Глава 10🪐
«Перед тем как излить душу убедить, что сосуд не протекает»
Дэвид Золотов
Я стоял в привычной обстановки среди своих пацанов. Они вновь что-то активно обсуждали, но на удивление мне не было интересно. Мой взгляд был направлен на сумасшедшую. Она сидела на лавочке с подругой. Я пытался понять, что в ней было такого особенного, и почему она поселилась в моих мыслях. Темный хиджаб, опущенный взгляд, бойкий характер, яркая улыбка и желание помогать слабым.
— Видели Еву из девятого класса? Оу, просто чика! Эта походка, каблуки, красные губы, идеальная фигура, вот все при ней — ловлю краем уха разговор Никса и ухмыляюсь, смотря на хрустальную шкатулку
— Дэвид ты вообще с нами?
— Конечно. — Резко кидаю, отведя взгляд.
— А Галицина как всегда в своем репертуаре с этими леопардовыми очками. Никак от своих прыщей не может избавиться, вот уродина.
— Бро, зачем сразу оскорблять? Она ведь не выбирала свои гены — выкидываю внезапно для себя.
Все сразу недовольно сморщились и смотрели на меня с презрением.
— Ты че решил на светлую сторону перебраться?
— Почему сразу на светлую, просто устал, что мы постоянно кого-то обсираем. Уже тошно.
— Да, ну конечно. Как только Эдиева пришла, ты сразу ангелочком стал. Пф, нашел за кем бегать. Она же мымра болотная, серая мышка!
— Эй, следи за слова. Я не посмотрю на то, что ты мой друг — цедил я, чувствуя, как кулаки зачесались от злости.
— А что ты сделаешь? Ударишь меня? — он явно нарывается — Ну давай, попробуй! Ну же!
— Ты так хочешь подраться? Хорошо, но только не здесь — мой взор пал на хрустальную шкатулку, я бы не хотел, чтобы она видела эту пьесу. Да и этот разочарованный взгляд не приносил мне никакого удовольствия.
— А что случилось? Боишься? Раньше ты таким не был. Девушек полно, найдется другая. Ты из-за каждой меня мутузить будешь?
Внутри что-то сжалось. Другая? Я будто не мог представить кого-то другого вместо сумасшедшей.
— Ты первый начал, не думай, что я горю желанием испортить отношения с лучшим другом. По крайней мере, я считал тебя таким. Как ты смеешь унижать меня при всех?
— Я даже не начинал. Запомни, я слишком много знаю о тебе.
— Ты мне угрожаешь?
Я не понимал, что вдруг случилось с Николасом. Обычно он не реагировал так резко, но сейчас складывалось впечатление, что его кто-то науськивал. И я даже знаю кто.
— Слушай внимательно. — Приближаюсь ближе, говоря почти шепотом.
— Если ты не решишь, на чей стороне. Моей или Лалиной, то мы с тобой быстро поссоримся и разойдемся как в море корабли.
— Дэвид очнись, ты помолвен! Думаешь, я буду молчать, пока ты крутить шашни с всякими? Лали для меня такая же близкая, как и ты.
— По-моему она тебе ближе! Если так сильно переживаешь за нее, то может, сам женишься? Избавишь нас всех от этой ноши! — трепетал я в гневе, уже не контролируя, то, что говорю и, не заботясь о том, что кто-то может услышать.
— Ноши? — слышу чей-то тонкий голос сзади.
Резко оборачиваюсь и встречаюсь с взглядом холодным как лед глаз. Блондинка низкого роста была готова втащить мне, но я вовремя удержал руку Лали. Теперь мне было интересно, что она сделает дальше.
Я фактически опозорил ее при всех, скинул груз с плеч, стало легче дышать.
— Отпусти ее! — кидает Никс, вырывая мою руку из крепко хватки — Научись отвечать за свои слова.
Я обнаружил на себе множество любопытных взглядом. Незаметно толпа рядом стала больше и кажется, за этим скандалом наблюдали все, даже те, кто находился в здании, выглядывая из окон. Небо сгущалось, кажется, собирался дождь, тучи посерели, и в нос ударил запах сырости.
Рамина Эдиева
Мы болтали с Анютой, и вдруг неподалёку послышался скандал — среди толпы был Дэвид. Я невольно замерла, прислушиваясь к резким голосам.
— Ноши? — прозвучал тонкий голос, и я сразу узнала Лали.
Я обернулась и увидела ее — бледную, с дрожащими губами. Она стояла, сжимая кулаки, а вокруг уже собралась толпа. Дэвид выглядел взбешённым, но в его глазах читалась растерянность.
— Отпусти ее! — крикнул Никс, вырывая руку Дэвида из хватки Лали.
Анюта потянула меня за рукав:
— Рамина, может, не стоит вмешиваться? Но я уже шагнула вперёд. Внутри все сжалось — я не любила конфликты, но видеть, как Дэвид вот-вот разрушит все, что у него есть, было невыносимо.
— Дэвид, что происходит?... — мой голос прозвучал тише, чем я рассчитывала, но он обернулся.
Наши взгляды встретились, и на секунду мне показалось, что ярость в его глазах сменилась чемто другим — осознанием? сожалением?
Он сделал шаг ко мне, но Лали резко выкрикнула:
— Так вот кто виноват! Ты все это время крутилась рядом, строила из себя святую, а сама только и ждала, чтобы он бросил меня!
Толпа загудела, ктото захихикал, ктото перешептывался. Я почувствовала, как жар приливает к щекам, но заставила себя смотреть прямо.
— Лали, не неси чушь, я не... — начала я, но она не дала мне договорить.
— Не притворяйся! Все видят, как он на тебя смотрит! Думаешь, ты лучше меня? Думаешь, он бросит все ради тебя? — ее голос дрогнул, и в нем прозвучала такая боль, что даже Дэвид замер.
Все мы знали, что это очередная игра. Она отлично играла, меняя роли как перчатки. Никс попытался чтото сказать, но я подняла голос, останавливая его.
— Лали, прекрати строить из себя жертву, все мы прекрасно знаем, что это не так. Чего стоят твои слезы? Им уже никто не верит.
Она рассмеялась — резко, почти истерично.
— Конечно, ты же всегда «хорошая». А мы все — монстры, да?
Дэвид, наконец, подал голос:
— Хватит. Твои игры зашли слишком далеко — он запнулся, — Я просто запутался.
Лали взбесилась еще сильнее.
— Запутался? Ты только что назвал меня «ношей»!
Тишина повисла в воздухе. Даже ветер, казалось, замер. Я видела, как Дэвида разрывают противоречивые чувства — гнев, вина, растерянность.
— Я не должен был так говорить, — наконец произнес он тихо, вменяя последствия.
Лали сглотнула, ее плечи опустились.
— Просто скажи это. Прямо сейчас. Скажи, что разлюбил меня и не собираешься жениться!
Дэвид молчал, но на его лице мерцали отблески решимости. Толпа ждала. Я тоже ждала, хотя сердце колотилось так, что, казалось, его слышат все. И тогда он посмотрел на меня.
Не на Лали, не на Никса — на меня.
И в этом взгляде было столько невысказанного, что мне стало страшно.
— Я… — начал он, но его прервал резкий звонок — Хватит, что за спектакль? Все слетелись как коршуны, идите по своим классам — пробурчал он, скрываясь от пристальных взглядов.
Толпа начала рассасываться, ктото разочарованно вздохнул, ктото поспешил в класс. Лали бросила на меня последний взгляд — не злобный, а скорее опустошенный — и ушла, не сказав больше ни слова. Я понимала, она собирается открыть мне кровавую войну. Никс хлопнул Дэвида по плечу:
— Разберись в своих чувствах, прежде чем ломать судьбы людей.
Он ушел, оставив нас вдвоем. Дождь, наконец, начался — первые капли упали на землю, размывая пыль.
— Рамина… — он впервые назвал меня по имени и от этого прошелся легкий холодок. Дэвид шагнул ко мне, но я отступила.
— Не надо, — прошептала я. — Ничего не говори. Прошу подумай тысячу раз прежде, чем сказать, то, что хочешь. Я развернулась и пошла прочь, чувствуя, как капли дождя смешиваются с чемто теплым на щеках.
В голове мерцала фраза «разве ты ни видишь, как он смотрит на тебя?». Но я боялась больше всего услышать ту фразу, которая теплилась в его сердце.
Очень боялась.
Следующим уроком физкультура, но я не желала находиться в одном помещении с Лали, поэтому умчалась в закат. Внутри что-то было.
Господи, что я творю!
Руки стали дрожать, а на глазах появились слезы. Дойдя до своего подъезда, я кое-как поднялась на нужный этаж и открыла замок. Мама, конечно же, была дома, половину дня она работает в офисе, а затем онлайн дома.
Я медленно подошла на кухню. Из печи исходил запах корицы и моих любимых синабонов, мама готовила их каждую пятницу. Но сейчас у меня не было аппетита. Я молча выпила стакан воды и рухнула на стул. Мама сидела за небольшим столиком, печатая очередной отчет на ноутбуке.
— Ты в порядке? — кидает на меня короткий взгляд и тут же продолжает клацать по клавиатуре.
— Мама... — мой голос срывается, я еле сдерживаюсь, что бы вновь не заплакать. Под глазами все еще были красные пятна, от только что высохших слез.
— Что случилось?
— С самого начала идея поступить в эту школу, была ошибкой — стекает слеза и я уже ни в силах скрывать эмоции.
— В чем дело, тебя обидели? Кто? Скажи, я пойду и устрою им куськину мать. Да какое у них есть право обижать мою кровинушку! — бросает она и тут же подскакивает, действительно планируя пойти на разборки.
— Не нужно, во всем виновата только я. Я чувствую, что перехожу границы дозволенного... Мама медленно садится на место, она была озадачена и, кажется, даже боялась, будто я натворила что-то безнравственное.
— Рассказывай как есть. Мы ведь подружки, я не стану осуждать.
— В той школе учится Лали Крысалонова.
— ЧТО? — резко вырывается с ее уст — Она вновь унижает тебя?
— Проблема ни в ней, пока что она меня никак не задевала, ну может пара фраз, но это уже не раздражает меня, так как раньше. Помнишь, зимой я пришла домой в слезах? Когда меня преследовали? Так вот, тот парень, который спас меня, оказался женихом Лали. — мама еще сильнее выпучила глаза и казалось они вот вот выпадут из орбит — По началу все было нормально, но потом... Все так запутано.
— Что потом?..
— Кажется он влю... — я не могла выговорить.
— Я надеюсь, вы не оставались наедине, и ты держала все нормы приличия?
— Да, конечно. Еще пришел какой-то новенький, он постоянно оказывается рядом, хочет помочь, я отнекиваюсь и ухожу, но это не прекращается. Я все время с Аней, но никого это не останавливает. Мама прошу, давай переведем меня в другую школу! — последняя фраза была моим криком души, и голос сорвался.
— Доченька, послушай, нельзя так легко сдаваться. Ты хочешь убежать, словно проигравший? Ты ведь не согрешила, люди влюбляются это нормально, ни стоит этого бояться.
— Ты права — вытирала я слезы.
— Но прошу, держи дистанцию. Занимайся учебой, постарайся ни обращать внимания и тогда сама увидишь, как все изменится. Но если он нравится тебе, то единственное решение это брак. Думаешь, он готов на такой шаг?
— Неет, я не собираюсь выходить за него. Да и к тому же нельзя.
— Почему же?
— Он ведь не мусульманин...
— Ах, да. Точно.
— Никогда не понимала, почему мужчины могут взять в жены и христианку и иудейку, а нам нельзя?
— Это мудрость Всевышнего и за ней скрывается множество аспектов. В исламе на мужчину возлагаются обязательства: он должен предоставить жене отдельное жилище, содержать ее и будущих детей, проявлять к ней заботу и понимание. Как говорил пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует): «Лучший из вас тот, кто лучше
всего относится к своим женам». Женщина же в свою очередь должна слушать мужа в том, что не перечет религии. А если мужчина не мусульманин, то, что можно от него ожидать? У него другие представления о браке.
Я задумалась.
За окном уже темнело, мерцали звезды, шел дождь. Капли стучали по стеклу, рисуя на нем причудливые узоры, а в комнате царил мягкий полумрак, разбавленный теплым светом настольной лампы.