Тайна разбитого. Мой лунный рыцарь

«Иногда правда - как осенний ветер: кажется, просто холодит кожу, а на самом деле режет до костей».

Рамина Эдиева

Вчерашний выходной пролетел очень быстро. Я обошла все магазины и кафешки, даже в салон красоты заглянула, но ни в один меня не взяли. То персонала было предостаточно, то без специальности не брали или просто не хотели меня слушать. Да уж, у нас это делается гораздо быстрее.
Решил работать и бац - через день выходишь на смену.
Улица дышала осенью. Гирлянды оплетали фасады домов: тыквы со страшными рожицами ухмылялись из витрин, а фигуры привидений, сшитые из легкой полупрозрачной ткани, колыхались на ветру, будто пытались вырваться в ночное небо. Впереди гремели оживленные разговоры, смех переливался с гулом ветра. Люди веселились, забыв обо всех проблемах.
Мы с мамой решили прогуляться. В небе уже сгущались фиолетовые сумерки, а фонари зажигались один за другим, рисуя на мокром асфальте дрожащие круги света. Со всем этим переездом, мы так и не успели прогуляться по этому чудесному городу.
Здесь жизнь действительно кипела ключом.
Краем глаза замечаю мамину улыбку и на душе мигом становиться тепло. Она с восторгом рассматривала город. Мы редко ругались, понимали друг друга и всегда держались вместе, чтобы не происходило.
В этом была наша сила, и я благодарна Всевышнему за такую чудесную маму. Слегка приобнимаю ее и двигаюсь вперед, минуя облако из пара.
В нос ударяет аромат свежей выпечки. В небольшой уютной лавке лежали еще горячие синабоны. И я как большой любитель этого деликатеса не смогла удержаться. Вытаскиваю из кармана тысячу рублей.
Последние... Все мои запасы, которые я откладывала с зарплаты в Лирске уже иссякли. По большей части они ушли на еду, ведь это моя большая слабость.
Не знаю у кого как, но путь к моему сердцу точно лежит через желудок!
Морщусь из-за ветра, ударившего в нос. Жутко режет, ух не люблю это чувство. Замедляю шаг и направляюсь к лавке.
- Мам, ты американо будешь?
- Да, - она тянется в карман за деньгами, но тут я вытягиваю свою купюру.
- Я плачу - подмигиваю, представляя себя каким-нибудь миллионером.
- Ха, как скажите, - смеется мама, от моего сделанного делового вида.
- Нам два синабона, американо и очень сладкий латте.
Я не любитель кофе из-за его горечи. Мне и так хватает острых ощущений, поэтому если и пью что-то, то только приторно сладкое. Многие знаю, не в восторге от этого, но что уж тут поделать - в этом вся я.
Мы присели на лавочке под фонарем и принялись уплетать еще горячие вкусняхи.
- И как? Вкусно? - прошептала мама, я сразу ощутила себя участников какого-нибудь квеста по типу «правильного варианта нет», но все же мне удалось сориентироваться.
- С твоими точно не сравниться.
Мама широко улыбнулась, а в уголке ее светло-карих глаз собирались морщинки. Возраст давал о себе знать, но, несмотря на пятый десяток, она выглядела довольно свежо и красиво. Непонятно откуда эта женщина берет силы, но меня она всегда мотивировала.
Порой слышу истории, как люди теряют родителей и на сердце становиться тяжко. Непрошенные мысли лезут в голову. Не хочется думать о том, что когда-то мне придется остаться без мамы. Она весь мой мир: и оба родителя, и бабушка с дедушкой, и близкая подруга. Но, к сожалению когда-то и моя жизнь черниться ее смертью. Порой даже мечтаю умереть раньше, чтобы не застать этот момент.
Однако все же меня утешает осознание, что после смерти мы встретимся по воле Аллаха.
Прямо сейчас обнимите своего близкого человека, несмотря на то в каких бы сложных отношениях вы не были. Просто сделайте это. Возможно, ваши родители злятся не на вас, они могли устать, а ваше тепло растопит лед.
Я на мгновение застыла и, кажется, это был самый подходящий момент, чтобы узнать, то, что давно меня тревожит.
- Мам, у нас ведь нет секретов друг от друга?
- Нет, - она отстраняет синабон и затихает, готовясь к серьезному разговоры.
- Я много раз спрашивала, но ты не рассказываешь. Мы можем поговорить, и больше я никогда тебя не спрошу? - начинаю осторожно, будто боясь спугнуть.
- Конечно.
- Почему папа ушел? Почему оставил тебя беременную мной? - улыбка с ее лица сползает, как по щелчку.
Небольшая пауза. Казалось, мама пыталась подобрать правильные слова. Народа становилось меньше, все уже расходились, а некоторые магазины закрывались. В лавке перед нами выключили свет, а табличку перевернули на надпись «закрыто».
Неужели уже так поздно?
Кажется, сейчас мама сообщит о том, что уже темно и пора домой. И вопрос вновь останется открытым.
- Я ведь рассказывала тебе, что росла в детском доме? - вдруг выдает она, будто не замечая обстановку вокруг, чем знатно меня удивляет.
- Да... - осторожно говорю, ожидая какого-то подвоха, между делом закрывая замок на куртке, ощущая, как холод пробирается внутрь.
- Там мы с твоим отцом и познакомились. Мы очень любили друг друга и решили пожениться. Когда нам исполнилось по восемнадцать, то государство выделило мне небольшой домик в Лирске. А твоему отцу не сразу дали жилье, поэтому первое время мы жили у меня. Помнишь же наш старый дом?
- Конечно, я еще помню, как тренировалась на груше во дворе.
- Вот... Дом был дряхлый, крыша протекала, и когда тебе было лет десять, то я продала его и купила квартиру.
Я чувствовала, как мама медленно переводит тему. Она тянула время, рассказывая то, что я итак прекрасно знаю.
- Во-оот, еще баба Нина за тобой приглядывала пока я ходило на роботу.
- Мам, а что там с папой? - возвращаю ее в нужное русло, из-за чего она начинает резко блуждать глазами.
- Он сильно изменился после свадьбы. Стал играть в азартные игры, проиграл наш дом. После этого я еще долго выкупала его обратно. А затем в один день мы сильно поругались, и он ушел. Он забрал с собой все... - на этом мама запнулась, горло, кажется, пересохло, и она сделала глоток горячего кофе, который обжигал язык.
На ее глазах вновь проступили слезы. Зря я затеяла этот разговор, теперь ее хорошее настроение улетучилось вместе с воспоминаниями.
- Иногда чувствую, что это из-за меня. Вы были так счастливы, пока я не появилась.
- Никогда не думай так! - мама обхватила мое лицо двумя руками - Твой отец очень хотел тебя. Просто дьявол сыграл с нами в злую шутку.
Дьявол?... На мгновение я вспомнила про кожаные дневник, который подобрала в Лирске. Я не смогла оставить его в городе, мной двигало нечто необъяснимое.
- Он стал таким странным, будто одержимым. Начал вести дневник. - Мои глаза вылезли на лоб, и я задержала дыхание, чтобы не выдать тревогу. - Он никогда не вел дневники, говорил, что это самое глупое, что можно придумать. Писать туда свои секреты, чтобы потом кто-то нашел и прочитал.
- А что это был за дневник?...
- Не знаю, он мне его не показывал. Когда я подходила ближе, прятал как сумасшедший, а глаза как будто красным горели. Я тогда так испугалась, ушла в другую комнату и заперлась. Когда он уснул, я вышла, дневник лежал на столе. Там был замок, поэтому прочитать содержимое я не смогла. Потом вижу, на столе какие-то капли похожие на кровь. Твой отец крепко спал, и я принесла перекись, чтобы убедиться. Когда капли запенились, я просто обалдела.
- Ужас... - выдаю я, пытаясь поддержать рассказ, хотя на самом деле мне было страшно до дрожи, и говорить что-то не было желания.
- А еще когда я включала Коран, он бесился и ставил на всю громкость какой-то жуткий рэп и плясал по всей квартире, как сайгак, намаз забросил, а характер гнилым стал. Он никогда таким не был. Работать напрочь отказался и целыми днями с какими-то дружками отшивался. Дома даже куска хлеба не было. Тогда мне беременной на седьмом месяце приходилось выйти на работу. А живот большу-уущий был. - Протянула мама, и я видела, как тяжело ей скрывать слезы.
Она выпила кофе, перебивая дух. А я совсем забыла про свой латте и оказалось, что он уже остыл. Аппетит тут же пропал. Теперь понимаю, почему мама никогда не рассказывала про папу.
- На работе сплетничали, говорили: муж из дома выгнал, потому что ребенка нагуляла. На фоне этого мы и ругались. Это были самые ужасные времена в моей жизни. Еще никогда никто не смел надо мной там издеваться. А я то молодая была, девятнадцать лет все-таки, поддержи нет, родителей тоже. Приходилось как-то выкручиваться.
Я обняла маму, чувствуя, как ей сложно приходилось все эти годы. Я шмыгнула носом, и она тут же отстранилась.
- А ну дай руку - она коснулась моих ладоней и поняла, что они ледяные - Уже холодно и к тому же поздно, пошли домой. Только руки в карманы засунь.
Мы побрели домой. Слякоть после утреннего дождя еще не успела впитаться и под конец прогулки мои сапоги выглядели, так словно им тысяча лет. Я зашла в квартиру, сняла куртку, включила свет, и тот теплой струей распространился по всему коридору.
Как же тут хорошо!
Руки покраснели и стали гореть из-за резкой смены температуры. Закидываю сапоги в стиралку и двигаюсь на кухню. Достаю две кружки и заварку. Ищу сахар, открываю все возможные ящики, но его нигде нет. Умудряюсь даже в холодильник залезть.
И что ему тут делать?
Мысленно ударяю себя по голове, закатывая глаза, и решаю воспользоваться коронкой.
- Мама-аа, у нас сахар закончился! - кричу на всю квартиру, так громко, что кажется слышно даже на первом этаже.
Ответа нет. Захожу в гостиную и нахожу там маму. Она вновь достала те фотографии с папой и кудрявым мальчишкой. Глядя на них, она не могла сдержать слез.
- Мам... Прости, что напомнила тебе.
- Нет-нет - она судорожно убирает их и вытирает слезы - Ты сахар не можешь найти? - я киваю - В нижнем ящике лежит мед, добавь его, а завтра сахар куплю.
- Ладно... - хочу уйти, но тут же оборачиваюсь и чмокаю ее в щеку.
Завариваю чай, отдаю один маме, а с другим иду в свою комнату. Пошарканная дверь скрипит. Входя внутрь, чувствую почти осязаемый мрак. Атмосфера тут была совсем другая, на мгновение мне даже показалось, что за мной кто-то следит. Из-за чего я резко задернула занавеску.
Снимаю хиджаб и распускаю кудрявые каштановые волосы. Скидываю платье и кидаю на стул. Мне кажется, сколько на свете не придумали бы вешалок, все равно самой удобной останется стул.
Брызгаю свои любимые духи со сладким привкусом арбуза и натягиваю на себя белые расклешенные штаны с коричневой водолазкой без горла. Надеваю на себя всю бижутерию мира, среди которых все же оказывается золотое колечко, которое мама подарила мне на четырнадцатилетие. Мажу руки кремом, завиваю ресницы керлером, а на губы наношу красный блеск.
У каждой девушки раз в неделю случается прилив женственности и я, несомненно, была в их числе.
Смотрю в зеркало и шепчу:
- Ну, что за красотка!
Ахаха, моей самооценки любая позавидует. Думаю, если я ходила бы без хиджаба, то отбоя от парней не было бы, поэтому радуюсь, что Всевышний вообще его придумал. Когда мне было одиннадцать, то я часто слышала фразы:
«Зачем тебе это нужно? Ты ведь еще молодая!».
Во первых начнем с того, что ношение хиджаба это приказ Всевышнего и он не обсуждается. Этот приказ есть ни только в обязательствах мусульман, но и в христианских и иудейских.
Во вторых это никак не ущемляет наши права, и я вообще не понимаю из-за чего тема покрытия стала такой ужасной и недопустимой в глазах людей. Женщина, в частности в исламе это драгоценность, вверенная Богом ее попечителю, будь то муж, отец, брат, дядя.
Возьмем в пример бриллиантовые сережки. Вы очень долго копили на них, работали, не покладая рук, не спали ночами и вот они, наконец, у вас.
Что вы будете с ними делать?
Носить. Это понятно, но в остальное время, когда они не на вас? Хранить как зеницу ока, убирать в сейф, подальше от чужих глаз, чтобы никто не примостился украсть их, или же поставите где-нибудь на людной площади, на самом видном месте?
И вы, правда, считаете, что никто не стащит ее или, в случае с женщинами не станет приставать? Оу, вы очень сильно заблуждаетесь.
В третих, хиджаб - это не просто платок, но и скромное одеяние, рукава по кость, подол ниже щиколотки и носки. Так же хиджаб - это щит, который скрывает прелести женщины, прячет их от непрошенных глаз и дурных помыслов. И я как мусульманка, прочувствовавшая все это на собственной шкуре могу с уверенностью сказать, что это действительно стоит того.
В голове всплыл рассказ мамы и по телу мигом прошлись мурашки. Что за дневник был у отца? Я надеюсь, к нему не имеет никакого отношения, тот, что сейчас находиться в моей комнате...