Загляни в мои глаза

Каждое прикосновение Роя теплыми волнами отдавалось по всему телу. Я была готова вечность сидеть на грязном полу, который покрывал слой многолетней пыли, только бы чувствовать жизнь в руках Блэра. Шум за окном, возня в коридоре, прямо под дверью... Кажется, я слышала голос Ланы, но было все равно. Я прикрыла глаза и расслабилась. Наступил тот самый момент, когда мою душу наконец озарил рассвет.

– Подожди... - просипел Рой едва слышно. – Ева, он что, живой что ли?!

Парень выкрикнул эти слова изо всех сил и тут же застонал от боли. Уже в следующий миг дверь распахнулась с чудовищной силой, и в комнату ввалились перепуганные Лана, Эрика и мама, а мне только и оставалось, что непонимающе хлопать глазами. Должно быть, они не отходили от порога, чтобы в случае чего помочь другу, который только что вернулся с того света.

– Что случилось? – выпалила королева. – Лана, беги за Норой! Рой, где болит?

– Сердце у меня болит, - наигранно всхлипнул тот. – Нора тут не справится!

Эрика быстро подошла к кровати и осмотрела директора. Обернувшись, она молча мотнула головой, а затем со злостью уперлась глазами в Роя.

– Только очнулся, а уже горло надрываешь, - холодно буркнула Лана. – Тебя даже могила не исправит.

– Мартин живой, а никто даже не сказал мне об этом! – Рой надавил мне на макушку. – А я и не понял сразу, что что-то не так... Разговаривал с ним, как ни в чем не бывало, а он же сгорел прямо на моих глазах. Я думал, он умер!

Все переглянулись, и ни у кого не нашлось ни единого слова, чтобы ответить Блэру.

– Звучит так, будто ты этим недоволен, - усмехнулась Эрика. – Да и вообще, нам не до этого было, мы твою жизнь спасали, если ты не понял.

– Успокойтесь, - Лана развернулась и пошагала к выходу, - он просто бесится, что забыл то, что Мартин сгорел у него на глазах. Блэру стало стыдно. Это редкое и громкое явление.

Мама положила руку на грудь и показательно выдохнула. Эрика цокнула и тоже направилась к выходу, а я только к этому моменту смогла сообразить, что происходит.

– Рой, тебе нельзя напрягаться, - мягко произнесла мама. – Постарайся отдохнуть, не повышать голос...

– ...и не раздавить мне голову, - перебила ее я, когда пальцы Роя сжались сильнее. – Мартин обязательно тебе все расскажет, как только ты окрепнешь.

– Я буду в соседней комнате, - губы мамы дрогнули в улыбке. – Сейчас Лана принесет теплые покрывала и таз с водой, нужно оттереть кровь.

Как только королева закрыла за собой дверь, я поднялась и села на край кровати. Глаза Роя все еще были широко распахнуты, а он сам смотрел на меня, словно на предателя.

– Не переживай, - улыбнулась я, кладя руку Блэра на его грудь, - уверена, последнее, что сейчас чувствует Мартин, это обиду за то, что ты забыл о его смерти.

– Даже звучит глупо... - поджал губы директор. – Так он все-таки жив. Как это вообще возможно? После такого не выживают.

– Кто бы говорил, - нервно хихикнула я. – Рой, пожалуйста, расслабься и постарайся больше не умирать...

Голос дрогнул, и я отвела взгляд в сторону. Всего пару дней назад не было даже и крупицы надежды на то, что я снова увижу эти удивительно яркие глаза. И пусть сейчас их цвет был блеклым и совсем неясным, но Рой завороженно глядел на меня, переводил взгляд с глаз на губы и обратно... С каждым таким движением изумрудный огонек зажигался все ярче и ярче, и вот уже зрачки Роя обрамлял ореол нежного свечения.

– Прости, - парень сморщил нос, - я ведь... Ох, я ведь не умер...Черт, жаль-то как.

Брови поползли на лоб от удивления. Впервые за много месяцев нашего знакомства я увидела, как щеки директора Блэра вспыхнули багровым румянцем. Рой тут же отвел глаза в сторону и повернул голову набок так, что зеленоватый свет его глаз расползся по шершавой стене. Я тихо вздохнула, и моя ладонь тут же мягко легла его сухую, обветренную руку.

– Не думаю, что тебе разрешено переживать, поэтому забудем о том, что ты сделал, хотя бы до тех пор, пока не поправишься, - я еле ощутимо сжала его руку. - Мы можем поговорить о том поцелуе тогда, когда ты посчитаешь нужным, а пока постарайся уснуть.

Рой поерзал на кровати, нахмурил брови, но так и не решился взглянуть на меня.

– Хорошо... - буркнул он и замялся.

Таким послушным Рой никогда не был, и один только его вид вызывал невольную улыбку. Смущение заставляло парня говорить тише и отводить глаза в сторону, а мне казалось, что передо мной совсем другой человек – абсолютная противоположность того Роя, который мог пререкаться с любым, только что возвратившись с того света. И не успела я насладиться этим моментом, как Блэр в очередной раз напомнил, каков же он на самом деле.

– Нет, не хорошо! - выпалил он сам себе, резко мотнул головой и впился взглядом в мои глаза. – Ева, прости...

– Обведу этот день в своем календаре, - поджала губы я. – Рой Блэр извинился два раза за минуту...

– Оставь роль шутника мне, - хмыкнул парень. – Я... То, что я сделал... Я знал, что умру, и мне так хотелось попрощаться, но я не мог сказать этого, ведь тогда ты бы не оставила меня ни за что в жизни.

– Ты прав, - согласилась я и с нежностью взглянула в его глаза. – Я бы могла спасти тебя.

– Не могла, - оборвал Рой. – Я бы погиб на твоих руках. Как бы ты жила с этим, а? Но тот поцелуй шокировал тебя так, что ты сделала все, что я попросил.

– К чему ты клонишь?

– К тому, что я ни на что не претендую, - Рой произнес это с облегчением. – Помнишь тот день, когда ты пришла ко мне и сказала, что за тобой увязалась душа Рея? Видела бы ты свои глаза, Ева... - Блэр попытался рассмеяться, но от боли быстро стих. – Я ни на что не претендую...

Взгляд Роя искрился теплотой, и я видела, насколько его слова искренны. Никогда раньше я не чувствовала такой светлой грусти. Блэр не любил меня. Не в том смысле, как бы хотелось многим другим девушкам, и я была этому так рада, что сердце начинало колотиться быстрее и быстрее. Рой не был похож на Грэя, которого испепеляла невысказанная любовь к моей матери, нет. Этот нагловатый, заносчивый, несерьезный директор стал мне семьей, словно он всегда ею и был.

– Все нормально? – обеспокоенно спросил Рой, заметив мое замешательство.

– Да, - едва смогла произнести я. – Спасибо тебе.

На лице Роя все еще осталась засохшая кровь, но меня это не остановило. Я затронула лоб Роя кончиками пальцев, мягко провела по нему подушечками и в следующий миг коснулась его искусанными губами. От парня пахло гарью и потом, но это было неважно. Тепло. Живое тепло – вот о чем я сейчас думала.

– Я должен был быть Вечным Защитником первенца Даана, - произнес Рой и прикрыл глаза, как только я отстранилась.

– Кем? – переспросила я.

– Это тот, кто будет за твоей спиной всегда и навечно, даже когда рядом не будет родной крови, - хмыкнул Блэр и недовольно сморщился. – Как крестные на Лирте.

– Мартин сказал, что он мой крестный, - вспомнила я.

– Да, - согласился Рой. – И из-за этого я и пропустил твою коронацию, и Даан погиб. Но сейчас не об этом. Плевать я хотел, что сказала церковь, Святые Девы или кто-либо еще. Я все равно твой Вечный Защитник, поняла, Ева?

– Постарайся больше не закрывать меня собой, защитник, - по-доброму усмехнулась я. – Мне такого больше не вынести.

– Обещать не буду, - ухмылка вспыхнула на разбитых губах Роя. – Кто знает, в какие неприятности попадет такая неумелая бестолочь, как ты.

– Неужели к нам вернулся прежний Рой? – рассмеялась я.

– Не хихикай, - простонал он, - мне-то больно смеяться... Расскажи лучше о том, что с тобой случилось после. Ада ведь не прикончила братца, правда?

Я замялась и отвела глаза в сторону. Слышать о Рее было больно так, словно по коже прошлись осколком стекла.

– Ада была занята тем, что спасала тебе жизнь, - ледяной голос Ланы раздался с порога. – Хватит трепаться, директор, тебе нужно поспать.

– О, нет, не вздумай даже, - встрепенулся Рой. – Оставь свои ведьмовские штучки другим!

Но капитан Тиарис не обратила никакого внимания на слабый протест Блэра, подошла ближе и поставила таз с теплой водой на табурет у изголовья кровати. Когда Лана приблизилась, то от нее словно повеяло холодом, а безразличное выражение лица никак не могло напоминать о том, что всего полчаса назад девушка плакала от ужаса и радости одновременно.

– Она права, - я быстро поднялась с кровати и уступила место Лане. – Тебе вообще не стоило так много разговаривать. Рой, мы все обсудим позже, а сейчас набирайся сил.

Директор недовольно поморщил нос, но больше спорить не стал. Каким же нужно быть сильным, чтобы не проспать после такого ранения несколько дней, как я, а тут же прийти в чувства?..

– Я собираюсь раздеть его, чтобы отмыть кровь, - прямо заявила Лана. – Останешься с нами или подождешь снаружи?

– Пожалуй, оставлю его на тебя, - замахала руками я и, взглянув на Роя на прощание, вышла за дверь.

До того, как сердце Роя снова забилось, мне казалось, что в древней крепости глухо, будто в трех метрах под землей. Все звуки были смешаны в один незатихающий фоновый гул, который мое сознание не замечало с завидным успехом. Я вышла в коридор и ощутила, как слабость навалилась на меня всем своим весом. Сладкая эйфория отняла последние силы, от улыбки болели щеки, но она до сих пор не спадала с лица. Меня так тянуло к полу, что в следующую секунду я сползла по стене вниз.

Воздух пропах пыльной древесиной, холод щекотал нос, и оттого по коже прошелся колючий мороз. Я слышала, как Лана полощет лоскуты ткани в тазу, как иногда слабо стонет Рой. Слышала, как под ногами жителей крепости трещит подмёрзлая грязь, как скрипит лестница, как по навесу топчется какая-то маленькая, легкая птица. В соседней комнате тихо расхаживала мама. Да... Теперь я могла услышать это все.

Отсюда был виден внутренний двор. Я подняла глаза и тут же прищурилась от того, каким терпко-ясным оказалось небо. И вдруг его синеву разбил яркий пылающий огонек, который пронесся по двору и занырнул под крышу главного здания. Свистящий клекот раздался почти сразу же, все, кто был во дворе подняли головы, и в небе вспыхнули десятки таких же точно огненных птиц. По изумленным лицам местных жителей сразу стало ясно, что они и сами не понимают, что происходит, и от этого стало не по себе. Я медленно и осторожно поднялась с пола, выждала, пока перед глазами перестанет темнеть и толкнула дверь соседней комнаты.

– Мам, чьи это огненные птицы? – невнятно спросила я. – Мартина, да?

– Что? – встрепенулась она. – Уже вернулись? Сколько?

– Штук двадцать, - прикинула я, закатив глаза.

– Идем, - мама подхватила меня под локоть. – Пламенные птицы охраняли границы этого места. Если они все здесь, то что-то произошло.

После этих слов тянуть меня за собой уже было не нужно, я сама бежала вслед за мамой, которая ловко ныряла из одного перехода в другой. Дыхание уже начало сбиваться, когда сверху очередной крутой лестницы послышались громкие шаги. Я вздернула голову и встретилась взглядом с Мартом. Когда парень взглянул на меня, то едва заметно отшатнулся и вскинул брови так, будто мое появление его напугало. Позади Мартина замерли Андерс и Грэй.

– Где Ада? – быстро спросил Март.

– С близнецами была, - сквозь сбитое дыхание произнесла я. – Что случилось?

– Андрес, возьми с собой Селену и отвлеките как-нибудь Аду. Не дайте ей подняться из подземелья еще пару часов, - резко отдал приказ генерал Бирн. – Ника, ты идешь со мной, Ева тоже. Грэй, будешь подстраховкой. Если что, то хватай Еву и улетай.

– Ева спросила, что произошло, - напомнила мама холодно. – Ответь сначала, генерал.

– К воротам крепости движется человек, - издалека начал Мартин. – Это Рей, но его глаза... Они горят алым так, словно это уже совсем не он, а Дракон, который остался без своего ошейника.

Тон Мартина пугал меня намного больше, чем то, что он сказал. Никогда я не слышала, чтобы мой друг был так враждебно настроен. Сейчас же в глазах Марта я видела лишь холодный расчет и готовность к самым жестоким действиям. Никакие мои слова не смогли бы остановить генерала Бирна, он был подобен скале, и каждый мускул его был напряжен до предела.

В голове что-то щелкнуло, вспыхнуло синим пламенем, и мне стало понятно, что собирается сделать Март. История рисковала повториться. Мама была нужна Мартину, чтобы повторить то заклинание, с помощью которого он запечатал Рея тогда, во время пожара в родном городке Норы. Я не могла больше медлить и в один прыжок перемахнула через перила. Под ногами невероятно громко треснул тонкий лед, а позади раздались крики Марта и мамы, смысл которых так до меня и не дошел.

– Кир, мы должны оказаться там раньше их! – выпалила я. – Они же просто снова запечатают Рея, его не простят!

– Доверься Мартину, Ева, - перебил меня Кираэль. – Ты ведь знаешь, он не чудовище.

Мой взгляд бегал по темной внешней стене в поисках ворот или хотя бы небольшого прохода, и когда я наконец отыскала опускную решетку, то рванула туда со всех ног. Дыхание обжигал морозный воздух, куртка Андреса совсем не грела, а перед глазами заплясали алые искры. Привратники уставились на меня с испугом, отшатнулись на пару шагов назад и преградили мне дорогу к небольшой тяжелой двери сбоку от решетки.

– Пусти, - прорычала я и оскалилась.

– Но это северные ворота, за ними только холмы! – солдат едва выносил мой напор. – Там ничего нет.

– Пусти, иначе мой Дракон приземлится прямо во здесь и разнесет все вокруг, - прошипела я и оглянулась.

Там, где раньше стояли мама и Мартин, было пусто, а люди во внутреннем дворе смотрели только на меня, напрочь позабыв о своих делах. Я бросила искрящийся взгляд на стражника и увидела, как в его глазах отражается отблеск моей магии. Мужчина поджал нижнюю губу, отвел глаза, резко развернулся и потянул маленькую пристывшую дверцу на себя. Как только передо мной мелькнула та сторона высоких стен, не осталось ничего, кроме блеклого света, что отражался от покрытых снегом далеких холмов. Глаза слепило, но я не останавливалась, бежала вперед, подальше от крепости.

– Кир, нам нужно... Подняться в воздух... - дыхание сбилось, а сердце все продолжало неистово барабанить.

– С тобой что-то не так, - ровным тоном произнес Дракон. – Остановись, отдышись...

– Это с Мартином что-то не так! – перебила его я. – Он сам не свой, он будто всю душу растерял!

– ...И подними голову, - Кир продолжал говорить вместе со мной.

Силуэт гигантской птицы закрыл собой солнце лишь на миг, и тень Ворона промелькнула совсем близко. Я тут же остановилась, но не успела поднять к небу даже глаза, как передо мной резко приземлилась большая черная птица со взъерошенными, колючими перьями. Ворон раскрыл клюв, опустил голову и начал часто и глубоко дышать, будто так быстро он летал впервые в жизни.

– Ева, что произошло? – со спины Эрона скатилась королева.

Я молча смотрела в стальные глаза Мартина и пыталась отыскать в них хоть что-то, за что могла зацепиться. Генерал сидел на шее своего хранителя все в той же мятой рубахе, которая была ему не в пору, платиновые волосы спутались от быстрого полета, а изо рта шел пар.

– Я тебя испугал? – бледно-лиловые губы Мартина дрогнули в холодной, горькой усмешке. – Прости меня.

– Где Грэй? – обеспокоенно выпалила я.

– Не волнуйся, он не тронет Рея, - мама выставила руки перед собой. – Никто не хочет ему навредить, слышишь?

– Ну, кроме, разве что, Ады, - пожал плечами Мартин. – Но это мы тоже предусмотрели.

– Послушай, Ева, - вдруг заговорил Кир, - Мартин всегда был таким. Простодушный и мягкий, он становился пугающим и жутким, когда происходило что-то страшное. Это его природа, он вовсе не стал другим. Уж я-то знаю, поверь мне.

– Тогда скажу это только вам и только единожды, - после долгой паузы начала я. – Если направите свои клинки на Рея, то я встану между. Надеюсь, до этого не дойдет.

Мама положила руку на грудь, опустила голову и выдохнула. На бесстрастном лице Мартина проступила еле заметная улыбка, и парень тут же спрыгнул на промерзшую землю.

– Идем, - Март подал мне руку, - вместе мы быстрее найдем Рея и избавим его от контроля Темного Дракона.

И после этих слов что-то во взгляде Мартина переменилось. Или же теперь я смотрела на него другими глазами. Образ того беззаботного, легкомысленного паренька, каким я знала Диму раньше, вспыхнул алым пламенем и сгорел, запекшись на душе вечным воспоминанием. И Мартин не был хрупким, как я думала. Он оказался силен настолько, что мог захлебываться горем, но сохранять ясность ума и твердую руку. Я спутала это с черствой жестокостью, но так ли важне облицовка, когда под покрытой шрамами оболочкой таится самая прочная, нерушимо-крепкая душа?

Рука Марта была сухой и горячей. Парень ловко подсадил меня, и я оказалась на шее Ворона. Мама коснулась кулона, призвала Орлицу и первой взлетела в серое небо. Мартин прижал меня к себе одной рукой, а второй дважды похлопал Ворона по спине, и мы резко начали набирать высоту. И тут я вспомнила, как не люблю полеты верхом на больших птицах. Земля сливалась в одно светлое пятно, ветер бушевал в волосах, и мне приходилось держать их руками, чтобы не хлестать Марта по лицу. По щекам потекли слезы. Я жмурилась и не могла разобрать совершенно ничего, кроме синевато-черных перьев на шее Эрона.

Когда мы пошли на снижение, то сердце заклокотало не то от страха, не то от нетерпения. Я прильнула к Ворону всем телом и крепче вцепилась в руку Мартина.

– Мы приземлимся немного поодаль, чтобы не напугать этого парня, - сказал он прямо мне на ухо. – Иди первая, мы подойдем только после тебя.

Мартин подался вперед, прижался ко мне, Ворон резко взмахнул крыльями, и мы оказались на земле. Когда все звуки стихли, остался только лишь монотонный хруст замерзшей травы под ногами Рея. Эрон не успел даже склониться, как я уже скатилась вниз, ударилась о землю и огляделась.

Рея был шагах в двадцати от нас. Он брел вперед, не разбирая дороги, натыкался на редкие деревья, отталкивался от них и шаткой походкой шел дальше. Голова его была опущена, волосы спадали на лицо, а у рта клубился пар. Рей едва переставлял ноги, и мне казалось что в любой момент он может упасть. Я и не заметила, как пошла за ним, тоже совсем не разбирая дороги.

– Рей, остановись, - мой голос звучал чертовки громко. – Рей!

Всего несколько шагов отделали меня от парня, когда он наконец замер и обернулся. Все та же одежда, что и была на нем в нашу последнюю встречу, была грязная и местами изодранная, а на щеках запеклись кровавые слезы. Рей поднял голову, и на меня вымученно взглянул Кэйдан. Глаза его на самом деле были алыми, но они уже не светились, а скорее едва мерцали, словно еще мгновение и потухнут.

– Он едва не сбежал на Лирту снова, - прохрипел Дракон. – Жалкий, трусливый мальчишка, и что ты вообще в нем нашла? – Кэйдан закашлялся и оттянул ворот рубахи. – Когда пахнет жаренным, всегда норовит сбежать. Мерзко.

Лицо парня скривилось в ухмылке, а глаза резко блеснули и снова затухли.

– Как он, Кэйдан? – смотреть на них обоих было невыносимо.

– Хуже было только, когда я убил ту эльфийскую паучиху, Гвен, - произнес Дракон, медленно опустился на колени и закрыл глаза.

Я сорвалась с места и тут же оказалась рядом с телом Рея. Сердце будто остановилось, когда я взглянула в его лицо и не смогла увидеть ни одной желанной черты. Дракон был совсем другим. Он иначе прищуривался, кривил губы, все время прикусывая щеку, по-другому двигался. Да, черт возьми, он даже молчал не так, как Рей. А их взгляды отличались, словно морская пучина и самая огромная во вселенной черная дыра.

Кэйдан свел брови на переносице, отвернулся, мотнул головой и вновь расслабился, но так и не открыл глаза. В следующий миг он подался вперед и положил голову на мое плечо. Истерзанный нескончаемой борьбой Дракон обессилил вовсе, но его тело все еще было напряжено, будто он не хотел наваливаться на меня всем весом, а лишь искал точку опоры. Я даже не шелохнулась, только сильнее сжала ладони в кулаки так, что чувствовала, как сильно пульсирует кровь.

– Не хочешь прикасаться ко мне? – шепнул Дракон и слабо рассмеялся. – Потерпи еще немного и просто послушай, что я скажу.

– Говори, - едва слышно отозвалась я и провела рукой по затылку Рея.

– Не отворачивайся от него, принцесса, - на выдохе проговорил Кэйдан.

В груди больно кольнуло, и показалось, будто по ребрам пошли трещины. Было тяжело. Невыносимо понимать то, что никто больше не услышит, как непрощенный убийца, чудовище просит защитить такого ненавистного парня – мальчишку, который много лет служил ему клеткой.

– Он не хотел ранить тебя, это все я, - быстро продолжил Кэйдан, - вини меня, если нужно, и заставь Рея ненавидеть меня, а не себя самого. Этот... Щенок слишком много на себя берет.

– Как и один обессиливший Дракон, - осторожно произнесла я и склонила голову так, что коснулась щеки Рея.

– Ты его единственное спасение от меня, поэтому не бросай Рея, иначе я отыщу тебя и вырву очередные зеленые глазенки, - неразборчиво пробурчал Дракон. - Достаточно привлекательная перспектива?

– Спасибо, Кэйдан, - я снова провела рукой по его волосам.

– За что еще? Я вообще-то тебе угрожаю, - сипло усмехнулся Дракон.

– За то, что привел его сюда.

– Видишь, принцесса, - он отстранился и мутными, словно разводы крови, глазами взглянул на меня, - когда я беру контроль, случаются не только ужасные вещи.

Я слабо улыбнулась Кэйдану и тут же снова прижала его к себе.

– Скажи, что Джек больше не контролирует вас, - протараторила я, чувствуя, что Кэйдан вот-вот исчезнет.

Когда с моих губ сорвалось имя темного короля, Дракон дрогнул и напрягся. Я слышала, как заскрипели его зубы, чувствовала, как сердце резко забилось быстрее, а дыхание сбилось, будто Кэйдан получил тяжелый удар в грудь.

– Нет, Кираэль разрушил эту печать, - из последних сил произнес он.

– Хорошо, - протянула я. – Ты можешь отдохнуть, Кэйдан.

– Подожди... - с хрипом вырвалось из его груди. – Кажется, я разрушаю свою репутацию, принцесса. Неудобно вышло... Прости, сейчас исправим.

Рука Темного Дракона проскользила по моей спине, и Кэйдан запустил холодные пальцы в мои спутанные волосы. В следующий миг он резко сжал ладонь, зашипел и тут же усмехнулся, сильнее прижимая свою щеку к моей. Я дрогнула и приоткрыла рот от неожиданности, но хватка была такой слабой, что вырываться из нее означало лишь дать повод действовать Мартину и маме. Рука Кэйдана дрожала. Из последних сил он дернул меня за волосы так, что я запрокинула голову назад, и прошипел прямо мне на ухо:

– Пусть они хоть попробуют еще раз заковать меня в цепи, пусть только посмотрят в мою сторону, только подумают об этом... И я не оставлю камня на камне от этой развалины, которой так гордится наследник хранителей. Теперь я лучше умру, чем дам еще хоть кому-то запечатать меня.

Когда Кэйдан закончил говорить, его хватка ослабла, а дыхание сбилось как после многочасового боя. Дракон медленно отпрянул, покачнулся, и голова его упала на грудь.

– Передавай привет Рею, - едва различимо произнес Кэйдан и умолк.