Темные сердца

 — Мне страшно, — впопыхах бросила Анна, в сотый раз оправляя строгое платье. Сегодня она шла в тронный зал встречать бедняков и одиноких матерей.

— Хуже, чем то, что уже было, не будет, — расхохотался Джулиан, подталкивая девушку. Он сам вызвался сопровождать подругу, понимая, как нелегко ей будет сегодня.

Держать лицо, искать решение больших и маленьких проблем, быть милосердной. Не каждая женщина способна переносить это день изо дня. И ему было страшно и стыдно за мысль о том, что Анна никогда не привыкнет. То ли дело мать Киллиана, которая всю жизнь отдала служению народу и помощи нуждающимся. Говорили, она была их светом и надеждой, их роковым ангелом, спасением.

Его мама была всего-то королевской шлюхой. Да той, что людям не представляли. Купаясь в шелках и золоте, фаворитка так и осталась тайной, пропадая в борделях и кабаках. Там она и утонула.

— Как твоя мама с этим справляется? — спросил парень, стараясь отвлечься.

— Никак! — воскликнула Анна, жалобно прикусывая губу. — В нашем королевстве нет прямого контакта с горожанами.

В миг это показалось принцессе огромной проблемой, которую обязательно стоило решить после коронации.

— Проходи, — шепнул Джулс, еле притрагиваясь к талии блондинки.

За тяжелыми дверями был длинный зал с высокими потолками и лепниной на стенах. В самом дальнем конце на помосте стояло нечто вроде мягкого кресла, где и должна была смиренно восседать королева государства номер один. Путь показался слишком долгим, а смотреть по сторонам не хватало смелости — по всему периметру помещения стояла королевская гвардия. Меры предосторожности, напомнила себе Белфорд, все же отрывая взгляд от светлого пола.

— Я буду чуть поодаль, — предупредил юноша, поправляя черный бархатный жилет.

Анна села в мягкое кресло, стараясь найти удобное положение, но в ужасном пышном платье с накидкой из белоснежного меха норки хорошо устроиться было невозможно.

— Ваше превосходительство, первые жалующиеся, — крикнул страж из-за дверей, чей голос эхом рассеялся по огромному залу. — Рассудите их.

В помещение небрежно ввалилось три человека. Старик, девочка-подросток, у которой молоко на губах не обсохло, и парень лет двадцати. Они почти все склонили головы и неуклюже подбирались ближе к принцессе. Одежда грязная и старая, но на парне нечто вроде кольчуги. Может, он рыцарь?

К удивлению и печали, корсет девчушки был разорван, почти открывая всем зрителям ее молодую грудь.

— Госпожа, этот подлец хотел обесчестить мою дочь! — зарычал старик, являя миру сгнившие зубы. Анна непроизвольно поежилась.

— Рассудите, — повторил кто-то из ее окружения.

— Ложь, — вскрикнул парень, — она обманом затащила меня на кухню! Сама на меня накинулась.

— Он обещал жениться! — завопила девчушка, вырываясь из лап грозного отца.

Анна хотела было что-то ответить, но открыла рот в безмолвном крике, увидев, как родной отец бьет дочь, хватая за русые волосы и притягивая лицом к белоснежному полу.

— Целуй ей ноги, потаскуха! — он извергал из себя столько желчи, что Белфорд стало не по себе. — Чтобы госпожа сохранила тебе жизнь.

Джулиан поежился от мысли, что его собственная мать могла бы закончить так же.

— Если бы ты кормил семью, а не пропивал все в кабаках, я бы не бросилась на того, у кого есть деньги на хлеб и молоко, — огрызнулась жалкая девчонка, собирая остатки своего достоинства.

— Прекратите! — взревела Анна, вставая с удобного кресла. Не могла она спокойно восседать, словно королева. — Вы ведете себя непристойно, не только ваша дочь!

На удивление Анны, старик отпрянул от дочери, внемля словам принцессы, и, оставив убеждения, стал кланяться в ноги и извиняться.

— Ты, отец, мог быть честнее со своей семьей. Отныне ты будешь кормить детей и жену, а не свое брюхо. — Анна сглотнула и сверкнула глазами в его сторону.

— Ты, юноша, мог бы думать головой, а не тем, что у тебя под кольчугой и брюками. Впредь ты будешь думать, иначе не видать тебе больше твоего «достоинства» и звания, — принцесса выпалила эти слова, гордо защищая честь юной девицы.

Парень покраснел от злости, но проглотил все слова своей будущей королевы.

— А ты, девочка, думай, прежде, чем предложить себя такому, как он. — Девчонка перевела взгляд на Белфорд. — Тебе придется выйти за следующего, на кого ты бросишься. Второго раза я не прощу. Так пусть он будет с кошельком потолще да добром побольше! — Анна тайком подмигнула подопечной старика, желая помочь выбраться из лап тирана.

От мысли, что так живет большинство простого народа, блондинке стало страшно и очень печально.

— Теперь уходите, — смиренно добавила она, опускаясь в кресло. Тяжело быть их буквой закона. Быть тем, чьи приказы они беспрекословно выполняют.

Тут Анну осенило. Конечно, они ведь боятся ее гнева!

— Еще раз увижу, что ты бьешь дочь или других детей — отправлю за решетку! — крикнула она в сторону отвратительного родителя, оставившего на щеке дочери ссадину.

Первые жалующиеся скрылись за стенами королевства номер один, а Анна перевела дух, размышляя о таком новом опыте слушаний. Ужасно тяжело быть королевой — первое, что пришло ей в голову. Следом шла мысль о том, что она может помочь всем на свете, оставаясь во главе государства. Так принцесса и поступит.

— Моя королева, — женщина лет пятидесяти медленно вошла в зал, боясь поднять глаза. Грязный чепец прикрывал седые волосы, а щеки, кажется, опухли от слез.

— Слушаю, — спокойно ответила Анна.

— Моей маленькой внучке нужна кормилица, — тихо проронила она, стараясь быть смелее. — Обычно здесь просят рассудить, но я прошу о помощи... Простите.

— Не извиняйся, — встрепенулась девушка, испытывая некий стыд от мысли, что перед ней просят прощения просто так. — А где ее мать?

— Дома.

Белфорд ненавидела тех женщин, что бросают собственных младенцев на произвол судьбы, не оставляя им шанса на нормальное существование.

— Так почему же, скажите на милость, эта женщина, — Энн не смогла назвать ее мамой ребенка, — не кормит собственное дитя? — Ярость распалялась в ее сердце.

— Она мертва, — еле выговорила женщина, переходя на всхлипывания и рыдания. — Моя доченька умерла.

— Так почему же она дома? — переспросила принцесса Белфорд, не находя логики.

— У нас нет денег ее похоронить... Нам тогда на кормилицу не хватит. — Ответ заставил Анну почувствовать настоящую боль.

Ее сестра умерла, трагически погибла. Она тоже была чьей-то дочерью. Но им не пришлось смотреть на тело любимой, понимая, что его разложит бедность и безнадежность.

— Выделить этой женщине денег на похороны и найти лучшую кормилицу. — Анна обернулась к распорядителю жалований. — И проследите, чтобы ребенок ни в чем не нуждался. И эта дама тоже.

— Спасибо, моя королева! Благодарю вас! — женщина упала на землю, кланяясь принцессе. Осмелившись поднять глаза, жительница государства номер один увидела перед собой настоящего ангела. — Как вас зовут, Ваше превосходительство?

— Анна, — скромно ответила юная принцесса, глотая ком, образовавшийся в горле, — меня зовут Анна Луиза Белфорд.

— Я назову свою внучку в Вашу честь, — грустно улыбнулась старуха, поднимаясь с колен.

Анна еще долго смотрела туда, где сейчас остался лишь след от грязных босых ног.