действие
Бомгю порвал чёртову записку. Рвал на мелкие кусочки, разбрасывая их за собой. Вычеркивая из головы каждое слово, он возвращался в замок, медленно поднимаясь по ступенькам. К счастью ни один сторожила не поймал его и не влепил наказание. Он завалился на кровать, думая только о том, что, возможно, ответить Рюджин будет не самой плохой идеей.
***
Сдвоенные лекции в этом году было самым отвратительным решением директора. Под конец года всех в очередной раз перетасовали так, что Когтевран был вынужден теперь по вторникам делить кабинеты со слизеринцами. На самом деле эти два факультета хоть как-то уживались вместе и не вызывали никаких проблем.
После звонка Чэрён заходит в кабинет заклинаний и присаживается за пустой стол. Преподаватель вечно опаздывал, поэтому слизеринцы вальяжно по одному заходили, громко обсуждая что-то ему неизвестное. Ли достала учебник, хотя прекрасно знала, что проспит большую часть урока, если её в очередной раз не выгонят за это. Она поудобнее располагается, закидывая ногу на ногу, и облокачивается на стену, прикрывая глаза. Она всегда завидовал Юне, которая просто могла не прийти на урок и не чувствовать себя виноватой.
Класс постепенно заполнился студентами, и профессор забежал последним, попутно извиняясь. Чэрён уже погрузилась в сон и не заметила, как рядом с ней присел ещё один студент противоположного факультета.
Его волосы казались такими мягкими, а челка вечно прикрывала глаза. Он улыбался каждому, кто оборачивался и с кем встречался взглядами.
Перо скользило по пергаменту, аккуратные буквы вырисовывались на чистом листе. Ему не доставляло проблем записывать лекцию не только для себя, но и для соседки по парте, которая вздрогнула, приоткрывая глаза. Она моргнула несколько раз перед тем, как понять, что это больше не сон. Он сидит рядом, внимательно слушает и записывает, не обращая на неё внимание.
Ли несколько раз потянулась, привлекая внимание. Её выдавали растрепанные темные волосы и дико уставшие глаза. И все вокруг привыкли, что первую часть урока она мирно посапывает на последнем ряду, даже профессор.
— Доброе утро, — шепчет парень, протягивая свои листы, — я начал, ты можешь продолжить.
Она бросает взгляд на написанный им конспект и поражается тому, насколько он внимательный. Особенно к ней.
— Не стоило, — отвечает, рассматривая свою обувь, — я бы переписала или попросила Бомгю помочь мне.
Он еле слышно смеётся. Они ведь никогда не были друзьями с Бомгю. Только в последнее время часто работают в паре и выполняют задания совместно. И, зная Чэрён, она не осмелилась бы попросить о помощи.
— Всегда рад, — отвечает слизеринец, — и, — он аккуратно проводит рукой её волосам, — так лучше.
Все внутри сжалось. Она не ожидала такого, особенно сейчас, когда едва соображает, что она снова сидит с ним. Мало кто знал, что когда Субин стал учиться в этой школе, Чэрён была первая, с кем он начал общаться. Она помогла ему освоиться, они даже сидели вместе на совмещённых занятиях. И, незаметно для себя, она начала привыкать к тому, что этот парень заполоняет все её мысли.
Вечерами он провожал ее до подземелья, они болтали обо всем на свете. Это было потрясающе, потому что редко встретишь человека, которому интересно все на свете. В один такой вечер она решила, что сейчас самое время. Нет смысла больше ждать, да и сливочное пиво дало о себе знать, когда он в очередной раз провожал ее. Субин рассказывал, что собирается попробовать себя в новых предметах и сомневался, что находится сейчас там, где должен. Ли внимательно слушала, пока её взгляд не поднялся, а разговор прекратился. Она провела своей рукой по его щеке, а после сделала то, о чем жалеет до сих пор. Она поднялась на носочки, перевела дыхание, прежде чем коснуться его губ своими. Самая глупая ошибка, которую только можно совершить, чтобы оттолкнуть человека.
С того момента он больше не провожал ее, а она не сидела рядом на лекциях и старалась избегать любого контакта, пока эта глупая игра не вернула её воспоминания.
— Ты успела записать? — спрашивает Субин, когда девушка роняет своё перо и чернила разливаются.
— Вот черт, — ругается Чэрён, после чего звенит звонок, и все стремительно покидают класс.
Она пытается очистить пергамент, но в итоге делает только хуже, поэтому собирает оставшиеся не заляпанные вещи, выбрасывая пергамент в мусорное ведро.
Покидая кабинет, она задерживается на секунду, замечая, что на месте, где она сидела остался учебник, принадлежащий Субину. И она не уверена, что должна вернуть его прямо сейчас. Она кладёт его в свою сумку и выходит из класса, до сих пор чувствуя его прикосновения на своих волосах.
***
После обеда отменили все лекции из-за предстоящего приезда каких-то важных особ из министерства. Юна шаталась по школе, стараясь не попадать на глаза профессору темных искусств, лекции которого она просыпала уже месяц.
Её ноги забрели в самый неизведанный для неё угол, точнее помещение, в котором она была на курсе первом или втором — в библиотеку. Юне показалось, что это слишком хорошее место, чтобы спрятаться и отдохнуть немного. Её слишком поздно заботило, что скоро будет этот бал, а Шин совсем не хочет появляться там. Снова играть восторженную девушку, постоянно улыбаться своему спутнику и интересоваться его жизнью, хотя ей было плевать.
Она проходила в самую глубь, где стояло несколько столов для особо любящих тишину. Завалившись на один, она запрокинула ноги на соседний стул и расслабилась.
Перебирая в голове варианты парней, которые её пригласили, она, наконец остановилась на том, который знал её как свои пять пальцем. Тот, который прикрывал её, когда она прогуливала, а Рюджин пыталась с этим бороться. Он вообще был единственным человеком, который хоть на мгновение представлял, как хреново ей было. Особенно после пятого курса, когда она вычеркнула Хюнин Кая из своей жизни, мыслей, воспоминаний и возненавидела его ещё больше. Только ему она смогла тогда признаться, что, возможно, испытала симпатию, но отказалась подтверждать это на утро, а он больше не спрашивал.
Довольная тем, что в этот раз все пройдёт намного лучше, и она не будет притворяться, Юна решила, что прочитает парочку статей для завтрашнего доклада, что для неё не свойственно.
Она прошлась по рядам, пытаясь разобраться где здесь нужный ей материал. Глупо было полагать, что её рвение к учебе поможет ей в поисках, поэтому Юна ни капли не удивилась, когда увидела руку, вытаскивающую учебник с верхней полки. Тот самый, который и был ей нужен.
Шин обрадовалась, что наконец сможет покончить со всем этим.
— Спасибо, я как раз пыталась его достать, — произносит Юна, взяв книгу в руки.
— Не сомневаюсь, — отвечает и дрожь пробегает по телу гриффиндорки.
Шин оборачивается слишком быстро, практически теряя равновесие. А он был так близко, что воздуха катастрофически не хватало.
— Эй... — первое, что приходить на её ум, — дай пройти.
Шин отталкивает парня, пытаясь избавить себя от его присутствия. Но слизеринец не сдвинулся с места, продолжая загонять её в ловушку.
— Такая дерзкая, — произносит Хюнин Кай, — мне нравится, когда ты такая.
Юна почувствовала запах алкоголя, когда он наклонился чуть ближе. Эта дикая смесь карих глаз и алкоголя вскружила ей голову. Но Шин не собиралась сдаваться в этот раз. Она оттолкнул от себя нетрезвого слизеринца. Кай пошатнулся, облокачиваясь на соседнюю полку, чтобы не упасть.
— Не боишься, Шин? — Юна удивлённо смотрит, — не боишься, что я растопчу тебя, уничтожу, сотру в порошок. Твоё жалкое существование будет закончено. Не боишься, Шин? На твоём месте я бы боялся. Твои подружки вряд ли поймут и примут то, что ты вытворяла за их спиной.
— Заткнись, — кричит Юна, — закрой свой гребаный рот и не смей ничего мне говорить.
Кай усмехается. Он так легко мог вывести эту девушку из себя. Но сейчас, когда он опустошил свой запас, а это случилось в будний день, что вообще не свойственно для слизеринца, он решил немного развлечься.
— А то что, Шин? — парень пытается сдвинуться с места, но голова начинает идти кругом, а картинка перед собой плыть, — снова встанешь на колени передо мной?
Юна открывает рот, глотая воздух. Она не могла поверить в то, что услышала. Хюнин Кай не мог просто взять и сказать это сейчас, здесь, и, скорее всего, кто-то определённо это услышал.
— Пошёл к черту, — слишком тихо произносит Юна и покидает библиотеку, ощущая внутри себя гнев, злость и разочарование в самой себе.
***
Ближе к вечеру Бомгю решил, что самое время спуститься в общий зал и подбросить записку Рюджин. Да, это было так по детски и глупо, но Чхве не мог заставить себя подойти и сказать это вслух. Вдруг это очередная игра, и он будет выглядеть слишком глупо в их глазах.
Он спустился по лестнице, сталкиваясь с Ли Чэрён, которая улыбнулась напоследок. Бомгю был рад её видеть, хоть и не показывал этого. Они хорошо сработались на прошлой неделе, и Бомгю доволен тем, что, наконец, нашёл достойного партнёра.
Проходя между толпой студентов, он ловит на себе взгляд карих глаз. Пьяный взгляд, который выучил наизусть. Чхве забывает, зачем вообще решил выйти из комнаты и направляется в сторону своего друга, который в одиночестве сидел на диване, пошатываясь из стороны в сторону. Бомгю присел рядом, облокачиваясь на спинку дивана.
— Ты в порядке? — спрашивает, замечая, что Кай не совсем понимает что происходит. Он наклоняется ближе, стараясь не спугнуть парня, — ты выпил?
Слизеринец кивает, а на лице расплывается улыбка.
— Черт, Кай, сегодня только вторник, — Бомгю улыбается в ответ, — когда ты успел?
Хюнин Кай отвечает, но его речь настолько несвязанная, что Бомгю едва ли понимает. Разобрав несколько предложений, Чхве сделал для себя вывод, что младший решил расслабиться и все вышло из под контроля.
— Пойдём, — Бомгю поднимается с места, — проветримся немного.
Хюнин неохотно поднимается, опираясь на друга. Сейчас не самое лучшее время расхаживать по школе в таком виде, поэтому Бомгю выводит парня на улицу в их место за старой башней.
Они садятся на промёрзлую землю, облокачиваясь на стену. Чхве залезает в карман мантии и достаёт пачку с сигаретами.
— Хюкка, ты выглядишь паршиво, — произносит Бомгю, — не умеешь скрывать свои эмоции, особенно, когда выпьешь.
Кай пытается вырвать сигарету у друга, но Бомгю не позволяет. От табака станет еще хуже, поэтому Чхве прячет сигареты, а блондин разочарованно вздыхает.
— Ты давно меня так не называл, — Хюнин опускает взгляд, рассматривая как ужасно выглядят его туфли сегодня. Он явно не заботился о своём внешнем виде, когда опустошал бутылку за стенами школы. И ему явно было плевать на все вокруг сейчас, на все, кроме глупой гриффиндорки в библиотеке, — знаешь, хён, ты тоже нихрена не умеешь скрывать свои эмоции.
— Эй... С чего вдруг... Ты перешел на корейский и назвал меня хён? У тебя температура? Ты странный. И вообще, я хотя бы не напиваюсь в будний день, — Бомгю как всегда оказывается прав.
— Зато я не такой трус, как ты, хён, — ухмыляясь, парень прикрывает глаза, наслаждаясь солнечным светом.
— В каком смысле?
— Без смысла, — Хюнин делает несколько глубоких вдохов, — просто ты не такой умный, каким хочешь казаться.
Чхве обдумывает слова друга, пытаясь найти в этом хоть какую-то подсказку. На самом деле Хюнин Кай не такой глупец, каким его считали окружающие. Ещё на первых курсах он был одним из лучших учеников своего факультета и вторым в школе после Бомгю, пока в его семье не случились неприятности. После этого все поменялось и он в том числе.
— Говорить загадками в твоём стиле, — Бомгю докуривает сигарету, тушит о землю и повторяет за Хюнином, ловя солнечные лучи.
— К черту загадки, — кричит блондин, — к черту всё это.
— Эй, успокойся, — Бомгю касается его плеча, — послать всё ты всегда успеешь.
— Точно так же, как и ты, — слизеринец сгибает ноги в коленях, — хотя, учитывая твою неуверенность, ты можешь не успеть.
— Снова загадки, Хюкка, — Бомгю поправляет волосы, — Лучше бы ты научился говорить все прямо.
— Такой же совет хочу дать тебе, — Бомгю вопросительно смотрит, — о, Боже, хён, я уже давно наблюдаю эту чудную картину ваших переглядок с занудой Шин Рюджин. Будь ты хоть на каплю такой же уверенный в себе, как я, то сейчас бы сидел тут не со мной, а с ней. Если честно, я не понимаю тебя. Она, конечно, привлекательная, но есть и лучше.
— Ты говоришь про Шин Юну?
Блондин замолкает, пытаясь собрать все мысли в кучу. Алкоголь уже успел выветриться из его головы, но слишком тяжело было воспринимать на слух это имя.
— Не парься, я не собирался никому говорить об этом, — парень улыбается, — это ваше с ней дело, но она так долго не выдержит.
Слизеринец складывает руки в замок.
— О чем ты?
Чхве в очередной раз достаёт пачку сигарет и угощает друга, потому что в этот раз это будет серьёзный разговор, не те шутки, что они бросали во время беседы раньше.
Бомгю хотел рассказать другу, что Рюджин не пришла на их свидание, что после пригласила его на бал. И что он ничерта не понимает её поведение. Хюнин же хотел больше выяснить, что он имел ввиду под «она так долго не выдержит». Не то, чтобы его заботило состояние Шин Юны, но все равно он хочет знать.
— Понимаешь, что эти твои игры в хорошего и плохого парня одновременно запутывают её, — начинает парень, — скорее всего после каждого вашего общения она ненавидит тебя ещё сильнее, чем прежде. Отношения на ненависти не построишь.
— А кто сказал, что я хочу отношений? — спрашивает Кай, — я просто развлекаюсь, хён, ничего больше.
Бомгю уверен, что друг его обманывает. Поэтому решает больше не лезть. Просто сидеть рядом как раньше и наслаждаться одним из последних солнечных дней в этом году.
***
— Я так устала, — жалуется Йеджи, — скорее бы выходные.
Рюджин усмехается, когда слышит жалобные стоны подруги. Хван всегда возмущалась по поводу учебы. Для неё это было слишком тяжело, поэтому она считала своим долгом каждый вечер докладывать об этом своим подругам.
— Сегодня вторник, — заключает Рюджин, — ты что-то рано начала.
Йеджи хотела возразить, но в комнату ворвалась Юна. Её лицо настолько сильно излучало ярость, что Рюджин даже испугалась.
— Правда или действие, Хван Йеджи? — кричит Юна, но брюнетка молчит, — выбирай!
Йеджи слегка улыбнулась, проворачивая голову в сторону Рюджин, которая пожимает плечами, не понимая, что сейчас происходит.
— Ну, действие.
Младшая выравнивает дыхание, присаживаясь рядом.
— Ты должна сделать так, чтобы этот долбанный Хюнин Кай был унижен, опозорен, чтобы он ненавидел себя так сильно, как сможет. Смешай его с грязью, сделай с ним такое дерьмо, которое только придёт в твою умную голову.
Хван соглашается. У неё нет выбора, ведь она никогда не сдастся и не выйдет из игры раньше всех. Но она не понимает, что такого снова сделал Кай, что Юна буквально плюётся ядом.