Глава 9👣
«Мечта как бумеранг, кто-то кинул ее в отчаянье, не зная, что для кого-то это спасение»
Рамина Эдиева
Следующие несколько дней тянулись словно резина.
Я изо всех сил старалась не замечать новенького Адама Чернышева, но это оказалось почти невозможно — он будто нарочно попадался на глаза в самых неожиданных местах. В понедельник утром я торопилась к шкафчикам с обувью, пытаясь успеть до звонка. Заворачивая за угол, едва не врезалась в группу ребят.
Среди них, конечно же, был Адам.
Он как раз смеялся над чемто, а когда увидел меня, сразу замолчал и пристально посмотрел. Я поспешно опустила взгляд и проскользнула мимо, чувствуя, как горят уши. На перемене он «случайно» оказался рядом в столовой. Я стояла в очереди, высматривая чтото хоть отдаленно напоминающее халяль, а он вдруг возник сбоку с подносом.
Халяль, то есть дозволенное, им бывают как еда, так и заработок и так далее. Например: мясо, зарезанное с именем Аллаха, продукты, не содержащие свинины и так далее.
— Привет, — улыбнулся Адам.
— Ты всегда берешь только салат? Я вздрогнула.
— Ээ… Да. Ну, в общем, да.
— А я вот не могу без горячего. Смотри, сегодня котлеты! — он приподнял крышку контейнера, будто предлагая оценить. Я невольно улыбнулась:
— Уверена, они со свининой.
Он рассмеялся:
— Точно. Тогда мне тоже салат, пожалуй. И, к моему изумлению, поставил поднос и пошел за салатом. Я покачала головой и поспешила к своему столику, где уже сидела Аня.
— Ну и ну, — протянула подруга, наблюдая, как Адам устраивается неподалеку. — Он что, преследует тебя?
— Конечно же, нет, — буркнула я, но все равно чувствовала его взгляд на себе.
Во вторник ситуация повторилась. Я забежала в библиотеку, чтобы взять учебник, и почти сразу услышала знакомый голос:
— О, Рамина! Ты тоже ищешь «Преступление и наказание»?
Я обернулась. Адам стоял у стеллажа с классикой, держа в руках потрёпанный томик.
— Да, — кивнула я. — Нам задали на литературе.
— Можешь взять мой, я уже прочитал. — Он протянул книгу. — Всё равно она мне не особо зашла.
Я заколебалась, но отказываться было бы странно.
— Спасибо.
— Если будут вопросы — спрашивай. Я, кстати, в литературе неплохо разбираюсь.
Я лишь кивнула и поспешила к выходу, прижимая книгу к груди. Почему он так настойчиво лезет в разговор?
В среду все стало еще страннее.
Я задержалась после уроков, чтобы доделать задание по математике, и, выходя из класса, обнаружила Адама, ждущего у двери.
— Ты чего тут? — настороженно спросила я.
— Да вот, хотел спросить… Ты не знаешь, где кабинет биологии? Я чтото запутался.
Я вздохнула:
— Он на втором этаже, третья дверь налево.
— А, точно! Спасибо. — Он улыбнулся. — Слушай, а ты не против, если я иногда буду спрашивать у тебя про расписание? Тут все так запутанно. Я хотела сказать «против», но вместо этого выдавила:
— Ладно, без проблем.
Он кивнул, явно довольный, и пошел по коридору, а я осталась стоять, чувствуя, как внутри растет раздражение. Почему он постоянно оказывается рядом? И почему я не могу просто сказать ему «отстань»?
К четвергу я уже не знала, куда прятаться.
Он находил меня везде: в коридоре, в столовой, у шкафчиков. Каждый раз — «случайная» встреча, каждый раз — пара фраз, от которых я терялась. И вот в пятницу, когда я думала, что хуже уже быть не может, случилось *это*. Я стояла у окна в холле, проверяя время перед намазом. До молитвы оставалось пять минут, и я уже прикидывала, куда бы спрятаться. Вдруг рядом раздался голос:
— Рамина, ты в порядке?
Я вздрогнула и обернулась. Конечно же, это был Адам. Опять.
— Да, все нормально, — быстро ответила я, оглядываясь в поисках укрытия.
— Ты какаято напряженная. — Он сделал шаг ближе. — Если чтото случилось, можешь сказать.
Я сжала кулаки.
Почему он не уходит?
Почему не оставляет меня в покое?
На мгновение появились мысли сообщить о его назойливости Дэвиду, но тут же отказалась от этой идеи. Он ведь мне никто и почему должен защищать меня? К тому же у него есть девушка, от которой он ни на мгновение не отходить. Ну, или же она его не отпускала. Не знаю, все запуталась, но я была рада, что ненормальный перестал мне досаждать, хоть на душе и стало как-то грустно.
Странно, очень странно.
Может это и к лучшему, так хотя бы Лали не пристает ко мне.
— Мне нужно идти, — резко бросила я и повернулась, чтобы уйти.
Но он вдруг схватил меня за руку:
— Подожди!
Я замерла. Никто, кроме близких, не смел так прикасаться ко мне.
— Прости, — тут же отдернул руку Адам. — Я просто… Вижу, что тебе некомфортно. Если я чемто мешаю — скажи прямо. Я отстану.
Я повернулась к нему, пытаясь собраться с мыслями. В его глазах не было насмешки, только искреннее беспокойство.
— Ты… — я запнулась. — Ты постоянно рядом. Я не понимаю зачем.
Он вздохнул:
— Я не хочу тебя напрягать… Но если вдруг тебе понадобится помощь — просто скажи. Ладно?
Звонок на урок разорвал тишину. Я кивнула, не глядя на него, и поспешила в класс, чувствуя, как сердце колотится в груди. Что это было? И почему от его слов стало так… тепло?
***
Дэвид наблюдал за этой сценой из раза в раз, он не приближался, ведь не хотел привлекать внимания. Да и вновь встречаться с гневным взглядом Рамины не хотелось. Лали не отходила от Золотого ни на секунду. Она контролировала его каждый шаг и кажется, чувствовала опасность от Эдиевой.
Дэвид кипел от злости, снова и снова видя морду новенького. Он сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони, но не мог оторвать взгляда от того, как Адам досаждал Рамину. Кудрявый вечно оказывался рядом с ней.
Постоянно!
Каждый раз, когда Дэвид видел их вместе, в груди разрасталось чтото тяжёлое и горячее. Не ревность — нет, он не признавал даже мысли о ревности. Но это постоянное присутствие Адама рядом с ней…
Это выводило его из себя.
Он видел, как Адам схватил Рамину за руку, как она вздрогнула, как потом стояла, не зная, что ответить. Дэвид невольно подался вперед, готовый вмешаться, но в последний момент остановился. Не лезь, одернул он себя. Это не твоё дело. Но как же бесило то, с каким вниманием Адам смотрел на неё! Как мягко говорил, как будто они были единственными людьми в этом коридоре. А Рамина… Она выглядела растерянной, но не злой. Даже, кажется, чуть смущённой.
«— Что он себе позволяет?» — мысленно рычал Дэвид, наблюдая, как Адам отходит, а Рамина спешит в класс.
Он хотел подойти, сказать чтото резкое, может, даже толкнуть этого новенького плечом, чтобы тот понял — здесь есть границы. Но вместо этого он остался на месте, следя за тем, как Рамина исчезает за дверью кабинета. После уроков Дэвид слонялся по коридорам, надеясь наткнуться на Адама. Наконец, увидел его у шкафчиков. Тот неторопливо собирал вещи, будто не чувствовал напряжения, которое висело в воздухе.
— Эй, Чернышёв, — бросил Дэвид, подходя ближе.
Его голос звучал холоднее, чем он рассчитывал. Адам поднял взгляд, слегка приподняв бровь:
— Чего?
— Ты что, специально за ней ходишь? — Дэвид скрестил руки на груди, глядя на него в упор. — Рамина явно не в восторге от твоего внимания.
Адам выпрямился, не спеша, спокойно. В его глазах не было ни испуга, ни раздражения — только легкая усмешка.
— А тебето что? — спросил он ровным тоном. — Ты ее охранник?
Дэвид шагнул ближе, чувствуя, как закипает кровь:
— Просто предупреждаю. Не надо ее доставать. Она не из тех, кто любит навязчивых.
Адам помолчал, будто обдумывая слова, затем пожал плечами:
— Я не достаю. Просто разговариваю. Если ей это не нравится — она скажет. А пока… — он захлопнул дверцу шкафчика, — я не вижу проблемы.
Дэвид хотел сказать чтото еще, резкое, колкое, но вдруг понял
— Адам не боится. И это злило еще больше.
— Смотри, чтобы потом не пожалеть, — процедил он сквозь зубы и резко развернулся, уходя, прочь.
Адам лишь усмехнулся, глядя ему вслед. Он знал: это только начало.
