Переводчик без границ

Стадион «Сити Филд» взорвался в очередной раз криками болельщиков, когда мы добрались до наших мест. Это вышли игроки «Yankees». Среди них был звездный кэтчер – Тайлер Тайкики. Он был любимчиком моей бабушки, так что она спонсировала «Yankees» не первый год. А он дарил нам билеты на лучшие места. Это был взаимовыгодный союз.

Ю Джимин после встречи со своей кузиной выглядела так, как будто ее постирали, а потом смешали с мусором. Обычное настроение после общения с родственниками – хотел бы я сказать. Однако эта заучка выглядела такой грустной, будто это было впервые для нее. Тем лучше для нее – раньше начнет мириться с суровой реальностью. Лично у меня с каждой встречей с родственниками возникало все больше желаний поселиться в доме моего психолога для саморефлексии.

- Ты в порядке? – спросил я у Джимин, когда мы сели. И при этом молился, чтоб она сказала «да». Не хватало мне тут слез и соплей.

- Да... я просто... хочу сосредоточиться на игре – улыбнулась она мне с напряженным видом.

Рядом с Джимин опустился мой кузен со своим обычным выражением на лице, который всегда говорил о его патологическом недовольстве всем. Однако при этом он усмехнулся. И меня прошиб холодный пот! Я пытался по его выражению лица понять, как много он слышал из нашего разговора с кузиной Ю Джимин. Не хотелось бы, чтобы моя попытка защитить эту зануду, подпортила мою репутацию. Меня даже немного затошнило при мысли об этом – «Лукас Вонг – защитник слабых и беззащитных». Нет! Я слишком долго выстраивал вокруг себя образ невозмутимого бунтаря, чтобы слить все это в один момент. Мне просто нужно было прийти в себя...

Игра началась стремительно и напряженно. Уже за первые пятнадцать минут Тимоти Блэк заработал «ран» для «Yankees». Я, правда, старался сосредоточиться на игре. Однако мои глаза все равно продолжали возвращаться к Ю Джимин. Она сидела рядом со мной с таким напряженным и несчастным видом, что это физически мешало сосредоточиться на игре.

Черт! Ю Джимин должна была работать на меня сегодня. Она должна была подтвердить мое мнение о мерзкой сущности моего кузена, а не удивляться не менее мерзкой сущности своей кузины. Я очень хотел злиться на нее за испорченный день, но мою злобу нейтрализовало другое чувство – сочувствие. Кажется, это так называется, когда хочется сделать что-то, чтобы не видеть кислое лицо в радиусе метра от себя.

- Может, хочешь поп-корн? – спросил я у Рины, протягивая ей упаковку соленого поп-корна. Стадион обеспечивал своих VIP-клиентов бесплатными закусками. Перед нами был стол с чипсами, поп-корном, жевательными конфетами и напитками.

- Нет, я в порядке – замотала головой Ю, сцепив руки перед собой в замок.

Это была моя вторая попытка помочь ей. Я сделал все, что мог и даже больше. Если Джимин не хотела принимать от меня поддержку, то это был ее выбор. Некоторые люди просто не умеют ценить хорошие вещи.

Пока я молил небеса послать какую-нибудь природную катаклизму, чтобы прервать эту ужасную игру, случилась другая катастрофа. Объявили тайм-аут. И настало время худшей традиции в мире спорта – время «Kiss Cam». Камера уже выхватила каких-то бедолаг, которые должны были поцеловаться прямо перед огромной публикой. Правда, они проявили неожиданный энтузиазм, вцепившись друг в друга, как две половинки одного целого.

- Ох, снимите уже номер – закатил я глаза. – Им следовало пойти в отель, а не на игру.

Большая ошибка с моей стороны! Карма любит давать сдачу незамедлительно. Камера теперь выхватила нас – меня, Ю Джимин и моего кузена. Она замерла прямо на лице перепуганной Рины. И толпа взревела одобрительными криками. Эти идиоты хотели, чтобы она выбрала между нами двумя.

Ю Джимин закрыла лицо руками от смущения. И я даже не мог ей ничем помочь, потому что чувствовал примерно то же самое. Сяоджун отодвинулся от Ю, как можно дальше с нескрываемым ужасом на лице. Мне следовало сфотографировать его! Никогда не видел своего невыносимого кузена таким беззащитным. Бесценный момент моей жизни.

Тут Ю Джимин вдруг встала со своего места, потом замахала руками и убежала. Весь ужас этого момента заключался в том, что камера теперь нацелилась на нас с Сяоджуном. Толпа жаждала поцелуя. Толпа была одним целым куском идиотизма. Я ненавидел эту толпу каждой клеточкой тела.

- Он мой кузен! Вы извращенцы! – крикнул я прямо в камеру, прежде чем направиться к выходу. Это было нелегко, потому что везде были развеселившиеся люди. А мои ноги все еще дрожали после худшего момента в моей жизни.

У выхода из стадиона меня встретила Джимин. Она выглядела ужасно разнервничавшейся.

- Прости! – прижала она свои ладони к щекам в очередной раз. – Я не знала, что делать. Я... я оплачу тебе ужин.

- После этого тебе придется оплатить мне не ужин, а хорошего психолога – ответил я ей клокочущим от ярости голосом.

В этот момент позади нас возник не менее злобный и смущенный Сяоджун:

- Вы двое! Вас нужно засудить за нанесение ущерба моему публичному имиджу. Как вы могли меня там оставить?!

Я посмотрел на своего кузена, потом на Ю джимин. И расхохотался так сильно, что слезы выступили на глазах. Эти двое тоже не смогли сдержать смех. Мы определенно повредились умом, если находили в этой ситуации что-то смешное. Однако факт есть факт – я давно так искренне не смеялся.

- Мне... нужно угостить вас ужином – любезно предложила Рина второй раз, переводя дыхание после продолжительного приступа смеха. – Пожалуйста. Только так я смогу сегодня уснуть.

- Ладно. Я тоже проголодался – согласился с ней мой кузен. – Я давно не ел американской еды.

Мне стоило больших усилий, чтобы не закатить глаза. Родители Сяо придерживались какой-то жуткой овощной диеты, которая исключала любой вид мяса и радости. Бедный парень. Мне почти стало жаль моего кузена.

И вот мы втроем уже сидели за столиком в ближайшем «Los Takos No 1», где подавали лучшие тако. Я с удовольствием заказал тако с курицей и острый начос. Рина и Сяоджун взяли тортас и гуакамоле. Энергичная мексиканская музыка была слишком громкой, поэтому мы устроились на улице за милым оранжевым столиком. Погода еще не была настолько холодной, чтобы мы замерзли. Правда, Джимин все равно заставила нас взять по стаканчику горячего чая.

- Наверное, второй иннинг уже начался – пробормотал Сяоджун, откусив от своего тортас.

- Извините. Из-за меня вы не смогли досмотреть игру – вздохнула Ю с виноватым взглядом.

- Нет. Это не твоя вина. Это все твоя ужасная кузина – возразил я, вспомнив самодовольное лицо той девушки. – Тебе не стоит слушать ее. Она не может знать, что происходит в твоей семье.

- Но моя мама действительно почти три месяца не была дома. Вдруг они, правда, хотят развестись...

- И что? Родители Юкхея по полгода не бывают дома – встрял в наш разговор мой кузен. – И не видятся друг с другом столько же, но крепче пары я еще не встречал. Они в прошлом году обновили свои свадебные клятвы.

Я почувствовал смесь чувств из раздражения и благодарности одновременно. А Сяо продолжил, отпив мятного чая:

- У всех есть ужасные родственники.

- Поверь мне. Ты не один так думаешь – ответил я, пытаясь скрыть свое уязвленное эго.

- Наш кузен Пон просто заноза в заднице – фыркнул Сяо с негодованием в голосе. Потом обратился ко мне: - Ты помнишь нашу последнюю встречу?

- В прошлом году в Париже? Отдал бы весь свой трастовый фандом, лишь бы забыть об этом.

Джимин улыбнулась с недоверчивыми нотками в голосе:

- Вряд ли она хуже моей кузины. Этого просто не может быть.

- Да неужели? – выпрямился я в своем стуле и произнес с надменным видом: - Разумеется, я уже составил свое личное расписание для лучшего усвоения программы PSAT.

- Я упоминал, что выигрывал каждые дебаты на моделях ООН*? – добавил Сяо с не менее надменным взглядом. – Я считаю, что долг каждого человека – жить с большой целью в жизни. Лично я собираюсь баллотироваться в президенты до тридцати лет.

- И моим первым шагом в моей кампании будет довести каждого гражданина США до коматозного состояния, потому что они иначе они не смогут выслушать ни одну мою речь до конца – закончил я, приложив одну руку к сердцу.

Мы втроем снова расхохотались. Этот ужин прошел очень быстро, сопровождаемый смехом и долгими разговорами о семье. Удивительно, что мы с моим кузеном ни разу не сцепились. Мы очень даже хорошо ладили в компании Ю Джимин. Это могло быть временным явлением, а могло быть началом перемирия между нами. В любом случае, я впервые за долгое время получал от жизни удовольствие. И был абсолютно счастлив.