или, по крайней мере, быть в курсе последних событий и интересов жителей города. Как раз во время таких изысканий на форуме молодых матерей их города Леся и узнала о том, как плохо обеспечены больницы самой необходимой аппаратурой, без которой погибают совсем крохотные дети. Тогда это открытие подтолкнуло Лесю к созданию целой серии репортажей и телемарофона, который помог собрать деньги хоть для двух детских больниц.

Но сегодня на просторах цифрового пространства их города царило затишье, то ли погода, то ли ранее утро воскресенья -- что-то мешало интенсивному обсуждению проблем в интернете. Был, конечно, еще один форум, но зайдя на него однажды, Леся осознала, что ей никогда не понять неформально настроенной молодежи, как бы она не пыталась. И потому, для сохранности собственных нервов, Леся туда больше не рисковала заходить, пусть данное явление так же относилось к ее городу.

Промаявшись до полудня, перепрыгивая с одной странички на другую, Леся уже решила выбрать себе для просмотра какой-нибудь фильм, когда тишина квартиры нарушилась звонком ее телефона. С удивлением посмотрев на незнакомый номер, Леся подняла трубку.

- Алло?

- Леся Павловна, это Юра. - Голос парня звучал как-то странно и неуверенно.

- Да? - Честно говоря, Леся была очень удивлена его слышать.

Водитель Влада никогда ей не звонил и сложно было придумать причину такого звонка, Влад не стал бы прятаться за чью-то спину.

- Леся Павловна, вы извините меня, но я честно, не знаю, что делать и кому звонить. - Леся вдруг поняла, что парень сильно нервничает и почти в отчаянии.

- Что случилось, Юра? - Она отвернулась от монитора и сосредоточилась на звонке.

- Понимаете... Олеся Павловна, вы не могли бы приехать? - Юра почти умолял.

- Куда? - Не поняла она.

- Сюда, к Владиславу Олеговичу. Я бы сам за вами приехал, но неуверен, что могу уехать...

- Зачем? - С подозрением спросила Леся, а в голове мелькнула мысль, что Влад мог и изменить тактику.

- Потому что я не знаю, что мне делать! - В сердцах воскликнул водитель Влада. - А босс зовет вас.

- Что значит "зовет"? Я ему что, девочка на посылках или горничная? - Возмутилась Леся, ощущая в душе знакомый гнев.

Юра тяжело вздохнул в трубку.

- Нет, Леся Павловна, вы не поняли. Я не знаю, что с Владиславом Олеговичем, серьезно. И не знаю, что мне делать. А он сейчас сидит в спальне и с вами разговаривает...

Леся моргнула.

- В смысле? Как это? Я с тобой по телефону говорю...

Юра еще раз тяжко вздохнул.

- Леся Павловна, я же говорю, я не знаю, что с ним. Может из-за этого дождя дурацкого, он же тогда, после того, как вас отвез, всю ночь на веранде просидел под ливнем. Но вчера, вроде, нормально все было. Он работал целый день. И сегодня я его на фирму отвез. Я точно не знаю, но босс что-то говорил, что там какие-то проблемы. А потом он вызвал меня в десять и велел его домой везти. Ничего не говоря. Только из машины врача вызвал, и я так понял, что Владиславу Олеговичу нехорошо. И дело не в его обычной головной боли.

- И что, врач приехал? - Несмотря ни на что, Леся начала волноваться.

Слишком нервно говорил Юра, а он ведь Влада даже дольше ее знает. Хотя, врач, еще не показатель, Влад серьезно относился к собственному здоровью и самочувствию тех, кто его окружал. Лесе доводилось убеждаться в этом на собственном опыте, когда Влад не только не позволил ей ехать на работу из-за банального насморка, но и заставил сидеть дома, вызвав врача на дом. И только когда тот подтвердил, что это обострение ее обычной аллергии, смилостивился. Причем Влад так относился к здоровью не из-за пароноии или ипппохондрии, просто он твердо верил, что болезнь легче и проще предупредить. Так будет дешевле и эффективней, чем после оплачивать полноценный больничный и терять драгоценное время. Наверное, потому санитарно-профилактическая служба на его фирме была одной из лучших в городе.

- Приезжал, - Юра как-то странно хмыкнул. - Я не особо знаю, что он там боссу сказал. Выписал какие-то лекарства, это точно, я видел листок. Только Владислав Олегович его выгнал, они поспорили о чем-то. А потом он начал метаться в комнате, туда-сюда, словно никак успокоиться не может. Я пытался с ним поговорить, разобраться, но босс только отмахивался. А теперь он уселся на пол, и с вами разговаривает, словно вы напротив него в комнате сидите!

Лесе в душу закралось нехорошее чувство, почти страх, такой же, как испытывал Юра, судя по голосу.

- Подожди, Юра. - Она прервала водителя и попыталась собраться с мыслями. - Что с ним? Он простудился?

- Я не знаю, Леся Павловна, - почти в отчаянии воскликнул парень. - Я же не врач. Он не кашляет, не чихает. Как мне понять?! Только знаю, что не так с ним что-то и все! А кому мне звонить, если не вам? Кто еще есть у Владислава Олеговича?! Тем более что врача он выгнал, да и в таких словах, что сомневаюсь, будто тот вернется после моего звонка.

Леся закрыла глаза и медленно набрала воздух в легкие, пытаясь все осознать и придумать выход.

Влад! Вечно он всех против себя настраивает! Зачем с врачом ругаться было? И чем она помочь может? Но и ей самой не приходило на ум, к кому еще можно обратиться. Только сейчас до Леси дошло, что она понятия не имеет -- есть ли у Влада кто-то из родных. А грохочущее в груди сердце слишком наглядно показывало, что, несмотря на весь свой характер, несмотря на все пережитые обиды -- этот мужчина безумно ей дорог. Иначе, отчего она сжала кулаки и сейчас закусывает костяшки пальцев, волнуясь о его судьбе?

- Я сейчас приеду, Юра. - Леся слышала, с каким облегчением вздохнул парень, услышав эту новость.

Наверное, у нее, на самом деле, никогда не было выбора, что бы ни твердил здравый смысл и обиженная гордость.

Быстро натянув джинсы и кофту, Леся схватила с вешалки осеннюю куртку с капюшоном и пошла на улицу.

Езда под таким дождем требовала сосредоточенности и внимания, но ей было не до того. Всю дорогу она пыталась понять, что же случилось с Владиславом, однако так ничего и не придумала, а оттого -- торопилась сильней. Затормозив у ворот дома Влада в пригородном поселке, облюбованном элитой их города, Леся накинула на голову капюшон куртки и вышла под дождь, нажала на кнопку домофона.

- Да?! - минуты через три отозвался встревоженный Юра.

- Это я. - Леся стряхнула капли дождя, попадающие прямо в лицо даже под козырьком ворот.

- Сейчас.

Ворота медленно поехали в сторону, а Леся вернулась в свое авто и заехала во двор.

Юра ждал ее на пороге дома, и на его лице читалось явное облегчение от того, что теперь он не один. А может, потому что теперь не ему надо было волноваться о странном состоянии босса. Отдав парню куртку, Леся сбросила кроссовки.

- Где он?

- В вашей спальне. - Юра прикрыл двери и махнул рукой в сторону лестницы.

Леся хотела поправить его, но увидеть Влада в этот момент казалось важнее и не хотелось тратить время на слова и уточнения. Потому она молча начала подниматься по деревянным ступеням, лишь краем глаза заметив, что фото пейзажей на стенах висят все те же. В доме, вообще, казалось, ничего не поменялось. Но сейчас ей было и не до обстановки.

Отчего-то чувствуя страх, Леся глубоко вздохнула перед тем, как повернуть ручку двери и, не зная чего ждать, зашла в спальню, которая действительно была "их" достаточно долго.

Влад стоял посреди спальни, боком к ней и, закрыв глаза, прижимал веки пальцами. Рубашка на нем была до середины расстегнута и вытянута из брюк. На звук открывшейся двери он обернулся и посмотрел на нее.

- Вернулась? - Влад улыбнулся так, словно Леся на пару минут вышла, чай поставить.

- Да. - Леся растерялась.

Несмотря на то, что Юра предупреждал, она не была готова к такому варианту.

Влад преодолел два шага, которые их разделяли, и мягко коснулся щеки Леси.

- А почему мокрая? - Он недоуменно нахмурился и снова прижал глаза пальцами.

- Дождь, - Леся смутно помнила, что о чем-то подобном они говорили ночью, когда он привез ее домой. В другой ситуации она улыбнулась бы. Не сейчас. - Болят? - Что-то внутри дрогнуло при виде того, с каким ожесточением он давил на свои глаза.

- Ничего, я уже выпил таблетки. - Влад отмахнулся. - Так что, думаешь, я придираюсь?

Он повернулся и пошел в сторону окна, судя по всему, продолжая разговор, который до этого вел с самим собой, она же растерялась.

- К чему? - Леся направилась следом за Владом к окну, пытаясь рассмотреть его внимательней.

- Да все эти мелкие неприятности. Почти на каждой стройплощадке что-то случилось. Оно всегда случается, но чтоб так, за одну неделю. - Влад оперся одной рукой об оконную раму, а второй, с усилием придавил себе лоб. - Я пока ничего не нашел, но просто чувствую, что что-то не так...

Он вдруг замолчал и прижался лбом к стеклу окна.

- Влад? - Леся коснулась его плеча. - Влад, тебе плохо?

- Да, нет. Эта чертова головная боль. Сегодня сильнее. Просто изводит. Когда же подействуют эти таблетки?! - С возмущением проговорил он. Но тихо, почти шепотом, словно и это усиливало болевые ощущения.

- Иди сюда. - Леся обхватила его лицо ладонями, пытаясь заставить Влада обернуться.

Она старалась рассмотреть его, но, как и Юра, с трудом могла понять, что не так. Влад же, казалось, выглядел совершенно нормально. Он повернулся к ней, даже улыбнулся, глядя прямо в глаза Лесе. Причем настолько нежно, что Лесе захотелось моргнуть. Не верилось, что она видит это выражение на его лице. Вот только глаза как-то странно, будто лихорадочно, блестели.

- Как ты себя чувствуешь? - Леся попыталась сосредоточиться на его самочувствии.

Улыбка Влада стала кривоватой, он повторил ее жест и обнял лицо Леси ладонями.

- Терпимо. Уже легче, видно лекарство начало действовать. - Немного притянув ее к себе, Влад сблизил их лица. - Зря я сегодня на работу поехал. Надо хоть немного отдохнуть. Хорошо, что ты дома. Сегодня нет съемок? - Он наклонился еще ниже и прижался лбом к ее щеке, легко касаясь губами кожи Леси.

- Воскресенье. - Она ответила ему так же тихо из-за обилия эмоций, захвативших все внутри от этого простого прикосновения.

- Хорошо. - Влад довольно вздохнул. - Мы давно никуда не ездили. Надо это исправлять.

Леся помолчала, пытаясь за вихрем удовольствия от его слов, его прикосновений, все же понять, что с Владом. А что-то происходило, это точно. Иначе он не вел бы себя так, словно они все еще живут вместе. И он не притворялся, в этом она была уверена.

Его кожа под ее ладонями казалось совершенно нормальной на ощупь, даже прохладной. Может он снова выходил на веранду? Но вот его лоб казался Лесе горячим. Правда, мог сказаться контраст с прохладными щеками и шеей, до которой уже успели добраться ее пальцы. Да и ее собственная кожа еще не нагрелась после улицы.

- Прекрати хмуриться. - Пальцы Влада прошлись по ее лбу, разглаживая морщинки, которые Леся и не заметила. - Мне действительно уже гораздо легче. И, вообще, тебе не жарко? - Его рука спустилась по шее Леси и уже ловко расстегивала две пуговицы ее кофты.

Она не могла бы сказать, что в комнате так уж тепло. Но готовые сорваться возражения были прерваны губами Влада, которые завладели ее ртом, пока руки уверенно стягивали одежду. Честно говоря, мчась сюда, Леся меньше всего ожидала такого развития событий.

- Влад, - она попыталась немного отклониться и сжала ладони на его щеках, стараясь привлечь внимание. - Может, стоит врача вызвать? - Леся внимательно вглядывалась в его спокойное и довольное лицо.

- Зачем? - Он казался искренне удивленным. - Тебе плохо? - Влад обхватил ее талию одной рукой, а второй ухватил Лесю за подбородок и принялся так же внимательно всматриваться в ее лицо.

В другой раз она бы рассмеялась. Сейчас же Леся испытывала такую растерянность, что просто не могла ничего придумать.

- Нет, я себя хорошо чувствую. - Она покачала головой. - А ты?

- И я хорошо. - Влад снова улыбнулся. - Говорю же, уже отпустило. А теперь -- я вообще себя великолепно чувствую. - Его улыбка стала искушающей и, с лукавым блеском в глазах, он снова наклонился, прижавшись к ее рту.

Ну, вот что с ним делать?!

- Влад! - Леся не специально так сделала, но вышло, что она почти простонала ему это в губы.

Тело, которое столько мучили и только дразнили, не давая желаемого, пыталось прижаться к нему ближе, получить все, что так щедро обещали касания и поцелуи любимого мужчины.

- Что, милая? - Его голос стал ниже, он хрипло шептал, покрывая ее шею короткими, обжигающими поцелуями.

А руки Влада, кажется, уже давно оставили ее в одном лифчике и джинсах. Но теперь и Лесе было жарко.

- Может, тебе лучше лечь? - Предприняла она еще одну попытку напомнить ему о самочувствии.- Отдохнуть?

- Обязательно лягу, только отдыхать мы пока не будем. - С хрипловатым смешком пообещал Влад и подтолкнул ее к кровати, одновременно расстегивая пуговицу на поясе ее джинсов.

- Влад! - Леся уже забыла о том, как коварен невысокий бортик его кровати, и потому, отступая от Владислава, удивленно осознала, что тот врезался ей под колени. - Влад. Я все-таки настаиваю на докторе. Хочу убедиться, что с тобой все хорошо...

Он нахмурился, как-то раздраженно передернул плечами, но тут же снова крепче обнял ее.

- Я тебе сейчас предоставлю такую возможность, милая. - Он с улыбкой легко надавил на ее плечо и Леся очутилась на матрасе. - Поверь, со мной все замечательно.

Он навис над ней, упершись коленями по бокам от бедер Леси.

- Не надо, Влад, серьезно, не стоит...

Лесе не казалось, что все замечательно. Совсем. Ее настораживало его поведение и этот неестественный блеск глаз, да и румянец на щеках не был характерен для Влада. Но сердце так грохотало внутри грудной клетки, а глаза с большей охотой следили за тем, как Влад снимает рубашку, чем присматривались к непонятным симптомам.

- Я так соскучился, Леся. - Не слушая ее слабых отговорок, горячо прошептал он ей на ухо, целуя кожу и волосы. - И какого черта мы тратим столько времени на работу? Я так хочу тебя, будто несколько месяцев не видел. - Со смешком, в котором проскальзывало удивление, он опрокинул ее на подушки, а сам вытянулся поверх.

Действительно несколько месяцев. Только почему он не хочет об этом вспомнить?

И Леся точно знала о чем Влад говорит. Ее собственное тело льнуло к нему. Сердце стучало так, словно она сейчас бежала марафон, а дыхание хриплыми вздохами срывалось с губ.

Леся не могла прекратить обнимать, гладить плечи Влада. Упиваться этим, таким знакомым, и в то же время, уже немного забытым ощущением его кожи под своими пальцами.

Может с ним, и правда, все хорошо? Может Юра не так что-то понял? А нынешнее поведение Влада -- всего лишь результат нервного переутомления? Ведь кроме его странной уверенности, что Леся никуда не уходила, все казалось нормальным.

Правда, и в этом случае ей не стоило поддаваться на его уговоры и следовало действительно настоять, чтобы Влад лег и хорошенько выспался. Наверняка, завтра он будет самим собою...

Эти доводы звучали очень убедительно для сознания. Как и объяснение самой себе, что руки к нему Леся протянула просто для того, чтобы увлечь Владислава в кровать. И ни для чего больше. Она просто уговорит его лечь, а сама встанет. И ничего между ними не будет. Итак все слишком сложно и непонятно, чтобы...

Только вот руки Влада были такими горячими, таким ласковыми и жадными, а его поцелуи заставляли забывать все верные мысли. К тому же, после раздумий предыдущих дней, Лесе было не так и просто злиться. Нет, она не простила его. Но и унять собственную потребность во Владе -- не получалось. Она так сильно хотела его. А их стычки в предыдущие недели не способствовали успокоению буйства ее гормонов и желания.

Может быть, именно поэтому она сильнее выгнулась, позволяя ему спуститься губами к ее груди, и не возражала, когда руки Влада стянули с нее бюстгальтер.

Ей казалось, что это она бредит -- ведь каждое его касание, каждое действие Влада воспринималось настолько верным и правильным, что просто сил не хватало хоть прошептать ему "остановись". И никакие доводы разума не помогали.

- Боже, какая же ты... - Прошептал Влад, сжав ее напряженный сосок своими губами. - Обожаю тебя. - Пробормотал он и потерся щекой о синяк, оставленный им позавчера ночью.

Леся застонала, прижав его голову к себе сильней. И знала, что должна что-то сказать, а что именно -- не выходило вспомнить.

А когда руки Влада добрались до ее джинсов, когда его губы последовали за руками, целуя, лаская ее живот -- Леся и вовсе сдалась. Сама помогла стянуть с него брюки. Как можно сопротивляться тому, чего сама страстно хочешь? Как можно помнить о том, что привело тебя сюда, когда любимый мужчина так близко? Когда ваши тела трутся друг об друга обнаженной кожей, заставляя гореть, взрываться нервные окончания...

- Влад! - Леся выгнулась дугой, когда его руки с силой сдернули с нее джинсы с трусиками и губы жадно припали к нежной, пылающей плоти. - Влад!

Она попыталась его остановить. Но уже совсем по иной причине. Так было нечестно. Она хотела ласкать его, доставлять ему удовольствие не меньшее, чем сейчас взрывало ее сущность, заставляя гореть внизу живота маленькие, но такие обжигающие пожары. Она всегда выступала за равноправие. К тому же, возможность ласкать его самого, заполучить его плоть -- возбуждала Лесю сильнее любого афродезиака. А понимание, что сейчас его напряженный член упирается ей в бедро, трется о ее кожу своей тяжестью -- искушало до невозможного.

Но он не позволил ей перевернуться. Влад надавил губами, скользнул языком вверх-вниз по ее влажным складкам, в то время как его руки ухватили живот Леси, обездвиживая, не позволяя выскальзывать, не давая убежать от него. Она захныкала, застонала от этого прикосновения, и выгнулась еще сильнее, не замечая давления его рук. Как же сильно она его хотела! Его самого. Не этих ласк, пусть и будоражащих тело, не простых поглаживаний. А Влада. В ней. Так глубоко, чтобы Леся снова ощутила себя с ним единым целым, чтобы забыла о том времени, когда готова была выть от ощущения неполноты.

- Я хочу тебя! - Простонала она с требованием, вцепившись пальцами ему в волосы. Заставив Влада посмотреть на нее. - Пожалуйста, потом это все. Я так тебя хочу, Влад.

Он с силой втянул в себя воздух и посмотрел на нее глазами, которые сейчас казались совсем черными.

- И я тебя хочу. - Хрипло прошептал Влад, резко поднявшись.

Вытянувшись над ней, накрыв Лесю своим телом, он обхватил ее затылок ладонями, сжимая руки, собирая волосы Леси в кулаки. И уперся головкой своей твердой плоти в ее лоно.

Она ждала резкого погружения, наверное, сказывалось все напряжение, буквально искрящееся между ними. Почти не сомневалась, что сейчас Влад ворвется в ее тело одним резким толчком, вызывая наслаждение на грани с болью. Даже хотела этого, устремившись навстречу, обхватив талию Влада ногами.

Но вместо этого, дразня ее слабым покачиванием бедер, Влад заставил Лесю вжать затылок в подушку и опять завладел ее губами, целуя медленно, глубоко, неторопливо. Будто хотел узнать все-все глубины.

И потом, так и не прервав их поцелуя, тихо качнул бедрами, еле слышно шепча:

- Леся, милая, - Влад медленно погрузился в нее, так неторопливо скользя по влажным складкам, так осторожно раздвигая ее тело, что это было непереносимо мучительно.

Но так сладко.

Невыносимо настолько, что от одного этого движения на Лесю обрушился оргазм. Она вжалась в его плечо, но все равно не удержала громкого стона, так же, как не смогла контролировать собственного тела, спазмами сжимающего плоть Влада.

Он хрипло выдохнул и запрокинул голову. На щеках заходили желваки, так сильно Влад старался себя контролировать, не позволить им обоим сорваться на быстрый ритм. Он втянул в себя воздух, замер на миг, глядя в распахнутые глаза Леси, перед которыми еще мелькали искры.

- Любимая. - Тихо прошептал Влад, принявшись вновь ее целовать, прикусывая, посасывая ее губы. - Обожаю тебя.

И опять медленно и плавно толкнулся вглубь ее тела, рождая новую волну дрожи. Она металась в его руках, не понимая, на каком свете. Не веря тому, что происходило, и что она слышала. Влад никогда не называл ее так. Она даже не знала, было ли ему знакомо подобное понятие и слово. Но осознать это все, спросить, понять -- мешали движения Влада. Такие глубокие, такие напористые и необходимые.

Леся и правда забыла о том, как жила без него, забыла о пустых ночах и слезах. Даже обида в этот момент не имела значения. Просто два человека, которые отчаянно нуждались друг в друге, сейчас сплелись в кровати так сильно, что невозможно было сказать, где черта между ними. Их пылающие тела скользили, влажная кожа терлась, усиливая потребность, даря невыносимо много ощущений. Столько, что в какие-то моменты казалось -- она не выдержит.

В какой-то момент что-то изменилось, Влад потерял над собой контроль, не мог уже сдерживаться, Леся ощутила это. Его дыхание стало резким и частым, заставляя учащаться и ее сердцебиение. Толчки Влада стали резкими, яростными, а его губы впились в ее шею, почти до боли целуя.

Ее окатило жаром, волна нового оргазма подступала, сметая все запреты и ограничения.

- Влад! - Леся закричала ему в рот, ощущая, как его тело с силой, со всей своей тяжестью опускается, погружается в нее.

- Да, любимая. - Гортанно застонал он в ответ, прикусив ее губу. - Да, Леся...

Это оказалось последней каплей для нее. Леся задрожала, теряясь в вихре удовольствия, ощущая, как Влад с низким стоном последний раз погружается в нее слишком глубоко, так полно. И уже просто захныкала от наслаждения, ощутив горячий жар его удовольствия, разливающийся в ее теле.

Прошло минут десять, а они, казалось, никак не могли оторваться друг от друга. В голову начали понемногу просачиваться глупые, противные мысли, рушащие ее удовольствие. Но Леся зажмурилась и сильнее прижалась к груди Влада, стараясь от тех убежать. Она еще не готова была думать о том, что наделала, не хотела понимать, что совершила очередную глупость, пойдя на поводу у этого мужчины и своей любви к нему.

Все чего ей хотелось -- лежать в его руках, немного задыхаясь под тяжестью расслабленного тела Влада, ощущая его замедляющееся дыхание на своей щеке. И упиваться тем "любимая", которое и сейчас ласкало ее мысли и душу.

Словно поняв это ее желание, Влад медленно отстранился на пару сантиметров, лег на бок и прижал Лесю к своей груди, не оставив между ними расстояния.

- А вот теперь - будем отдыхать. - Со смешком прошептал он ей в волосы и поцеловал влажные пряди.

Она была на все согласна. Тем более что удовлетворенное, пресыщенное тело, и правда, разморило. Мышцы сладко тянуло и совершенно не хотелось двигаться.

Закрыв глаза, Леся глубоко вдохнула аромат тела Влада, тягучий, пряный запах их близости и позволила себе задремать абсолютно счастливой, в этот момент наплевав на все правильные мысли.

Проснулась она через два часа, если верить будильнику на тумбочке, от резкого, тяжелого кашля, который сотрясал грудь спящего Влада прямо под ее щекой. Несколько мгновений ушло у нее на то, чтобы сориентироваться в том, что происходит. И когда кашель не прекратился, Леся резко села, откинув руку Влада и вгляделась в него. Он весь пылал. Теперь не могло быть никаких сомнений. Жар кожи Влада ощущался и на расстоянии нескольких сантиметров. И это не было результатом возбуждения.

Его тело то и дело сотрясали новые приступы сухого, надсадного кашля, который, казалось, сопровождал каждый новый вздох. Но Влад не просыпался. Только недовольно нахмурил брови и потянулся за ней, словно ощутив, что Леся отстранилась.

Леся ухватилась за голову, откинув на спину спутавшиеся волосы, и попыталась собраться с мыслями. Ей хотелось ударить себя, и она проклинала свое чертово тело и либидо, которое позволило Владу так легко ее отвлечь и убедить.

Лесе стало стыдно. Ей стало страшно, по-настоящему. Потому что она еще ни разу не видела Влада заболевшим. Головные боли в счет не шли. А теперь -- что ей делать? Разбудить его? Оставить спать? Как унять этот кашель, от звука которого даже у нее в груди начало саднить?

Кляня себя на чем свет стоит, Леся положила ладонь ему на лоб, словно пытаясь успокоить, и принялась лихорадочно осматривать комнату, ища хоть какой-то выход.

Лоб Влада просто обжигал. Леся смутно помнила, что в детстве мать делала ей компрессы из воды и уксуса, когда Леся болела. Но должны же сейчас быть какие-то более действенные методы?! Взгляд наткнулся на красную картонную упаковку из-под таблеток на подоконнике. "Солпадеин". Влад всегда тот пил, когда у него начинала болеть голова. Большими белыми буквами на коробке значилось: обезболивающее, жаропонижающее.

Леся чертыхнулась. Он же выпил таблетки! Сам же говорил. Вот и почувствовал себя лучше! А Леся... У нее не хватало для себя упреков и обвинений. Вдруг накатил дикий страх, что их секс смог ухудшить его самочувствие. Ведь, как никак, это физическая нагрузка, да и на сердце приходится немало напряжения, а при температуре, насколько помнила Леся -- это было вредно. Не зря же больных освобождали от спортивных занятий.

Боже! Она чувствовала себя полной дурой. Еще и озабоченной, к тому же.

Влад опять закашлялся.

- Тише, - Леся наклонилась и в отчаянии прижалась к его лбу губами. Обхватила голову руками, словно могла этим унять его жар и кашель. - Тише, любимый. Сейчас мы что-то придумаем. - Пообещала она, не обращая внимания на то, что Влад еще спал.

Во всяком случае, она надеялась, что это сон.

Осторожно отстранившись, Леся, как была, голой, подбежала к окну. Схватив коробку, она принялась читать инструкцию. И застонала, ощутив злость. Те можно было принимать не чаще, чем один раз в восемь часов. А Влад, как она понимала, выпил их не больше четырех часов назад. Но почему же тогда у него снова жар? Так скоро?

Ощущая в душе нарастающую панику, Леся быстро пошла в ванную. Ей бы стоило принять душ, но она отчаянно боялась что-то не успеть, потерять время. Схватив полотенце, она дернула кран и сунула ткань под холодную воду. Наспех отжав то, побежала назад в спальню.

- Влад. Любимый, проснись. - Она осторожно погладила его по голове мокрыми руками. А потом, так же аккуратно, устроила на лбу полотенце.

Влад скривился, тихо выругался и попытался смахнуть ее самодельный компресс. От всего этого, он снова зашелся в кашле. И открыл глаза, уставившись прямо на Лесю.

У него был все тот же лихорадочно блестевший взгляд. Какой-то тяжелый и сонный. Но Леся сразу поняла, что он уже нормальный, несмотря на температуру. Слишком сильным было удивление в синих глазах Влада при ее виде. А может и потому, что Леся сидела в его постели совершенно голой.

- Леся? - Теперь его голос хрипел точно не от вожделения. - Что ты тут...? - Влад закашлялся и вновь попытался скинуть полотенце со своего лба.

- Тише, Влад, тише. Может тебе лучше помолчать? - Искренне предложила она, опасаясь, что его попытки разговора провоцируют кашель.

Влад хмыкнул и прищурился, явно пытаясь подавить кашель.

- Мы что...? - Он выразительно посмотрел на нее с лукавым выражением, которому не мешал жар. - А, черт...! - В который раз закашлявшись, он вдруг приподнялся на локте, выдернув полотенце из ее рук, и отбросив то на пол, вдруг лег Лесе на колени. - Я помню. - Прошептал он, щекоча губами ее голый живот.

И вовремя, надо сказать, а то Леся, несмотря на весь свой стыд и страх уже готова была обидеться.

- Влад, я же пытаюсь сбить тебе температуру. - Она с укором посмотрела на полотенце, избегая отвечать на его поддевки. И накрыла влажный лоб ладонью, проверяя температуру.

- Господи, как же я тебя уговорил?

- Ты был очень убедительным, - Тихо прошептала она.

Влад немного поерзал у нее на коленях, будто искал удобную позу. Но, похоже, это не помогло. Он все равно кривился от боли при каждом слове. Но и молчать не собирался. Тем более, после ее ответа.

- Я же не заставил тебя?! - Вдруг крепко обхватив ее бедра, Влад с трудом приподнял голову и пристально посмотрел ей в глаза.

Леся не смогла сдержать улыбку.

- Нет, ты меня не принуждал. - Она покачала головой и погладила его волосы, отчаянно желая облегчить состояние Влада.

- В прошлый раз ты дала мне понять, что я чего-то добьюсь только таким аргументом. - Еле слышно прошептал он. И опять закашлялся.

- Это и правда, так важно?! Именно тогда, когда у тебя температура?

- Очень. - Даже хрипя, он сумел сохранить свою властную манеру разговора.

- Ты был нежным. - Неразборчиво пробубнила она. - Что болит? Влад, где тебе больно? - Тут же попыталась Леся изменить тему разговора.

Его долгий, пронзительный взгляд показал ей, что Влад не только услышал, но и понял ее. Возможно, даже больше, чем Лесе хотелось бы.

- Я все равно не прощен, да? - Грустно хмыкнул он, игнорируя ее вопросы.

- Влад, - Леся вздохнула. - Я очень хочу понять, что с тобой? Что болит? Пожалуйста, давай поговорим об этом.

- Не важно, Лесь, - Влад осторожно вздохнул и потерся щекой о ее бедро. - Подумаешь, простуда. Поправлюсь.

- Что сказал тебе врач? - Она честно старалась попробовать добиться от него хоть какого-то вразумительного ответа.

Вместо этого Влад хмыкнул. И подтянул ноги, почти свернувшись клубочком у ее ног, и попытался укрыться одеялом с головой.

Ее сердце замерло. От чувств, которые к нему испытывала. И от страха за этого сильного мужчину, которому так очевидно было плохо. Почему никто не предупреждал ее, что так больно видеть страдания любимого?! Что так невыносимо ощущать свою беспомощность?

- Влад, я вызову врача снова! - Леся аккуратно приподняла его голову и решительно встала.

- Нет! - Он буквально вцепился руками в ее ногу, не позволяя Лесе отойти.

В голосе Влада звучала едва ли не паника. И Леся с удивлением попыталась разобраться, чем его так пугает визит доктора?

- Не уходи! Пожалуйста, не уходи, Леся. - Влад прохрипел это с отчаянием.

У нее перекрыло горло и на глаза навернулись слезы. Господи! Ей захотелось упасть назад на кровать и крепко его обнять. Слишком хорошо Леся знала этого мужчину, чтобы не понять, чего ему стоило подобная просьба, признание своей потребности в ее присутствии, не из-за желания или страсти, а потому что не хотел остаться один, боялся этого. И она представляла, сколько боли могло стоять за этой просьбой. Просто так Влад не позволил бы с собой нянчиться, скорее послал бы всех подальше, как, очевидно, и поступил утром с врачом. А теперь...

Она протянула ладонь и погладила его сжатые пальцы, уже оставляющие следы на ее ноге.

- Я останусь, но при условии, что мы вызовем врача. - Твердо глядя на Влада, сказала Леся.

Он поджал губы и что-то тихо пробормотал. План, со всей очевидностью, не привел его в восторг. Судя по всем он только для нее готов был сделать исключение.

Но все же, Влад осторожно кивнул. Наверное, голова опять болела.

- И ты будешь с ним вежлив. - Добавила Леся.

Влад чертыхнулся, но не возразил. А она, удовлетворенная достигнутым, подхватила с пола одежду, решив, что для начала, как только оденется, разыщет Юру. Парень ей точно поможет во всем.

Глава 10

Уговорить врача приехать оказалось даже сложнее, чем Леся себе это представляла. Не всякий, даже знакомый человек, привык терпеть характер Влада. А он, зачастую, не утруждался тем, чтобы себя сдерживать. Лесе пришлось выслушать несколько гневных и не особо приятных реплик-отзывов доктора о Захарченко, и о том, что никто не обязывает его лечить подобных пациентов, тем более, когда они сами выгоняют. Да и тон врача в отношении нее самой был неприятен. Но она старалась не обращать внимания. Обиженные мужчины - все как дети.

- Я понимаю, и мне искренне жаль, что Владислав Олегович не сумел сдержать характера. - Леся попыталась проложить хоть какую-то тропку взаимопонимания. - Но ведь и вы не можете не понять, что ему было плохо, а люди, привыкшие всем управлять и контролировать свои и чужие жизни, не переносят собственной слабости.

Богдан Алексеевич, которого Леся знала уже три года, хмыкнул.

- Это верно, директора -- худшие пациенты. Но что вам сейчас от меня надо? - Он, явно, не желал идти на компромисс. - Я написал свои рекомендации. Вероятнее всего, что у Захарченко грипп, у нас сейчас довольно много пациентов поступают с этим состоянием. Первые холода, да и промозглая погода. А люди еще не перестроились, не адаптировались. Пусть принимает все, что я выписал и хоть четыре-пять дней соблюдает постельный режим.

Ага, очевидно здесь Влад и выгнал врача. При всем своем разумном отношении к здоровью, столько дней дома он и представить не в состоянии. Наверняка потребовал от врача немедленного исцеления. Но ведь так не бывает.

- Я понимаю, - Леся вздохнула и через плечо посмотрела на Влада, который, похоже, задремал на кровати, хоть, периодически и кашлял. - И все-таки, я очень вас прошу приехать еще раз. Когда я пришла - он явно был не в себе, и неадекватно воспринимал реальность. Мне было бы гораздо спокойней, если бы вы повторно его осмотрели.

- Олеся Павловна, со всем уважением, у Владислава Олеговича, вообще, свой взгляд на реальность, даже в здравом состоянии, так что...

Она не могла не согласиться с ехидным замечанием. Но только мысленно. А, поскольку, речь сейчас шла о здоровье дорогого ей человека -- сдаваться не собиралась.

- И все-таки, именно Владислав Олегович на протяжении последних лет спонсировал и поддерживал вашу клинику. Благодаря чему вы и являетесь одним из ведущих лечебных учреждений города. - Леся пошла ва-банк.

Главврач на том конце связи, похоже, смутился и на миг задумался.

- Но это не дает ему права оскорблять меня, - разумно, хоть и не так уверенно уже, заметил он. - И потом, судя по его реакции, сложно предположить, что поступал он так с большой охотой. Иначе не позволил бы себе отзываться о врачах в таких выражениях.

Влад, Влад...

У Леси остался последний аргумент.

- Что ж, действительно, это я предложила ему стать спонсором вашей больницы. Так что, Богдан Алексеевич, думаю, мне вы не можете отказать.

Ее собеседник тяжело вздохнул.

- А вы не перед чем не отступаете. - Заметил он. И по интонации Леся поняла, что победила.

- Нет, если это касается дорогих мне людей. - Подтвердила она. - Я сейчас пришлю за вами водителя, Богдан Алексеевич. - Не дав врачу передумать, добавила Леся и положила трубку.

- Зря ты с ним так расшаркивалась. За те деньги, что я вложил в его больницу, он мне сам капельницы ставить должен, а не возмущаться. - Похоже, Влад только притворялся спящим.

Леся подошла к кровати и молча присела на край, ожидая, пока пройдет очередной приступ кашля, начавшийся из-за разговора.

- То, что ты ему помогал, не значит, что человек не заслуживает вежливости, Влад.

Протянув руку, она попробовала его лоб. Температура не падала. Да и кашель не утихал.

Леся наклонилась и прижалась щекой к его шее, все еще испытывая страх и отчаяние от своей беспомощности.

- Потерпи еще немного, - прошептала она. - Сейчас я Юру за ним пошлю.

Но тяжелая рука Влада легла поверх ее плеч, не позволяя подняться.

- Ты же останешься, правда? - Прохрипел он. - Ты обещала.

Леся на миг закрыла глаза.

- Я останусь. Пока тебе не станет лучше. - Уточнила она, чтобы он не думал, будто выиграл и что-то изменилось в ситуации.

Влад нахмурился. Открыл рот, явно, собираясь спорить. И опять зашелся в кашле.

- Молчи. - Леся не удержалась, поцеловала его в щеку. - Я пойду Юре скажу, чтобы он ехал.

Выскользнув из объятий Влада, она быстро пошла к водителю, ожидающему ее на первом этаже дома.

Сам визит доктора больше напоминал встречу дипломатических миссий стран, находящихся в состоянии вооруженного конфликта. Леся на коже ощущала колючие, холодные взгляды, которыми обменивались мужчины, пока она старательно играла между ними роль громоотвода. И, тем не менее, Влад исполнил свою часть уговора -- он был безукоризненно вежлив. Вероятно потому, что все время просто молчал. Только смотрел на врача со скепсисом и недовольством.

К счастью, Богдан Алексеевич вел себя профессионально и не обращал внимания на настроение пациента. Обращался он только к Лесе. Она же и отвечала на все вопросы, как могла, описывая симптомы, которые видела у Влада. Не зная, в курсе или нет тот об их разрыве, Леся просто упомянула, что Влад не ориентировался во времени, когда она пришла домой, ошибаясь почти на восемь месяцев.

После повторного осмотра, Богдан Алексеевич оставил свой прежний диагноз -- острое респираторное заболевание, предположительно грипп. Точнее он мог сказать только после анализов, которые Влад, похоже, не собирался позволять делать. Потому врач был вынужден опираться на статистику заболеваемости в городе. Хотя, отведя Лесю в сторону, он тихо предложил ей купить в аптеке домашний экспресс-тест на грипп, мотивируя тем, что так всем легче будет помочь Владу. Леся согласилась.

Богдан Алексеевич откорректировал свои прежние назначения, добавив несколько новых жаропонижающих, на выбор. И предложил прислать медсестру, которая, в случае необходимости, вколет препараты. Лесе было достаточно мимолетного взгляда на скривившееся лицо Влада, чтобы понять -- любая медсестра здесь дольше двух минут не продержится.

- Спасибо. Я умею делать уколы. Вы только напишите, что с чем колоть. - Попросила она Богдана Алексеевича.

- Как хотите, - врач пожал плечами и расписал ей схемы.

Добавив несколько препаратов для самой Леси, которые должны были предупредить ее заболевание, как контактирующего человека, Богдан Алексеевич попрощался с Лесей и направился к выходу. Но почти на пороге был остановлен тихим голосом Влада.

- Извините, Богдан Алексеевич, я действительно не должен был так себя вести, несмотря на мое состояние.

Врач, определенно довольный, обернулся и милостиво кивнул своему пациенту.

- Бывает, Владислав Олегович.

- Но и вам не стоило так долго отказывать моей жене и отыгрываться на ней. Она-то вас ничем не обижала. - Добавил Влад с осуждением.

Леся оторопела.

- Влад! - "Какая жена?! Он что, опять, бредит?"

Но ей не дали высказать праведное возмущение. Богдан Алексеевич смутился и посмотрел в ее сторону.

- И правда, не стоило мне на вас отыгрываться, Олеся Павловна. - Повинился он, пока Влад, довольно улыбаясь, смотрел на Лесю сквозь полуприкрытые веки.

- Ничего, я все понимаю. - Успокоила она врача, двинувшись в сторону двери, чтобы завершить уже эту сцену прощания. - Я сейчас вернусь, только Юре список отдам, чтобы он на обратной дороге купил лекарства. - Сообщила она Владу сквозь зубы, а ее взгляд обещал, что просто так Леся подобного самоуправства не оставит.

Но Влад лишь шире усмехнулся и не похоже, чтобы испугался. Видно, точно, неадекватно мыслил от жара. Едва сдержавшись, чтобы не хлопнуть дверью, Леся пошла следом за удаляющимся доктором.

Вернулась в комнату она не сразу. Проводив врача, которого Юра должен был доставить домой, Леся направилась на кухню. Она собиралась сделать чай. И самой хотелось выпить, из-за дождя Леся ощущала какую-то зябкость, хоть в доме было и не холодно. И Владу, как она понимала, это лишним не будет. Да и жило в душе вредное желание немного наказать этого наглеца. Чтобы не умничал больше. Пусть пока полежит в одиночестве на пять минут дольше. Страшного ничего не случится, но может он хоть задумается.

Зайдя на кухню она поняла, что и здесь ничего не поменялось. Почти не сомневаясь, Леся уверенно подошла к знакомому шкафчику и, распахнув тот, посмотрела на ровные коробки кофе и чая. Те же сорта. Все так же, словно она, в самом деле, и не уходила никуда. Наверняка, так же, как и раньше, три раза в неделю сюда приезжали повара и дважды в неделю приходили уборщики из агентства. Только, когда она жила здесь -- повара допускались на кухню реже, почему-то Лесю раздражало, что кто-то другой готовил на "ее", пусть и номинально, кухне. Влад тогда с недоумением спрашивал, зачем напрягаться, тем более, что график ее работы был не самым свободным, да и чем это отличалось от ресторана, куда Леся ходила охотно? Леся не знала, но и не соглашалась. Видно, что-то, вложенное мамой в голову с самого детства, какие-то глупые мысли про одну хозяйку на кухне и прочее управление домашним хозяйством въелись прочнее, чем Леся привыкла думать.

Включив чайник, она достала чашки, чайник и заварку. Нарезала лимон. Заварила чай и, поставив все на поднос, уже сделала два шага по направлению из кухни, но остановилась. Отставив поднос, Леся открыла еще один шкаф. Как и предполагалось, здесь стояла хрустальная вазочка. Привстав на носочки, она вытащила ту с полки. Пару минут несколько ошалело смотрела на две конфеты, сиротливо лежащие на дне. Снова заглянула в шкаф, ничего не обнаружила и, как была, села на пол, игнорируя стулья.

"Гад он, все-таки".

Леся шмыгнула носом, изо всех сил стараясь не дать пролиться подступившим к глазам слезам.

"Это ничего не стоит. И нечего вестись. Манипулятор, эгоист и сволочь. Только плакать нельзя. Не заслужил. Одна его фраза про жену все должна перечеркнуть. Опять прет напролом..."

На то, чтобы справиться с неуместными рыданиями ушло еще минуты полторы, после чего Леся достала из кармана джинсов мобильный и набрала номер Юры.

- Да, Олеся Павловна? - Споро ответил водитель.

- Юра, ты где сейчас? - Поинтересовалась Леся, поднимаясь с пола.

- К аптеке подъезжаю. - Отрапортовал парень.

- Хорошо, как купишь все, что выписал врач -- зайдешь в любой магазин, купишь конфет. Если будет, нугу с арахисом, в шоколаде. - Со вздохом попросила она.

- Понял. - В голосе Юры отчетливо слышалась улыбка.

- И постарайся быстрее. - Добавила Леся, игнорируя веселье парня.

- Хорошо.

Она разорвала связь и задумчиво осмотрела приготовленный чай. Достала из вазочки одну конфету, явно пережившую свой срок годности, и, сняв обертку, положила в рот. В конце концов, это ей оставили. Последнюю конфету она бросила на поднос и пошла на второй этаж, напоминая себе, что за сладости, тем более, подпорченные, не продается.

Влад был помешан на конфетах, мог за раз съесть килограмм в одиночку. Леся никогда не понимала, откуда такая страсть к сладкому, но Влад всегда отмахивался, только раз, мимоходом обронил, что в детстве не наелся. Однако, как бы сильно ему не хотелось сладкого, и сколько бы конфет не оставалось в наличии -- он никогда не доедал те полностью, оставлял ей последние. Хотя сама Леся подобной тягой к сладостям не отличалась, в чем не раз пыталась Влада убедить. Он всегда смотрел на нее с непониманием и продолжал оставлять. И Леся осознала как-то, что Влад действительно не понимает, как можно не хотеть конфет. Потому и перестала отказываться. Просто старалась, чтобы запас конфет не заканчивался, потому что сам Влад забывал или не считал необходимым покупать те для себя. Были сладости -- он ел, не было -- последние так и лежали в вазочке для Леси. Но не съесть их за восемь месяцев...

Нажав локтем ручку, Леся плечом открыла дверь и зашла в спальню. Посмотрела на кровать, удивившись тишине, и поняла, что ее месть себя не оправдала -- Влад спал. Наверное, температура оказалась сильнее его желания контролировать все вокруг. А может, просто, организм лучше знал, что ему нужно. Тихо, стараясь не разбудить его, Леся подошла к низкому подоконнику, поставила туда поднос. Сама забралась с ногами и, налив в свою чашку горячий чай, принялась ждать Юру, следя за дождем, почти невидимым в ранних осенних сумерках. В общем-то, никто не мешает ей проучить его и потом, начать, например, не с растворимых в воде жаропонижающих, а с уколов. Чтоб знал, как умничать. Тем более, Богдан Алексеевич говорил, что те быстрее действуют, а Влад и так давно с высокой лихорадкой лежит.

Оправдав для себя собственную злость, Леся с удовольствием отпила чай.

- Влад, проснись, ну пожалуйста. - Леся устало посмотрела на часы и еще раз потормошила его за плечо.

Он закашлялся, недовольно, словно маленький ребенок, сморщился, но все же посмотрел на нее мутными глазами сквозь ресницы.

- Тебе пора пить лекарство. - Леся подавила зевок и устало потерла глаза. В три часа ночи ей сложно было держать вертикальное положение, но она старалась.

- Не хочу. - Опять закрыв глаза, просипел он. И потянул ее за руку назад, на подушку.

- Влад.

Будто ей хотелось сопротивляться. Но лечение важнее, а у него опять жар, хорошо, что хоть в этот раз лекарство действовало положенные восемь часов.

Леся и проснулась от того, что даже во сне ощутила, насколько горячая его кожа.

- Просто ляг назад и спи. - Раздраженно распорядился он хриплым голосом.

И опять начал кашлять так, что не мог сделать вдох.

Леся быстро достала с тумбочки лекарство и растворила то в воде.

- Если не выпьешь, снова укол сделаю, - пригрозила она, прижав стакан к губам затихшего Влада. - И компресс.

Он удостоил ее сердитым взглядом из-под бровей. Сжал губы. Но все же начал пить. Видно, предыдущий опыт ему не понравился. Наверное, правдивы слухи, что "литическая смесь" не самая безболезненная для внутримышечного введения.

- Наслаждаешься? - проворчал Влад, когда выпил все.

Вместо ответа Леся выразительно посмотрела на этого умника. Да уж, просто курорт. Особенно с его нынешним настроением, когда, имей силы, Влад порвал бы всех и вся. Ну, ладно, на нее, может, только покричал бы.

Словно подтверждая эти мысли, Влад зашелся в очередном приступе кашля, неразборчиво выругался и попытался лечь на бок. Это вышло не сразу. Леся понимала, что может еще больше его разъярить, но не удержалась, протянула руки, чтобы помочь. Проведя вечер за ноутбуком Влада, который попросила Юру принести в спальню, она выяснила достаточно о симптомах гриппа. И понимала, что дикая слабость, которую Влад очевидно испытывал, не могла его не бесить.

Уткнувшись лицом в подушку он снова чертыхнулся. У нее все внутри свернулось в узел. Несмотря на все свои претензии и обиды, Леся физически не могла видеть его в таком состоянии -- сердце сжималось.

- Потерпи еще немного, Владушка, ну, пожалуйста, скоро станет легче, - прошептала она, убирая с его лица слипшиеся от пота пряди. - Сейчас лекарство подействует, хоть немного станет легче. - Ее ладонь скользнула по его плечам.

А те вдруг задрожали.

- Влад? Что? - Леся не на шутку испугалась.

Он повернулся и посмотрел на нее, смеясь. Леся моргнула. Посмотрела снова -- он действительно смеялся.

- Что? - Еще больше растерялась она.

- Меня так даже мать не называла и не назовет, наверняка. - Просипел он.

Ей стало неловко. И правда, словно с младенцем разговаривает.

Смутившись, она поднялась с кровати, одернув футболку Влада, которую использовала вместо сорочки. И включила чайник, который водитель принес сюда по ее просьбе вместе с ноутбуком. Не набегаешься вверх-вниз, а чая Владу надо было пить много, по рекомендации Богдана Алексеевича.

- Леся? - Влад прищурился и приподнялся с подушки.

- Ты хочешь, чтобы я позвонила ей? Позвала сюда? - Предложила она, заваривая новый чай, а сама раздумывала над тем, что честно думала, будто его родители уже умерли.

- Кому? - Влад прохрипел это между приступами кашля.

- Твоей матери.

- Зачем? - Теперь он удивился.

- Она, наверняка, захочет приехать...

Влад посмотрел на нее с таким выражением на лице, словно Леся сморозила дикую глупость.

- Моя мать? - Он уперся локтями в матрас и немного приподнялся, когда она поставила перед ним чашку с чаем. - Ты шутишь? - Он еще раз хмыкнул и осторожно отпил. - Она и в детстве не заходила к нам, если мы болели. Это же слабость. Тем более, ко мне, я же был отсталый. - Влад хмыкнул и откинулся назад, на подушку.

Леся молча глотнула своего чая, не зная, что сказать. Информации оказалось слишком много. "Мы", то есть, он не единственный ребенок? Отсталый?! И что это за отношение матери? Ее собственная мать уже примчалась бы, шестым чувством ощутив, что Лесе плохо. Да, что там, она и правда звонила, еще вечером, хоть с Лесей-то, как раз, все в порядке было. А мама сказала, что у нее сердце за нее не спокойно.

- Но, может, все-таки, стоит позвонить твоим родителям? - Еще раз уточнила она.

Даже сама не зная, то ли потому,что так стоило сделать, то ли потому, что хотела хоть еще немного узнать о Владе, хоть и не следовало влипать во все еще глубже.

Влад скривился и отодвинул почти полную чашку с чаем. За последние пять минут он ни разу не закашлялся, и Леся сделала вывод, что лекарство начало понемногу действовать, хоть температура еще и не упала.

- Влад, тебе надо выпить все. - Она подвинула чашку к нему обратно.

- Не хочу, - он зевнул и устало прикрыл глаза. - Мне лучше.

- Надо, врач сказал пить много теплой жидкости.

Леся безнадежно посмотрела на упрямое выражение, появившееся на его лице, ясно показывающее, что ей не влить в него чай и силой. В какой-то степени она могла его понять -- за ночь это была пятая чашка. Но сути-то это не меняет.

Вздохнула. Поднялась опять, сходила к окну, и вернулась, бросив на простынь горсть конфет.

- А с шоколадом?

Влад приоткрыл глаза и удивленно посмотрел на блестящие обертки. Потом как-то странно улыбнулся, перевел глаза на нее, но взял чашку в руки.

- Знаешь, я в детстве никогда не получал конфет. Все Димке доставались, он был старше, лучше. Все умел, все делал как надо. - Влад откинулся на подушку и медленно пил чай, закрыв глаза. И одну за одной поглощал конфеты.

Леся же напряженно застыла, впервые слыша, чтобы он рассказывал ей о своем прошлом. Хотя, что-то, ей не очень нравилось то, что она слышала.

- Мне же доставались обертки, я их коллекционировал. А мать всегда говорила, что сладкое надо заслужить, я же, не был достоин, ведь даже попросить не мог -- лет до пяти нормально не разговаривал. А теперь -- так странно, ты всегда их мне просто так покупаешь. - Он уже говорил почти шепотом, словно на ходу засыпал.

Но чай честно допил. Леся тихо наклонилась, проверяя его лоб -- кожа была мокрая, но теплая, не горячая. Температура начала падать. Забрав у него чашку, Леся отставила ту.

Влад что-то еще проворчал, удобней устроился на подушке и, похоже, снова крепко заснул.

Леся выключила лампу на тумбочке и легла на вторую половину кровати. Только к ней сон не шел, несмотря на всю усталость этого напряженного дня и ночи. В голове настырно крутилось то, что она только что услышала. Ей было непросто это понять. Совсем. А еще, даже стало немного стыдно за скандал, который Леся попыталась ему устроить, когда Влад проснулся вечером и она впервые колола ему лекарство. Так важно было доказать, настоять, что он не имел права называть ее женой, вообще, не имел права... А он только хмыкнул, терпеливо ожидая, пока она закончит, а потом огорошил ее простым вопросом:

- Разве?

Что ей было сказать? Что она женщина, которая его ненавидит? Они оба знали, что это неправда. Только любящий человек примчался бы, чтобы ухаживать за больным. Даже серьезно на того обидевшись. Да, все разногласия вернутся, когда он встанет на ноги, но пока... Ее неприятно удивило и расстроило то, что, похоже, больше никто не пришел бы. Даже родные. Как так можно? Вспомнилось, как Юра сказал "я не знаю, кому еще звонить"...

На душе стало плохо. Даже паршиво.

Зная, что еще пожалеет, Леся повернулась и ближе подобралась к Владу под одеялом, прижавшись к его боку. Нет, она ничего не забыла, и не была согласна с его определением ее роли в его жизни. Но Леся прекрасно помнила, как бывает плохо, когда болеешь, и как к отвратительному самочувствию добавляется дикое желание ощутить, что ты нужен кому-то. Почувствовать ласку и заботу близких людей. Ей всегда это в избытке предоставляла мама. Ему же, судя по всему, не довелось пока такого испытать.

- Ты -- отвратительный человек. - Еле слышно прошептала она в темноту. Пытаясь напомнить себе, что страшно сердится. - Эгоист до кончиков волос.

Обняла его и положила голову Владу на плечо, игнорируя то, что его кожа влажная от пота. Он что-то довольно пробормотал и слабо обнял ее, похоже, не слыша того, что Леся говорила вслух. Ладно, она повторит, когда ему станет лучше. А потом уйдет.

Пока же, можно было расслабиться, тем более, что так хотелось спать...

Глава 11

В следующий раз Леся проснулась от того, что кто-то попытался забрать у нее теплую руку, на которую она опиралась щекой. В комнате слабо серело утро, дождь, судя по звукам, уже закончился, но солнца не было. Моргнув, Леся с недоумением посмотрела на спину Влада, усевшегося на край с кровати. Немного посидев, он устало помассировал лицо, похоже, не испытывая особого облегчения, и медленно поднялся. Ей показалось, что Влад немного пошатнулся, но постарался быстро вернуть себе равновесие. Куда он собрался? Не на работу же, серьезно?

Она оперлась на локоть и приподнялась следом, когда увидела, как он берет из верхнего ящика своей тумбочки пачку сигарет и зажигалку.

- Влад! Тебе только курить осталось. Мало кашляешь?! Ты что, на балкон собрался в таком виде?! - Леся села, разминая чуть затекшую шею. И выразительно осмотрела его снизу вверх, надеясь, что Влад не забыл, что на нем -- только белье. - Хочешь осложнений?

Он криво улыбнулся, и передернул плечами, держась за один из столбиков спинки кровати.

- Я оденусь, - хрипло сообщил Влад, кажется, игнорируя первую часть ее возмущения.

- Ты -- вернешься в кровать. - Заявила она и встала рядом, слезая с его стороны постели.

- Лесь, - Влад скривился. - Не надо. Никто не говорил, что при гриппе курить вредно.

- Курить, вообще, вредно. - Не собиралась сдаваться она. - А сейчас ты, и так, постоянно кашляешь. Зачем легкие еще больше провоцировать? Переживешь пару дней. - Леся обхватила своей ладонью кулак, в котором он держал сигареты. - Ложись назад. - Велела она, пытаясь те забрать.

- Лесь, мне же хочется, я с пятнадцати курю. - Как-то растерянно пробормотал Влад, начав покашливать. Но сигареты ей не давал.

- Нашел, чем гордиться. - Леся ворчливо хмыкнула. - Хочется -- потерпишь, ты сильный. Выздоровей сначала. - Она твердо посмотрела ему в глаза, показывая, что не уступит.

Влад посмотрел на нее пару секунд. Чертыхнулся и раздраженно бросил сигареты назад, на тумбочку.

- Вредная. - Буркнул он и отвернулся.

- А теперь, куда? - Леся удивленно смотрела в его удаляющуюся спину.

- В душ, можно? - Иронично скривившись, спросил он так, что сразу становилось ясно -- злится.

Ну и ладно, она не навязывается, может и уйти, если так мешает. Леся хмыкнула и скрестила руки на груди.

- Нельзя. У тебя температура.

- Нет у меня ее сейчас! - Влад резко остановился и сердито посмотрел на нее. - Лекарство еще действует. Я хочу в душ. Так, какого черта?!

- Температура опять поднимется. - Игнорируя его злость, сообщила Леся.

- Плевать, пусть поднимется! Я хоть вонять не буду! - Он действительно разозлился. По-настоящему. И почти закричал.

Только Лесю это давно не пугало.

- Влад, ну потерпи, - как маленького ребенка начала она его уговаривать. - Еще день. Я понимаю, что хочется вымыться. Но пусть организм хоть немного справится...

- Я. Иду. В. Душ. - Отрывисто протянул он и повернулся. Его, вновь, качнуло.

Леся тут же подскочила.

Посмотрела в злые и сердитые синие глаза и протяжно вздохнула, поняв, что в отличие от сигарет, здесь он не сдастся. Ладно, в принципе, она могла его понять, да и чистым, всегда себя лучше чувствуешь, даже когда совсем плохо.

- Тебе помочь? - Обреченно спросила она, обняв его за пояс.

- Зачем? Я в состоянии сам справиться. - Влад весь напрягся, отчего-то, и с каким-то непонятным выражением посмотрел на нее.

Леся даже удивилась, пытаясь понять, что с ним. Потому что за раздражением, упертостью и усталостью в знакомых глазах светилось что-то, совсем ей незнакомое.

- Ты уверен? - Уточнила она, понимая, что слабость его никуда не делась.

- Уверен. Я в состоянии принять душ. Не увечный. - Влад проговорил это как-то отстраненно и с холодом, отвернувшись и уставившись в стену.

А до Леси вдруг дошло.

Да, не сразу. Но на ее памяти он никогда ничего не боялся. Впрочем, и не рассказывал о себе ничего, кроме работы и нынешних событий. Она прочистила горло, не зная, что сказать. Просто это слово "увечный", живо вернуло ее к ночному разговору. Только там Влад называл себя отсталым. Леся не знала, помнил ли он то, о чем они говорили несколько часов назад.

Но вместе с понимаем, что он боится, будто она посчитает его слабым, Леся осознала и еще кое-что. Нельзя было показать, что догадалась об этом его страхе. Этого Влад боится так же сильно. Станет еще колючей и злей.

- Как хочешь. - Она заставила себя спокойно разжать руки и немного отступила от него, отвернувшись. - Я тогда, пока перестелю кровать. - Учитывая, сколько раз за ночь у него поднималась и падала температура, это лишним не будет, простыни, наверняка, влажные. Да и ей дело. - Ты, только, очень горячую воду не включай. И не долго.

- Леся... - Влад глубоко вздохнул.

Она почувствовала его руку у себя на шее.

- Что? - Леся безмятежно посмотрела на Влада через плечо.

Он выглядел недовольным. Причем, явно не ей. Леся умела понимать, когда он злится на себя. Научилась за тот срок, что с ним жила.

Влад взъерошил свои волосы и вздохнул.

- Ничего. - Его пальцы погладили ее затылок. - Я быстро.

Отвернувшись, он пошел к ванной. А Леся, тяжело сглотнув, направилась к шкафу, где должно было лежать чистое белье из прачечной.

- Ты же на работу опоздала. - Вдруг, уже распахнув двери ванной, окликнул ее Влад, явно волнуясь.

Вот, работа для него -- все. Леся передернула плечами.

- Я еще вчера позвонила редактору и предупредила, сказав, что не выйду, пока ты не поправишься. - Она встряхнула простыню, расправляя ее на матрасе, вместо старой.

- Извини. Я тебе кучу проблем доставил, - он оперся на косяк двери и пристально смотрел на нее.

Леся покачала головой, принявшись за подушки.

- Я же обещала остаться, пока тебе не станет лучше. - Ответила она.

Не объяснять же ему, что все равно не усидела бы в студии, зная, что Владу плохо, а он один. И не помешало ей то, что Борис Андреевич был недоволен, прямо намекая, что не заслужил Захарченко, тем более, после скандала в пятницу, о котором до него уже дошли слухи. Не оценит он ее заботу. Леся не обратила на это внимание. Может быть, окажись Леся в такой ситуации -- Влад и ушел бы. Она так не могла. Хотя, воспоминание о том, как он лежал с ней ночью, после юбилея, почему-то не позволяло согласиться с редактором, что не сможет Захарченко оценить. Но, в принципе, ладно, не это главное.

Влад так и стоял, рассматривая ее. Леся подняла голову и глянула в ответ с вопросом.

- Что? - Она отбросила готовую подушку в изголовье.

Влад открыл рот, помедлил. Покачал головой.

- Ничего, - опять сказал он, и все-таки пошел в ванную.

Лесе осталось только устало закрыть глаза. С этим мужчиной никогда просто не будет. Сейчас это его "ничего", что значит?

Влад выполнил обещание, вернулся быстро. Отказался от любого варианта завтрака, который она предлагала, и почти рухнул на кровать. Леся сделала вид, что не заметила этого. Пусть внутри все и сжалось, а еще -- появилось дикое раздражение. Зачем геройствовать? Что случилось бы, разреши он ей помочь? Нет, надо вымотать себя. Выжать все, до конца, но не дай Бог, не показаться слабым.

Фыркнув в уме, она сама решила пойти в душ. Наградив Влада укоряющим взглядом, когда тот потянулся к мобильному и принялся звонить в офис, отдавая указания помощникам, Леся достала из шкафа чистое полотенце, взяла еще одну футболку и, подумав, спортивные брюки. Смены белья у нее с собой не было, а натягивать свои джинсы на голое тело, ожидая, пока высохнет имеющееся -- не хотелось. Можно было попросить Юру съездить за ее одеждой, все равно, пару дней, как минимум, Лесе еще предстояло провести тут. Но не просить же парня захватить ее лифчики и трусики? Потому, смирившись с таким раскладом, Леся подхватила стопку одежды, выразительно посмотрела на Влада, намекая, чтоб прекращал говорить. Тем более с усиливающимся кашлем. Бросила ему на кровать противовирусные таблетки, и пошла в ванную.

Потолок качался. Влад закрыл глаза, придавил веки пальцами, опять посмотрел -- результат оказался тем же самым. Чертыхнувшись, он перевернулся и уткнулся лицом в подушку, наслаждаясь ощущением чистого белья. Леся.

Глубоко вдохнул, но не решился открыть глаза, вдруг и подушка окажется нестабильной? Он еще мог понять, когда качается пол, если перебрал, но потолок? Отвратительное ощущение. Видно потому Влад ненавидел болеть.

В ванной тихо шумела вода. Леся.

Он был так зол на себя. За то, что не мог контролировать свой дурацкий характер и раздражение. Она приехала, осталась, волнуется, а он на нее срывается. Придурок.

Влад снова глубоко вдохнул, закашлялся и порадовался, что она не слышит. Снова бы переполошилась.

Меньше суток, а уже вся спальня словно пропиталась ею. И это было чертовски приятно ощущать. С ней даже все эти лекарства казались не такими противными. Еле усмехнувшись непослушными губами, он снова прислушался к плеску воды в душе. Мысли тут же нарисовали соблазнительную картину. Влад столько раз брился, когда она принимала душ по утрам, или сам стоял в душе, когда Леся умывалась, что до малейших деталей знал каждое ее движение в ванной, каждую черточку ее тела.

В душе шевельнулось желание. Да только в душе. В теле же, казалось, болела каждая мышца, да, что там, даже кожа, кажется, болела. И так сильно хотелось спать. Эта чертова слабость раздражала, бесила его, но Влад никак не мог с той совладать. Сон накатывал сам собой и он, то и дело, проваливался в дрему. При всем своем несогласии, Влад не мог не поддаться, даже зная, что еще должен позвонить Димке, узнать, что там у него на площадке? Виктор, его помощник, доложил еще о двух инцидентах на выходных на стройках. У брата, пока, все вроде было тихо, но Влад хотел удостовериться. Только сил поднять руку и взять телефон с подушки уже не осталось. А еще, он о чем-то хотел с Лесей поговорить. О чем-то важном, только вот, о чем именно -- не помнил.

Ладно, поспит немного, потом со всем разберется, решил Влад, проваливаясь в дрему под журчание воды в душе.

Следующий раз он проснулся от недовольного, почти сердитого бормотания над ухом. Леся теребила его за плечо.

- Я же дала таблетки, ну, неужели, сложно их выпить?! - Возмущалась она, прижимая к его губам стакан с водой и какие-то пилюли. - Так, нет. Позвонить он, всем позвонил, а на свое здоровье -- махнул рукой! Взрослый человек, называется!

Влад послушно глотнул то, что она ему всовывала, даже не выясняя, что там. Хотел сказать, что позвонил не всем, но не смог, слабость не отпускала. Чуть приоткрыл веки -- Леся сидела на краю кровати в его футболке, с ее влажных волос, то и дело, падали теплые капли на его плечо. Серые глаза хмурились, зато на высоких скулах появился румянец, видно от горячего душа. А может - от злости на него. Так или иначе, она была красавицей, и ему сейчас нравилось даже это недовольство.

- А ты еще споришь, - вдруг прошептал Влад, усмехнувшись. - Самая настоящая жена. И ворчишь соответственно, когда меня ругаешь.

Глаза Леси возмущенно распахнулись и, в следующую секунду, в лицо Влада ощутимо врезалось что-то мокрое и пушистое. Полотенце, судя по всему.

- Ты...! Ты...! - Похоже, ее возмущение усилилось. - Да, пошел ты, Влад! Нужна сварливая жена... Женись на своей Лизке! Она тебя пилить будет! Причем здесь я?! Вообще, бессовестный. Сам лечись! - Она его еще и толкнула в бок.

А ему было так смешно. Только и рассмеяться не получалось. И спросить -- при чем тут Лиза -- не хватало уже ни желания, ни сил. Странная, все-таки, логика у женщин, Владу ее иногда никак не удавалось понять. С чего она вспомнила об уволенной секретарше, которую Влад никогда и не рассматривал, как женщину для любых отношений?

Повернув лицо на бок, чтобы стряхнуть полотенце, уже становящееся холодным и противным на ощупь, он снова заснул, под бурчанием Леси, продолжающей негодовать о его поведении.

Она еще два часа продолжала возмущаться, правда, уже в уме. Это же надо, сказать, что она похожа на сварливую жену! Да его убить за такое мало! Нашел комплимент!

Леся разъяренно помешивала бульон в кастрюле, раздумывая, что после такого заявления, надо было просто уехать, и пусть Захарченко сам выпутывается. А она ему еще и суп варит. Дура!

- Олеся Павловна, вот. - На кухне потянуло прохладой.

Юра, которого она посылала за лапшой, поставил на столешницу пакет с продуктами и прикрыл дверь на улицу.

- Спасибо, - она благодарно улыбнулась парню. - Ты не голодный? Может, поешь, там еды много. - Она кивнула головой на холодильник. - А боссу твоему сейчас такое не сильно стоит есть. Врач сказал "легкое". А у вас одни салаты с майонезом и мясо. - Леся уменьшила огонь под небольшой кастрюлькой.

Юра помыл руки и забрался в холодильник. Насколько Лесе было известно -- Влад разрешал парню питаться здесь. Что он там, в своем коттедже, приготовит, кроме вареников и пельменей? Кухня хоть и полноценная имелась, да только Юра готовить совершенно не умел.

Набрав полную тарелку, водитель сел за стол и принялся за еду, рассказывая, что на проспекте уже полным ходом идут приготовления к празднованию Дня города. Леся внимательно слушала, прикидывая, что ей еще надо не один сюжет подготовить к этому событию, а времени, судя по всему, теперь будет в обрез. Потом, соблазнившись тем, как аппетитно ел Юра, поняла, что чашки кофе и бутерброда, который съела, спустившись, ей мало. Насыпав и себе салата, она села с другой стороны, на свое привычное место, не забывая то и дело поглядывать на куриный бульон.

- Юр, а ты не думал поступить куда-нибудь? - Между делом поинтересовалась Леся, когда тему праздника исчерпали. - Не всю же жизнь тебе водителем быть.

Парень ей искренне нравился, к тому же, был толковым и неглупым, и она не понимала, почему он не стремиться к чему-то большему.

- Не знаю, - пожал тот плечами. - Даже не думал об этом. Да и когда? Работу я терять не хочу, деньги -- они, как-то, надежней.

Леся задумалась.

- Но ведь можно на заочное поступить. Да и Владислав Олегович, я думаю, против не будет. Только поддержит.

Юра посмотрел на нее пару минут, а потом опять передернул плечами.

- Я даже никогда не задумывался, что мне интересно. Не знаю, Олеся Павловна, сложно это все как-то. - Парень бесшабашно улыбнулся.

Леся вздохнула. Что тут сложного? Но сказать ничего не успела. Со стороны лестницы донесся глухой удар, а потом какой-то грохот и звон, сопровождающийся ругательствами Влада. Не сговариваясь, они оба выскочили из-за стола и рванули в холл.

- Влад?! - Леся первая выбежала. - Ты что здесь делаешь? Зачем встал?

Юра остановился в проходе.

Владислав, сидящий на одной из ступенек, почти у основания лестницы, тяжело поднял голову и посмотрел на нее с каким-то непонятным выражением. Чуть ли не с отчаянием. Но то исчезло из его глаз так быстро, что Леся не была уверена, правильно ли разобрала.

Вокруг него, на ступеньках, валялись осколки стекла и лежала рамка с фотографией, которая раньше висела на стене.

- Что случилось? Ты не порезался? - Она аккуратно добралась до него между осколками и заглянула Владу в лицо.

- Нет. Ничего. Целый. - Скупо ответил он, но тут же поймал руку Леси и вцепился в нее, словно клешнями. - Дурацкая болезнь. Ноги не держат. - Проворчал он.

И Леся поняла, что Влад случайно столкнул рамку, пытаясь сохранить равновесие и упираясь в стену.

- А зачем ты встал, вообще? - Сердито спросила она, когда он потянул ее вниз, заставив сесть ему на колени. - У тебя еще температура. - Леся ощущала жар его кожи. - Зачем в таком состоянии бродить? Хочешь осложнений? Доктор же сказал, что с сердцем могут проблемы быть, если перенапрягаться.

- У меня нет сердца, помнишь? - Иронично хмыкнул Влад и, закрыв глаза, положил голову ей на плечо. - Так что, ничего не будет.

Леся нахмурилась и уже собралась сказать, что он совсем с ума сошел, когда, вдруг, виновато закусила губу. Это ведь ее собственная фраза. Именно так она крикнула Владу в ресторане в пятницу. Когда была зла и рассержена. Честно говоря, Леся не думала, что его это так заденет. А нет, задело, и сильно, если запомнил. Только показывать не хочет.

- Влад. - Чувствуя себя виноватой, она нежно обняла его за шею и погладила затылок. - Не говори глупостей. И за мной не повторяй. - Тихо прошептала Леся ему на ухо. - Зачем ты встал? Взрослый же человек, надо же думать...

- Мне с тобой поговорить надо. - Так и не подняв головы, Влад приоткрыл веки и заглянул ей в глаза с тем же отчаянным выражением. - А тебя в комнате не было. И... я тебя же достал своими шутками... Ну и..., - он скривился и отвернулся.

И он решил, что она уехала, поняла недосказанное Леся. А ведь, действительно, об этом думала. Вот и Влад испугался. Помчался за ней, несмотря на самочувствие. Ну вот что с ним делать?

Леся вздохнула и обняла его крепче.

- Я тебе суп варю. - Так же тихо объяснила она. - Хотя, и правду, подумывала уехать, чтоб ты не умничал. - Поддела она его.

- Не надо, Лесь, пожалуйста. - Влад потерся колючей щекой о ее шею. - Ты обещала остаться...

-Пока, Влад. Только, пока. - Напомнила она.

Но он лишь упрямо сжал губы и ухватился за нее сильнее.

Леся покачала головой.

- О чем ты поговорить хотел? - Спросила она, заметив, что Юра куда-то тактично удалился.

- Лесь, мы не предохранялись вчера. - Влад внимательно посмотрел ей в глаза.

- Я знаю. - Она отвернулась. - Но не думаю, что стоит волноваться. У меня два дня до месячных. Вряд ли я могу сейчас забеременеть.

Леся уже думала об этом, сначала с ужасом, потом, немного успокоившись, посчитала и даже расслабилась.

- Но, если, все-таки, забеременеешь - ты же не уйдешь? - Напряженным голосом спросил Влад, пытаясь опять поймать ее взгляд. - Не будешь скрывать?

Леся поддалась и посмотрела в синие глаза. За вниманием, серьезностью и напряжением, там виднелась искорка надежды и ... Расчета.

Влад! Она почти искренне рассердилась. Ничего Захарченко, кажется, не изменит. Все, что сумеет, будет использовать. Нет, Леся почти не сомневалась, что вчера он не специально забыл об этом. Ведь и сама не подумала. Но уже сегодня, немного придя в себя, он продумал, как все можно обернуть в свою пользу.

- Уйду. - Леся твердо выдержала прищурившийся взгляд недовольных синих глаз.

- Я не дам тебе аборт сделать. - Почти прошипел Влад.

- Я и сама не буду. - Она невесело усмехнулась. - Но и манипулировать собой с помощью ребенка -- не дам.

- Разве ты не хочешь детей? Наших? - Совсем другим тоном, почти искушая, прошептал Влад, щекоча дыханием ее ухо.

Леся вздрогнула и зажмурилась. Она хотела. Но он-то, по какой причине, вдруг, загорелся такой идеей? Раньше Влад никогда и не вспоминал о детях.

- Влад, детей нельзя рожать для того, чтобы удержать кого-то. - Отстранившись немного, она обхватила ладонями его щеки и с грустью посмотрела Владу в глаза. - Детям столько внимания надо, любви, ласки, времени... И от детей не избавишься, если вдруг надоели, если работать не дают. Они -- часть тебя, навсегда. И обидеть ребенка... Это, даже, не меня обидеть. Это... - Она тяжело вздохнула и опять отвела глаза. - Не дам я тебе этого. Если так выйдет -- все равно уйду, сама воспитаю. Хоть и видеть -- не запрещу. Только и не позволю делать ребенка заложником твоих "хочу-не хочу", "нуждаюсь-мешаешь". Дети не виноваты в том, что родители в себе разобраться не могут. Понимаешь?

Он понял, она это осознала и по напрягшимся под ее пальцами щекам, и по тяжелому, недовольному вздоху, в котором слушалось неразборчивое ругательство.

- Все равно, не отпущу. - Стиснув руки на ее талии, прошептал Влад ей в плечо.

Леся криво улыбнулась, гладя его затылок.

Почему-то, несмотря на странную и непростую тему разговора, которой они не затрагивали раньше, он казался ей сейчас таким близким и родным, как никогда. Она, даже, почти не сердилась на Влада за эту попытку. В этом был он весь, такой, каким она его любила. Просто и поддаваться Леся не собиралась.

- Пошли на кухню, раз уж спустился. - Не отвечая на его заявление, прошептала Леся. Они оба знали -- не удержит, если Леся решит -- уйдет. - Суп готов, а тебе поесть надо, одни лекарства глотаешь, так и до гастрита недалеко. Хоть немного поешь, даже если не хочется.

Влад поднялся, не оттолкнул руку Леси, которую она потянула, чтобы поддержать его. Видно было, что Владу хочется много сказать и, явно, не согласиться с ее доводами. Убедить, уговорить, подкупить, хоть заставить...

Но он промолчал. И Леся, с удивлением, оценила это. Раньше Влад не проявлял такого уважения к ее мнению и решениям.

Глава 12

- Лесь, а с чего ты о Лизе заговорила утром? Я думал-думал, но так и не понял? - Влад улыбнулся, хоть и было видно, что ему нехорошо.

Он все еще сидел над тарелкой, уперев голову в ладони и смотрел на нее из-под прикрытых век.

Она передернула плечами и смущенно отвернулась. Леся и сама не знала. Просто ее эта секретарь вечно доставала, а вот себя она вовсе не считала сварливой и вредной, да и, кто знает, может, подсознательно, ревновала.

- Не знаю. Она вредная, а не я. - Невнятно пробурчала Леся в чашку с чаем.

Улыбка Влада стала шире.

- Слушай, если она тебя так доставала, почему ты мне не сказала сразу? Я бы ее раньше уволил.

Леся резко опустила чашку на стол и уставилась на него.

- Ты ее, все-таки, уволил?! - Она не собиралась быть повинной в чем-то подобном. - Но, Влад, так же нельзя, только из-за моего отношения... Человек же сколько проработал, и претензий к ней никогда не было...

Леся растерянно развела руками.

Он пожал плечами и отмахнулся.

- Почему нельзя? Кто начальник? Да и не уволил я ее, перевели Лизу в другой отдел, то ли в статистику, то ли еще куда, не знаю, этим отдел кадров занимался.

- А она не обиделась? - Леся удивленно смотрела на Влада.

Он посмотрел на нее с таким же недоумением и непониманием.

- На что? Не нравится, может и уйти, никто не держит. Она не выполняла прямых указаний, чем это не претензия? За что ей обижаться? - Влад хмыкнул и поднес ко рту очередную ложку супа.

Леся решила промолчать. В конце-концов, не в первый раз сталкивалась с подобным отношением Влада к людям. Сам он, похоже, в принципе не видел, о чем можно еще тут говорить. А вот она вполне могла себе представит, что Лиза обиделась.

Дождавшись, пока он доест, Леся развела лекарство кипятком.

- Пошли наверх. - Она проследила, чтобы он выпил все.

Влад не спорил, видно, его и так все это вымотало. Покорно, хоть и не без труда, добравшись до второго этажа и спальни, он крепко сжал ее руку.

- Лесь, побудь тут. - Влад не смотрел на нее, отвернулся, говоря это почти небрежно. - Наверное, из меня сейчас не лучшая компания. Но... Можешь посидеть со мной? - Он метнул в нее быстрый взгляд и опять отвернулся.

Она едва не улыбнулась. Ну что страшного в том, что ему не хотелось сейчас оставаться одному? Отчего Влад настолько стыдился естественной потребности во внимании и так отчаянно старался сохранить свой независимый имидж? Ведь сам же все время опровергает тот.

- Ложись, - она махнула на рукой на кровать. - Я книгу какую-нибудь найду, и сейчас вернусь.

Когда она зашла в спальню мину через десять с каким-то журналом, обнаруженным в его кабинете, Влад героически боролся со сном. Стоило ей сесть с другой стороны постели, как он глубоко вздохнул, обхватил ее бедра рукой, подвинув Лесю ближе к себе, и тут же заснул.

Влад откинулся на спинку кровати, стараясь не шуметь, и чуть прищурился. Слабость еще не полностью ушла. Он все еще чувствовал себя "выжатым лимоном", то и дело кашлял, но все-таки, однозначно, поправлялся. И практически ненавидел свой организм за это. Подперев голову ладонью он смотрел на спящую Лесю. Три дня она почти не отходила от него ни на шаг, и теперь, расслабившись, что в последние сутки температура ни разу не поднялась, наконец-то позволила себе передышку.

Он хотел, чтобы она отдохнула, чтобы выспалась. Владу совершенно не нравились темные тени под ее глазами и проступившие линии в углах рта. Он совершенно вымотал ее своим состоянием.

И, в то же время, он справедливо опасался, что Леся вот-вот решит уйти. В голове, со всей серьезностью, крутились мысли о том, что можно просто не отпустить ее. Иногда, глядя на то, как Леся читает рядом с ним книгу, или что-то готовит, он понимал, что вполне способен удерживать ее силой. Дурные мысли. И глупые. Это ничего не решит. Не поможет ему наладить то, что сам так старательно раскрошил. Да, можно закрыть ее в доме, забрать машину, телефоны... Черт, хорошо, он сходил с ума. Еще бы додумался привязать ее к кровати, для надежности!

Злой на себя, Влад пробормотал в уме проклятие и глубоко вздохнул. Прикрыл глаза и лег, пристроившись совсем рядом с ее головой, чтобы касаться губами виска Леси. Он не представлял, как сможет отпустить ее в этот раз. Но и пока не мог придумать, как сумеет не пустить, видя в глазах Леси грусть и недоверие, которые никуда не делись. Она не простила его, просто не смогла остаться в стороне. Не могла не помочь человеку, которого любила, а то, что любила -- Леся и не пыталась отрицать. Только сейчас и это не могло ему помочь.

Какой-то заколдованный круг! И Влад никак не мог придумать, как тот разорвать.

Леся рядом с ним недовольно забормотала, заставив Влада приоткрыть глаза. Она отчего-то хмурилась, недовольно, почти капризно морща нос. Несколько секунд ворочалась под одеялом, после чего устроилась головой на его плече и сжалась клубочком под его боком. Повернувшись, Влад крепко обнял ее за плечи и талию, прижав еще ближе. И снова задумался над тем, как сможет ее отпустить? А ведь Леся могла решить, что следует уйти уже сегодня...

Еще полчаса назад, проснувшись от тянущей боли внизу живота, Леся поняла, что не ошиблась в расчетах. Но вот чего она не могла понять -- почему ей так плохо? Да, такие дни, особенно первые, никогда не были лучшими, но и так паршиво Леся себя не чувствовала. Видно, переутомилась за последнее время.

Тело крутило и ломало, каждую мышцу ломило и хотелось скукожиться, свернуться комочком, опять забраться под одеяло и не выбираться. Вместо этого Леся заставила себя подняться с кровати, убедиться, что Влад чувствует себя вполне терпимо и не радует лучезарным настроением с утра пораньше, отнестись к этому философски, и пойти в душ. И сейчас она стояла перед запотевшим зеркалом отчаянно пытаясь заставить организм собраться. Ей еще предстояло ехать в аптеку или в магазин. Посылать Юру за прокладками, как и за бельем, она не смогла бы. Да и, похоже, что Владу становилось все лучше. Вполне вероятно, скоро можно будет уезжать совсем...

При этой мысли на душе стало совсем муторно. Захотелось сделать что-то такое... Неправильное. Хоть по раковине кулаком ударить. Потому что снова было больно и тяжело. Но Леся знала, какое решение и поступок окажется правильным. Потому что...

- Леся. - Тихий оклик заставил ее обернуться.

Влад стоял в дверях ванной, протягивая ей вибрирующий телефон.

- Тебе уже третий раз звонят.

Он, наверное, правда старался отвести глаза, Леся видела. Но у Влада не выходило, и он с жадностью смотрел на нее, неплотно обернувшуюся в полотенце. По спине пробежала приятная, сладкая дрожь от того, что Леся читала в синих глазах. Но, получше запахнув края своего нехитрого одеяния, она лишь с усталым вздохом взяла трубку. Новых оплошностей им только не хватало. Как бы обоих не тянуло друг к другу.

Отвернувшись, Леся с интересом посмотрела на дисплей, недоумевая, кому понадобилась в шесть утра. Звонил редактор.

- Да? - Ответила она на вызов, слыша, как за спиной тихо закрылась дверь.

- Леся, - голос Бориса Андреевича звучал довольно напряженно. - Ты когда собираешься на работу явиться?! - С явной претензией поинтересовался начальник.

- Не знаю, - немного покоробленная таким тоном, она и сама ответила достаточно прохладно. - Может, завтра, может дня через два. В чем дело?

- Слушай, кончай уже бегать вокруг Захарченко и вернись на работу! У тебя даже больничного не будет! Что мне начальству говорить?! Что ты просто не считаешь нужным появляться на своем рабочем месте?! - Раздраженно громыхнул редактор.

Отчего-то, ее разозлило, что с самого утра все не ладится. Что она начальнику-то сделала?

- В чем проблема, собственно? - Таким же раздраженным тоном спросила она, опустившись на коврик, ноги, что-то, дрожали. - Я не могу уйти в отпуск по семейным обстоятельствам или что-то в этом роде?! - Леся потерла лоб рукой, пытаясь собраться с мыслями и унять вдруг появившуюся от упреков редактора головную боль.

- Ты только вышла из отпуска! - Сердито напомнил Борис Андреевич.

- Первого, за последние несколько лет! - Не осталась в долгу она, раздраженно повысив голос.

Ее начальник протяжно вздохнул.

- Леся, речь идет о твоей работе и карьере, - очень серьезно проговорил он. - Может, хватит заниматься глупостями, бросай своего Захарченко, мало ли он тебе нервов попортил? Что, у него денег не хватит сиделку нанять? И дуй на работу, пока еще есть куда.

У Леси появилось нехорошее предчувствие.

- А можно конкретней, без намеков? - Холодным голосом поинтересовалась она у Бориса Андреевича. - Я десять лет проработала на канале, забывая и про отдых, и про выходные. И теперь не могу взять отпуск на неделю?!- С явной претензией уточнила Леся.

- Слушай, но, ведь, не ты болеешь, а он... - Редактор как-то замялся. - Ленка крутит шашни с одним из владельцев. - Почти шепотом вдруг поговорил Борис Андреевич. - И мне уже намекнули, что место ведущей утреннего шоу пора передать новым и свежим лицам, заинтересованным в работе. А не отсутствующим по неясной причине...

Леся ощутила, как каменеет лицо, а внутри разгорается обида. Она, ведь, действительно, столько лет посвятила этому каналу...

- Лесь, давай, приезжай, мы еще уладим это, я думаю. А Захарченко справится и сам. С его-то деньгами. - Продолжал уговаривать ее начальник.

Она его слышала, но в голове мелькали мысли о том, что на месте Влада сейчас могла быть ее мама, у которой кроме Леси никого не было, да и денег не имелось, чтобы нанимать сиделку, не дай Бог появись такая необходимость. Что, и тогда бы ее упрекали и выкидывали из программ? А еще -- упорно вертелось знание, приобретенное за все эти дни, что и при всех его деньгах, Влад был бы совершенно один, не будь с ним Леси.

- Это все? - Отстраненно поинтересовалась она. - Или и от других программ меня тоже отстраняют?

Борис Андреевич напряженно замолчал.

- Пока -- нет.

Это "пока" не прошло незамеченным. И стало еще обидней и больнее. Во рту неприятно горчило, да и голова уже раскалывалась. Хотелось возмутиться, закричать, чего-то потребовать. Только редактор был ни при чем, даже старался ей помочь.

- А знаете, что, Борис Андреевич?! - Вдруг поинтересовалась Леся и сама поморщилась от какой-то истеричной нотки в голосе. - Я -- увольняюсь.

Редактор на том конце связи задохнулся, а потом принялся материться.

- Ты в своем уме?! Из-за чего? Из-за кого?! Просто выйди и мы с Леной разберемся, у тебя и опыта больше, и хватка...

- Нет, Борис Андреевич. Я увольняюсь. Если работа не позволяет мне заботиться о близких людях, если не оставляет выбора, а начальники не учитывают ничего, что я делала, зачем оно все надо?! Для чего так работать? Чтоб ничего не иметь в жизни кроме этой работы и постоянно трястись, боясь потерять место из-за пронырливой особы? Мне это не надо. Как только смогу -- заеду, напишу заявление. - Больше не слушая возмущение редактора, она нажала отбой.

И уставилась прямо перед собой в пространство, все еще заполненное паром.

Так странно.

Ей было обидно, больно, противно. И, в тоже время, Лесю окутала какая-то отрешенность и опустошение. Даже смешно стало на миг -- год назад Влад ставил ей такое условие, зная, что Леся ни за что на подобное не пойдет. А теперь -- она сама уволилась. И не из-за него, даже. Хотя, и из-за Влада, что уж тут, только не по той причине. Просто, за это время в Лесе столько всего изменилось, и давно пришло понимание, что никакая работа не сделает счастливой, если больше в жизни ничего нет.

Да и не шли из памяти ночные разговоры с Владом, от которых до сих пор сжималось сердце. И теперь даже вопрос не стоял о выборе между работой и помощью ему. Как не было бы сомнений в выборе, случись заболеть ее матери.

Чувствуя себя еще более разбитой, она улеглась на зеленый коврик, устилающий плитку пола и свернулась в клубочек. Леся еще не осознала то, что только что сделала, еще не продумала, как теперь быть. В этот момент, ощущая слабость и боль в теле, обиду и разочарование в душе, ей просто было себя жалко. И она, даже не понимая этого, заплакала, с силой швырнув телефон в сторону.

- Идиоты! - В сердцах обозвала она владельцев канала, обиженная на тех.

- Леся? - Влад заглянул в ванную. - Что у тебя стряслось? Кто звонил?

В его глазах стоял вопрос, видно он услышал ее возмущенный возглас. Но стоило ему увидеть ее, как лицо Влада стало напряженным и он кинулся к ней.

- Что случилось, милая? - Он сел рядом и обнял Лесю, потянув ее на колени. - Кто звонил? - За нежным и мягким тоном вопроса скрывалось жесткое требование немедленного ответа.

Но Леся не обратила внимания на крепкую хватку его рук, только вскарабкалась Владу на руки, как маленькая обезьянка, и спрятала лицо на груди. Даже с ним ей сейчас не хотелось говорить. Ничего не хотелось, просто молча себя жалеть.

- Леся? - Он подавил пробивающийся кашель, который еще мучил его время от времени.

Поднял ее лицо пальцами, внимательно посмотрел в глаза, полные слез и недобро прищурился. После чего потянулся за отброшенным телефоном и без труда нашел имя последнего звонившего.

- Что он тебе сказал? - Потребовал ответа Влад.

- Не важно. - Едва заставила себя выговорить Леся.

- Не важно?! - Он яростно сжал телефон. - Ты себя видишь?! Сжалась в комочек на полу и плачешь! Я его прибью! - Зло пообещал Влад таким голосом, что Леся вздрогнула.

Он мог, и не шутил. Нет, не физически расправиться с ее редактором. Такими методами, насколько Леся знала, Влад не действовал, но существовали и другие способы уничтожить людей, как ее только что нокаутировали, например.

Только, снова-таки, Борис Андреевич не при чем...

- Не надо, Влад. - Тихо и устало попросила Леся, ощутив першение в горле.

Она закрыла веки, головная боль нарастала.

- Не трогай его. - Добавила она, вцепившись в его руку.

- Леся! Я не позволю кому бы то ни было доводить тебя до такого состояния! - Влад ни капли не успокоился.

А она почему-то улыбнулась.

- А что, это только тебе позволено? - Даже с иронией поинтересовалась Леся, но так и не открыла глаза.

Влад ругнулся и крепче ее обнял.

- Леся, что случилось? - Чуть мягче спросил он.

- Ничего. - Она пожала плечами. - Ничего смертельного. - Леся вдруг начала посмеиваться, а потом и вовсе захохотала, поразившись нелепой иронии случившегося.

- Леся. - Владу, кажется, было не так весело, как ей. Наоборот, сквозь прищуренные веки он показался ей настороженным, напряженным и даже немного испуганным. - Любимая, что с тобой?

"Любимая". Он ни разу так не называл ее после того, как тогда стал самим собой. Смех, почему-то, угас.

Леся отвернулась, крепче прижавшись щекой к его груди, и уставилась в точку на стене.

- Знаешь, а я уволилась. - Как-то безразлично сообщила она.

Влад замер.

- Когда? - Потребовал ответа он, сильнее сжав свои пальцы на ее теле.

- Только что. - Ее опять начало тянуть на странный, истеричный смех. - Представляешь?

- Леся... - Влад обхватил ее лицо рукой, заставляя смотреть на него.

Но ее смех вдруг перешел в кашель. Сухой, надсадный, удушливый. Горячий воздух ванной показался холодным и сухим, почти царапающим горло.

И злость, напряжение, ярость на лице Влада резко сменилась страхом.

- Леся? - Он крепко прижал ее к своей груди, помогая сесть, чтобы ей легче было вздохнуть. - Милая моя, кажется, я тебя, все-таки, заразил. - С ощутимой виной в голосе, прошептал он.

Она отмахнулась, вновь потирая лоб рукой.

- Да, нет, я же таблетки пила, противовирусные. - Напомнила она ему. - Это от усталости, наверное, и новостей. И... мне в аптеку надо, у меня начались... - Леся снова закашлялась.

Влад хмыкнул и осторожно поднялся с ней на руках. А она удивленно прислушалась к своему организму, который, вдруг, отчаянно сильно почувствовал себя больным.

Здесь уже не обвинишь себя, что поперхнулась.

- Что тебе в аптеке надо, я пошлю Юру. - Он уложил ее на кровать и укрыл.

- Нет. - Леся покраснела. - Мне прокладки надо, не смей водителя посылать. Я сейчас съезжу.

Она попыталась подняться.

Влад нахмурился и толкнул ее назад. Посмотрел на нее пару секунд.

- Никуда ты не двинешься. - Приказал он. - Скажи, что надо. Я сам поеду.

Леся уставилась на него. Владу, конечно, стало лучше, но еще, определенно, не настолько.

- Ты еще не выздоровел.

- Ну, я здоровее тебя, на данный момент, до аптеки доеду, так что и спорить не о чем. - Он поднялся и направился к шкафу. - Говори, что надо. - Сменив домашние брюки на джинсы и свитер, он требовательно посмотрел на нее.

А Лесе стало уже так нехорошо, что спорить перехотелось. С осторожным вздохом, боясь спровоцировать новый приступ кашля, она ответила. Влад кивнул, взял свой телефон с тумбочки и вышел. Но вернулся через три минуты с чашкой, полной чего-то горячего.

- Выпей, - поставив ту на тумбочку, велел он Лесе. - Как ни странно, эти чаи помогают. - Немного кривовато улыбнулся Влад.

Леся по запаху узнала один из порошков, которые сама три последних дня вливала в Влада. И послушно глотнула напиток, наблюдая, как Влад уходит.

- Куртку надень, там холодно, - потребовала она ему в спину, добившись хмыканья и неохотного кивка.

"Интересно, а за болезнь ее бы тоже отстранили?", мелькнула мысль о работе, но не вызвала особого желания размышлять, придушенная новым приступом кашля. Леся вернулась к чаю.

Да уж, геройствовать он, определенно, взялся немного рано. Влад прищурился, стараясь лучше рассмотреть дорогу в утренних сумерках, и попытался игнорировать противный шум в голове. Там, в спальне, он ощущал себя почти здоровым. Сейчас же понял, что еще совсем не избавился от слабости. Но дрожь в руках и ногах -- это терпимо, не пешком же он шел. Да и дороги еще были пустыми. А он ехал медленно, хоть и не очень привык к такой скорости, но лучше уж не рисковать, когда голова то и дело кружится.

Уволилась.

Он совершенно не мог понять, что заставило Лесю такое сделать. В конце концов, Влад ее достаточно хорошо знал, чтобы очень удивиться подобному поступку. Что же такого ей могли сказать, чтобы заставить сделать подобное? У него вот, когда-то, не вышло. Правда, если честно, тогда Влад и не хотел действительно добиться такого результата. Но, все-таки, ему совершенно не нравилось видеть Лесю в том состоянии, в котором нашел ее в ванной, и не только из-за болезни.

С этим еще надо будет разобраться, и с редактором он потолкует, чтобы Леся не думала о целесообразности их общения, и с владельцами, если надо. Влад ощущал внутри себя злость и ярость за то, что ее обидели. Никто не имел права доводить ее до слез. И как бы не иронизировала Леся, насчет его собственного поведения, Влад не позволит никому обижать ее. Это его право -- заботиться и оберегать свою женщину.

Свернув с дороги, он остановился на парковке у круглосуточной аптеки. Его немного расстроило, что Леся не забеременела. Что бы она там не говорила, но Влад не сомневался -- будь у них ребенок -- не смогла бы она уйти, все равно начала бы вместе с ним искать выход и путь к примирению, осталась бы. Хотя, что уж скрывать, его проняло то, что Леся сказал о детях. Заводя этот разговор, он лишь гипотетически представлял себе, каким образом можно больше получить для себя выгоды. Но потом Влад думал над ее словами. А что еще делать, когда только и можешь, что лежать?

Характер у него не был медовым, Владу сложно было сдерживать себя, даже с Лесей. И, действительно, он не мог бы гарантировать, что у нее еще не единожды может не возникнуть желание от него уйти. А если будет ребенок... Свяжет ли это Лесю? Или его самого?

Почему-то на ум приходили многочисленные дети брата. Они его не привязали ни к одной из жен и пассий. Однако, не в том дело, у них с Лесей было бы иначе, Влад не сомневался. Но что-то не давало ему просто использовать возможного ребенка, их ребенка, как цепь для нее. Даже стыдно стало за тот разговор, хоть в этом бы Влад не признался бы и Лесе. И, главное, Влад сам не мог понять -- почему, что он такого крамольного предложил? Он бы заботился и о ней, и о ребенке. Они бы ни в чем не знали нужды, он мог обеспечить им полный достаток. А все-таки, что-то изнутри точило разум и душу, раздражая тем, что Влад не мог разобраться в себе. Он ненавидел, когда не понимал что-то.

А еще, с какой-то радости, вдруг понял, что ни разу не видел своих племянников и племянниц. Глупо, конечно. Наверное, и сам Димка про детей вспоминал не чаще раза в год, на их дни рождения. Но Владу стало как-то не по себе от понимания, что есть в мире люди, который относятся к его семье, его кровные родственники, которые о нем и не слышали. Да и он не проявлял к ним никакого интереса. Как-то не так это было. Он почти наяву видел, с каким бы удивлением и непониманием посмотрела бы на него Леся, расскажи ей Влад о детях брата. Она бы, уж точно, имей племянников, принимала бы самое активное участие в их жизни. Влад пытался здраво рассудить, что он тоже не бросил неизвестных детей на произвол судьбы. Ведь именно он обеспечил брата работой, позволяющей платить всем алименты. Но... Что-то в этом, все-таки, было не так.

В общем, провалявшись три дня в постели, Влад мог с чистой совестью сказать, что ему категорически не нравилось болеть. Мысли всякие в голову лезли, не понятные. Лучше бы о работе думал и о проблемах, которых с каждым, пропущенным им, днем, становилось все больше.

Только присутствие Леси и скрашивало эти дни.

Купив у сонного фармацевта все, что Леся просила, он взял еще лекарств, которые теперь, наверняка, пригодятся ей, и вернулся в машину. На выходе из аптеки взгляд скользнул по витрине с детскими сосками, смесями и бутылочками. Что в этом его зацепило. И даже опять обидно стало, что такой, в общем-то, очень хороший план, не сработал. Неужели они с Лесей не придумали бы, как справиться? Да, разобрались бы. Зато, она охотней бы его выслушала и поняла бы, точно. Ну, на нет -- и суда нет. Придется искать другие доводы и методы.

В какой-то степени он даже обрадовался ее болезни -- сейчас она точно никуда не поедет, останется у него.

Когда Влад вернулся, Леся спала. Зная по себе, что сон облегчает состояние, он решил не будить ее и пошел на кухню. На улице действительно было холодно и хотелось чего-то горячего. Включив кофеварку и переждав приступ кашля, он начал звонить помощникам. Но часа через полтора -- не выдержал, послал всех подальше и вернулся в спальню. Леся, едва приоткрыв глаза, тут же устроилась щекой на его животе и под любым предлогом отказывалась покидать нагретое место. Впрочем, помня, как ему самому хотелось теснее прижаться к ней, когда поднималась температура, Влад и не пытался Лесю сместить. Даже чувствовал вину, что беспокоит ее, когда телефоны, выставленные на вибрацию, то и дело звонили. Даже мэр удостоил своим вниманием. Влад несколько раз порывался уйти, чтобы не мешать Лесе отдыхать, но она не отпустила, а он не хотел настаивать. Ему нравилось ощущать, что она в нем нуждается.

Вечер он, так же, проводил на кухне, где, помимо их спальни, очень ярко чувствовалось присутствие Леси. Она сама была наверху, не спала, скорее, дремала, выпив очередное лекарство. И Влад спустился, чтобы хоть немного дать ей отдохнуть от своих продолжающихся переговоров с подчиненными.

Вообще, день прошел тяжело. У Леси несколько раз поднималась температура, он снова поцапался с врачом, которому звонил посоветоваться. Но в этот раз, кажется, Богдан Алексеевич отнесся к раздражению Влада снисходительней, и все-таки не бросил трубку. А Влад... он старался, но правда, не мог спокойно ждать и только следить за тем, какие таблетки ей дает. Серьезно, он не понимал, как Леся это выдерживала? Да, ему было плохо предыдущие три дня, да и сегодня, еще, он чувствовал себя паршиво, то и дело глотая пилюли. Но видеть, как она сворачивается клубочком на огромной кровати, пытаясь под одеялом спрятаться от головной боли, или слышать кашель, в котором то и дело заходилась Леся -- это оказалось куда тяжелей. Черт! Влад предпочел бы сам еще раз переболеть, чем видеть это все, и не иметь никакой нормальной возможности ей помочь, а только разводить эти дурацкие порошки.

А еще эти стройплощадки. Проблем меньше не стало и, словно почувствовав, что боссу полегчало, помощники целый день доставали его. На одном из объектов едва не пострадало несколько человек из-за обрушившихся лесов. На другом, в уже залитом фундаменте, появилась трещина. Влад ни черта не понимал. Такого не должно было быть, но было. Его хотели видеть чуть ли не на всех объектах, прорабы сами не решались что-то менять в проектах, а инженеры и архитекторы кричали, что в их чертежах нет ошибок и это вина строителей. Но куда ему ехать? После одной-единственной утренней поездки в аптеку он чувствовал себя вымотанным и, единственное чего Владу хотелось -- это снова лечь рядом с Лесей и спать.

Он велел привезти ему чертежи, собираясь просмотреть все сам, и подозревал, что завтра, все-таки, придется, хоть на несколько часов, явиться в офис. Слишком ему не нравилась эта ситуация. Создавалось ощущение, что кто-то специально пакостит. Хорошо хоть, что из-за погоды поутихла шумиха с причалами. Правда, своего эти митингующие в какой-то степени добились -- из-за дождей строители не могли сейчас ничего делать, а те дни "бабьего лета" уже были упущены.

Вот сейчас он и сидел за столом с очередной чашкой кофе над чертежами. Голова раскалывалась, а глаза пекло от усталости и напряжения. Прижав их пальцами, Влад поднял голову, разминая затекшую шею, и осмотрел пустую кухню, подумав, что неплохо было бы чего-то поесть. И, уже поднявшись, вдруг вспомнил, что Леся за весь день ничего не ела, кроме чая с лимоном и бутерброда, отказывалась от всего, что он мог придумать. А, насколько он помнил, она сама ругала его за подобное нежелание есть, когда Владу было плохо. И что делать?

Присев на край стола, Влад задумался. Леся варила ему суп. Его собственных кулинарных способностей хватало только на то, чтобы намазать хлеб маслом. Юра, насколько Влад знал, тоже поварскими талантами не блистал. А в такое время повара из агентства, в которое он всегда обращался, уже не приедут.

На столе снова зазвонил один из телефонов. Ругнувшись про себя, Влад схватил аппарат, продолжая искать выход.

- Да? - Раздраженно бросил он в трубку, открыв дверь холодильника и начал осматривать полки.

На том конце связи какое-то время молчали.

- Мне нужна Леся. - Строго произнес недовольный и надменный женский голос.

Влад удивленно застыл, отстранил аппарат от уха и посмотрел на трубку, поняв, что схватил телефон Леси. Он забрал тот из спальни, чтобы ее не беспокоили звонками. На дисплее светилась "Мама".

М-да.

- Здравствуйте, Тамара Николаевна. - Гораздо вежливей поздоровался он. - Леся сейчас отдыхает. - Он не был уверен, что стоит сообщать ее матери о том, что она заболела.

- Совсем замучил девочку, да? - С упреком проговорила Тамара Николаевна. - Совести у тебя нет никакой. Так поступить с ней, а теперь -- пользуешься ее добрым сердцем. - Судя по голосу, ей здорово хотелось ему всыпать.

Влад промолчал. А что ему говорить? Не ругаться же с Тамарой Николаевной? Раньше у них были довольно хорошие отношения с матерью Леси. Но после всего -- не удивительно, что та на него сердится и злится.

- Тамара Николаевна, я обязательно передам Лесе, что вы звонили. - Влад попытался быстро завершить неприятный разговор.

- Передаст он! - Возмутилась она. - Ты бы, лучше, отстал от нее, дал ей, наконец, покой, а не дергал и не мучил! Сиделку, что ли, нанять себе не мог?! Зачем Лесю мучаешь? Знаешь, что она слишком хороший человек, чтобы тебе не помочь...

Влад хотел бы сказать, что он не звонил Лесе и не просил приезжать, хоть теперь и не жалеет, что она именно так поступила. Но не мог вставить и слова в монолог Тамары Николаевны. А перебивать ее было немного неудобно и стыдно -- мать Леси, как ни как. Да и все, что она говорила, являлось правдой.

Вот, только, как объяснить матери обиженной им женщины, что Влад понял свою ошибку и хочет ту исправить? Что хочет вернуть ее дочь?

Тамара Николаевна же, похоже, ничуть не смущалась его молчанием. И в полной мере решила использовать представившуюся возможность, ругая Влада, как какого-то малолетнего хулигана. За следующие пять минут он узнал о себе столько нового и нелестного, причем в настолько культурных выражениях, что Владу стало серьезно любопытно. Единственное, голова болела все сильней, и даже из вежливости, он уже не мог терпеть.

- Тамара Николаевна, - прервал Влад ту на полуслове. - Послушайте. Да, я понял, что гад, сволочь и негодяй. Я уяснил, и понимаю, что вы сердитесь. Но, может, вы потом продолжите, а? - Почти жалобно поинтересовался он у собеседницы и прижался лбом к прохладной дверце холодильника. - Лучше, знаете что, скажите мне -- вы не знаете, как бульон варить? - Слабо надеясь на положительный ответ и хоть какую-то помощь, поинтересовался он. Не своей же матери звонить?

Длинный монолог прервался молчанием. Но, судя по тому, что было слышно дыхание, Тамара Николаевна не бросила трубку от его наглости.

- Бульон? - Наконец переспросила она, с явным удивлением. - Какой бульон? Зачем тебе? - В голосе женщины послышалось подозрение.

Поняв, что ситуацию все равно не удастся утаить, Влад смирился.

- Леся заболела, и отказывается есть, говорит - аппетита нет. А в холодильнике ничего такого, легкого нет. Она мне суп варила, вот я и подумал, может и она такое будет. А то за целый день только один кусок хлеба с маслом съела.

- Ах, ты ж, Боже мой! - Переполошилась Тамара Николаевна. - Я так и знала! Знала, что не будет ей от тебя никакого добра. Заразил, все-таки, нелюдь! Совсем бессовестный! Теперь еще и голодом моришь.

- Да, не морю я! - Не выдержал Влад, сорвавшись на крик. Его захлестнуло раздражение. - Она не хочет есть, ей плохо! Я потому и спрашиваю вас! Не знаете, и не надо, к черту! Сам что-то придумаю!

Тамара Николаевна умолкла.

- А ты не кричи, Влад. - Вдруг, совсем другим голосом, произнесла она. - Хоть к возрасту, имей уважение. На свою мать, небось, не орешь.

Ему стало стыдно за свою вспышку. Да и ясно, что не могла мать Леси не волноваться за нее. У них, вообще, на взгляд Влада, были какие-то, странноватые отношения. Они постоянно созванивались, ездили в гости друг к другу. Тамара Николаевна была в курсе всех событий в жизни Леси и знала поименно всех ее сослуживцев. Его собственная мать даже и не подумала бы интересоваться подобным.

- Извините. Я не собирался. - Повинился он. - Просто... Ладно. Я разберусь, Тамара Николаевна. До свидания. Леся вам позвонит.

- Э, нет. Теперь уж, стой. - Тамара Николаевна не дала ему прервать разговор. - Вижу я, как ты с делами разбираешься. Так Леся или голодной останется, или накормите ее какой-то белибердой. У вас мясо есть? - Деловито поинтересовалась она.

- Мясо? - Влад растерялся. Вряд ли, чтоб мать Леси интересовалась ветчиной, на которую он сейчас смотрел. - Какое? - На всякий случай решил уточнить Влад.

- Лучше куриное, оно больным легче всего идет. - Тут же, со знанием дела, пояснила Тамара Николаевна.

Влад пошарил по полкам, но ничего похожего не обнаружил.

- Эм, Тамара Николаевна, а вы не знаете, где оно может быть? - Неуверенно поинтересовался Влад.

Женщина вздохнула.

- Эх, ты, руководитель, - он мог бы поспорить, что она сейчас покачала головой. - В морозилке глянь.

Влад послушно открыл другую дверцу, но не нашел там ничего, кроме кубиков льда и нескольких пачек пельменей.

- Нет, нету. - Признал он очевидное. - Наверное, Леся все использовала.

- Ни на что не способные, - снова вздохнула Тамара Николаевна. - Хоть бы продукты покупал. Значит так, ты мне адрес скажи, я сейчас куплю курицу и такси вызову. А то, ты, я так думаю, и бульон не сваришь, только и можешь, что строить или рушить что-то.

Он такого не ждал. И как-то Влада не прельщала перспектива увидеть мать Леси в своем доме. Не покидало ощущение, что здесь она с новым воодушевлением начнет его вычитывать за все. Но Лесю надо было накормить. А он, и правда, мог и бульон испортить, наверное.

- Не надо такси, - смирившись, вздохнул Влад. Леся его не похвалит, если узнает, что ее мать вечером на такси добиралась. - Я сейчас водителя за вами пошлю.

- Юрочку? - Тут же уточнила Тамара Николаевна. - Хорошо, он мальчик толковый, умный... Не в пример некоторым. - Добавила она после секундной паузы.

И положила трубку.

Влад вздохнул. Что-то ему подсказывало, что последнее замечание - "камень" в его огород. Предстоящий вечер виделся довольно нерадостно. Но... но. Ради Леси -- он потерпит.

Вытянув из холодильника обнаруженную ветчину, Влад сделал себе очередной бутерброд и с отвращением посмотрел на чертежи и проекты. Может, если очень сильно повезет, то и ему удастся сегодня нормально поесть? Например, если небо упадет. Или, если Леся за него попросит...

В тишине дома послышался кашель. Быстро отложив недоеденный "ужин", Влад рванул к лестнице, собираясь дать ей лекарство. Да и сообщить Лесе о приезде мамы, пожалуй, стоило.

Глава 13

Проснулась Леся от настырного звона будильника. Рядом раздраженно что-то пробурчал Влад, нелицеприятно отзываясь об этом техническом приспособлении. Потом раздался щелчок, с которым он, очевидно, отключил часы. Леся с облегчением вздохнула и глубже зарылась в подушку, будто пыталась спрятаться от головной боли, мучающей ее всю ночь. Теплые руки Влада крепко обняли ее, на короткое мгновение он прижался к ней всем телом, провел лицом по затылку, потерся щекой о плечо. Но уже через несколько секунд отстранился и сел на своей стороне кровати. Леся услышала, как он выдвинул ящик тумбочки.

Ясно. Будет курить. Видно, уже считает себя совсем выздоровевшим. Или же ее мама вчера довела его до "белого каления".

Леся не спускалась вечером, да и маму не пустила дальше порога спальни, справедливо опасаясь, что и та может заразиться. Но даже сквозь стены и перегородки Леся слышала ворчание матери. Да и, потом, для нее не было тайной, что именно ее мать думает сейчас о Владе. Для него, похоже, эти мысли, уже, так же, тайной не являлись. Но Влад ей ни слова не сказал, ни когда кормил приготовленным мамой супом, ни когда поил лекарствами, ни когда обнимал ночью, стараясь хоть как-то облегчить приступы кашля и согреть ее.

Леся могла бы попросить его не идти на веранду, ей казалось, что Владу еще не стоило курить. Могла бы попытаться извиниться за упреки матери, пусть и справедливые. Но что-то в напряженной линии его плеч, в том, как он держался и как ерошил свои волосы - не дало ей раскрыть рта.

Сквозь полуприкрытые веки она проводила его взглядом и глубже зарылась в одеяло. Слабость не отпускала, и хоть температуры сейчас она не чувствовала, тело не желало подчиняться.

Влад вернулся минут через пять и в синих глазах, встретившихся с ней взглядом, Леся заметила напряженную отстраненность. Словно проглядывала стена, которой Влад отгородился, зная, что она вполне может высказаться по поводу его поступка.

Но вместо того, чтобы упрекать его курением Леся слабо улыбнулась.

- Тебе вчера сильно досталось? - тихо спросила она, стараясь преодолеть сонливость и слабость.

Он усмехнулся.

- Переживу. Зато ты поела нормально. Хотя, - Влад передернул плечами. - Не будь это твоя мать...

Он хмыкнул и пошел к шкафу.

Леся могла себе представить, что ожидало бы того, кто вздумал бы поучать Влада или читать морали этому мужчине.

- Влад, - позвала она его, заметив, что он все еще напряжен.

- Что? - Немного резковато отозвался он от шкафа, не обернувшись.

- Я в душ хочу. - Сообщила Леся, подозревая, что он ждал от нее, скорее, попытки встать на сторону матери, чем такого сообщения.

Влад обернулся, с некоторым удивлением посмотрел на нее пару секунд, а потом ухмыльнулся.

- Я не тот, кто будет тебе это запрещать. - С некоторым самодовольством сообщил он, очевидно, помня, как Леся не разрешала подобного самому Владу.

Ей оставалось только признать, что теперь она понимает его давешнее желание вымыться. Леся скорчила гримасу и с трудом приподнялась в постели. Голова закружилась так, словно ее раскручивали на карусели.

- Ох, - кажется, в ее голосе явственно прозвучали жалобные нотки. Ну и пусть.

Леся никогда не принадлежала к тем женщинам, которые поднимаются утром на полчаса раньше своих мужчин, только за тем, чтобы те, не дай Бог, не увидели их без идеального макияжа. Она не считала, что в отношениях могут быть какие-то стеснения или неудобства, если уж люди решились быть вместе. И не боялась признавать свою слабость.

- Что такое? - С довольно озабоченным выражением лица он быстро подошел к ней и присел у кровати, будто не замечая, что сам еще покашливает.

- Я одна не справлюсь с душем. - Откровенно призналась Леся. - У меня комната перед глазами ходуном ходит. - Она растерянно улыбнулась, стараясь сосредоточиться на его лице.

Озабоченность сменилась добродушной усмешкой.

- Да уж, я знаю, о чем ты говоришь. - Влад обхватил ее за плечи и помог Лесе подняться. - Пошли, все равно, мне и самому в душ надо, будем управляться вместе. - Все еще улыбаясь, решил он, ведя ее в сторону ванной комнаты.

Но, даже с его помощью, это оказалось не так просто. Лесю хватило только на то, чтобы облокотиться о стену в душе. Теплые струи воды, включенной Владом, щедро лились на голову, стекали по плечам и груди, а она не могла себя даже заставить взять мыло.

Влад наблюдал за этим секунд сорок, после чего решительно стянул с себя всю одежду и зашел в кабинку.

- Понятия не имею, как ты справился сам. - Глухо пробормотала Леся, покорно уткнувшись ему в грудь лбом, пока Влад мылил ее волосы.

Ей сложно было представить, насколько упорным или упрямым надо было быть, чтобы заставлять двигаться утомленные, обессиленные мышцы. И для чего? Неужели настолько важным было доказать ей, что он сумеет? Леся не видела нужды в подобном подвиге. Для себя, во всяком случае. А, может, просто, ее простуда измучила сильнее.

И, к тому же, было так приятно принимать аккуратные, но уверенные и сильные прикосновения его рук, позволять Владу ухаживать за нею. Даже несмотря на немного хмурое выражение на лице этого мужчины и напряженную линию его поджатых губ.

В ответ на ее замечание Влад только тихо хмыкнул и осторожно отклонил голову Леси, подставив мыльную шапку пены на ее волосах под воду.

Что ж, не хочет отвечать, пожалуйста. Гадать, как обычно, о причинах поведения и мыслях Влада она сейчас не собиралась.

Несколько следующих минут прошли в молчании, нарушаемом только работающим душем. А потом Влад вдруг обхватил ее лицо рукой, повернул так, чтобы посмотреть прямо в глаза, и спокойно, даже задумчиво проговорил:

- Знаешь, мы ведь, вполне, в состоянии открыть для тебя собственный журнал или, даже, канал. Я не особо в этом подкован, но ты-то всю жизнь в журналистике, разберешься. Да и помощников найти не сложно. Незачем будет волноваться о старом месте. И откроются куда большие горизонты работы.

Первые пару секунд Леся просто не могла подобрать слов. А когда те завертелись на кончике ее языка, предпочла собрать крохи сил, чтобы оттолкнуться от него, открыть дверь кабинки душа и выйти. И пусть весь путь, сначала до полотенцесушителя, а после - до кровати, ей пришлось держаться за стену, Леся не остановилась.

Влад не окликнул ее и не пошел следом. Видимо решил, что Лесе стоит подумать над его предложением. Только думать-то было не о чем.

Кто-то с восторгом воспринял бы подобный шанс, а вот она не могла. У Леси не было средств, чтобы осуществить нечто подобное. И говоря "мы" - Влад имел в виду себя. Он ничем не гнушался, похоже, готов был даже купить ее согласие остаться, предложив такой вариант. Щедро, что и говорить. Вот только его деньги никогда не интересовали Лесю, не ради тех она, что раньше, что теперь была с ним. И не могла поверить, что он думал иначе. Однако, похоже, именно об этом и свидетельствовали его слова. Или же она что-то не так понимала?

Сев на край кровати, Леся обессиленно уронила голову на колени. Капли падали с волос на щиколотки, неприятно холодя кожу, но она уже растратила остаток своих сил и просто не могла нормально вытереться.

Все, чего Леся хотела от Влада - его любви. Даже сейчас, после всего, что он сделал, после всей боли и всех обид, твердо намереваясь уйти, в конце концов, она знала, что его любовь могла бы ее сломить. Так же, как его нежность и ласка, ничтожная надежда на одну вероятность этого чувства с его стороны - околдовали ее несколько дней назад, не позволив избежать такой желанной, и настолько неразумной близости.

Неужели она до сих пор на что-то надеется? Получалось, что да. Только он, раз за разом, предлагал ей совсем не то. А может, это с Лесей не все нормально? Что ей еще надо, спрашивается? Человек, которого она так любит, хочет видеть ее рядом, готов потратить огромные деньги, хоть и нет гарантии, что Леся сумеет те реализовать по делу. Быть журналистом и организовывать подобное предприятие, что журнал, что телеканал - разные вещи, все же. А Лесе все чего-то большего хочется...

Она не подняла голову, услышав шаги вернувшегося Влада, только повернула голову, наблюдая за тем, как тот достает из стенного шкафа сорочку и костюм.

- Ты уже решил выходить на работу? - Как-то отстраненно поинтересовалась Леся, наблюдая за его скупыми, давно отработанными до автоматизма, действиями.

- Да, и так слишком долго там не появлялся. А проблем, особенно со всеми этими непонятными происшествиями на объектах, все больше. И комитет... - Его глаза внимательно изучали Лесю сквозь отражение зеркала, пока Влад завязывал галстук.

- Конечно. - Тихо согласилась Леся, отчего-то ощущая в душе огромную пустоту, такую, что вот-вот грозила поглотить всю ее.

Стараясь не поддаваться всяким глупостям, она подтянула ноги под себя, а после, и вовсе, натянула одеяло, укрывшись с головой. Пусть едет, она и без него умеет со всем справляться, и со своей жизнью, и с мерзкой болезнью. И никто здесь не ждал, что Влад останется и будет с ней нянчиться. На такие абсурдные нелепости с позиции здравого смысла только Леся и способна.

Сильно зажмурившись, она зарылась лицом между подушками, игнорируя медленно зарождающуюся головную боль. Та, все равно, оказалась меньше душевной боли.

- Леся? - Судя по звукам, Влад приблизился к кровати. - Тебе плохо? Стало хуже?

- Ничего, не важно. - Она не собиралась выбираться из своего убежища. - Наверное, опять температура поднялась. - Ее, действительно, начало "морозить".

- Я сейчас разведу лекарство.

Это ей только кажется, что в его голосе появилось озабоченность. С чего бы Владу волноваться. От ее же здоровья не зависит производительность его рабочих.

- Не надо. Я маму попрошу. Иди, а то уже опаздываешь, наверное. - Леся очень надеялась, что в ее ответе не слышится вся обида и жалость к самой себе, которая вдруг нахлынула на нее.

- Леся...

Она не услышала, что он ответил, зашлась в приступе опостылевшего кашля. И все равно не выбралась из-под одеяла. Не переспрашивала.

Что-то загремело, Влад выругался и прошелся по комнате. Наверное, уже собирался выходить.

- Будешь внизу - попросишь маму подняться. - Тихо пробормотала Леся, выставив кончик носа из своего "убежища".

Влад, держа губами сигарету, одарил ее мрачным взглядом, сминая в руке пустую пачку и, промолчав, резко схватил с тумбочки телефон. Подойдя к балконной двери, он с силой дернул ту на себя, щелкнув зажигалкой, но дальше порога не пошел.

Леся прикусила язык, решив, что и сейчас не скажет ни слова о необходимости восстановления его легких и бронхов. Пусть что хочет, то со своим здоровьем и делает, хоть по десять штук сразу курит. Каждые пять минут. Ей без разницы.

- Виталий? - хмуро спросил Влад, прижав мобильный к уху плечом и глубоко затянулся. - Когда все приедут на работу, соберешь начальников объектов, пусть возьмут планы и чертежи. Потом позвонишь, я пришлю Юрия, он покажет им, как добраться. Я не могу приехать, у меня жена больна. Совещание я проведу здесь, у себя.

Что-то выслушав в ответ, Влад отключил связь, продолжая курить. А Леся оторопело смотрела в спину этому мужчине. И даже не могла сказать, что ее больше огорошило: его очередная попытка публично присвоить ей статус, который Леся не соглашалась принимать, или же то, что Влад оставался.

Докурив и жестко вдавив окурок в пепельницу стоящую на подоконнике, Влад развернулся и молча посмотрел на нее. Но ничего не объяснял. Леся, пока, так же, не готова была что-то спрашивать. Только наблюдала за тем, как Влад закрыл двери балкона, скинул пиджак, бросив тот прямо на пол и, отправив туда же галстук, подошел к кровати. Сев поверх покрывала, он наклонился к ней, оттянул угол одеяла, все еще укрывающее Лесю с головой.

Она промолчала и тогда, когда его губы, пахнущие дымом и табаком, коснулись ее лба. А вот от того, чтобы подобраться ближе и устроить голову на коленях Влада - не удержалась. Ей, на самом деле, было очень плохо, и Леся не могла отказываться от такого щедрого и совершенно нежданного подарка судьбы, пользуясь каждым мгновением, когда Влад был рядом. Каждое его прикосновение дарило облегчение. Не столько физического состояния, сколько душевного. Мама - это замечательно, но в какой-то момент взрослой жизни поддержка и сочувствие любимого человека начинает значить для нас куда больше. Даже если мы злимся на него.

- Я сейчас принесу тебе чай. - Голос Влада не был образчиком душевности и теплоты.

Тон звучал привычно отрывисто и резко. Однако, вопреки этому, касания его губ и пальцев были осторожными и даже нежными.

Обняв ее за плечи, он на какой-то миг сильнее прижался к ее лицу своим, после чего поднялся и быстро вышел из комнаты.

Влад всегда гордился тем, что может сосредоточиться на главном практически в любой ситуации. Именно его умение вычленять из вороха второстепенных деталей и задач - одну, самую главную и существенную, помогло ему добиться всего и стать тем, кем он теперь был. "Видеть цель, не замечать препятствий" - это был его девиз. Подобного умения он требовал и от своих подчиненных.

Но сейчас он не смог бы упрекнуть тех в некоторой рассеянности. Даже сам Владислав с трудом заставлял себя сосредоточиться на предмете обсуждения. Что же говорить о людях, которые, явно ощущали отвлеченность начальника?

За столом сейчас сидело десять человек и все честно пытались разобраться, что же происходит с идеальными, вроде бы, на бумаге, планами. В чертежах не было расхождений, все учитывалось. Вот только, почему тогда на деле возникло столько проблем? Вывод был очевидным - кто-то портачил на местах. А вот случайно или преднамеренно - предстояло разбираться. Правда, сомнительным казалось, что кто-то из прорабов с ходу признает свои ошибки. Но Влад умел прижимать людей. Тем более своих сотрудников.

Однако и вероятность преднамеренного саботажа не могла в полной мере привлечь его внимание этим утром.

Влад умел отрешаться от всего ради главного. Особенно, когда это касалось его работы. Сейчас же он никак не мог определиться с приоритетами и расставить две цели по местам. Он не мог решить, что главнее? И вот это было для него совсем необычно.

Казалось бы, о чем тут можно думать, когда на стройплощадках столько проблем? Когда не хватает времени и человеческих ресурсов, чтобы уладить возникающие одна за другой накладки? А порт с этой дурацкой реконструкцией? О нем и упоминать не стоило. Самим собой разумеющимся казалось, что он должен полностью погрузиться в дела и все это уладить. И лучше бы заниматься этим было в деловой атмосфере собственного офиса. Но, игнорируя все это, Влад все-таки остался дома.

И все из-за Леси.

Глядя на то, как она прячется под одеяло, он просто не смог уехать. И не только потому, что прекрасно слышал в ее голосе обиду. Слишком много причин повлияло на это решение, а он все еще не сумел разобраться с каждой из них. Да и не время сейчас было анализировать. Но все-таки, делая вид, что слушает отчет одного из архитекторов, честно пытаясь заставить себя вникнуть в доводы помощника, Влад думал как раз о том, что сегодня утром ощутил нечто, напоминающее укоры совести. Не только их конечно, но как можно было уехать, если Леся ради того, чтобы ухаживать за ним во время болезни не побоялась и вовсе лишиться работы?

Нельзя сказать, что решение остаться он принял просто и легко. Совершенно нет. Да, Влад уже признал себе, что эта женщина для него очень много значит. Настолько, что решился поменять прежнее решение в корне порвать с ней. Однако убедить ее вернуться оказалось не так-то и легко. Впрочем, не то, чтобы он ожидал от Леси чего-то иного. И, казалось бы, вот он - шанс доказать, что Влад действительно серьезно настроен добиться ее прощения, что он изменил взгляд на их отношения. Шикарная возможность, если подумать.

Но понимание этого не значило, будто бы он не чувствовал злость и раздражение. Словно его принуждали выбирать. Заставляли делать нечто, не совсем ему свойственное. А Влад не привык ни к такому ощущению, ни к тому, что должен подстраиваться под кого-то. Слишком давно люди подстраивались к нему самому. Даже Леся. Во всяком случае, до того, как он выставил ее из своей жизни.

И теперь приходилось идти на подобные уступки и компромиссы со своим понимание того, что более важно с позиции здравого смысла. Пришлось унимать свое раздражение. А это оказалось не так просто, хоть обычно, в любых деловых переговорах или бизнесе Влад не видел проблемы в чем-то подобном.

В общем и целом, сейчас его настроение не было рабочим или даже позитивным, что, наверняка, ощущали подчиненные. Оттого и бросали на него затравленные напряженные взгляды и терялись, неуверенно мямля ответы на элементарные вопросы. Что, в свою очередь, только усиливало раздражение Владислава.

- Перерыв. - Наконец, не выдержав, резко бросил он, когда над столом, в который раз повисло напряженное молчание после его вопроса. - Можете выйти на перекур.

Ножки стула слишком громко проскрипели по полу, когда он с силой отодвинул тот, больше не в состоянии сдерживаться. Подчиненные же, казалось, не испытали большого облегчения от этого позволения. Никто не посмел встать следом за ним.

Выругавшись в уме, Влад стремительно вышел из комнаты, надеясь, что сумеет справиться с собой и собственным недовольством. Вероятно, стоило и самому выйти, покурить, развеяться.

Но стоило ему подойти к раздвижным стеклянным дверям, как до ушей донесся тихий звук кашля. И тут же раздались быстрые шаги в коридоре. Чертыхнувшись уже вслух, Влад быстро пошел в том направлении.

- Я поднимусь к ней, - бросил он на ходу Тамаре Николаевне, которая спешила к лестнице.

- У тебя же совещание. - Со скепсисом заметила та, но остановилась в дверях гостиной.

Влад только передернул плечами, стараясь удержаться от резкого ответа напоминая себе, что это - мать Леси, и та ему не простит грубости в ее сторону.

Тамара Николаевна еще несколько секунд задумчиво смотрела ему в спину, словно раздумывала, стоит ли пускать Влада к дочери. Но ничего больше не сказала. Ушла куда-то, в сторону кухни.

Глубоко вздохнув, он на миг остановился на верхней ступеньке лестницы стараясь взять себя в руки. Это все было не так-то просто. Да и простуда, от которой Влад еще не совсем отошел, сказывалась, накатывая раздражающей усталостью.

Из-за двери спальни вновь раздался кашель. Еще раз глубоко вдохнув и, ощущая острую потребность в никотине, Влад пошел туда.

Леся с удивлением смотрела на Влада, даже кашель как-то прошел. Зайдя в комнату минуту назад, он еще ни слова не сказал и никак не объяснил своего нежданного появления. Сразу подошел к подоконнику, заставленному лекарствами.

- Совещание уже закончилось? - Осторожно поинтересовалась она, наблюдая, как он наливает для нее сироп от кашля в мерный стаканчик.

- Нет. - В его ответе сложно было разобрать само слово.

Влад скорее прорычал, чем членораздельно произнес то. Впрочем, она и так видела, что он на взводе. Правда, пока не поняла, что или кто настолько его довел.

- Какие-то проблемы? - Выпив лекарство, рискнула спросить она.

- Нет. - Ответил он тем же тоном.

Забрав у нее пустой стаканчик, Влад отошел от кровати и замер у дверей веранды. Она видела, с какой силой он сжимал пальцы, хрустя суставами.

Разговор, определенно, не получался. Леся откинулась на подушку, ощущая слабость и головокружение.

- Разобрались с тем, что творится на объектах? - Еще раз попробовала она, надеясь понять, что именно происходит.

- Нет.

Влад даже не повернулся в ее сторону.

- Знаешь, ты не обязан со мной нянчиться. - Леся легла на бок, отвернувшись к стене. - Мне и мама может дать лекарства, я совсем не хочу отягощать и отвлекать тебя, Влад. Думаю, даже смогу уже завтра уехать домой. Маме дали несколько отгулов, она побудет со мной. Да и ты спокойно вернешься к своей работе, не отвлекаясь.

Она подтянула одеяло повыше, укрывая плечи. Со стороны веранды потянуло холодом, видно Влад собирался выйти. Но едва Леся закончила говорить, он с грохотом захлопнул двери и грубо выругался.

- Никуда ты не поедешь! - Наверное, его и на первом этаже было слышно.

Леся зажмурилась и непроизвольно отпрянула. Этот крик только усилил головную боль, которая никуда не делась, лишь затихала время от времени.

- Не ори. - Хрипло прошептала она.

- Ты останешься здесь! - Уже шепотом, но от того не менее властно заявил Влад и сел на кровать с ее стороны. - И сегодня, и завтра, и дальше. - Его рука обхватила ее щеку, заставляя Лесю смотреть на него.

- Я предупреждала, что останусь, пока ты не поправишься. - Глухо возразила Леся, не собираясь поддаваться. - Ты уже здоров, - констатировала она очевидное.

- Ты - больная! - Влад снова повысил голос, и тут же оборвал сам себя, перейдя на шепот.

- Ничего, судя по тебе, это поправимо, и я выздоровею. - Леся опять прикрыла глаза, пытаясь отгородиться от яркого света и его слишком пристального взгляда.

- Ты будешь здесь. Все. Точка. И говорить больше не о чем.

Влад резко поднялся, так, что даже ортопедический матрас дернулся. Как-то судорожно прошелся туда-сюда по паре шагов. Замер и напряженно посмотрел на Лесю сверху вниз.

- Я не возвращалась к тебе, Влад, - тихо напомнила Леся. - Просто не могла оставить тебя одного больного...

- И сейчас не оставишь. - С напором проговорил он, вновь усевшись рядом. - Я не отпущу тебя, Леся. Ты вернулась, чтобы там не говорила. - Почти со злостью, но тихо, помня о ее просьбе, отрезал он.

Она против воли усмехнулась.

- Влад, не привяжешь же ты меня. - Леся замолчала, стараясь откашляться. - Мы взрослые люди... - Дышать между приступами кашля было не так и просто, а уж говорить, тем более.

- Привяжу, если надо будет. - Все тем же тоном прорычал Влад, подхватив ее под плечи.

Притянув Лесю ближе, он облокотил ее на себя, чтобы дышать стало легче, и аккуратно обнял. Это, и правда, помогло ей вдохнуть.

- Привяжу. - Снова повторил он, зарывшись лицом в ее волосы. - Не отпущу тебя. Ты мне и здоровому нужна.

- Зачем? - С трудом выдохнула она, еле перевод дыхание. - Я же тебе мешала. И сейчас мешаю. Вон, ты - бесишься. Я тебе нормально работать не даю, как ты привык. Сложности добавляю.

Потратив на это предложение остаток сил, Леся прижалась щекой к его плечу. Влад еще крепче обхватил ее, обнимая. И она соврала бы, если бы сказала, что это излишне. Леся нуждалась в поддержке и помощи. Возможно, только возможно, но с громким заявлением, что уже в состоянии уйти - она поторопилась.

- Ты не при чем. - Влад легонько покачивался, словно пытался укачать, успокоить ее.

Леся хмыкнула.

- Я тебя не первый день знаю, Влад. Ты же злиться начал еще тогда, когда остался дома. Решил, что должен так поступить, но все равно - злишься.

Он глубоко вздохнул и скривился.

- Ладно, просто все скопом навалилось. Я не привык еще. Но справлюсь. Ты же меня не бросила, несмотря ни на что.

- Влад, мне от тебя никаких жертв не надо. Без толку это все. И доказывать нечего. Мы оба знаем, как все будет.

Леся с трудом боролась со сном. Разговор давался ей нелегко. Да и смысла она в том не видела. Они уже пробовали, и она помнила, чем все закончилось. И искренне сомневалась, что при повторной попытке что-то пойдет иначе.

Хотя - искус появился. Эти несколько дней нелегко ей дались, еще крепче и надежней повязав Лесю чувствами. Напоминая обо всем хорошем, что было в их отношениях, и ничуть не облегчая ее попытку избавиться от своей любви к нему.

- Ты от меня не уйдешь. Не отпущу больше. - Он говорил тихо, наверное, видя, что Леся засыпает.

Но, даже погружаясь в сон, она ощущала, как он поглаживал ее спину и касался губами волос, разметавшихся по его плечу.

- Влад, - и сквозь сон Леся попыталась воззвать к его разуму.

- И не о чем спорить. - Прервал он ее слабую попытку. - А сейчас спи. Тебе надо больше отдыхать.

   Скептичное замечание о том, что он не врач - так и осталось невысказанным. Как и напоминание о том, что сам Влад начал бегать до того, как окончательно поправился. Простуда изматывала, и сон казался в данную минуту желанным выходом. Тем более что у нее не было больше сил продолжать с ним этот спор сейчас. Леся покорилась потребности своего организма и его мягким касаниям. Но для себя отметила, что все доступно объяснит Владу, как только проснется. Ну, или завтра, в крайнем случае.