Заводь. Люфтменч

Цея Мирра ужасно, ужасно боялась, что оправдается худшее её опасение, боялась оказаться в числе виноватых. Она тешила себя мыслью, что в том флакончике, который она нашла, был вовсе не какой-то страшный смертельный яд, но всё-таки больше её настораживала реакция Ангела. Если бы Ангел не был причастен, то вряд ли так себя вёл. Кроме него, безусловно, были и ещё лица, задействованные в этом страшном спектакле, и кто-то из них находился в доме. Это могла быть и тётушка Море, но и дворецкий Реаль, и нелюдимая горничная Мышка, и даже пропавшая намедни Бланфлоер, которую почему-то никто не ищет. Только чтобы подозревать кого-то, надо узнать, что же именно было в той злосчастной склянке на подоконнике. А Цея Мирра - даром, что медсестра, да в химии всё равно не сильна.

Вдруг тётушка Море как-то сказала Мышке:

- Надо бы Ариадне показать здешние места. Может, свозить её в Асклепиев замок?

Мышка пожала плечами, выражая покорность и одновременно безразличие.

- Только бы кто ей там всё показал? - продолжила Море.

- Тётя Море, - позвала робко Цея Мирра, - можно, я покажу ей Асклепиев замок?

Море взглянула на неё - усталую, поблекшую, заплаканную. Всем было тяжело - и Цее Мирре, которая была слишком юна, но очень милосердна. Каждому человеку, за которым она ухаживала, она отдавала своё сердце, и с каждым умиравшим уходила часть её души.

- Какая же ты усталая, - вздохнула тётушка Море, проводя рукой по её волосам. - Да, съезди, отдохни. К тому же, ты там всё знаешь. Вот и доктору-коменданту передашь письмо от Флёра.

- Доктора Флёра? - удивилась Цея Мирра.

- Он к вам хочет перебраться, на Хутор, вместе с женой, - пояснила Море. - У вас же там школу строят - вот Небо и позвали учительницей. Без Флёра, сказала, никуда не поедет.

- Но там уже есть доктор, - возразила Цея Мирра. - С другой стороны, людей всё равно очень много, мы едва справляемся... Да, пусть Флёр поедет. А кто тут тогда будет?

- Вот доктор Бром и решит. Сейчас иди собирайся. Зайди в дом к Флёру и Небо и забери письмо. Только смотри, не потеряй, - распорядилась Море и позвала Реаля, чтобы он помог Цее Мирре собрать вещи, а потом отвёл за письмом.

Небо на удивление скоро уговорила своего мужа на переезд, но Флёр очень беспокоился о том, какому доктору достанется Сад после его отъезда. Написав письмо в Асклепиев замок, он тут же принялся перебирать бумаги, в которых записывал, кто, когда и по каким причинам обращался, попросил жену помочь ему привести записи в порядок. Когда же на пороге появилась Цея Мирра, Флёр, конечно же, для начала поинтересовался о самочувствии тётушки Анемоны. В ответ он услышал, что всё очень плохо, покачал головой, а потом принялся расспрашивать о положении дел на Хуторе Мастеров и о тамошнем докторе.

- И скоро вы в Асклепиев замок едете? - поинтересовался Флёр, отдавая ей письмо.

- Через несколько дней, доктор.

Флёр улыбнулся.

- Передавайте привет моим товарищам.

И через несколько дней Мышка проводила свою дочь и Цею Мирру в Асклепиев замок. Было так решено, что Ариадны не должны касаться известия о болезни Анемоны, а сама она не должна доставлять лишних хлопот матери, занятой уходом за больной.

В дороге спутница Цеи Мирры как-то проронила:

- Все здесь называют меня Ариадной, но я всё-таки привыкла быть Надей.

- Хорошо, - согласилась Цея Мирра, - тогда я буду вас так называть.

- А расскажите о людском мире, - спустя некоторое время попросила она. - Мне всегда было интересно, почему туда так стремятся?

- Ну, - передёрнула Надя плечами, - наверное, тот мир просто больше... Я не знаю. Меня же отправляли туда спутницей Белбога, но я за ним не углядела. А там, в том мире, очень много всего разного и чудесного, потому что много разных людей. Правда, ещё там очень много несчастий. И, если честно, то я бы хотела ещё раз вернуться туда и попробовать сделать тот мир хоть капельку лучше.

Цея Мирра понимающе кивнула: она тоже хотела сделать свой мир лучше. Она хотела, чтобы все были счастливы, - потому и пошла в школу медсестёр. Потом её, конечно, назовут Милосердной.

А пока они вместе с Наденькой приехали в Асклепиев замок. Перво-наперво Цея Мирра поспешила к доктору-коменданту вручить ему письмо от Флёра. Доктор Бром, прочитав письмо, обратился к робко стоявшей у дверей Цее Мирре:

- Что же это получается, сестра Панацея Мирра? - таким тоном, словно бы отчитывать её. - Это мне нового доктора в Сад искать? А на Хуторе Мастеров есть свой доктор - и вы сами это прекрасно знаете.

Цея Мирра кивнула.

- Только нам всё равно не всегда удаётся справиться, - сказала она. - На Хуторе Мастеров много людей, так что ещё один доктор там бы совсем не помешал.

- Что ж, будь по-вашему, - согласился доктор Бром.

Из его кабинета Цея Мирра и Наденька отправились в библиотеку. Наденька рассматривала странные витражи в коридоре, изображавшие картины апокалипсиса, когда они свернули в сквозной зал, её внимание заняли портреты выдающихся докторов. Цея Мирра рассказывала ей о каждом из них то, что знала со школы медсестёр. Внизу рам были таблички с годами жизни, именами и учёной степенью каждого.

Библиотека расположилась в круглом зале, и уходила несколькими ярусами под купол. Снизу и доверху в огромном пространстве копился запах сотен старинных фолиантов, в котором плавала взвесь золотистых пылинок, и Наденька стояла посреди читального зала, заворожённо глядя вверх. Цея Мирра оставила её, а сама вместе с хранителем библиотеки, как называли её здесь, пропала где-то на галереях, где стены обросли корешками книг.

Потом она, конечно же, рассказала Наденьке, что искала, как рассказала и о том, как случайно подслушала разговор тётушки Море и доктора Брома, как указала ей на Ангела и как потом нашла флакончик на кухне в доме с мезонином.

- Вот только не понимаю, зачем всё это, - подытожила она.

Она и не замечала хранителя библиотеки, стоявшего чуть поодаль и всё слышавшего. Хранитель библиотеки стоял над столом и делал вид, будто разглядывает разворот какой-то книги, стараясь ничем не выдавать себя. Дослушав же до конца, он специально с шумом захлопнул свою книгу, вздымая вверх с неё столп пыли, и обратился к Цее Мирре:

- Ясно же - зачем! Море - из Дома Гроз, а этот Дом Гроз в каком-то мире надо всем и стоит. Сейчас Бланфлоер Тишины нет - и наследовать место, считай, некому. Хозяйки-хранительницы из всех миров первого порядка друг другу родственницами приходятся - вот и получается, что место куме Море и достанется. Самое главное, никто и против не пойдёт: она - вон - Мастеров читать обучала, школу им строит теперь. Мастеров много - больше, чем господ в Саду, - они её и поддержат, если чего.

- Господи! - ахнула Цея Мирра. - Как складно-то всё образуется, - и пояснила то ли для хранителя библиотеки, то ли для Наденьки:

- Она же, получается, ещё и о сестре позаботилась. Доктор Флёр же к нам просится из-за того, что тётушку Небо учительницей приглашают. И Юс, получается, поэтому к нам пришёл...

Она согнулась пополам, как от удара в живот, зарыдала. Наденька обняла её, прижала к себе, поглядела на отвернувшегося хранителя и решила: она останется здесь до тех пор, пока не поймёт, что к чему, и не наступит справедливость. Цея Мирра в её объятиях беспомощно рыдала, как ребёнок, и чувствовала себя самой виноватой. Наденьке было очень жалко её - но ведь Цея Мирра не могла ничего знать, когда говорила Море из Дома Гроз про Ангела, и, тем более, не могла ничего предвидеть.

Открылись двери библиотеки - и врач в чёрной мантии с зелёной нашивкой молча прошёл в центр зала. Лицо его было мрачно, губы плотно сжаты. Он подошёл к Наде, всё ещё обнимавшей Цею Мирру, остановился, запустил руку под мантию и извлёк из-за пазухи желтоватого оттенка конверт.

- Это сообщение из Сада. Фея Анемона скончалась.

Цея Мирра резко задрала голову. Из-под опущенных век её, задерживаясь на ресницах, медленно ползли слёзы, блестящими дорожками стекали по скулам. Дрогнула нижняя губка - секунда. Пространство библиотеки огласил жалобный вопль страха и отчаяния.