Реквием по тишине
Стеклянный фасад особняка Моретти разлетелся вдребезги от первого же залпа. Каспиан стоял за перевернутым дубовым столом в глубине холла, его пальцы привычно сжимали рукоять штурмовой винтовки. Плечо горело огнем, повязка давно пропиталась кровью, но взгляд оставался ледяным.
— Давай, Стефано! — прохрипел он в пустоту зала, заполняемого дымом. — Пришли своих мальчиков. Покажи, на что способен твой колумбийский мусор против человека, которому нечего терять!
Группа наемников ворвалась через главный вход. Каспиан работал методично, как машина: короткая очередь, перекат, смена позиции. Но их было слишком много. Когда патроны в магазине подошли к концу, а двое колумбийцев зажали его в угол у мраморной лестницы, он просто достал нож.
— Ну же, — выдохнул он, оскалившись. — Попробуйте взять старика.
В этот момент стену холла буквально протаранил черный внедорожник. Маркус не стал церемониться с дверями — он въехал прямо в гостиную, давя мебель и незадачливых стрелков.
Дверь машины распахнулась еще до полной остановки. Леон открыл огонь на подавление, прикрывая выход. А затем из салона выпрыгнула Мира. На ней был тяжелый бронежилет поверх шелковой рубашки, а в руках — запасная обойма, которую она сжимала так, будто это была её единственная связь с жизнью.
Каспиан замер, его сердце, казалось, пропустило удар не от пули, а от чистого ужаса.
— Мира?! — его рев перекрыл грохот выстрелов. — Я же приказал...
— К черту твои приказы, Каспиан! — закричала она, бросаясь к нему и падая за укрытие стола. Она буквально впихнула ему в руки снаряженный магазин. — Ты не умрешь сегодня. Не без меня.
— О, боги! — Маркус выскочил из-за руля, поливая свинцом остатки нападавших. — Рик, посмотри на её лицо! Она злее, чем ты в понедельник утром. Леон, ты видел этот занос? Я заслуживаю медаль или хотя бы прибавку к пенсии! Каспиан, не стой как памятник самому себе, у нас гости на заднем дворе!
Каспиан перехватил винтовку, его рука на секунду легла на затылок Миры, прижимая её голову к своей груди.
— Ты самая упрямая и безумная женщина, которую я когда-либо встречал, — прошептал он, и в его голосе смешались ярость и дикое, первобытное восхищение. — Если мы выживем, я запру тебя в подвале до тридцатилетия.
— Сначала выживи, — огрызнулась она, перезаряжая его пистолет, как он учил её в пятой главе.
— Леон, левый фланг! — скомандовал Каспиан, и его голос снова обрел ту мощь, которая заставляла города трепетать. — Маркус, прикрой нас дымом. Мы выходим наружу. Пора показать Стефано, что бывает, когда ты злишь семью Моретти.