Стальные нервы и дым над туннелем
Черный внедорожник летел по заброшенному техническому туннелю под поместьем. Маркус вдавливал педаль в пол, его челюсти ходили ходуном, а пальцы до белизны сжимали руль. Леон на заднем сиденье методично набивал рожки патронами.
— Мы не можем его оставить, — выдохнула Мира, впиваясь ногтями в кожаную обивку сиденья. — Он один против целой армии Стефано. Это самоубийство!
— Это приказ, малявка! — рявкнул Маркус, не отрывая взгляда от дороги. — Каспиан сорок лет строил эту империю не для того, чтобы сдохнуть вместе с тобой в одной воронке. Его работа — защищать. Наша работа — выполнять приказы.
— Твоя работа — быть его другом, Маркус! — закричала она, перекрывая гул мотора. — Ты сам издевался над его возрастом, над его слабостями. Ты думаешь, он выстоит там с простреленным плечом? Если он умрет, твои шутки больше некому будет слушать!
Маркус резко ударил по тормозам. Машину занесло, и она замерла в полуметре от бетонной стены туннеля. В замкнутом пространстве воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая только шипением радиатора. Маркус медленно повернулся к Мире. Его глаза, обычно искрящиеся насмешкой, теперь были полны темной, первобытной ярости.
— Ты хоть понимаешь, что ты просишь? — прохрипел он. — Если мы вернемся, и он выживет — он нас пристрелит за неподчинение. Если мы вернемся и он умрет — мы сдохнем рядом. Тебе двадцать лет, Мира! У тебя вся жизнь впереди, а ты хочешь сгореть в его погребальном костре?
— Лучше сгореть с ним, чем жить в мире, где его нет, — твердо ответила она.
Леон сзади сухо щелкнул затвором винтовки.
— Она права, Маркус. Старик заигрался в героя. Без нас его сожрут за десять минут. Колумбийцы уже у ворот.
Маркус выругался так длинно и витиевато, что Мира даже не поняла половины слов. Он резко крутанул руль, разворачивая тяжелую машину в узком туннеле.
— Ладно! Но если мы выживем, я лично выпишу ему счет за испорченные нервы и новые покрышки. Мира, лезь назад к Леону. Доставай жилет. Если хоть одна пуля поцарапает твою идеальную кожу, Каспиан меня кастрирует ржавым ножом.
— О, — Леон впервые за всё время слабо ухмыльнулся, протягивая Мире бронежилет. — Кажется, наш Кэп нашел себе достойную пару. Маркус, не забудь включить сирену. Пусть Стефано знает, что «пенсионеры» возвращаются за долгами.
Внедорожник рванул обратно к свету, в самый эпицентр ада, который Стефано развязал на лужайке поместья Моретти.